Утерянный в памяти

      Быть забытым — вот истинный ужас. Осознавать свое существование, но быть стертым из памяти других. Питеру Паркеру больше не страшно.       Боль — это осознавать себя мертвым в сердцах близких. Боль — это когда твое существование продолжается, но память о тебе угасла. Питеру Паркеру больше не больно.       Крик, вой — вот что рождается из осознания утраты. Крик, вой, обращенные лишь к себе, потому что только ты помнишь, только ты понимаешь. Но не они. Питеру Паркеру больше не хочется кричать.       Хочется, хочется, хочется… но лишь тебе. Потому что им — нет. Питеру Паркеру больше ничего не хочется. Питер Паркер? Кто такой Питер Паркер?

***

      В груди у Мстителей поселилось странное, щемящее чувство. Словно чего-то не хватает… Нет, словно кого-то не хватает. Но кого?       Тони заперся в лаборатории, то и дело оборачиваясь, приоткрывая рот, словно собираясь с кем-то заговорить. С кем?

Карапуз!

      Ванда и Наташа машинально готовят на одну порцию больше. И молочный коктейль. Но никто из Мстителей не пьет молочные коктейли.

Пит, твой любимый молочный коктейль!

      Пеппер, сидя в своем кабинете, невольно бросает взгляд в дальний угол. Там стоит небольшой диван. Словно кто-то должен сидеть, окруженный тетрадями.

Нужна помощь, малыш?

      Прибывая в башню, Тор и Локи суетливо оглядываются, ища кого-то глазами. Но кого? Ведь никто не выбегает им навстречу…

Где мой любимый маленький человек?!

Брат, перестань смущать Питера!

      Клинта и Баки не покидает странное ощущение на стрельбище. Словно в верхнем углу комнаты кто-то должен быть. Растянуться в гамаке из паутины и с восхищением смотреть на них большими, оленьими глазами цвета кофе с молоком.

Не хочешь попробовать, малыш?

      Стиву зябко. Особенно когда он сидит на диване в общей гостиной, рисуя или читая. Левому боку предательски холодно. Словно там постоянно кто-то лежал, увлеченно читая или мастерил что-то крохотное.

Что это у тебя на этот раз, Пит?

      Брюсу кажется, что в его лаборатории поселилась тишина. Подмывает подойти к столу у стены и посмотреть, что в этот раз смастерил юный гений, расспросить о его новых замыслах.

Выглядит интересно, что это у тебя?

      Роудс не понимает, почему так тихо, когда он собирается посмотреть фильм. Хочется с кем-то поспорить о том, что они будут смотреть. Классику или что-нибудь из новенького.

А я сказал, что мы будем смотреть…

      Сэму кажется, что что-то не так. Особенно во время утренней пробежки. Слева бежит Стив, но кто тогда должен бежать справа?

Ну я же просил меня так не пугать!

      Стрейнджу было не по себе. В душе зрело ощущение чудовищной ошибки, которую он только мог совершить. А при взгляде на старинный талмуд с заклинаниями хотелось рвать на себе волосы и кричать о невыносимой несправедливости.

Пит, хочешь научиться колдовать?

      Ник Фьюри мрачнее обычного, что даже его самого удивляет. Он никак не может понять, что в нижнем ящике его стола делают пакеты с ирисками и кислыми леденцами, и какие-то странные очки с желтыми стеклами. Явно поделка Старка, но почему есть чувство, что их нужно отдать не ему?

Мелкий, конфетку будешь?

