Не считая Катета

Засыпать за рабочим столом, буквально упав головой на объект изучения, было максимально хреновой идеей. Это Ольга может заключить сейчас с уверенностью, проснувшись в непонятное время суток от того, что у неё адски затекла вся спина и шея, а в лицо настойчиво тычется что-то тёплое и пушистое. -Катет… - со стоном оторвав многострадальную голову от стола, она наконец опознаёт источник беспокойства. Кот, поняв, что цели своей достиг и разбудил наконец эту непутёвую зубрилку, спрыгивает на пол, откуда продолжает с укором на неё смотреть, - Это я сколько спала, получается? Ох ты ж… японский городовой! – найдя на столе каким-то чудом не разрядившийся мобильник и увидев на электронном циферблате беспощадные полвторого ночи, девушка приходит в натуральный ужас. Теперь понятно, почему этот неугомонный математик на четырёх лапах так пытался её растолкать, - Спасибо тебе, Катет, - берёт свой личный пушистый «будильник» на руки и встаёт с места, шипя от боли в задубевшей спине, - Пора всё-таки лечь нормально. Умыться, переодеться в уютное и домашнее и наконец-то действительно по-человечески лечь спать, погасив свет. Что это на неё нашло? Уснуть головой в устав, специально распечатанный для вычитки – да такого, почитай, уж месяц не было! Видел бы всё это безобразие Тёма – точно устроил бы подруге весёлую жизнь за «нездоровый трудоголизм и пренебрежение режимом дня». А она ведь не хотела ничего нездорового, честное (пока ещё) старлейское! Просто воспользовалась уже вчерашним, получается, выходным, чтобы после всё-таки случившейся встречи с бывшими приятельницами из давно уже закрывшейся женской фехтовальной секции не терять времени даром и освежить в памяти основные требования к получающему очередное звание. Вот и не заметила, как её сморил сон в самый разгар повторения… Видимо, у кошек всё-таки действительно есть шестое чувство, работающее отменнее любого локатора. Проспи она в такой вот позе буквы «зю» до утра – от её позвоночника совершенно точно осталось бы одно большое ничего. Повезло ещё, что завтра – то есть, выходит, уже сегодня – ей тоже не надо на смену. И что этот её выходной совпадает с Амели, обещавшей заглянуть в гости ближе к обеду. С их графиками собраться и посидеть хотя бы вдвоём, не говоря уж о том, чтобы сгруппироваться всей компанией – задачка ещё та. Но, слава богу (и Рогозиной, конечно!), вчера и сегодня ей с выходными повезло. В следующий раз Ольга просыпается уже в начале десятого утра – в кровати и с Катетом под боком. Видимо, решил её посторожить после несанкционированного полуночничания за очередным уставом. Потянуться бы хоть немного, размять затёкшие мышцы… И больше такого головотяпства не допускать, а то до благословенной аттестации никакого здоровья не хватит! Кот, проснувшись от поднятой девушкой возни, сопровождает её буквально по пятам – видимо, всё-таки не доверяет её здравому смыслу. Ну и накормить его надо, конечно же. Насыпав в миску питомца щедрую порцию корма, Дунаева пытается сообразить, чем бы подкрепиться самой. И не сварить ли с утра кофе? Нет, сей напиток богов лучше до встречи с Амели отложить, а сейчас довольствоваться греческим йогуртом, мюсли и травяным чаем, который ещё на прошлой неделе подогнал Артём по доброте душевной (за что огромное ему спасибо). Тоже неплохо. А лучше всего – что пострадавшие от сна в неподобающей позе мышцы почти не болят, лишь немного ноют. Нет, Катет и вправду спас её опорно-двигательную систему от травматичных последствий. И сегодня – никаких уставов, нормативов, историй и прочей теории. Имеет она право отдохнуть, в конце концов, или как? «Так что не волнуйся, Тём,» - засыпая заварку в чайник, девушка усмехается и мысленно передаёт привет дежурящему сегодня в морге Тукаеву, - «Я твои рекомендации блюду и теперь уж точно не сойду с правильного пути». Чего ей этот самый правильный путь стоил – Ольга ещё нескоро забудет. Прошедшие три месяца повернули её жизнь на сто восемьдесят градусов, не меньше. Казалось, ещё вчера она сходила с ума по Гранину, её настроение буквально зависело от каждого его слова или взгляда, а зашкаливающие эмоции она по привычке топила в очередной порции термоядерного кофе. И вот, смотрите-ка, постепенно, хоть и с трудом, приучается к здоровому образу жизни, отошла от болезненной эмоциональной привязанности – да и некогда ей, честно говоря, сейчас таким страдать: до прохождения испытаний, по итогам которых ей присвоят или не присвоят капитанское звание, осталось чуть меньше двух месяцев. Какие уж тут нездоровые привычки при таком-то раскладе? Она должна справиться. И проиграть пари, на которое её вынудила Рита, прости господи, Селиванова. Рита Селиванова, в которой, тогда ещё носившей другую фамилию, её больной мозг с какого-то перепугу с самого начала распознал врага. Рита Селиванова, которая и понятия не имела, что стала для неё кем-то вроде красной тряпки для быка. Рита Селиванова, у которой хватило отчаянной смелости вызвать её на судьбоносный разговор в бар и фактически вынудить на этот идиотский спор. Рита Селиванова, которая волоком тащила её на себе в служебное авто, вызволив из ледяной пещеры и из лап несостоявшейся золовки. Осознать столь разительные перемены в их отношениях старлею до сих пор удаётся с трудом. Но факт остаётся фактом: Маргарита едва ли не больше неё самой ждёт-не дождётся того дня, когда ей наконец