эндрилы

[последняя часть, конец!!] *** Эндрю не шелохнулся. — Всё мне понятно, рыжий. — прошептал он почти беззвучно — Ты боишься, что я сломаюсь из-за тебя. Он наклонился ближе — так, что их лбы почти коснулись. — А я боюсь только одного... что ты уйдёшь и больше не оглянешься. Повисла тишина. Миньярд больше ничего не сказал, и Нилу пришлось брать инициативу на себя. Внутри все сжалось так, что едва можно было вдохнуть, но он выдавил тихое: — Так и было раньше. И если бы ты мне не помог — я уже убежал снова, и меня бы здесь не было, но... я здесь. Эндрю чуть прикрыл глаза, его дыхание замедлилось —он отступил на полшага, но не ушёл. Просто опустил руки вдоль тела, сжав их в кулаки. — Тогда слушай внимательно. Пауза. — Я не прошу быть сильным. Я не прошу быть идеальным. Он поднял голову, встречая взгляд Нила: — Просто перестань решать всё один. Хватит прятаться за этой "цифрой", за "тату", за всей этой хернёй.Ты не номер. После этих слов он замолчал — впервые позволив себе показать уязвимость: без маски гнева или цинизма. Кажется, что Нилу выбило последний воздух из легких: много лет он только и делал что менял личности, города, не подпускал к себе людей и постоянно оглядывался назад в страхе. В лисьей башне же его готовы были отстаивать и слушать ложь столько столько нужно было. Эндрю смотрел на него и видел, как всё внутри него сжимается. Где-то внутри он сам не до конца осознавал свои слова — но в его сердце звучали так же правдиво. Миньярд сделал небольшой вдох, подавляя желание прикоснуться к нему. Прикоснуться, чтобы успокоить — но он сам не знал, кого успокаивал больше: Нила или себя. Джостен, не дождавшись собственных мыслей в голове, незамедлительно покинул комнату и пошагал по коридору. Все обернулись на дверь в тишине и потом перевели взгяд на Эндрю, но спросить никто не решался. Кевин лишь громко вздохнул. Эндрю видел, как Нил выходит, но остался стоять на месте. Он почувствовал на себе взгляды остальных, но не повернул головы — просто молча смотрел в сторону двери, до сих пор прикусывая губу, чтобы не произнести ни звука, хотя внутри что-то с острым звоном разбилось и сейчас било по вискам. Ники хотел было пойти за Нилом, но не успел ступить и второго шага, как остановился под убивающим взглядом Миньярда и вернулся на место. Все молчали. Кажется, даже звуки за окном стихли. Наконец блондин произнёс низким голосом: — Никто. Не. Идет. За. Ним. — проговорил он медленно, чётко выделяя каждое слово. Не было злости в его голосе — только усталость. Молчание означало, что слова понятны и остальные тихо продолжили свои утренние дела. Эндрю вздохнул, чуть устало прикрывая глаза. Он медленно подошёл к дивану, рухнув на него и прикрыв лицо рукой. В голове роились мысли, но он просто не знал, как их выразить, поэтому предпочёл молчать и слушать тихую суету вокруг. *** Нил был на знакомой крыше, где они сидели с Эндрю, и где тот обещал скинуть его с крыши. Собственные мысли душили, он не понимал как быть, но понимал две вещи: он точно хочет остаться с лисами как можно дольше, и он хочет быть "Нилом". *** Эндрю медленно встал, бросив взгляд на часы. Прошло около часа с того, как Нил ушёл — и это начинало беспокоить его. Он оглядел комнату — Кевин что-то тихо обсуждал с Ники, остальные продолжали заниматься своими делами. Миньярд вздохнул, и, стараясь не привлекать внимание, тихо покинул комнату. *** Нил неподвижно сидел на крыше, скрестив ноги, смотря в закат. За этот час ничего толкого не приходило на ум. Эндрю появился на крыше почти бесшумно. Он остановился в паре шагов, не приближаясь сразу. Ветер шевелил его светлые