Магическое шоу

      Она не рискнула пойти домой. Даже после всех услышанных откровенностей, она допускала возможность того, что ей солгали, втёрлись в доверие и обманули. С волшебником во время их разговора разговаривал Обскурус и она это понимала - каждый раз, когда мага пронзала головная боль, это значило то, что с ним общается демон. А она не имела ни малейшего понятия, что именно тот может вещать магу. Очевидно было одно - он попытается его переубедить, сохранить свою власть над ним. И это страшило.       Вернувшись в убежище, Джун крепко-накрепко закрыла массивную железную дверь на все имеющиеся замки и защёлки. Она не имела ни малейшего желания выходить в ближайшее время наружу. Поэтому Джун решила заняться своими ранами, которые на тот момент уже существенно разболелись, из-за того, что адреналин в крови наконец утих. Вытащив пару бинтов и вату со спиртом из старой аптечки, Джун начала стирать уже застывшую кровь с лица. Без зеркала под рукой и без посторонней помощи это оказалось куда труднее, чем ожидалось. Приведя себя в порядок - перебинтовав, как оказалось, разбитую голову и заклеив более мелкие раны пластырями - Джун взяла один из спальных мешков в углу маленькой квадратной комнаты и растелила его на полу. Она сняла с себя лишнюю одежду - шапку, кофту и обувь - и легла, уставившись в потолок. Она прокрутила в голове всё о чём узнала сегодня и вздохнула. Разговор с магом вышел довольно познавательным, и она была рада, что ей удалось получить ответы на большинство своих вопросов, но оставалось одно "но". Было неизвестно что будет дальше. Десмонд вернёт всем облик, но что будет потом? Вернётся ли всё в норму или волшебник всё же решит осуществить свой план с управлением города с помощью страха? С тяжёлыми мыслями Джун всё же сомкнула глаза попыталась уснуть.

***

      Проснулась девушка от громкого глухого звука. Спросонья она не сразу поняла, откуда шёл шум, и только слегка приподнявшись с пола и прислушавшись поняла, что в металлическую дверь кто-то очень сильно колотит. Внутри Джун всё похолодело. В оцепенении она уставилась на огромную дверь, пытаясь убедить себя в том, что это были не прислужники, которые нашли её убежище. Внезапно она услышала то, от чего её сердце провалилось. Человеческую речь. За дверью глухо и неразборчиво доносились пара голосов. В спешке Джун вскочила на ноги и подбежала к выходу. Она дрожащими от волнения руками открывала защёлку одну за другой. Наконец закончив, она с усилием толкнула дверь. С режущим слух скрипом она отворилась и Джун увидела их. С взбудораженными лицами и фонариками в руках они огромными глазами смотрели на девушку.       -Жужу!       Рики влетел во внутрь комнаты и с силой прижал подругу к груди, слегка подняв её над землёй, и звонко засмеялся. Следом за ним вошёл Тобиас, с облегчённой улыбкой на лице. Радостно запищав, Джун ответила на объятия.       -О Боже, Джун, что ты натворила пока нас не было? Это просто... просто чудо! Я думал... я думал что больше...       Он громко всхлипнул с уже появившимися на глазах слезами. Так и не закончив фразу, он, смеясь, радостно покрутил подругу вокруг себя и наконец поставил её на пол. Улучив момент, Тоби подошёл ближе к девушке и с уважением в голосе спросил       -Серьёзно, Джун, что произошло? Как так получилось, что все живы и здоровы?       -Всё вернулось?       Расплывшись в широчайшей улыбке, она с надеждой посмотрела на Тоби, поднеся руки к лицу. Всё ещё дрожащим от волнения голосом Рики воскликнул       -Да! Мы с Тоби очнулись там же в церкви, поняли, что мы не монстры и помчались обратно в город - а там уже все люди на улицу повыходили! Мы сразу тебя начали искать, а потом подумали что ты в убежище могла спрятаться, ну так и получилось!       -Хозяева, конечно, не в восторге от нашего визита.       Тоби саркастично закатил глаза и направил свет фонарика на выход из подвала. Люк был открыт, а прислушавшись, Джун и впрямь услышала сверху ещё несколько незнакомых голосов.       -Ой, мне наверное пора выселяться. - Она обернулась и взглянула на бардак - Мне же необязательно всё это убирать, да?       Но кое-что заставило её отбросить саркастичный тон, и серьёзно спросить.       -Где Десмонд? Он не появлялся?