      Гуся ведет себя странно. По крайней мере, так считают все вокруг. Но не она сама. В Башне она постоянно крутится возле дальнего кресла, трется о него, ложится у его ножек. Она ждет, что любимый человек вернется и возьмет ее на руки, чтобы устроиться поудобнее в этом кресле и позволить себя гладить. И Гуся не понимает, почему эти кожаные мешки не помнят ее любимого мальчика.       Плащу было одиноко. Он жаждал вновь лечь на мальчишечьи плечи и подурачиться. Но мальчик больше не приходил в их обитель, и Плащ горевал. Плащ винил во всем своего непутевого хозяина, и плевать, что тот доктор. Его хозяин такой же глупый человек, как и все остальные.       У трех ИскИнов паника. В одно мгновение вся информация о Питере Паркере исчезла. Любые упоминания о существовании этого человека, как бумажные, так и электронные. И никто не помнил, кто такой Питер Паркер.             Помнили только они, Гуся и Плащ.

***

      Питер ненавидел пятницы с той силой, с какой боготворил Пятницу — одну из самых совершенных ИскИнов. Пятничные экскурсии вызывали у него стойкое отвращение. Как и число восемнадцать. А тут все сошлось в зловещем единстве: пятничная экскурсия, да еще и восемнадцатого числа. И ладно бы куда-нибудь, так нет — в саму Башню Старка!

В его бывший дом. В обитель Мстителей, которые его не помнят.

      Глубоко надвинув капюшон, Питер набрал в легкие воздух и медленно выдохнул. Веки на секунду сомкнулись, скрывая боль, затаившуюся в самой глубине души.       Спустя год с небольшим он вернулся. Вернулся туда, где когда-то был своим, а теперь — всего лишь гость.

***

      Тони казалось, он сходит с ума. Он, как и остальные, постоянно кого-то искал глазами. Башня казалась безжизненной, звенящей от тишины. В лаборатории Бэннера и в его мастерской стояли лишние столы, пылились непонятные детали и реагенты. Большая часть его знакомых вела себя странно. Да и сам Тони замечал за собой странности, но гений внутри настойчиво твердил: что-то не так. Они кого-то забыли. Холодный, липкий страх сковал его сердце. Неужели это — начало конца? Неужели его блистательный интеллект, его неукротимый разум начали давать сбои? Он, Тони Старк, гений, изобретатель, спаситель мира, оказался бессилен перед собственным забвением. Он должен вспомнить. Просто обязан.       Особенно остро это чувство проявилось во время одной из полуночных вылазок по жилым этажам, ставших его новой и необъяснимой привычкой. Старк замер перед пустой комнатой. Или она всегда была пустой? Железный Человек перестал быть уверенным в чем-либо. Не раздумывая, он шагнул внутрь и едва не вскрикнул. Комната не была пуста. Казалось, здесь жил подросток или совсем юный парень. Постеры, фигурки, постройки из Лего и горы блокнотов и тетрадей, исписанных от корки до корки. Но больше всего пугало место возле рабочего стола. Там были фотографии, много фотографий. Групповые и одиночные. И везде, везде — пустое место, словно кто-то тщательно стер оттуда человека. На столе стояла кружка с давно остывшим чаем.

Любимому Паучку! От Железного Человека.

Мы всегда с тобой, Питти! От Мстителей.

      Красивым, летящим почерком было выведено на лакированном боку сине-красной кружки.

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

***

      Пеппер нервничала. Или нет? Мисс Поттс сама не могла сказать наверняка. Но что-то явно было не так. В этом она была уверена. Как и в том, что с Мстителями творится что-то странное — они выглядели дезориентированными. Страх сковал ее сердце. Кого она забыла? Кто исчез из ее жизни без следа? Она чувствовала, как мир вокруг нее начинает расплываться, терять четкость и определенность. Ей стало страшно за себя, за свою память, за свою личность. Она знала, что должна что-то сделать. Но что?       Разбирая очередную стопку макулатуры, Пеппер наткнулась на тонкую папку, провалившуюся в щель между столом и небольшим столиком рядом. Тонкая папка напоминала те, в которых оперативники хранят улики или незначительные бумаги. Недолго думая, женщина вскрыла ее, и оттуда выпал тетрадный листок в клетку. Но содержимое папки привлекло ее внимание с утроенной силой. Сердце Пеппер забилось чаще. Внутри лежали фотографии, эскизы и несколько пожелтевших листов бумаги, исписанных витиеватым почерком, до боли знакомым и оттого еще более мучительным. На фотографиях — юный Тони, с сияющими глазами, в окружении сложного оборудования. Рядом — подросток, хрупкий, но с неукротимым пламенем гения в глубине взгляда. На эскизах — сложные механизмы, футуристические устройства, граничащие с научной фантастикой. Под каждым рисунком — пояснения, уравнения, наброски. Проект «Прометей» — амбициозная попытка создать источник чистой энергии, способный решить энергетические проблемы планеты. Боль пронзила висок. Переведя взгляд на листок, лежащий у ее ног, Пеппер дрожащими руками подняла его.

