***
- И как ты так умудрился? - сморщила нос Пенелопа сложив руки на груди. Запах крови ударял по носу. - Он первый начал, и этому ублюдку сейчас намного хуже чем мне. - ответил парень которому Эмили обрабатывала рану на губе. - Ещё бы ему было не хуже, если бы ты продул какому-то там. Я бы тебя собственными руками прибила бы. - глаза вампирыши блеснули опасным огнём, - Эмили не нежнечей с ним, будет ему уроком. - Не, не, Эмили продолжай, твои руки просто чудо, - запротестовал Рейнольд тут же зашипев от легкой боли, мазь щипала. Покачав головой Эмили только перегнулась с госпожой и наклонившись чуть ближе к лицу парня подула на рану. Рейнольд дёрнулся и девушка поняла как близко они были друг к другу. Лицо обожгло румянцем и она поспешила отодвинуться. Пенелопа только покачала головой глядя на них двоих. Как дети ей Богу.***
- Эмили! - девушка кинулась к ней на шею обнимая, - Я больше никуда без тебя не поеду, эти двое кинули меня. - Эй ты сама выбрала сидеть в комнате, - сказала Ивонн походя к ним. - Потому что там мне делать нечего было! Эмили в следующий раз пускай твои задания выполняют другие, ты всегда всегда будешь ездить со мной. - Эмили только улыбнулась детскому поведению своей Госпожи, она прекрасно понимала что хоть та и выглядела на двадцать лет на самом деле была всего на год старше нее самой которой только недавно исполнилось четырнадцать.***
Пенелопа расслаблено сидит около камина, Эмили стоит сзади нее аккуратно заплетая волосы перед сном. - Почитаешь мне сегодня? Ивонн говорила тоже хочет услышать продолжение той истории что ты рассказывала в прошлый раз. - Конечно, госпожа. - Куда же мы без твоих историй, Эмили может ты будешь читать их нам всегда всегда? - Конечно буду, столько сколько позволит мне жизнь. - улыбается Эмили, она прекрасно понимала, что рано или поздно она покинет этот мир намного раньше своей госпожи. В глубине души она представляла как уже будучи старушкой будет читать очередную историю своей все такой же молодой Пенелопе. - Тогда читай мне их вечно. - улыбнулась Пенелопа которая уже не раз задумывалась поговорить с отцом на счет своей самой близкой подруги. Эмили достойна того, что бы разделить с ними вечность. Кроме того девушка видела их переглядки с Рейнольдом и не могла допустить, чтобы ее брат вступил в вечную жизнь без той кому принадлежит его сердце. - Госпожа...***
Эмили задыхалась от смеха сидя рядом с Рейнольдом, тот с хрустом жевал сделанные ею печенья и рассказывал историю их с Дерриком спора. - Улыбайся почаще, тебе идёт, - сказал парень стряхивая с себя крошки. Эмили застыла чувствуя как начинает пылать лицо. - Это...***
Воспоминания мелькали и мелькали. Вот она на уроках танцев, где две ее Госпожи спорят кто кому на ногу наступил, вот уже Рейнольд учит ее танцевать вечером заметив как внимательно она следила за занятием. Вот она успокаивает Пенелопу во время очередного приступа. Первый день в поместье, новая госпожа, их лёгкие недомолвки, первая ссора, вот она молиться около ее постели когда та слегла с болезнью. Принятия новой сущности Пенелопы, то как они становятся все ближе. Рейнольд который буквально впечатывается в ее жизнь становясь все ближе и ближе к ней. Их взгляды, улыбки, совместные моменты.» Эмили чувствует как горло обжигает, кровь вырывается из нее неконтролируемым потоком. Ее взгляд пересекается с взглядом Рейнольда в котором читается обречённость и боль. Губы трогает слабая улыбка, она так и не успела сказать ему самое главное. Слезы катятся по щекам, зрение плывет. «Только живи» - это все что крутиться у нее в голове, рана парня не намного лучше ее, но в отличии от нее он еще может выжить. Она успевает прошептать всего несколько слов захлёбываясь кровью прежде чем пред глазами все окончательно меркнет. Рейнольд не слышит собственного крика, только сгибается пополам утыкаясь лицом в руки сжимающие торчащий из живота меч. Слезы застилают глаза и все вокруг просто перестает существовать. Хочется исчезнуть, раствориться. Деррик в ужасе смотрит как тело служанки падет навзничь, слышит крик сестер. А затем видит как Пенелопа буквально взревев отрывается от пола перелетая через держащих ее мужчин, руки тех падают рядом с их телами под их крики. Одним рывком она разрывает стоящего рядом с мужчиной рыцаря и запрыгивает на него самого вгрызаясь ему в шею. Деррик слышит его крик, а затем его голову рывком отрывают от тела, крича как дикий зверь Пенелопа не останавливается разрывая его тело на части. Те некоторые слуги что остались в живых тут же разбегаются. Ивонн из последних сил подбегает к Эмили падая перед той на колени. Из ее рта вырывается что-то схожее с воем и она сгибается над телом подруги. Сам же Деррик ищет глазами брата и бежит к нему осматривая того, кровь лужей растекается под ним, глаза закрыты а дыхание еле слышно. - Ивонн! - во всю глотку кричит он держа брата, он еще дышит и ему ещё можно помочь. Все остальное происходит будто в тумане, вот Ивонн раздирает себе руку вливая в рот парня кровь, ее лицо искажено болью и надеждой. Он что-то шепчет себе под нос и Деррик может разобрать только слово «пожалуйста». Пенелопа подходит к телу подруги поднимая его, вокруг одна кровь, глаза девушки все еще открыты и в них застыли