***

      Выйдя из подвала, подростки извинились перед хозяевами дома за непрошенный визит, и поспешно удалились. Зажмурившись от солнца, от которого девушка уже успела отвыкнуть за всё то продолжительное время жизни под землёй или в ночи, на улице Джун увидела жуткий беспорядок, теперь особенно видный при дневном свете: почти во всех зданиях окна были разбиты, обкрошились и потрескались стены, провода на ЛЭПах были порваны, отчего весь город остался без электричества. Но ни следа магии. Будто это просто стихийное бедствие обрушилось на город. Проходясь вдоль улицы, Джун то и дело обращала внимание на подавленные и испуганные лица соседей. Процесс восстановления домов ещё не начался, но люди уже убирали осколки и прочий мусор около своих домов, а некоторые даже пытались самостоятельно подлатать здания.       Пройдя еще немного в тишине, Рики не выдержал и возбуждённо выпалил       -Ну так что? Что случилось после церкви? Ты снова пошла биться с ним? Или что-то порешала с демоном?       -Или ты смогла с ним договориться?       Джун задумалась. Вспомнив, с каким нежеланием волшебник рассказывал о том, что с ним произошло, девушка подумала, что это будет неприлично рассказывать о таких личных вещах. Но тут же опомнилась. Почему её вообще должно это волновать? Точнее, он ведь сам был расстроен от того, что о нём никто не помнит. Да, это имеет смысл. Собравшись с мыслями, Джун начала детально и в чёткой последовательности пересказывать друзьям о событиях прошлой ночи. О её решении всё же поговорить с Десмондом, о том, как он сам начал драку, услышав об Обскурусе, о ходе сражения, о том, как он сорвался, опустил барьер и сам же свалился от бессилия. И самое главное - о его предыстории. О том, как он глупым мальчуганом заключил сделку и его почти убили.

***

      Они остановились в парке. Последние минуты рассказа все трое сидели на единственной уцелевшей скамье. С широко распахнутыми глазами парни внимательно слушали, стараясь не упустить ни единой детали.       -И потом он просто ушёл. А я вернулась в подвал. Вот как-то так.       Тоби задумчиво поднёс руку к лицу и уставился в землю под ногами. Рики же, оперевшись локтём о колено и склонив набок голову, в шоке жестикулировал второй рукой пока непрерывно тараторил       -То есть он годами вынашивал план по захвату города, находясь в пустоте в компании только лишь, мать вашу, демона, который взращивал в нём всё это время ненависть, а будучи в шаге от победы, полностью загнав тебя в угол в плане решения отдавать или не отдавать палочку, получил всё же эту долбаную палочку и решил просто уйти в закат?       Джун молча пожала плечами. Наконец переведя глаза на подругу, Тоби спросил       -Он тебе так и не сказал, почему не стал убивать тебя и не обратил с помощью прислужников?       -Нет, я его несколько раз спрашивала, но он так и не объяснил. После того, как он рассказал мне об истории сделки я и вовсе больше не пыталась. Это было бы уже неловко.       Сидевший посередине Рики то и дело поворачивал голову либо к Тоби, либо к Джун, ожидая продолжения разговора, так как всё ещё был неудовлетворён нелогичностью решения мага. Он обратился к Картеру       -Ну, что ты думаешь? Есть какие-нибудь предположения?       Тот лишь неуверенно хмыкнул. Просидев ещё какое-то время в тишине, он всё же добавил       -Давайте не забывать, что на момент совершения сделки он был ещё ребёнком, а... так... получается десять лет он провёл в пустоте без какого-либо социума. Должно быть, ментально он младше своих лет.       Рики развёл руками, громко возражая       -Ты ведь видел, как он себя ведёт! Как он говорил, как он держал себя на сцене! Он совсем не похож на ребёнка по поведению!       -Я и не говорю что он остался на уровне развития ребёнка, я предпологаю, что у него могли остаться... черты, свойственные детям. Импульсивность в принятии решений например. Джун ведь сказала, что он сказал, что хотел по началу избавиться от Обскуруса. Возможно, он и не сильно хотел захватывать город, а разговор с Джун стал последней каплей.       Рики сдался и, припав спиной к спинке скамьи, скрепил руки в замок за головой. Образовалась неловкая в этот раз немая пауза. Шумно выдохнув, Рики пробормотал       -Ну и дети пошли...       Не поворачиваясь, Джун бросила       -Он старше тебя, придурок.       Рики поперхнулся воздухом и громко рассмеялся.

