эндрилы

Другие ребята начинали вставать, те кто не сильно вчера пили. Они потягивались, лениво сидя в телефоне или уходя на кухню. Эндрю тут же напрягся, чувствуя движения вокруг. Он аккуратно убрал руку из волос Нила и слегка выпрямился, стараясь не потревожить его сон. — Тише, — процедил он сквозь зубы в сторону потягивающихся фигур, бросая на них предупреждающий взгляд. Но было уже поздно — свет пробивался через шторы, а шум от передвигающейся мебели и шагов становился всё громче. Нил поморщился от резких звуков и — в конце концов — чуть приоткрыл голубые глаза, щурясь с просонья от солнечного света падающего в комнату. Он с легкостью поднял голову с плеча Миньярда, почувствал чуть затекшую шею и уставился в комнату потирая глаза. — Ты чего меня не разбудил? У тебя поди голова отвалиться. — обращался сонно он к блондину. Эндрю хмыкнул, покачав головой: — Ты слишком мирно спал, не хотел будить. — ответил Миньярд чуть хрипло, пытаясь подавить небольшое разочарование от исчезнувшего тепла на плече. — Да ладно тебе. Голова точно на месте? — оценивающе сонным взглядом посмотрел на него рыжик. Эндрю сжал зубы, но неожиданно мягко ответил: — На месте. — он даже слегка повернул голову в сторону, чтобы Нил мог убедиться сам — никаких признаков дискомфорта. Хотя это и было странным поведением для него. — Ну смотри мне — чуть растеряно отвечал второй, после чего направился на кухню. Миньярд лишь покачал головой, смотря ему вслед. Он всё ещё чувствовал легкое тепло там, где Нил только что лежал, и не мог выкинуть это из головы. Миньярд потёр пальцами висок, чуть морщась — от долгого сидения затекла шея, как и предсказывал рыжий. Выпив стакан воды, Нил вернулся к остальным. К этому времени уже все не спали: кто-то лениво потягивался, кто-то смотрел новости, а кто то валялся и болтал без дела. Эндрю стоял у окна, сложив руки на груди. Он молча наблюдал, как Нил возвращается — уже более бодрый, с каплями воды на губах после стакана. Когда Ники начал шутить про «ночь любви» и ткнул пальцем в их сторону с ухмылкой, Миньярд лишь метнул в него ледяной взгляд. — Скажешь ещё что-то — вырву язык. Тишина накрыла комнату за секунду. Стараясь развеять напряжение, Дэн завела разговор о фильмах, и Ники, конечно, поддержал беседу, и все в комнате снова оживились. Нил выдохнул и сел на пол подле дивана, скрестив ноги, и задумался. Эндрю всё ещё стоял у окна, хмуро следя за общей суетой. Он слышал оживлённый разговор и даже уловил пару шуток про него и Нила. Миньярд чуть повернул голову в сторону, рассматривая рыжую макушку у дивана и вдруг заметил, что Нил немного отстранён, явно задумавшись о чём-то. Другие старались не трогать Джостена лишний раз, зная его натуру, и то, что ему иногда нужно было время подумать и побыть в одиночестве, но при этом в компании. Нил засмотрелся на телевизор с новостями, хотя слова ведущего не задерживались у него в голове дольше пары секунд. Эндрю заметил это, и он знает этот взгляд — пустой, отстранённый. Как будто где-то далеко. Не говоря ни слова, Миньярд отошёл от окна и сел рядом на пол. Достаточно близко, чтобы чувствовать тепло его плеча — но без прикосновений. Просто так. — Ты опять ушёл? — тихо спросил он. Джостен, не сразу заметив приход Эндрю, не понимающе уставился на него. Вопрос очевидно он не слышал. Эндрю чуть нахмурился, повторяя чуть громче: — Я спрашиваю: в своих мыслях опять отъехал, как всегда? — в его голосе не было злости, скорее... беспокойство? Нил пожал плечами, снова посмотрев на телевизор: — Так, просто задумался. Эндрю покосился на экран, где кто-то вещал о погоде. Потом перевёл взгляд на Нила, чуть склонив голову. — О чём? — сросил он тихо — не требовательно. Просто хотел знать. Даже если тот ответит «не твоё дело». Однако Джостен и не скрывал ответ: — О том, что делать дальше. Это, — он указал пальцем на повязку на скуле, под которой была татуировка с цифрой "4" — Может обернуться проблемой