He Is My Master

Шедоу со скучающим видом уставился на карту, которую показывал ему Лазарь. Пока что на уроках была получена кое-какая интересная информация о расположении замка и общей географии этого места, но сейчас ящер без умолку рассказывал о передвижениях войск, как будто они были на войне или что-то в этом роде. - "Итак, вчера армия Алины атаковала это мес-сто, мой принц..." Ну, да. Технически, они были на войне, но Шедоу все равно не находил это интересным. - "Но, конечно, до с-сих пор мы превос-сходили их в чис-сленнос-сти. Едис-ственной угрозой вашему правлению было бы, если бы войс-ска ехидны и короля Макс-с-са атаковали вмес-сте, но этого не произойдет, нас-сколько мы знаем". Фиолетовая рептилия издала скользящий смешок, который прозвучал так, словно кто-то сунул мокрую тряпку в пылесос, но не стала вдаваться в подробности. "Все это очень интересно, Лазарь, но меня, на самом деле, интересует кое—что, о чем я читал - ты знаешь что-нибудь об изумрудах Хаоса?" Ящерица удивленно посмотрела на него. "Это, мой принц, не тема урока. Если бы мы могли вернуться к новой тактике, чтобы покончить с этими смутьянами раз и навсегда..." Шедоу тихо застонал, задаваясь вопросом, входит ли убийство твоего учителя в его права принца. Хотел бы я, чтобы Соник был здесь… …и это говорит о том, насколько я в отчаянии. xxx Соник (или, скорее, его нос) к этому времени уже нашел кухню. Мимо него уже пробежали несколько слуг с полными подносами, не обращая внимания ни на что, кроме как на то, как добраться до места назначения (хотя он и удостоился нескольких странных взглядов), и синему ежику потребовалась вся его выдержка, чтобы не наброситься на них и просто не выхватить еду. Он. Голодный. Соник распахнул двойные двери, и перед ним предстал адский вид кулинарии. Там кипели сотни чайников, воздух был таким густым, что его можно было резать ножом, тысячи ароматов мяса, свежеиспеченного хлеба и пота смешивались с дымом и паром. В то же время повсюду были рабочие, которые стояли у кастрюль и перед печами или просто сидели где-нибудь на корточках и чистили картошку, убирали, раскладывали продукты, выносили мусор или выполняли множество других работ. Это было похоже на улей с кулинарным уклоном. Соник медленно вошел внутрь, широко раскрыв глаза и пытаясь охватить взглядом все происходящее. Почти бессознательно он отметил, что большинство работников, занятых на грязной или низкооплачиваемой работе, были такими же рабами, как и он, и носили одинаковые зеленые ошейники, которые в некоторых случаях, казалось, были завязаны достаточно туго, чтобы доставлять неудобства. Соник снова безрезультатно потянул за свою, желая, чтобы она оторвалась. Затем его поразила еще одна странная вещь: большинство кухонных рабов, похоже, недоедали, и теперь, когда он подумал об этом, даже мангуст-уборщик был слишком худым, чтобы быть здоровым… Почему бы им просто не полакомиться едой, стоящей перед ними, когда никто не видит? Соник задумался, потому что именно это он и собирался сделать. Он направился в ту часть, где хранились припасы, время от времени пытаясь поймать взгляд кого-нибудь из разумных существ в ошейниках, но никто из них даже не оторвался от своей работы. Синий ежик вздрогнул. - "Эй, ты! Принеси своему начальнику немного еды, ладно?" Соник застыл на месте. В последний раз, когда он слышал этот голос, он был прикован к кровати и его буквально ощупывали глазами. Он очень медленно обернулся, и это действительно был Джет, стоящий посреди кухни, но обращался он не к герою в ошейнике. Вместо этого ястреб, по-видимому, только что легонько пнул в бок скорчившегося раба, который теперь заскулил и убежал, чтобы вернуться с каким-то пирожным, которое птица с жадностью проглотила, прежде чем плюхнуться на свободный стул. - "Хороший раб. А теперь принеси мне вина, а потом можешь вернуться к своим обязанностям". Изумрудные глаза Соника, наблюдавшие за происходящим из-за стеллажа с овощами, сузились от гнева. Но в то же время он не мог противостоять Джету здесь и сейчас, потому что ястреб наверняка узнал бы его.