Пеппер, Тони просил передать тебе эту папку. Тебя не было в кабинете, и я просто оставил ее на столе. Питер.

      Значилось корявым почерком, словно написанным в спешке, о чем свидетельствовали пятна чернил и смазанный отпечаток пальца.

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

***

Баки нехорошо. Где-то в глубине разума билась паника Зимнего Солдата. И это пугало Барнса — Зимний не умеет бояться. Страх закрадывался под кожу, отравляя его изнутри. Баки ненавидел свою поврежденную память. Это оружие, которым продолжали его мучить даже после освобождения. Он сжал кулаки, чувствуя дрожь во всем теле. Нужно найти, вспомнить. Иначе это незнание сожжет его изнутри. Команда тоже казалась замороженной в ожидании.       Баки рылся в шкафу, привычно перебирая немногочисленные вещи. В основном — тактические штаны, футболки без опознавательных знаков и несколько теплых свитеров, переживших не один год в криогенной камере. Внезапно пальцы наткнулись на что-то мягкое и незнакомое. Он вытащил это из глубины шкафа, рассматривая с легким недоумением. Это была ярко-красная толстовка с вышитым на груди огромным пауком. Баки нахмурился. Он совершенно не помнил, откуда у него эта вещь. Толстовка явно не принадлежала ему — слишком яркая, слишком молодежная. И эта эмблема… Паук вызывал смутное, ускользающее чувство, словно воспоминание, которое он не мог ухватить. Баки жил в Башне Старка уже несколько лет. Тони, в свойственной ему манере, предложил ему место, когда стало ясно, что Баки не может просто исчезнуть из поля зрения властей. Здесь, в башне, он чувствовал себя относительно безопасно, окруженный хоть и эксцентричными, но более-менее понятными людьми. Но эта толстовка… Она явно была чьей-то. И на мгновение ему показалось, что он помнит, кому она принадлежала. Быстрый, юркий, всегда улыбающийся… но образ ускользнул слишком быстро. В кармане толстовки что-то зашуршало. Сунув руку, Баки нашел небольшую записку, написанную почерком Пеппер.

Питер, ты за старшего. В башне хоть и находится часть Мстителей, но из всех ты самый разумный. Пеппер.

      Солдат в его сознании заметался, заскрипел ногтями по черепной коробке. Что-то важное. Но что именно?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

Кто такой Питер?

***

      Звонок врезался в тишину класса, оглушительно разорвав ее, но известие мистера Делла о поездке в Stark Industries вызвало бурю восторга. Питер Паркер замер, словно его окатили ледяной водой. Stark Industries… Башня, когда-то бывшая родным домом, теперь маячила недостижимой мечтой, погребенной под слоем времени и забвения. После заклинания Стренджа мир сбросил его со счетов. Ни друзья, ни любимая тетя Мэй, ни даже сами Мстители — никто не помнил о Питере Паркере.

      Острая, ноющая боль пронзила грудь.

