Wonderlend

-Я ублажу Вас, мой Господин. Прошу, дайте мне волю, - голос Сонхвы был похож на мурлыкание голодной кошки. Это была не первая просьба о снятие тугого бандажа, чьи ремни больно сжимали запястья, спрятанные за спиной. -Нет, дорогой. Сегодня ты получаешь удовольствие от меня. Так что… - остальная фраза была прошептана в точеные ключицы старшего, что отлично подчеркивались лямками кожаной портупеи, - Завали ебало и стони, как ты умеешь. В ответ последовало только тихое мычание. Эта была полная несправедливость. С настроением Пака можно было покорить весь мир дважды, но именно в этот вечер, Хонджун решил сам властвовать. Это и бесило, и обижало, но плюсов было больше. Стать обцелованным и выебанным самим фюрером многого стоило. Только правая рука могла похвастаться таким вниманием. Запуская пальцы под нижние ремешки, Хон создавал вереницу из поцелуев от плеч до мягкой груди, явно наслаждаясь Сонхвой, что решил вести себя как последняя недотраханная шлюха. Громкие, но аккуратные и выразительные стоны, смешанные с мольбами о большем привлекали и все больше распаляли. Но Ким придерживался своего плана. Мягкими поцелуями Хон спускался к животу, оставив парочку слабых укусов, стянул с Пака последнюю вещь. Тихая благодарность, заставила улыбнуться. Его искренний милый сейчас лежал, раскрасневшийся и с разведенными ногами, стоит поспешить. Следующим шагом - довести до оргазма. Проще простого, Ким с удовольствием этим займется. Округлая головку члена подчиненного отлично смотрелась во рту фюрера. Глава старательно отсасывал, пряча зубы за пухлыми губами. Паку явно не хватало свежего воздуха в душной комнате с запотевшими окнами, и стойким запахом похоти. Частые вздохи через рот, прикрытые глаза и капелька пота, что стекала по виску. Все говорило о близкой развязке. -Вижу тебе нравится. Думаю, стоит ускорить процесс, - вынув из тумбы заранее заготовленный фалос средних размеров, Хонджун вернулся на свое место. Двумя руками оглаживая внутреннюю часть ног Пака, он приподнял их и развел так, чтобы колени смотрели в разные стороны, а вход в анус был доступен, - За эту неделю ты совершил достаточно ошибок, чтобы я не растягивал тебя. -Но… -Но? Ты смеешь оспаривать мой итог? - нависнув над все также обездвиженным помощником, Хон заглянул в такие родные глаза, что явно были недовольны. -Вы совершили куда больше. Собственно, я требую помилования, - первая часть фразы слышалась, как от обиженного слабака, но вторая заставила пару мурашек пробежать по спине фюрера. Строгость в голосе, что Пак использовал сейчас была вишенкой в малиновом курте. Редкой, кислой, значащей, что повар теряет контроль и может допускать ошибки. Это именно то, что Хон добивается. Пак должен оступиться, чтобы упасть прямо в его руки, - Вам стоит уделять бухгалтерии больше внимания. Отчеты, что Вы мне отправили и сказали, что они верны, оказалось неправдой. Минимум дв… - дальше Паку говорить не дали, грубо заткнув поцелуем. Варварски? В точку. -Еще хоть слово из твоего прелестного рта, и я войду Сам без смазки, - звучало так словно могло быть правдой, но увы Сонхву такой дешевой угрозой не возьмешь. Тот прекрасно осознавал свою значимость для фюрера. Поэтому и злил его без зазрения совести. Разведя ноги по шире, старший нахально улыбнулся, взглядом приглашая взять его без зазрения совести. Короткая усмешка и в Сонхву действительно без подготовки вошла игрушка. -Стоп… - вместо громкого крика, слух ласкало долгое мычание и тихое прошение об прекращении. -Стоп? Разве не этого ты хотел? - одним толчком Хон ввел до основания и подпер коленом фалос, чтобы тот точно не выпал. В ответ была тишина, Сонхва все еще