… Желудок Соника громко напомнил ему, что он ищет не неонового ястреба, а цыпленка-гриль. В любом случае, зеленая птичка, похоже, не собирался никуда уходить в ближайшее время, так что ежику придется остаться в той части кухни, которая находится за стеллажами, где его никто не увидит... Соник похлопал по плечу раба, который нес ведро с водой. "Эй, э-э, ты не мог бы принести мне какой-нибудь еды, по которой я не буду скучать? Пожалуйста?” Зебра лишь мельком взглянула в его сторону, прежде чем поспешить дальше, не ответив. Соник был сбит с толку. Он уже знал, что эти рабы не болтают, если могут, но когда Джет попросил их принести ему что-нибудь, они с легкостью подчинились…что он делал не так? Соник стоял на кухне, потирая ухо, в то время как его шерсть уже начала становиться такой влажной от пара, что ему пришлось бы вытирать ее полотенцем. Внезапно его осенила идея. Убедившись, что Джет все еще не двинулся с места, синий ежик метнулся дальше по кухонному лабиринту, пока не наткнулся на вешалку с кухонными полотенцами. От любопытства он навострил уши, схватил одно из них руками в перчатках и повязал себе на шею... тем самым скрыв ошейник. Соник прочистил горло и схватил за плечо несколько потрепанную пожилую мышку-рабыню, которая мыла посуду. "Хей. Я хочу поесть". Женщина обернулась, затем пискнула и умчалась со скоростью, которая не соответствовала ее возрасту. Она быстро вернулась с маленькой буханкой хлеба и морковкой и поспешно поклонилась Сонику, не осмеливаясь взглянуть на него снова. "...спасибо". Синий ежик осторожно взял еду и снова отступил. Итак, они даже не признают другого раба, но подчиняются всем остальным мгновенно. Жутко. Соник уже проглотил половину хлеба и моркови, размышляя над своими наблюдениями, прежде чем внезапно вспомнил, зачем он здесь на самом деле. "Рабы-уборщики. Надо найти немного, может, они расскажут мне о каких-нибудь изумрудах Хаоса..." - пробормотал он, проходя мимо керамических горшков и чувствуя себя еще более чужим в этом мире. Хотел бы я, чтобы Шедоу был здесь… Он почти как дома, - уныло подумал синий ежик, рассеянно проводя пальцем по воротнику под своим самодельным шейным платком. Зеленые глаза загорелись, когда они увидели фигуру перед собой, потому что этот разумный, очевидно, был на дежурстве по уборке. Скунс рыскал по полу, а синее колье на его шее указывало на то, что он тоже кому-то принадлежал. "Эй, ты!" - Сказал Соник непринужденно, не то чтобы недружелюбно, но в то же время стараясь, чтобы это прозвучало так, будто он привык командовать людьми. Толпа мгновенно повалилась на пол, а скунс вытянулся по стойке смирно, но уставился на свои босые ноги. "Эй, все в порядке", - сказал синий ежик, не желая, чтобы тот испугался. "Я не причиню тебе вреда. Все, что я хочу знать, это ты убирался вчера в подземелье". Кивок. По-прежнему не встречаясь с ним взглядом. "...хорошо. Твоя группа нашла там что-нибудь... необычное?" На этот раз юноша смущенно и застенчиво взглянул в карие глаза, которые вопросительно встретились с изумрудными. Затем он поспешно опустил глаза, как будто только что сделал что-то запретное. "Эмм... ты можешь говорить?" Спросил Соник, когда ответа не последовало, задаваясь вопросом, был ли его собеседник просто напуган или ему действительно удалось найти единственного немого парня во всем замке. "Д-да, я могу". Ответ был почти шепотом. "Отлично! Итак, что-нибудь нашли?" Теперь герою в ошейнике было трудно скрыть тревогу в голосе. "...