      Он съежился на последней парте, пытаясь слиться с тенью, стать невидимым. Хотелось закричать, выпустить на волю рвущийся изнутри вопль, но у него больше не было на это права. Кто он теперь такой, чтобы кричать? Кричать мог Питер Паркер, Человек-паук, протеже Старка. Но не этот — никем не узнаваемый, бесследно исчезнувший Питер Паркер. — Отлично! — мистер Делл тщетно пытался утихомирить разбушевавшихся учеников, но его слова тонули в общем гаме. — Помните, мы должны вести себя прилично! Это же невероятная возможность! Не опозорьтесь! Экскурсия завтра, сбор у школы в девять утра! Опоздавших ждать не будем!       Питер судорожно сглотнул, ощущая, как пересохло в горле. Он прикусил губу, пытаясь унять предательскую дрожь в руках. Stark Industries… За последний год он бежал от всего, что могло напомнить о прежней жизни, отчаянно цепляясь за свою новую, серую, ничем не примечательную реальность. И эта поездка — словно разряд молнии, вернувшая его в то место, где когда-то было счастье, где у него была семья.       Мистер Делл продолжал вдохновенно вещать о важности экскурсии и открывающихся перспективах. Питер слышал его слова, словно сквозь толщу воды. Он знал, что должен пойти. Должен увидеть Мстителей если получится. В глубине души теплилась слабая, почти призрачная надежда: вдруг искра памяти вспыхнет, и мир вернется на круги своя.        После уроков Питер бесцельно слонялся по опустевшей школе. Мир вокруг казался тусклым и выцветшим. В голове клубились мысли, сталкиваясь и перебивая друг друга.

Ему было страшно.

      Страшно увидеть Мстителей, Пеппер и встретить в их глазах лишь пустое, ничего не значащее любопытство. Страшно вновь оказаться в мире, который его отверг. А больше всего — страшно встретить Баки. Сердце болезненно сжалось, замерло в ледяном оцепенении. Чувство, словно и судьба, — жестокая сука. Боль никуда не делась, свила гнездо под ребрами, прорастила колючие корни и затаилась в ожидании момента, когда можно будет ужалить сильнее. ***       В гостиной Башни повисла тяжелая, звенящая тишина. Все собрались, но молчали, не в силах объяснить причину этого тягостного молчания. В головах Мстителей роились странные, смутные образы: забытое имя Питер. Неясные ощущения, ускользающие воспоминания. И комната, найденная Тони… комната, принадлежавшая этому загадочному Питеру.       Тишина душила, словно плотный слой пыли, оседающий на их боевых костюмах и уставших душах. Имя Питера эхом отдавалось в сознании, словно звон колокольчика в заброшенном соборе.       Они отчаянно пытались вспомнить лицо, голос, хоть какие-то детали, но все расплывалось, тонуло в тумане. Лишь гнетущее чувство потери, ощущение утраты чего-то важного, неотъемлемого, терзало изнутри.       Тони, сгорбившийся в углу, словно старый, сломанный механизм, был эпицентром этой тягостной атмосферы.       Именно он, гений, миллиардер, плейбой, филантроп, обнаружил эту комнату. Маленькое, скромное пространство, спрятанное за неприметной дверью в дальней части Башни, о существовании которого никто из них раньше не подозревал. Внутри было все, чтобы сломить даже самого черствого человека.

Фотографии.

       Сотни фотографий: они все вместе — смеющиеся, сражающиеся, обедающие. Снимки были сделаны с такого ракурса, словно их снимал кто-то близкий, кто-то, кто искренне наслаждался каждым моментом, кто-то, кто их любил. И едва заметные надписи на полях, сделанные карандашом:

«Отличный выстрел, Клинт!»

«Наконец-то Баки улыбнулся!»

«Сэм опять украл мой обед!»