волосы, пока он смотрел на спину Нила — напряжённую, будто готовую разломиться. — Ты опять думаешь так, как будто у тебя нет выбора. — тихо сказал Миньярд. — А у тебя есть. Он сделал шаг вперёд и присел позади него — не касаясь. Просто рядом. Плечом к плечу с краем крыши и молчанием между ними. — Хочешь быть Нилом? Остайся им. Я оторву руки любому, кто скажет иначе. Пауза. — И если ты боишься потянуть меня за собой... То знай одно: я уже давно за тобой повсюду. Такие сложные слова находились на удивление легко, будто были записаны где-то глубоко в подсозании на жёстком диске. Эндрю чуть склонил голову назад, глядя в багровое небо: — Мы оба не целые… но мы свои здесь. Так что хватит думать о побеге. Он замолчал — давая ему время услышать это всё без давления. — Я правда могу остаться «Нилом»? — спустя долгую минуту спросил рыжый, смотря на свои забинтованные запястья под кофтой. Под этим «Нил» он явно имел ввиду намного больше, чем просто имя. Это лисы, это тренировки, это место и люди, ставшие для него домом. Эндрю резко повернул голову, пристально смотря на его профиль. — Да. — ответил он твёрдо, просто. Никаких сомнений. Никаких «но». — Можешь. Только перестань прятаться. — он медленно потянулся, легонько касаясь его руки. — Но что, если это бегство и есть я? Оно вросло в меня. И все вокруг меня и я сам —состоим из лжи и страха о прошлом и будущем. Если всë, что я могу в этой жизни это прятаться и бежать — отвечал Джостен, смотря на заходящее солнце. Янтарные лучи игрались в его рыжих волосах, и те отливали золотом. Эндрю молчал. Смотрел на солнце, потом — на профиль Нила. На тень, что легла ему на глаза. — Тогда беги… — произнёс он тихо. — Но беги ко мне. Он перевернул ладонь, теперь касаясь тыльной стороной запястья Нила — осторожно, почти невесомо. — Я не обещаю покоя. Не обещаю безопасность... Но я всегда буду знать, где тебя искать. Пауза. Миньярд чуть наклонился вперёд: — И пока ты будешь прятаться — я буду стоять у двери. Ждать. Давать понять: ты здесь, живой. — Так что да… Беги сколько нужно. — слова прозвучали как приговор и клятва одновременно. — Но только не один. Эти слова окончательно разбили ноющее сердце Нила, и тут же — собирали его по крупинкам обратно, заклеивая пластырем. Поглотившая его тоска и пустота в момент дрогнули, но тут же ударились о толстые лозы вины, стагивающих душу. — Не понимаю: ты мог бы жить своей обычной, пусть и серой, но жизнью, не зная забот, презирая экси и еë фанатиков. Но ты выбираешь жить с неясностью о завтрашнем дне, что то чувствовать.. Почему, Эндрю? Эндрю чуть усмехнулся, не отстраняясь. Теперь они сидели совсем рядом — руки чуть касались, плечо к плечу. Он посмотрел на Нила — внимательно, серьёзно: — Потому что я не хочу жить в серости, Нил. Я вообще ничего не хочу. — в его голосе слышался вызов. — Но когда я оказываюсь рядом с тобой, то чувствую, что вообще начинаю жить. Пауза. Он чуть сжал его запястье, а Нил вмиг повернул голову, уставившись на него. В его голубых чистых глазах отражались закатные живые лучи солнца. — Ты говорил, что я странный суицидник, мученник, который сам идет в руки мучителю. Тебя принципиально тянет ухватиться за жизнь благодаря тому, кто сам в любой момент может умереть? — Нил не отрывал взгляда от Эндрю в лучах заката. Его глаза, отливающие золотом, поглощали. Эндрю не отвёл взгляда, даже когда солнце слепило — он смотрел прямо в эти голубые глаза, как будто читал что-то давно потерянное. — Ты не суицидник. — голос привычно отстранёный, но уверенный. — Ты — выживший. — И если я цепляюсь за того, кто может исчезнуть… — он чуть наклонился