старался привыкнуть. Распирающее чувство - это единственное, о чем сейчас мог думать вице-канцлер. Последний раз с проникновением был шесть дней назад, после него они обходились хоть и простым, но очень страстным петтингом. Поэтому такие ощущения всегда будоражили его нутро по максимуму. Продолжая целовать своего пассива, Хон чуть ли не в слух проговаривал все свои мысли по поводу красоты помощника. Волосы, что небрежно рассыпались по подушки. Губы, что припухли от длительных поцелуев. Глаза, что едва уже держали фокус на нем. Все это возбуждало до безумия и одновременно создавало чувство чего-то родного, что было так незнакомо Хону. Каждая близость с Сонхвой дарила ему эти ощущения. За что он очень благодарил его. Такой передоз положительных эмоций выматывал его окончательно, позволяя забыть, какую должность он занимает и какую ответственность несет. Лаская обильно истекающий член милого рукой, Хон не мог избавиться от мыслей. Поэтому и решил, что слегка поиздеваться над нижним криминальным не будет. Поменяв свою позу, Ким убрал колено от чужих ягодиц и принялся второй рукой двигать игрушку. Сладкие стоны тут же наполнили всю комнату. Быстрые и напористые движения сделали свое дело. Сонхва излился в руку своего господина и устало закрыл глаза, стараясь вернуть сердцу привычный ритм. Боль и удовольствие, что дарил ему Хонджун всегда выматывали до такой степени, что на ноги, он не мог встать еще ближайшие часы. -Вот первый шаг и выполнен, - поцеловав колено Пака, Хон вынул игрушку и перевернул того на живот. Ослабив пару ремешков, он стянул тугую портупею. Ласковые укусы на загривке отводили внимания от боли затекших конечностей. -Первый? К чему ты это говоришь? -С твоим удовлетворением мы закончили. А вот я остался без внимания, - сняв всю лишнюю одежду, и уперевшись спиной о изголовье, Хон притянул Пака к себе на колени, - Ублажи меня, как обещал ранее. -А я спать подумывал, - наваливаясь на грудь господина своей, он мягко простонал ему на ухо, возбуждая еще сильнее. -Позже я дам тебе поспать, а сейчас помоги мне, - руками сжимая накаченные ягодницы, Ким приподнимал их, чтобы член оказывался прямо между ними. Даже такая мелкая стимуляции заставляла постанывать из-за перевозбуждения. -Вау, сам фюрер просит о помощи. Мне грех отказать, - смазки в Сонхва было достаточно, но проникновение все равно выдалось болезненным. Обсыпая поцелуями шею и плечи господина, Пак с малой амплитудой доставлял ему удовольствия. Зная, что когда Хон придет к финишу, тот воспользуется дыркой, как сам захочет. И работать не придется. Поглаживая спину и ягодицы помощника, Ким зарывался носом в волосы и старался запомнить аромат на долгие годы. Лавандовое мыло с нотками мяты освежало, хотя немного дурманило раздраженный разум. Бордовый засос, что оставил Пак заставил фюрера понять, что он терпел слишком долго. Сжав ягодицы по сильнее, он ускорил движения в миг доведя себя до оргазма и излившись прямо в помощника. Разгоряченное тело Сонхва содрогалось еще пару секунд, но после он расслаблено положил голову на грудь своего Господина. -Почему ты сегодня вел? Не праздник ведь, - легкая ухмылка и слегка колкая фраза для Фюрера. -Захотелось, нельзя? - приподняв за талию, Хон снял милого со своего члена и аккуратно скинул в бок. -На тебя не похоже, - пальцами поймав свисающие капли, что связывали член и внутренности, Сонхвы нагло вытер руки о чужую спину. -Ну Сонхва… -Мм? Я больше глупого Хони не спрашиваю, - заняв хозяйскую подушку и подмяв вторую под руку, вице-канцлер с довольной улыбкой провалился в крепкий сон. Неделя выдалась тяжелой, так еще и в постели руководить не дали. Беспредел, всех убить. Мур.