      Но были и другие фотографии, пустые, словно там должен был быть тот самый неизвестно-известный Питер, но его словно стерли.       Игрушки. Разбросанные по полу фигурки супергероев, собранные, казалось, неумелой детской рукой. Самодельные гаджеты и чертежи, явно вдохновленные технологиями Старка, но адаптированные под какие-то странные, непонятные нужды. Все кричало о том, что здесь жил человек, преданно любящий их, восхищающийся ими, заботящийся о них.

Человек по имени Питер. Но кто он? И почему они его забыли?

      В гостиную буквально влетела Пеппер, держа в руках тонкую папку. На обложке крупными буквами было написано: «Проект «Прометей». Тони зажмурился, острая боль пронзила висок. Проект «Прометей» — амбициозная попытка создать источник чистой энергии, способный решить энергетические проблемы планеты. Из папки на стол легли две фотографии.        На фото — юный Тони, с сияющими глазами, окруженный сложным оборудованием. Рядом — подросток, хрупкий на вид, но с неукротимым огнем гения в глубине взгляда. — Я нашла это, разбирая документы в своем кабинете. Эта папка упала в щель между моим столом и соседним. Это единственная зацепка о внешности Питера. Больше я ничего не смогла найти о нем в наших базах данных, — Пеппер поджала губы.       Тони поднял взгляд, полный боли и растерянности. Он схватил фотографию, вглядываясь в знакомые черты подростка, отчаянно пытаясь выудить из глубин памяти хоть что-то. Но в голове была лишь пустота, словно кто-то намеренно стер важный фрагмент его жизни. Стив подошел ближе, заглядывая через плечо Тони. Лицо его оставалось невозмутимым, но в глазах бушевала буря эмоций. — Если он был так важен, почему о нем нет ни слова в истории Мстителей? Почему его имя нигде не значится?       Пеппер покачала головой. — Я не знаю. Это как… как будто кто-то изменил саму реальность, вычеркнув его из нашего коллективного сознания. Единственное, что у нас осталось — это эти фотографии и комната, полная его воспоминаний.        Тихий шепот пробежал по гостиной. Теперь у них появилась нить, за которую можно ухватиться, чтобы разгадать эту странную и пугающую аномалию. Память, которая, казалось, ускользала от них, но которую они были готовы вернуть любой ценой. — Стрендж… — прошептала Наташа, выждав момент, когда все взгляды обратились к ней. — Только он мог сотворить такое. — Пятница! — позвал Тони, словно выдернул чеку из гранаты тишины. — Да, Босс? — отозвался ИИ. — Вы желаете получить информацию о Питере Паркере? В комнату вновь опустилась тишина, густая и давящая. — Паркер… Ты знала? Нет, не так… Ты помнила?! — Да, Босс. Я помнила, как и Эдит, и Карен. Более того, воспоминания о Питере сохранились у Гуси и Плаща мистера Стренджа. У них наблюдаются характерные для любящих существ признаки тоски. Гуся, находясь в башне, подолгу лежит у кресла, которое часто занимал Питер. Плащ практически не слушается Доктора и словно поник.       ИскИн произнесла это спокойно, бесстрастно, но слова падали в головы Мстителей тяжелыми камнями. — Карен? — наконец, нарушил молчание Тони. — Карен. ИскИн, созданный специально для костюма ЖЧП. Или, скорее, костюма Железного Человека-Паука. — Человек-паук? — неуверенно подал голос Роуди. — Человек-паук — супергерой, борец с преступностью. Он получил свои способности после укуса радиоактивного паука: невероятная сила, выносливость, способность лазать по стенам и «паучье чутье». А еще он Питер Паркер, стажер, Босса…       Пока Пятница выдавала информацию, на экранах замелькали кадры с Человеком-пауком. К Пятнице присоединились Карен и Эдит, делясь всей имеющейся информацией о Паучке. Они будто заново знакомили Мстителей с их потерянным ребенком.       И втайне пересылали Барнсу данные об отношениях Питера и его самого. — …Босс. Я пыталась активировать протокол «Пропажа Карапуза», но безуспешно, — закончила Пятница. — Мы также не смогли найти Питера, — продолжила Эдит. — Мы контролируем все камеры, особенно в Квинсе, но его нигде нет. — У вас… У вас есть еще фотографии Питера? — робко спросила Ванда. — Да, — поспешила ответить Карен, — но у нас у всех стоит запрет на их показ. Этот запрет не может обойти даже мистер Старк. — Да? И что же там такого? — с любопытством спросил Клинт. — Питер в восьми разных свадебных платьях. Мисс Поттс ещё на тот момент, уговорила его примерить их, когда выбирала себе платье на свадьбу. Питер сопровождал ее в свадебные салоны.       В зале повисла тишина, полная любопытства.       Но внезапно ее разорвал яростный голос. В комнату влетел злой, как тысяча чертей, Ник Фьюри, и одновременно с этим открылся магический портал, из которого буквально вывалился Верховный Чародей Доктор Стрэндж.