ближе, дыхание ровное — Значит, я просто цепляюсь за то, что стоит этого. Пауза. Он провёл пальцем по краю своей губы. — Меня не тянет к смерти... Меня тянет к тебе. А ты живой. Дышащий. Здесь. *** — Так что перестань считать себя ловушкой. Ты — мой выход. — Херовый у тебя выход. — подвел итог Нил, однако сейчас Эндрю видит его таким, какой он есть, и не отворачивается. Его ничуть не смущают рыжие волосы, голубые глаза, идиотское тату. Он не отворачивается ни от Джостена ни от Веснинского. Эндрю фыркнул — впервые за долгое время почти без злобы. Коротко, сухо. Потом медленно поднял руку и, не спрашивая «да или нет», осторожно коснулся пальцем уголка его глаза — там, где тень от ресниц смешивалась со светом заката. — Тогда у меня хреновый вкус. — произнёс он спокойно. — Но я не выбираю выходов. Я выбираю тебя. Он опустил руку, но остался на месте — близко, как будто их разделяла лишь одна мысль: он знает всё и всё равно остаётся. — Рыжий… Ты перестал быть ловушкой в тот момент, когда я понял: без тебя дышать тяжелее. И наконец прошептал так тихо, что слова почти слились с шумом ветра: — А я уже давно не умею жить по-лёгкому. Слова приятныи тёплым осадком оседали в сердце. — Это значит, чтотя все ещё на 94%? — спросил Нил, пытаясь разглядеть хоть каплю ненависти в его глазах. Эндрю удивлённо приподнял брови и ответил привычно коротко. — О, тебе нужна точность до долей? *** — 93,7%. Это тебя устроит? — Что случится когда дойдет до сотни? Счёт начнется до двухсот? — поинтересовался Нил неоговоренной точкой их странной игры. Эндрю не ответил. Вместо этого он резко сократил дистанцию — и поцеловал его. Крепко, без спроса. Не грубо, но и не нежно. Это был вызов. А потом отстранился на миллиметр, оставив между ними тепло дыхания. — Счёт остановится, когда ты сам перестанешь считать себя чужим здесь. Шепотом: — А теперь ответь честно — это было "нет"? — Нет. — ответил Нил, не колебаясь, смотря на блондина. Теплое дыхание чуть колышело рыжие пряди у лица, согревая где то внутри. Эндрю не улыбнулся, но в глазах что-то изменилось — будто внутри наконец щёлкнул выключатель. — Тогда хватит бегать. — произнёс он тихо, почти ласково — открыта новая интонация для Миньярда.— Ты останешься. Он снова приблизился, на этот раз медленнее — и коснулся лбом его лба. Не поцелуй. Не приказ. Просто контакт. — Потому что я не отпущу. И где-то в глубине, за этими словами звучало то, чего Эндрю никогда не скажет вслух. *** Две фигуры так и сидели лбом ко лбу в теплых лучах заходящего солнца. В молчании, которое было понятно лишь двум бьющимся в унисон разбитым, но не сломленным сердцам. На этот раз оно заходило не чтобы принести ночные кошмары или боль, а для того, чтобы просто начался новый день, новый шаг к светлому будущему. Мягкий оранжевый свет падал на парней, обволокивая и оттесняя их от внешнего мира и шума. В это мгновение всë вокруг перестало существовать кроме них и пылающего горизонта в дали. Таким образом: Нил Абрам Джостен — нападающий лисов под 10 номером остается в игре, какой бы она ни была. Между ним и лисами уже давно есть невидимая тонкая нить, связывающая всех этих разных и далеких людей вместе, и именно Нил стал этой нитью для сложной команды. [на этом всë, вот и конец этой зарисовки! не ожидала, что она выйдет такой большой, но как есть. спасибо тем, кто читал❤‍🔥❤‍🔥, это была моя первая работа, но я уже работаю над полноценным фф по этим же сладким комкам шерсти.😼🤘если, что буду выставлять части сюда и в тгк: бредятина витси. буду держать в курсе! всем удачи, надеюсь я подняла вам настроение данной зарисовкой!! по мне получилось мило.]