***

      Город медленно пробуждался. Уже на следующий день начались первые усилия по восстановлению города - люди разбирали завалы, а немногочисленные инженеры инспектировали повреждённые коммуникации. Воздух в некоторых местах был наполнен запахом пыли и где-то далеко слышался стук молотков. Работники разных профессий восстанавливали электросети, вывозили мусор, чинили дороги. После инцидента многие остались с низначительными травмами, которые остались у них либо перед тем как они стали прислужниками, когда из-за паники они ненароком вредили себе, либо уже после, когда они получали ранения в форме тёмного существа. Но никакие физические травмы не сравнятся с эмоциональным потрясением, которое испытал каждый горожан. Волшебник был прав насчёт того, что после возвращения облика человек вспоминает лишь ощущения: никто не мог толком объяснить, что с ним произошло, вроде было и не больно, но полностью потерять контроль над своим телом, не понимая и не видя что происходит вокруг, было страшнее любой ссадины или перелома.       Стоит упомянуть воссоединения семей, которые неизбежно должны были произойти. Те, кто был в лесу на представлении в ту злополучную ночь, пылко, с какой-то нездоровой лихорадочностью, рассказывали о неизвестном человеке, что призвал тёмных существ к ним из какого-то другого мира. Так же делали и Рики с Тобиасом. Сразу же после разговора в парке ребята разошлись искать своих родных. Рики пулей бросился на свою улицу, и чуть не сбил свою мать с ног, когда увидел её растерянно стоявшую с телефоном у уха. Тобиса же родители искали более активно - на момент возвращения домой были обзвонены уже и больница, и школа, и полицейский участок. По иронии судьбы, именно сестра Тоби - Ноэлль первая нашла брата, когда тот ускоренным темпом шёл вдоль ворот своего дома. Девушка в радостным визгом подскочила к младшему брату и заключила его в крепкие объятия, при этом крича родителям, чтобы те вышли встречать Тоби, от чего тот закрыл уши, будучи не особо в восторге от крика вплотную. Джун решила не рассказывать родителям о том, что произошло. Они всё ещё были в командировке и понятия не имели о ситуации в городе, а девушка не хотела их беспокоить, чтобы те не дай бог не сорвались с места работы и не приехали назад в город. Она решила, что сообщит им об этом всём потом, а возможно они и сами узнают, когда вернутся - разговоры о таком инциденте утихнут среди жителей маленького города явно не скоро, и Джун точно знала, что их соседи расскажут её родителем как только они приедут.       Медленно оживали общественные места, такие как школа и поликлиника, где впервые за долгое время стал слышен детский смех и врачебные разговоры. Школьникам и их учителям понадобилась целая неделя, чтобы возобновить учебный процесс, а в больницах у врачей не оставалось ни единой свободной минуты, из-за постоянного потока пациентов. Общественный транспорт снова начал ходить, возвращая привычный ритм жизни.