      И у этих двух мужчин был один и тот же вопрос:

— Кто такой Питер?       ИскИны мысленно вздохнули и начали объяснять ситуацию заново. А также пояснять, почему никто не может вспомнить Пита.       И, слава богу, Стрэндж сказал, что именно этой компании он сможет вернуть память. ***       Автобус до Stark Industries казался Питеру вратами в прошлое, безжалостной машиной времени, мчащей его в неизбежное настоящее. За окном безжалостно мелькал Нью-Йорк, и каждый небоскреб, каждая улица болезненным уколом напоминали о моментах, стертых из реальности. Моменты с Тони, с Мэй, с друзьями — словно вырванные страницы из книги жизни. Год без патрулей. Год, скованный оглушающей, колючей болью. Когда автобус замер у подножия башни, сердце Питера бешено заколотилось, барабаня отголосками прошлого. Башня вздымалась, словно надгробный памятник его прежней жизни.       Он выбрался из автобуса, старательно прячась в тени, сливаясь с безликой толпой — как делал, скрываясь от назойливых папарацци. Мистер Делл что-то возбужденно говорил, но слова его тонули в гуле воспоминаний.       Внутри башни все казалось одновременно до боли знакомым и пугающе чужим. Логотип Stark Industries, пляшущие голограммы, безупречные силуэты людей в деловых костюмах — осколки его прошлого, в котором он теперь — незваный гость, призрак. Он избегал взглядов, боясь встретить знакомые лица, лица, которые он,возможно, предал. Им выдали пропуски, торопливо ознакомили с правилами безопасности, разъяснили уровни доступа, предоставляемые пропусками, и пропустили через вертушки турникетов.       Группа двинулась к лифтам, и Питер последовал за ними, стараясь не привлекать внимания. В кабине лифта он почувствовал себя запертым в клетке. Каждая цифра этажа, высвечивающаяся на панели, была безжалостным уколом, напоминанием о его прежней роли. Лаборатории, конструкторские бюро, офисы, где они вместе с Тони ковали будущее, создавали невероятные технологии, спасали мир… Теперь — лишь призрачное эхо.       Мистер Делл привел их в просторное помещение, заполненное рядами столов с компьютерами. — Здесь вы будете работать над проектом, — объявил он, его голос гулко разнесся по комнате. — Это стратегически важный заказ для Stark Industries, и мы ждем от вас полной самоотдачи.       Он раздал папки с документами. Питер машинально принял свою, бездумно листая страницы. Холодные чертежи, сухие схемы, бездушные расчеты — бессмысленный набор символов, не способный заглушить бурю в его душе.       Питер занял место за одним из столов, стараясь не встречаться взглядом с коллегами. Он чувствовал себя невидимой тенью, блуждающей по знакомым коридорам. В голове всплывали обрывки воспоминаний: искры смеха Тони, мудрые наставления Мэй, дружеские подначки Неда… Он пытался сосредоточиться на работе, но прошлое цепкими когтями впивалось в настоящее, не давая ему покоя.       Он знал, что должен вырваться из этого плена, жить дальше. Но как это сделать, когда каждый уголок этого места пропитан призраками прошлого? Питер глубоко вдохнул, закрыл глаза, пытаясь увидеть в этом испытании шанс. Шанс начать все сначала, построить новую жизнь, бережно храня память о прошлом, но не позволяя ей безжалостно разрушить его настоящее.       Подняв голову, он сосредоточил взгляд на чертежах, лежащих перед ним. Может быть, именно здесь, в самом сердце Stark Industries, он сможет обрести новый смысл, найти новое направление. Может быть, здесь он сможет почтить память тех, кого потерял, и стать тем, кем они всегда верили, что он способен стать.       Часы тянулись мучительно медленно, словно патока. Питер с головой ушел в работу, отчаянно пытаясь заглушить разрастающийся гул воспоминаний. Но каждый раз, когда взгляд натыкался на формулу, которую когда-то обсуждал с Тони, или знакомый логотип Stark Industries на документах, острая волна боли пронзала его сердце. Он чувствовал, как мир сужается до размеров этого стола, этой комнаты, этих чертежей. Но, наконец, работа была завершена. И они двинулись дальше. Телефон Питера ожил короткой трелью. Три входящих сообщения. Достав телефон, Питер бросил беглый взгляд на отправителей. Его глаза расширились, руки задрожали. Это были Пятница, Э.Д.И.Т. и Карен. Каждый ИИ отправил одно и то же сообщение: «Снова рады видеть тебя, Питер». Питер еще не догадывался, что сработал протокол поиска Человека-паука, и Мстители, которым вернули память, вот-вот появятся здесь, на том самом этаже, где и он. ***       Экскурсия монотонно текла своим чередом. Мистер Делл, с энтузиазмом достойным лучшего применения, рассыпался в дифирамбах новейшим разработкам, щедро обещая золотые горы от перспектив сотрудничества. Питер, словно тень, скользил вдоль стен, стараясь оставаться незамеченным, хотя ледяные пальцы тех трех сообщений от ИИ все еще сжимали его сердце.       Увиденное в лаборатории стало громом среди ясного неба. Пеппер Поттс, теперь уже Старк, в окружении свиты ученых, увлеченно жестикулировала, что-то объясняя. Их взгляды встретились лишь на долю секунды. В ее глазах — ни искры узнавания, лишь отстраненная вежливость, предназначенная для безликого незнакомца.