присвоят заветное капитанское звание. И точно вовсе не только из-за пари, хотя сатисфакцию в этом случае она и впрямь получит знатную. Вспомнив, на что именно они тогда в баре поспорили, Дунаева расплывается в улыбке. Ну только Рита могла такое придумать, определённо! За размышлениями об аттестации, распорядке дня, бывшей сопернице и нынешней соратнице Селивановой и совершенно несправедливом графике дежурств, не позволяющем собраться со своими тремя чудиками полным составом вне работы, девушка успевает наскоро прибраться в квартире, проветрить комнаты и полить приютившиеся на подоконниках растения, включая тот самый знаменитый хлорофитум, периодически терпящий ущерб от зубов и когтей Катета. Сам избалованный полутаец, кстати, меняет гнев на милость, насытившись, и больше не сверлит подопечную недовольным взглядом – наоборот, ластиться лезет. -Подлиза ты математический, - посмеивается Ольга, но снова берёт любимца на руки, гладя, - Вот как так получилось, что при живой мне и цифровой видеоняне ты всё равно без глазу, а? Кот, не имеющий привычки отвечать на глупые вопросы всяких двуногих, только мурлычет, демонстрируя леность, спокойствие и миролюбие. Ну хотя бы не грызёт бедный несчастный хлорофитум – и на том спасибо. Тут в воцарившуюся в маленькой квартирке на восьмом этаже идиллию резко вклинивается дверной звонок. Спустив Катета с рук, Ольга бежит в прихожую и, заглянув ненадолго в глазок, открывает дверь, впуская сияющую подругу. -Олька, я тебе весь мессенджер оборвала уже, ну что такое! – для проформы строит обиженное лицо Оксана, но тут же хохочет заливисто, давая понять, что шутит, - Привет, - заключает Дунаеву в объятия, - И тебе привет, пушистый учёный, - замечает вертящегося у их ног кота, в этот раз милостиво позволившего гостье себя погладить, - Вижу, у вас тут уже с утра бурная деятельность полным ходом? -Бурная деятельность была вчера, - усмехается старлей, - И в результате я отрубилась за столом головой в устав. -Вот ведь… Тукаева на тебя нет! – ласково бурчит подруга, - В выходные надо всё-таки отдыхать, а не работать. -А мы и отдыхали вчера с девчонками из секции, - на лицо Ольги набегает мечтательная ностальгическая тень, - Вспоминали, как на соревнования выезжали. И как я за всю историю три рапиры сломать умудрилась. Ты в курсе, что у меня было прозвище «истребитель оружия»? -Нет. Но почему-то не удивлена, - не удерживается от «шпильки» гостья. За разговорами девушки перемещаются на кухню. Вот теперь Дунаева с полным правом достаёт из буфета банку с кофе, из ящика под столешницей – турку и начинает священнодействовать: процесс варки любимого напитка она всегда воспринимала и будет воспринимать именно так. Оксана только головой с улыбкой качает: ох уж эта её привычка! Но сейчас, по крайней мере, эта… кофеинзависимая психозсинтаза, как её прозвал Тёма, хотя бы не устраивает себе передозировок и не просыпается потом от кошмаров из-за подобного безобразия. Так что почему бы не выпить по чашечке? Тем более, у неё и повод есть… Дождавшись, пока Ольга снимет кофе с конфорки, Амелина всё подыскивает подходящие слова, чтобы поделиться, бесспорно, прекрасной новостью. Но наблюдательная подруга и сама обо всём догадывается: новость, что называется, налицо. Точнее, на безымянном пальце правой руки – поблёскивает тоненьким изящным колечком. -Амели! Вы всё-таки решились?! – за друзей она всегда привыкла радоваться едва ли не больше, чем за себя. Вот и сегодняшний случай не стал исключением – Оксана оказывается чуть не раздавлена в самых искренних почти родственных объятиях, - Ну и когда знаменательное событие? -Оль, задушишь! – сегодня вывести Амелину из равновесия не способно, кажется, ничто, - Мы пока ещё не подали заявление. На этой неделе только идём в загс. Андрей хочет через два месяца, в апреле. Я в принципе не против, отметим сразу и моё замужество, и твоё звание. -Тьфу-тьфу-тьфу, - пока ещё старлей суеверно стучит по деревянной столешнице, - Но за вас я очень рада. Учти, не позовёте свидетельницей – затаю зуб. -Даже если свидетелем будет Гранин? – вроде как с иронией спрашивает гостья, но тут же переходит на серьёзный тон, - Андрей хочет его позвать. Ну это и логично, он с ним больше общается, чем с нашими двоими. -Да господи, хоть Гранин, хоть чёрт лысый, - впрочем, на Ольгу фамилия бывшего в таком контексте никакого угнетающего впечатления не производит, - Тем более, я так понимаю, они с Юлей в принципе тоже не прочь вашему примеру последовать. Так что совет всем да любовь. -А ты? – осторожно интересуется Оксана, боясь огорчить – но, к счастью, этим старлея уже давно из колеи не выбить: -А что я? Да не нужен мне сейчас никто, Амели. Ну сама посуди – я всё время ногами на выезде, головой в аттестации. Пока мне точно не до того. Ну а так… Встречу такого же чокнутого, как я – отлично. Не встречу – и так неплохо. И не осторожничайте больше со мной на тему Паши, всё уже было и прошло сто лет в обед. -Послушать бы тебе себя саму год назад… - поняв, что подруга действительно ни капельки не расстроилась, программистка искренне за неё радуется, - Ну да ладно. Главное, что всем хорошо, всем комфортно и все на своих местах. Ольга молча кивает. Настолько на своём месте она только начала себя чувствовать и всеми силами надеется, что никакие досадные или нервные события её из этого зарождающегося равновесия не выведут.