Тупой грязный

Три месяца спустя Кейд -Поторопись, чувак, автобус вот-вот высадит, - говорю я, пытаясь перевести дух между словами. Рот Сайласа занят, но я клянусь, почувствовал, как он усмехнулся, не выпуская мой член. Я сижу на краю раковины в ванной, потому что всё должно было ограничиться быстрым сексом в душе, но ситуация вышла из-под контроля. Его пальцы лениво движутся в моей дыре, скользкие от спермы, которой он только что меня заполнил, не давая ни капле вытечь. С тех пор, как мы сошлись, в нашей жизни изменилось дохуя вещей, но это никогда. Сайлас никогда не отступался от своей потребности иметь меня, покрыв им, изнутри и снаружи. И я никогда не отступался от того, насколько мне это нравится. Обычно я кончал ему в рот, как только он вынул и встал передо мной на колени, но он всё дразнил меня и затягивал это с мучительным терпением. Я уже на грани, и это бесяче, даже если бы у нас не был жёсткий график. -Вот ублюдок, - сквозь стиснутые зубы говорю я, пока он проводит языком по головке моего члена, но отказывается принять его глубже. - Если я не кончу, пока они не пришли, клянусь, отлучу тебя от себя на неделю. Это ложь, и мы это знаем. Но он всё равно играет. Я слышу отдалённый гул и надеюсь, что это не мотор автобуса. Всё моё внимание сосредоточено на Сайласе, на том, как невероятно он выглядит на коленях передо мной. Мои глаза скользят по линиям мышц его спины. Они играют, когда он внезапно двигается, принимая меня до самого основания и вызывая фейерверки вдоль всего моего позвоночника. С вздохом я наконец разряжаюсь и опустошаю себя в его рот. Он сглатывает с жадностью, как жадная сука, которой он иногда бывает, его мышцы играют и прекрасны в мягком свете. Всё, что я могу, это откинуться назад и восхищаться видом, пока оргазм продолжает потряхивать меня. Когда Сайлас наконец отпускает меня, он вскакивает на ноги и сталкивает наши рты вместе с дикой интенсивностью. Клянусь, однажды он сломает мне нос. Я целую его в ответ так же яростно, просовывая язык в его рот, чтобы ощутить на нём свой вкус. Стук в дверь вот что наконец заставляет нас оторваться друг от друга. У Мэдди и Скай есть ключ от дома Сайласа, нашего дома, на случай чрезвычайных ситуаций, но они не настолько глупы, чтобы пользоваться им без необходимости. Такую сделку мы все и заключили. Мама пытается быть родителем, Мэдди и Скай пытаются побыть обычными детьми для разнообразия, а мы с Сайласом пытаемся жить своей собственной жизнью, которая не вращается вокруг управления катастрофами. Что означает, что в этом доме рейтинг только «от 13 лет», когда у нас есть достаточно времени, чтобы подготовиться. -Блядь, - шиплю я. - Я же говорил, у нас нет на это времени. Я оглядываюсь в поисках любой одежды, которую можно натянуть, и нахожу на полу какую-то мешанину из моей и Сайласа, которая сойдёт пока. Сайлас отвечает мне самодовольной улыбкой. Самоуверенность - это новый для него образ, но он чертовски привлекателен. От этого мне хочется поглотить каждый его дюйм. Но именно это и заставило нас опоздать в первую очередь. -Думаю, они переживали и похуже, чем ожидание на пороге тридцать секунд, пока их впустят. Давай, чем больше времени ты тратишь на нытьё, тем дольше они ждут, - говорит он. Сайлас тоже натягивает кое-какую одежду на ходу, и к тому времени, как мы добираемся до входной двери, мы выглядим более-менее прилично. Как только щеколда щёлкает, Мэдди и Скай входят и швыряют свои сумки на пол, пробормотав на ходу торопливое приветствие по пути к опустошению холодильника. Они относятся к этому месту как к своему, потому что оно, по сути, таковым и является. Мама