да. Белый предмет. Я не знаю, что это было." "Белый предмет?! Куда они его забрали?" - Воскликнул Соник, хватая спотыкающегося скунса за костлявые плечи. Наконец-то это была зацепка! "...его отнесли королю". Руки в перчатках снова опустились. ...судьба, за что ты меня ненавидишь? xxx - "На-наклз?!" "Да?" Хранитель Острова Ангелов только что снял трубку в своем маленьком домике в нескольких милях от Изумрудного храма. Он понятия не имел, почему Тейлз звонил ему и в его голосе звучала такая паника. "Не могли бы ты спуститься ко мне в мастерскую? Пожалуйста?!" - "Почему, в чем дело? Этот голубой маньяк снова вляпался в неприятности?" - Спросил Наклз, нахмурившись. "...Я не знаю!" - Раздался голос маленького лиса, в котором слышалось легкое отчаяние. "Это ...это вообще-то, это Соник и Шэдоу. Они совсем спятили!" xxx Все еще держа скунса одной рукой, Соник нахмурился. У него внезапно возникло ощущение, что все стало намного хуже, но он не был уверен почему. Вздохнув, он отпустил юного разумного. "Э-э, спасибо. Теперь ты можешь продолжать", - сказал он, отходя в сторону. Теперь нужно вернуться к Шедоу и сообщить ему новость. Но Джет все еще сидел перед входом…Соник с отвращением отметил, что ястреб теперь фактически приказал рабу встать перед ним на колени в качестве подставки для ног. Всего несколько секунд спустя Джету в голову попала брошенная в него картофелина-невидимка, но когда он яростно огляделся в поисках преступника, Соник уже исчез за другой боковой дверью. Синий ежик обнаружил его раньше и теперь надеялся, что это другой выход. Однако, как только он вошел в новую комнату, у него перехватило дыхание. Здесь было жарко. Боже. Я снова с Шахрой в пустынях из "Тысячи и одной ночи", или как? Подумал Соник, морщась, когда обжигающий воздух обжег ему горло. Он снял самодельный шейный платок, чтобы вытереть лоб, и уронил его на пол. В любом случае, она выполнила свое предназначение. Эта комната была меньше по площади, но в ней доминировала огромная духовка, достигавшая потолка по меньшей мере в двадцати футах над его головой. И тут раздался... шум работы насоса… "Эй, ты!" На этот раз позвал не Соник. Вместо этого ситуация изменилась на противоположную. Кто-то другой обращался к нему как к рабу. Синий ежик развернулся. А затем изумрудные глаза стали огромными, как кольца силы. "В чем дело, раб? Никогда раньше не видел ехидну?" спросило красное, устрашающее, такое-же-знакомое-как-шрам-от-двух-шипов-у-тебя-на-подбородке существо. Соник осклабился. Хей, Наклз. Как дела? Привет, Наклз. Не обращай внимания на этот ошейник, в этом году я пришел на Хэллоуин пораньше, а остальная часть моего костюма собаки еще не прибыла. …Что, черт возьми, ты здесь делаешь и почему на тебе кандалы? Из всех трех приветствий, которые пронеслись в голове Соника в тот момент, третье показалось ему наиболее подходящим. Ехидна действительно была связана, все четыре ее конечности были закованы в огромные стальные кандалы, но прикованы к стене и полу таким образом, что они позволяли ей немного двигаться. В данный момент он, казалось, был занят тем, что поднимал и опускал огромный котел, чтобы поддерживать огонь в гигантской духовке, и все сомнения в том, был ли это знакомый Страж, помешанный на изумрудах, или просто случайная ехидна, мгновенно развеялись. Только Наклз мог быть достаточно силен, чтобы продолжать двигаться со всем этим свинцовым грузом, привязанным к нему, или вообще двигать эти мехи в одиночку. Не веря своим глазам, Соник шагнул к нему ближе, все еще не сводя с него глаз. Красный сапиент, снова одетый в коричневую кожу и ботинки вместо современной белой ткани и кроссовок, нахмурился. “Хей. Я задал тебе вопрос, раб. Что ты вообще здесь делаешь? Пришел предложить мне свои услуги?" он усмехнулся, прежде чем взреветь еще раз, его мокрое от пота тело напряглось. Соник, наконец, снова обрел дар речи. "...