слёзы. Экхарт кажется будто все не эмоции отключили, она идёт в строну остальных неся тело. Ивонн удерживает тело Рейнольда, процесс превращения уже запущен, глаза парня открыты, на губах застыл крик ужаса и боли. Пенелопа первый раз видит как Деррик плачет. Рыдает держа брата за руку. Спустя какое-то время взгляд Рейнольда на секунду проясняется прежде чем он потеряет сознание. Последнее, что он видит - взгляд мертвых глаз возлюбленной. Деррик сидел рядом с кроватью брата, тот не приходил в себя уже третий день. Помня сколько понадобилось той же Пенелопе он не волновался. Его волновало, что будет с братом после того как он очнётся. Дверь в комнату отворилась и повернувшись он наткнулся на все такой же стеклянный взгляд сестры. Пенелопа подошла к кровати садясь на другую ее половину напротив него самого. Они молчали, долго молчали. Пенелопа просто смотрела на Рейнольда держа его руку. Минуту, десять, пятнадцать. Спустя минут сорок она подняла свой взгляд. - Я разговаривала с отцом за неделю до...- она запнулась, - Эмили, стала мне как сестра. Ивонн говорила, что была бы счастлива если бы Рейнольд перестал тянуть время и уже признался ей. Их переглядки и мне уже знатно надоели.... Отец, сказал что не против если они будут оба счастливы. Он сказал, что если они поженятся в будущем когда Рейнольд станет таким же как и мы, он может обратить и ее. Он разрешил...- по щеке девушки прокатилась слеза. В глазах вновь мелькнула дикая боль прежде чем взгляд вновь стал стеклянным. Деррику казалось, что хуже уже быть не может. Он перевёл взгляд на брата. - Когда он очнётся, как он справится с этим? - Как и мы, я не знаю. Отец сказал, что эта боль притупляется со временем, но как такое вообще возможно забыть? Отпустить... - она замолчала, тишина давила все сильнее, в воздухе витала боль. Пенелопа затихла и больше ничего не говорила, казалось она находится далеко от сюда, ее мысли улетели куда-то далеко далеко. Она просто гладила Рейнольда по волосам. Деррик помнил ее бешеный взгляд в котором отсутствовало все человеческое. Молча встав он обогнул кровать подходя к девушке и прижимая ее к себе. Они не так часто обнимались, казалось вообще никогда. Все так же молча сестра уткнулась лицом ему в грудь.***
- Рейнольд! Все, все! Тише! - Ивонн влетела в комнату брата подбегая к постели. Это был уже пятый раз ща неделю, а сегодня была только среда. Девушка так и знала, что не стоило отходить от него, но не могла оставить и Пенелопу которая в очередной раз чуть не разодрала себе кожу в очередном приступе. Рейнольд рычал как зверь вырываясь из рук сестры, та держала крепкой стальной хваткой стискивая что есть сил. Новообращённый так или иначе был чуть сильнее чем обычный вампир. Ивонн не знала сколько она так просидела удерживая брата прежде чем он успокоился в ее руках, на смену крику пришли слезы. Она качала его на руках как маленького шепча все подряд. Скуля Рейнольд мог только царапать постельное кусая губы. Он не смог, не смог ее защитить спасти. Нужно было наплевать на этот чертов меч, у него оставалось ещё немного сил он уверен, если бы он только мог. Если бы он только не позвал ее в тот день на рынок. Если бы он не появился в ее жизни. Если бы.... Перед глазами стояло ее лицо, мягкая улыбка, смех над очередной шуткой, слезы, печальная улыбка, безжизненный взгляд. «Только живи» Последняя просьба которая кажается отпечаталась в сознании будто вызженная клеймом.***
Первое время Рейнольд видел ее повсюду. Силуэт мелькающий вдали коридора, смех в шуме ветра, теплый взгляд в спину. Казалось вот она рядом, выходит по утрам из комнаты Пенелопы неся таз с водой, мелькает в саду помогая садовнику, напевает тихо себе под нос мелодию сидя вечером после работы на улице недалеко от его комнаты. Она была везде и сразу. Неотъемлемой частью их с Пенелопой жизни. Каждый раз с приходом осознания реальности крик парня разносился по всему поместью. Будил всех его обитателей, заставлял дрожать стекло. На смену крикам гнева и боли, приходила апатия и безразличие. Все вокруг теряло краски, смысл существования. В одну такую ночь выйдя в сад он безучастно бродил среди цветов. Как назло те были полны жизни и энергии, цветя во всю свою красоту. Будто насмехаясь над ним. Дойдя до небольшой поляны окружённой хризантемами, чуть поодаль лежало тело девушки. Услышав шаги она подняла голову одаривая его темным взглядом. Ничего не говоря Рейнольд молча сел рядом вглядываясь в цветы. Луна освещала пространство вокруг серебряным светом, заставляя белые бутны сиять. - Ее любимые...- тихо произнесла Пенелопа, - я попросила отца посадить их потому что однажды Эмили принесла букет с рынка. Подарила нам с Ивонн в честь приближающегося фестиваля. - Я не знал этого, - безэмоционально ответил парень медленно моргая. - Да она и не говорила больше об этом. Ты же знаешь, она мало говорит о себе...- тихо закончила Пенелопа запнувшись. Прошел месяц, слезы высохли на вторую неделю истерик. Но рыдать хотелось до хрипаты. Выдохнув она легла обратно, укладывая голову на коленях брата. Они говорили и говорили, об всем, о каждом проведённом дне, о каждой улыбке и смехе. Обо всем. Краски все так же не хотели возвращаться в этот мир и только белый свет цветов сиял вокруг.