Спящая красавица

      Утро началось необычно спокойно. Сквозь тонкие занавеси пробивались мягкие лучи солнца, касаясь пола золотыми пятнами. За окном перекликались птицы, и где-то вдалеке журчал ручей. Эванджелина медленно разлепила веки, несколько секунд лежала, прислушиваясь к звукам, и тихо выдохнула: — Значит, это не сон... — прошептала она. В голосе звучала едва уловимая грусть, словно она прощалась с чем-то привычным и родным. Она поднялась и, наконец, оглядела комнату, в которой провела ночь. Это была та же спальня, что Чонин выделил ей вечером. Теперь, при дневном свете, она казалась совсем иной — живой, словно дышащей магией. На стенах висели связки трав, в углу мягко переливались камни, а у изголовья кровати поблёскивали талисманы, подвешенные на серебряных нитях. Огромная кровать занимала почти половину комнаты, и Эванджелина невольно улыбнулась: на ней поместились бы, пожалуй, шесть человек сразу. Она опустила взгляд на свои руки и, будто уговаривая саму себя, шепнула: — Не грусти. Сегодня мы пойдём к феям-крёстным… может, они помогут. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки. И именно в этот момент взгляд зацепился за что-то у края кровати. Там, аккуратно разложенное, лежало платье. Эванджелина осторожно подползла ближе и прикоснулась к ткани. Платье было изумрудного цвета — глубокого, как хвоя под дождём, с золотой вышивкой по лифу и манжетам. Длинная юбка ниспадала мягкими волнами, словно созданная для принцессы из старинной легенды. — Красивое… — шепнула она, ощущая под пальцами гладкий, прохладный шелк. Одевшись, она вышла из комнаты, осторожно придерживая подол, и сделала всего пару шагов — прежде чем врезалась во что-то твёрдое и тёплое. — Ай… — она потерла нос, отступая на шаг и подняв взгляд. Перед ней стоял Чонин. Чёрные волосы слегка растрепались, будто он только что проснулся. На лице ещё оставалась тень усталости, но глаза — глубокие, темные, как омут — смотрели внимательно и чуть насмешливо. За его спиной расправлялись крылья — кажется, ещё чернее, чем ночью, словно вырезанные из самой бездны. Их края едва дрожали, отражая солнечный свет холодными бликами — Ещё не проснулась, — хохотнул он, глядя на неё с насмешкой, в которой, однако, проскальзывала явная нежность. Эванджелина растерянно улыбнулась, чувствуя, как кровь приливает к щекам. — И тебе… доброе утро, — тихо произнесла она. Чонин, лениво опершись о косяк, откровенно разглядывал её. Его взгляд был дерзким, цепким, а в уголках губ играла знакомая, хитрая улыбка. — Я плохо выгляжу? — неуверенно спросила она, опуская взгляд на подол платья. — Нет, — ответил он низким, почти хриплым голосом. — Ты выглядишь… прекрасно. Она резко подняла глаза. Щёки вспыхнули алым, а в голубых зрачках отразилось смущение, смешанное с любопытством. — С-спасибо, — неловко улыбнулась Эванджелина. Чонин чуть наклонил голову, его взгляд скользнул по линии её шеи, остановился на вырезе платья. — Думаю, здесь чего-то не хватает, — произнёс он, словно между делом, но с оттенком намерения. Он прошёл мимо неё, скрывшись в спальне, и вернулся почти сразу, держа в руке тонкую золотую цепочку. — Повернись ко мне спиной, — спокойно попросил он. Она не стала спрашивать зачем и молча подчинилась. Лёгкое прикосновение горячих пальцев к её шее заставило кожу покрыться мурашками. Он мягко убрал её волосы вперёд. — Поддержи, — прошептал Чонин у самого уха, и его дыхание обожгло кожу. Эванджелина послушно собрала волосы в ладони. К горлу легла прохладная золотая цепочка с каплей зелёного камня — того же оттенка, что и её платье. — Мой подарок, — тихо сказал он. — В знак знакомства. Его пальцы едва заметно скользнули вниз по позвоночнику — лёгкое, почти случайное движение, от которого у неё перехватило дыхание. Она прикусила губу, отпустила волосы, и они мягко упали волной на плечи. — Красивый… спасибо, — прошептала она, касаясь кулона. И вдруг, не успев обдумать, зачем это делает, Эванджелина быстро повернулась к нему и чмокнула его в щеку. Чонин застыл на миг, потом удивлённо коснулся места, куда упали её губы, и усмехнулся: — Ого… а можно ещё раз? Эванджелина стремительно отвернулась, сделав вид, что не слышала. Подойдя к плите, она старалась скрыть улыбку, прячущуюся в уголках губ. — Позавтракаем? — спросила она, тихо, но с новой, странной лёгкостью в голосе.