нет. Ты заключенный?" "Нет, я ношу эти кандалы, потому что нахожу их такими красивыми", - проворчала ехидна, и губы Соника чуть не скривились, когда он заметил, что эта версия Наклза, по-видимому, обладает таким же циничным остроумием. Однако то, что последовало дальше, удивило его. "Тогда зачем ты здесь? Раздвинь ноги для кого-нибудь другого. Потому что я бы не стал трахать тебя, даже если бы вся эта история с рабами не вызывала у меня отвращения. Я предпочитаю девушек". "Что?!" Во второй раз с тех пор, как они прибыли в это измерение, Соник густо покраснел, еще больше покраснев, когда фиолетовые глаза ехидны снова прошлись по его телу. "Что, черт возьми, это было, Болван?!" Взгляд красного Сапиента сузился от оскорбления. "Осторожнее. Тебе повезло, что я закован". "Еще раз скажешь что-нибудь подобное, и моя кроссовка ударит тебя по лицу, в кандалах ты или нет!" Крикнул Соник, сжав руки в кулаки и сделав шаг назад. "С чего ты вообще взял, что я буду…позволить тебе сделать что-то подобное со мной?" спросил он, не на шутку испугавшись. Ехидна, казалось, тоже была серьезно озадачена. "Ну, я думал, это очевидно. У тебя красный ошейник — ты рабыня для удовольствий. Что бы ты еще сделал?" Под зелеными глазами появились морщинки, а загорелые губы слегка приоткрылись. "...о". Цветовая гамма. Неудивительно, что все на кухне бросали на меня странные взгляды. Его злость на ехидну улеглась. Парень, по-видимому, не мог предвидеть ничего лучшего. "Ну, может, у нас было неудачное начало?" Предположил Соник и не смог удержаться от внутреннего смешка. Плохое начало - это хорошо. Дежавю, у кого-нибудь? В прошлый раз, когда я впервые встретил Наклза, он подумал, что я разбил Яйцо Смерти на его острове и пытаюсь завоевать планету. "...возможно". Уступил ехидна, глядя на Соника со странной смесью недоверия и интереса. - "Ладно, теперь, когда мы ясно дали понять, что я здесь не для... этого", - сказал синий ежик, подходя ближе к другу и делая неловкий жест рукой, - "...я думаю, пришло время представиться. Я Соник. Ежик Соник!" - сказал он, ухмыляясь, как всегда, когда ему удавалось произнести свои любимые пять слов. Ехидна кивнула. - "Я Наклз. Сын нынешнего хранителя острова Ангелов и принца ехидн. Хотя я думал, что все в замке знают об этом", - добавил он вполголоса, но Соник даже не расслышал этой части. "Что за...?! Все становятся долбаными принцами, а я должен быть рабом?! Это так нечестно!" Наклз приподнял бровь, глядя на разглагольствующего синего ежика. "Я не притворяюсь, что понимаю ни слова из того, что ты говоришь, но ты точно не раб". Соник перестал дергать себя за уши достаточно долго, чтобы обернуться. - "...а?" Наклз закатил глаза. - "Ты говоришь, когда к тебе не обращаются. Ты смотришь мне в глаза. Черт возьми, ты думаешь. Ты не раб", - повторил он. Соник сухо усмехнулся. - "Я бы хотел". Он указал на свою шею. "Мне это не очень нравится, но на мне ошейник. Шедс тоже не собирается отпускать меня в ближайшее время, так что по всем статьям я здесь раб", - сказал он, не желая, чтобы Наклз поддержал их маленькую выходку, прежде чем добавить: - "Кроме этой единственной цели. Не вижу никаких идей". Наклз покачал головой. - "Ты можешь притворяться им, даже если причина этого ускользает от меня. Ты носишь этот ошейник по собственной воле", - сказал он, скривив губы в улыбке, которая, как был уверен Соник, была выражением презрения гордой ехидны к его добровольному подчинению. "Они пытались и на меня надеть ошейник. Я научил их лучше. Но мне, на самом деле, все равно, что ты делаешь, я просто хочу знать, почему ты здесь". Соник