для всех нас. Миньярд чуть сощурил глаза, следя за пальцем Нила, указавшим на тату. Но никаких эмоций на его лице не отражалось — будто он старался не выдать своих переживаний. Эндрю чуть поджал губы и тихо ответил: — Мы разберёмся с этой проблемой. Как обычно. — Нет. — отвечал Нил спокойно, после чего перевёл взгляд на Эндрю. — Я сам должен с этим разобраться. Будь рядом, но не помогай. Дай мне самому научиться решать свои проблемы. Блондин напрягся, но не отвёл глаз: — Это не твоё "одиночное плавание", рыжий. — произнёс он тихо, но с нажимом. — И если ты думаешь, что я буду стоять и смотреть, как тебя снова затягивает в это дерьмо...— он сделал паузу, резко смягчившись — То ты меня плохо знаешь. — Эндрю, я серьезно. Вас вообще не должно было оказаться в этой истории, тем не менее — я вас втянул, и все лисы находятся под угрозой из за меня. Сердце заколотилось в груди и он сжал забинтованными пальцами край своей кофты: снова это ужасное чувство вины, раздирающее изнутри. Эндрю не отвёл взгляда. Он почувствовал, как что-то щёлкнуло внутри — не злость, что-то острее. — Ты не втянул. Мы сами туда вошли. — он наклонился ближе, почти шёпотом — И если кто и под угрозой — это ты. А значит это проблема всех нас. Пауза. Миньярд сжал зубы: — Так что хватит играть в жертву, Нил. Ты им нужен живым и невредимым. — Он не сказал вслух "особенно мне нужен", но остальное сказал резко — и взгляд выдал всё: он боялся. — Я врал всем вам почти целый год: начиная от имени и заканчивая всем остальным. — константировал Нил желая этим фактом затмить все сказанные слова Эндрю скорее для себя, нежели для него. Внутри всë дребезжало, словно стекло, готовое выпасть из рамы и разбиться на тысячи острых осколков. Миньярд посмотрел на него долгим, тяжёлым взглядом. Не моргнул. Не отвёл глаз. — Ты не врал. — произнёс он спокойно, почти ледяным тоном. — Ты выживал. Он помолчал секунду, потом добавил: — А имя?..Кого ты сейчас называешь Нилом Джостеном — это и есть настоящий ты. Остальное — просто мусор из прошлого. Миньярд наклонился чуть ближе, почти касаясь уха Нила: — И если думаешь, что я перестану на тебя смотреть потому что где-то в гнезде кто-то знает твою чертову цифру…— Резко выдохнул. — Забудь. Я не отойду. — Значит я заставлю тебя отойти. — отвечал нил, застыв на месте. — Что ты ненавидишь больше всего? Эндрю резко встал, склонившись над Нилом — взгляд стал настолько тяжелым, что дышать, казалось, могло стать труднее. Он сжал кулаки, но голос остался низким, сдавленным: — Больше всего я ненавижу… Пауза. —...когда меня отталкивают те, кого я не собираюсь отпускать. Его голова чуть наклонилась к плечу: — Так что попробуй оттолкни. Только посмей. Его дыхание, его слова были холодным, но внутри всё горело разрастающимся пожаром. Достен и пальцем не повел: — Не цепляйся за то, что утянет тебя на дно. Эндрю резко схватил Нила за запястье — не грубо, но и не нежно. Достаточно, чтобы тот просто почувствовал: он не шутит: — Заткнись и выбирай: либо цепляйся сам... либо я потащу тебя наверх силой. Он отпустил запястье, но остался стоять вплотную. — А теперь скажи честно: кто из нас двоих сейчас тонет? — Мы вдвоём тонем, но шанс выплыть есть только у одного. — отвечал тот, выдержав тяжёлый взгляд. Губы Эндрю дернулись в подобии усмешки, но это явно была не она. Он резко схватил Джостена за подбородок ладонью, приподнимая его голову. — Тогда у нас есть две альтернативы, рыжий: либо я оттащу тебя наверх прямо сейчас… Пауза. Миньярд чуть сильнее сжал челюсть Нила в своей хватке. Его взгляд стал почти мрачен: — ...либо ты сам подаёшь руку мне, и мы плывëм вместе. — Отпусти, а то вопросов налетит — не отвертимся оба. — посоветовал Нил, проигнорировав всë вышесказанное. Миньярд колебался лишь мгновение, а потом резко убрал руку от подбородка Нила, но остался стоять рядом, за что тот одарил его убийственным взглядом: — Иди-к-черту. что из этого тебе не понятно?