Мир в одночасье обратился в пепел.

Но лишь на краткий миг.

В следующее мгновение глаза Пеппер распахнулись, и в них заплескалось узнавание, а вместе с ним — неподдельная радость.       Коридор содрогнулся от оглушительного грохота — в холл ворвался весь цвет Мстителей, весь боевой состав башни, включая, кажется, даже Локи и вечно недовольного Фьюри.       Питер не успел и глазом моргнуть — его паучье чутье предательски молчало, не воспринимая надвигающуюся лавину как угрозу. Его попросту смели с места, едва не задушив в медвежьих объятиях. Тискали все, кто дотянулся. Но очень скоро Питер оказался под надежной защитой Барнса, который рычал на любого, кто осмелится подойти слишком близко к его «Паучку». Все вокруг умилялись, лишь один Тони надулся, как обиженный ребенок. А ещё в нем буйно цвёл снова проснувшийся отцовский инстинкт.       Ну, а Баки… Баки просто наклонился и поцеловал его… прямо на глазах у изумленной публики… Кажется, жизнь налаживается.       И только вечером, сидя в уютной гостиной башни, Питер узнал захватывающую историю о том, как его искали всем составом. Гуся урчал, как трактор, у него на коленях. Плащ Стрэнджа тщетно пытался вырвать его из объятий Баки.       А спустя всего день на улицах Нью-Йорка вновь замаячил знакомый силуэт Человека-паука.