на мгновение задумался. Если бы он узнал правду, то просто решил бы, что он сумасшедший. Который Наклз дома, похоже, тоже считает меня таким, - промелькнуло у него в голове с веселым подтекстом. Однако вместо этого он сказал: "Я... немного заблудился". "Да, я тоже", - ответил ехидна, но в его тоне звучала горечь. "Я немного заблудился в своей собственной долбаной стране и был похищен, чтобы оказаться здесь, вынужденный топить печь, в которой кипятится вода для всего замка". "Жаль это слышать", - сказал Соник, не совсем понимая, почему Блэк Дум считает нужным похищать Наклза из всех людей. "Могу я помочь тебе выбраться отсюда?" Ехидна бросила на него удивленный взгляд. "Ты бы помог?" Соник пожал плечами. “Конечно. Это в некотором роде то, чем я занимаюсь. Но ты не должен доносить на меня." Наклз кивнул, его взгляд был задумчивым, но он, очевидно, решил не подвергать сомнению свою удачу. - "Я могу разбить эти цепи, но мне понадобится инструмент. Видишь вон тот молоток? Я не могу до него дотянуться, дай его мне". Как только Соник это сделал, металлические оковы выдержали всего несколько секунд под натиском грубой силы, на которую был способен Кастет. Толстые металлические браслеты, все еще стягивавшие его запястья и лодыжки, казалось, ничуть не мешали сильной ехидне. "Верно. Спасибо. Сейчас я вернусь к своим людям, они смогли подчинить меня только потому, что застали врасплох... Из кухни есть дверь, которая ведет во двор, а оттуда я могу спрятаться под стенами замка". Пока он говорил это, ехидна мерила шагами комнату и осторожно вышла на кухню. Ни один из рабов не оторвался от своей работы, и Соник шагнул за ним. Однако, как раз перед тем, как Наклз смог открыть дверь, ведущую наружу, синий еж удержал его. - "Эм... У твоего народа, случайно, нет изумрудов Хаоса, не так ли?" Фиалковые глаза снова подозрительно сузились, но ехидна только вздохнула. - "Ты спрашиваешь о секретах моего племени, ежик. Но раз уж ты освободил меня, я расскажу тебе. У нас нет Изумрудов Хаоса, только у Мастера. И они ни в коем случае не должны попасть в руки вашего короля. Я думаю, он действительно планировал потребовать их в качестве выкупа за меня". Соник понимающе кивнул. "Понимаю. Что ж, тогда удачи тебе на обратном пути. Надеюсь, у тебя все получится", - сказал он, хотя, зная Наклза, ему следовало бы больше беспокоиться о любых охранниках, которые могли оказаться настолько глупы, чтобы встать у него на пути. Соник лениво понадеялся, что охранник-носорог, которого он видел сегодня, окажется достаточно глупым. "...спасибо", - ответил Наклз, затем открыл дверь наружу, прежде чем снова остановиться. "Почему бы тебе не пойти со мной?" "Хм?" На этот раз удивленным был Соник. "Покинь этот замок. Ты не сломлен, как можно было бы предположить по ошейнику, но на самом деле сохранил свободу воли. Мой народ может использовать бойцов для предстоящей войны, и твоя помощь в моем побеге будет высоко вознаграждена". Соник взглянул на Наклза, затем на небо за окном, яркое, бледно-голубое и манящее... просящее его побегать на свободе, а не сидеть взаперти в этом замке… Затем он грустно улыбнулся и покачал головой. "Хотел бы, но не могу". "Почему нет?" ехидна нахмурилась, не сводя взгляда с синего ежа, но уже начинала нервничать и рваться покинуть место своего заточения. Соник расправил плечи, уперев ладони в бока. - "Ну, дело в том, что..." - сказал он, криво усмехаясь, - "я не могу оставить своего хозяина" Наклз только снова приподнял бровь. "Хорошо. Может, у тебя и есть свобода воли, ежик, но ошейник, который ты носишь, по-видимому, все еще делает тебя рабом". И с этими словами он исчез во внешнем мире, оставив после себя синего ежика, который был настолько сбит с толку, насколько это было возможно.