Golden Brown.

Король и его королева покинули церковь, под звуки торжественного марша. В воздухе витала радость, ведь праздник продолжался. Мелодии талантливых музыкантов наполняли пространство, а поздравления и улыбки вокруг заставляли королеву ненадолго забыть о своём горе. Торжество, насыщенное традициями: венки, благословения, яркие наряды гостей, советы и длинные речи. Никто и представить не мог, что за светлой пеленой праздника расплывалась тень, несколько мгновений назад полностью объединившаяся с тоской. Король, синий ёж, быстрейший из живых, свободный, подобно ветру. И королева, розовая ежиха рядом с ним, многие знали её, как добрую Леди Озеро, Госпожу Нимуэ сравнивали с нежным цветком. За этим свободным ветром следовал преданный рыцарь, жаждущий кровавой мести. Вся ненависть и жестокость рыцаря в миг обратились к королю. Раньше кроме приказов владыки этот рыцарь не видел ничего. Сейчас он желал только одного: нарушить любые правила и вырвать из рук чужого самый нежный цветок. — Сер Ланселот. Нам в другую сторону. — тихо произнесла одна из рыцарей Круглого стола, взглянув на друга. — Сер Персиваль! Скорее, сейчас весь виноград съедят! — тревожный голос другого рыцаря доносился откуда-то спереди. — Сер Гавейн, проявите терпение. — спокойной ответила Сер Персиваль и ускорила шаг. Сер Ланселот молча двинулся за ней. В роскошном зале, наполненном мягким светом свечей, ароматами вин и благовоний, продолжался праздник. За длинными столами, покрытыми бархатом и серебром, сидели гости — важные и влиятельные, окружённые музыкантами. В центре зала шуты в ярких костюмах развлекали знать. Их шутки и трюки вызывали улыбку и смех. Рыцари, в сверкающих доспехах, стояли рядом со своими господами, готовые в любой момент обнажить лезвие меча и встать на защиту в случае опасности. Юный король, растворившись в этом великолепии, поддался празднику: смеялся, выпивал вино из золотого кубка, слушал длинные, торжественные тосты, произносимые в его честь. Лицо короля светилось от радости и лёгкой неуклюжести молодости. В стороне за скромным столом сидела Леди Озеро. В этот момент она казалась олицетворением спокойствия и достоинства. Как предписывали традиции: девушка смиренно опускала голову, не прикасаясь к еде и напиткам. В её глазах находила себе место печаль. Королева ждала вечера словно казни. — Госпожа Нимуэ, вам дурно? — тихо спросила Сер Персиваль, наклоняясь к уху королевы. Её тревожный голос и заботливый вопрос вырвали Нимуэ из мрачных мыслей. — Сер Персиваль, почему вы не веселитесь с остальными? — Нимуэ подняла глаза в середину зала. Смотрела на Сера Гавейна, который распугал шутов. В руках его была бутылка вина и гроздь винограда. Он отдавал себя празднику лучше, чем это делала сама Нимуэ. — Не одна я, моя госпожа. — тихо произнесла Сер Персиваль, мягко касаясь пальцами подбородка Нимуэ и плавно поднимая её личико чуть выше. В изумрудных глазах отразилась тень. На другом конце зала зловещий силуэт, у самой двери. Он хотел сбежать, очень. Но боялся потерять королеву из виду. — Сер Персиваль, — дрожащим от страха голосом прошептала Нимуэ — Спасите меня, прошу... — От чего, моя госпожа? — Сер Персиваль склонилась ниже, дабы их никто не услышал. — От брака. — кратко ответила Нимуэ. — Вы уверены? — Да. Это мой приказ. Первый и последний, как приказ королевы. Спасите меня! — Госпожа, вы убиты горем, я вижу. Но прошу вас, будьте тише. Услышат. — Сер Персиваль опустилась на одно колено перед Нимуэ, осторожно касаясь её руки. — Передайте Серу Ланселоту, я жду его. Скажите ему, что Арондайт поможет. Я обещаю, что мы снова вернёмся к озеру. Я буду молиться звёздам, что бы нас не нашли... — в бреду говорила Нимуэ, хватаясь за руки Сера Персиваль в белоснежных перчатках. Рыцарь была последней надеждой. — Госпожа Нимуэ, вас услышат. Сохраните это в тайне. — повторила Сер Персиваль, поднимаясь с колена — Рыцари Круглого стола исполнят приказ. Будьте готовы бежать на рассвете. — Нельзя на рассвете! Нам нужно успеть до вечера... — Нимуэ с тревогой оглянулась в сторону короля — Иначе он познает меня. Только Сер Ланселот может, только ему я хочу быть верна. — щёки окрасились алым от смущения и одной только мысли о Сере Ланселоте. — Тогда с вашего позволения, я начну. — сказала Сер Персиваль. Она поклонилась и вышла из-за стола. Скрыться среди гостей ей удалось сразу. Госпожа Нимуэ осталась одна. В этот раз с надеждой в сердце и тёплыми мечтами о любви Сера Ланселота.