продолжает работать со Службой опеки, чтобы сохранить опеку, и пока что у неё хорошо получается. Трейлер - это то место, где они живут. Но когда она на работе, а они не в школе, они приходят сюда, так что я знаю, что они в безопасности. И хотя я горжусь мамой, насколько она изменилась в последнее время, я продумываю, как создать документальное подтверждение, которое может мне понадобиться, если когда-нибудь мне придётся самому подавать на опеку в будущем. Я надеюсь, что до этого никогда не дойдёт, но до недавнего времени надежда была не на моей стороне. Сайлас Когда девочки запаслись невообразимым количеством еды для перекуса, они усаживаются на свои обычные места за столом и достают домашние задания. Я сажусь рядом с ними, с собственной небольшой стопкой рабочих листов перед собой. Кейд называет это «домашним клубом», что считает уморительным, но это также делает его счастливее, но он не признается. Мэдди и Скай учатся и я могу помочь им с уроками, если нужно, а у меня также есть время, чтобы разгребать горы бумажной работы, связанной с терапией. Я не знал, чего ожидать, когда мы наконец-то разобрались, как, блядь, работает система здравоохранения. Неудивительно, что никто не ходит к врачу, потому что даже если у тебя есть медицинская страховка, это дерьмо, кошмар бюрократии, который гарантированно подарит тебе новые ментальные проблемы, прежде чем ты успеешь вылечить те, что уже есть. Раз сто я был готов сдаться. Я прожил со своим расшатанным мозгом всю жизнь и был убеждён, если я буду просто любить Кейда достаточно сильно, то смогу продолжать пробиваться через всё. Всё, что мне было нужно, это он. К сожалению, оказывается, дерьмо так не работает. Чем дольше мы были «счастливы», с домом, работой и без отцов, которые могли нас уничтожить, тем более невыносимым становилось то, что я не начал автоматически чувствовать и вести себя нормально. Было лучше, это точно. Но я всё равно ебанутый. У меня были приступы интенсивной меланхолии или паранойи, а кошмары о смерти Кейда только усиливались. Кейд ломает шею на трассе вместо Энтони Тёрнера. Кейд умирает в ванной вместо моей матери. Кейд сгорает заживо в трейлере, когда его мама засыпает с сигаретой. Я держался достаточно хорошо, чтобы полностью отдавать себе отчёт в том, насколько ебанутыми и бесполезными были эти кошмары, но ничто не делало их лучше. Так что я позволил Кейду продолжать подталкивать меня, пока мы не разобрались с этим дерьмом здравоохранения, и нашли врача и терапевта. Что каким-то образом закончилось для меня бесконечными кипами домашней работы. За столом Скай выполняет какой-то тест на глаголы, Мэдди пишет эссе по истории Америки, а я заполняю рабочий лист о «толерантности к дистрессу». Всё под мягким, счастливым взглядом Кейда. Честно говоря, даже если бы это не помогало, я бы занимался этой дурацкой терапией просто чтобы сделать его счастливым. Но это помогает, так что я стараюсь сводить своё нытьё к минимуму. Первый раз, когда я увидел Кейда после того, как вернулся, я помню, подумал, что перерезал бы себе вены, чтобы иметь хоть крупицу солнечного света, который он носит в себе. Возможно, это стало знаком, что мой мозг выбрал именно такую формулировку. Оказывается, всё, что мне нужно сделать, противоположное. Я сделаю всё, чтобы защитить Кейда и девочек. Даже если это означает, что мне придётся пойти против всех своих извращённых инстинктов и защитить в первую очередь самого себя.

КОНЕЦ 😉

Хотите узнать, что произойдёт, когда Форд и Тристан встретятся? Да, это будет потрясающе. «ворчливый/капризное солнце». Скоро… ВАШИ РЕАКЦИИ САМАЯ БОЛЬШАЯ БЛАГОДАРНОСТЬ!