***

      Даже спустя такое продолжительное количество времени, за которое практически всё вернулось на круги своя, что-то тяготило Джун. Какое-то еле-еле уловимое ощущение незаконченности. Её волновали мысли о волшебнике, от которого и след простыл. Куда он делся? Вернулся в пустоту? Или отправился в другой город? Или, может, решил стать отшельником и поселиться где-то в глуши? Каким бы ни был ответ, она твёрдо решила поставить точку в этой истории хотя бы для себя.       Выведя чёрной ручкой последнее слово, она сложила небольшой бумажный листик пополам. Вечером на закате она вышла из дома и отправилась в лес. На улице стояла поздняя осень, и лес словно замер в ожидании зимы. Листья, когда-то яркие и пёстрые, теперь облетели или превратились в хрупкий ковёр из преимущественно коричневых оттенков, еле шуршащий под ногами. Деревья теперь стояли голыми, а ветви их чернели на фоне приглушённого золотого света уходящего солнца. Закат окрашивал небо в глубокие багрово-оранжевые тона, которые мягко проникали сквозь последние заросли, создавая длинные тени. Воздух был прохладным и свежим, он был наполнен тонкими запахами влажной земли и опавшей листвы.       Наконец дойдя до уже знакомой поляны, девушка увидела стоящую в центре деревянную сцену. Та была не в лучшем состоянии - древесина успела слегка подгнить в некоторых местах, а в некоторых она и вовсе была сожжена, скорее всего, из-за аномальной грозы прошедшей здесь. Никаких штор, никаких фонариков. Джун подошла к краю сцены, вынула из кармана записку. Подняв с земли увесистый камешек, она положила его сверху бумажного листика, чтобы его не унесло со сцены порывом ветра. Джун помедлила. Поднесла руку назад к записке, но всё же не стала его трогать и решилась-таки оставить послание, в надежде, что он его найдёт. Девушка развернулась и пошла домой.

***

      Вечерние сумерки спускались на лес, когда он присел на землю и аккуратно сложил сухие ветви в шалашик. Его кисти были покрыты шрамами, которые остались после того, как прошли фиолетовые пятна, но руки не теряли ловкости - хрупкий огонь родился из тонких и толстых веток, сухих листьев и коры, которые легко вспыхнули от единственной искры. В миг пламя загорелось, хрупкое и робкое, затем сильное и яркое. Огонь становился всё сильнее, поглощая сухие дрова, шипя и трескаясь. Послышался глухой хруст, и в пламя отправились две половинки волшебной палочки. Юноша оттянул ворот рубашки и вытащил подвеску с серебрянным крестом. Сняв тонкую верёвку с шеи, он в последний раз взглянул на артефакт и без сожаления швырнул его в самое сердце костра. Сначала он ярко засверкал, отражая красные языки пламени, будто пытаясь сопротивляться неизбежному. Но постепенно металл стал тускнеть, а его гладкая поверхность покрылась пятнами. Крест начал менять форму - сначала края покорёжились, затем металл стал мягким и текучим, медленно растекаясь. Вначале лицо юноши выглядело напряжённым и хмурым, но постепенно морщинки расправились и выражение его приобрело спокойствие. Он с облегчением смотрел на мерцающее пламя. Ему понадобилось много времени чтобы принять это решение. Даже после того, как он сдался, бросил свою затею, он всё равно долго не мог решиться на этот шаг. Но теперь, впервые за долгое время ощутив в голове абсолютную тишину, он не сомневался - это было верное решение. Юноша оторвал взгляд от костра и потянулся к кармашку на своём пиджаке. Вытащив оттуда маленький кусочек бумаги, он в очередной раз пробежался по написанному тексту кристально-голубыми глазами и улыбнулся.