Глава 1. Важность внимания
23 ноября 2025 г., 13:58
Примечания:
В начале я решил немного зацепить и изменить (вроде того) концовку второго рассказа, так сказать для связи
Билли все еще не могла до конца поверить, что тест оказался положительным.
Две полоски.
Затем еще три теста, и все они показывали одно и то же. Она сидела на краю ванны в их доме в Малибу, подтянув колени к груди. Алекс застал ее в таком виде — волосы собраны в беспорядочный пучок, толстовка безразмерного размера охватывает ее фигуру, она смотрит на маленькие пластиковые палочки, выстроившиеся на мраморной стойке, как солдатики.
Сначала он ничего не сказал. Просто опустился перед ней на колени, обхватил ладонями ее лицо и прижался своим лбом к ее лбу.
- Это... - прошептал он.
- Да, - выдохнула она в ответ срывающимся голосом.
Мир узнал об этом три недели спустя, но не потому, что они кому-то рассказали, а потому, что в TMZ попала зернистая фотография, сделанная папарацци с заднего двора: Билли в спортивном лифчике, рука инстинктивно держится за едва обозначившуюся выпуклость, а Алекс протягивает ей смузи. Интернет взорвался. Хэштег #BillieBaby был на первом месте в тренде сорок восемь часов подряд. Ее команда была в панике из-за графика тура. Еще двенадцать концертов по Европе, затем перенесенный тур в США. К моменту последнего тура она была на двадцать первой неделе.
Билли отказалась отменять концерт.
- Я не стеклянная, - сказала она своему менеджеру в Zoom, слегка барабаня рукой по выпуклости под своей мешковатой рубашкой. - Женщины всегда занимались всякой ерундой во время беременности. Я не собираюсь останавливаться.
Алекс это не нравилось. Не ребенок — Боже, ни в коем случае, — а то, как она выглядит под этими огнями, в этой толпе, в безопасности, которая иногда ощущалась как оберточная бумага. Он приходил на каждую репетицию, стоял за кулисами, как тень, и искал глазами что-нибудь постороннее.
Первые восемь концертов она отыграла как ни в чем не бывало. Костюмы стали более свободными, хореография — более легкой, но голос - Господи, голос почему-то стал еще более грубым. Поклонники завизжали, когда она дотронулась до своего живота во время исполнения «Bellyache», заплакали, когда она изменила текст с все, что хотела на У меня была мечта/я получила все, что хотела/и он брыкается так, будто знает слова.
Затем пришел черед Лиссабона.