Ты не мой

Питер встретил Антона неприветливо. Серый, промозглый, он будто отражал его внутреннее состояние. Самолет приземлился ночью, и первое, что почувствовал Антон, выйдя из аэропорта – это тот самый знакомый, въедливый холод, который, казалось, пробирал до самых костей. Он не стал звонить Сергею. Что он мог ему сказать? Что он, Антон, виноват? Это было слишком тяжело, слишком больно, чтобы произносить вслух. Он взял такси до квартиры Арсения. Дверь квартиры была заперта. Антон знал, что это глупо, но он все равно стоял у двери, словно ожидая, что Арсений откроет, выскочит с улыбкой и скажет, что это все шутка. Что он устал от всего и решил вот так, немного пошутить. Но реальность была беспощадна. Он позвонил Сергею. -Антон? Ты вернулся? – голос Сергея был тихим, измученным. -Да. Я у квартиры Арсения. Она закрыта. -Я сейчас приеду. Подожди. Через полчаса Сергей был на месте. Лицо его было бледным, под глазами залегли темные круги. Он достал запасной ключ, и дверь бесшумно открылась. Внутри царила тишина. Не та тишина, что бывает в пустой квартире, а мертвая, гнетущая тишина, которая кричала об утрате. Антон вошел, и его тут же окутал запах. Запах Арсения. Слабый, но такой узнаваемый. Запах его любимого парфюма, смешанный с чем-то еще, неуловимым, но глубоко родным. Это было похоже на удар под дых. Он подошел к столику. Фотография Арсения. Все та же. Его улыбка. Улыбка, которая теперь казалась Антову насмешкой над его собственным существованием. -Сереж... – Антон не мог вымолвить больше ничего. Серёжа подошел к нему, положил руку на плечо. -Антон... Арсений... он не мог выдержать. -Я знаю, – прошептал Антон. -Я знаю. Это из-за меня. -Не говори так,– сказал Сергей, его голос был полон боли. - Не вини себя. Ты не знал. - Но я должен был знать! Я должен был почувствовать! Я видел, как ему было плохо, но я уехал. Я думал, что это правильно. Что так будет лучше. Я думал, что он справится. - Арсений был сильным. Но даже самые сильные ломаются, когда их предает тот, кого они любят больше всего на свете. Эти слова пронзили Антона, как молния. Предательство. Да, он предал. Он предал доверие Арсения, предал их отношения, предал их прошлое. Он выбрал другую жизнь, другую любовь, думая, что сможет уйти от всего, что было между ними. Но он не мог. И Арсений тоже не смог. - Последний закат, – сказал Антон, его голос был едва слышен. - Он видел последний закат. И он ушел. Я... я получил последнее сообщение от него. От тебя. "Теперь ты больше не мой". Сергей опустил глаза. -Я нашел его на набережной. Куртка... она была там. Арсений... он просто не смог больше жить без тебя. Без того, что вы потеряли. Антон почувствовал, как слезы начали капать на фотографию. Слезы, которых он так долго не мог выплакать. Слезы раскаяния, слезы боли, слезы потери. - Я видел его сообщение, – проговорил Антон. - Три месяца назад. Перед отъездом. Я ответил ему. Сказал, что так лучше. Что мне жаль. Я думал, что это... что это правильный путь. - Арсений верил тебе. Он любил тебя. Но когда он увидел, что ты уехал... что ты выбрал другую жизнь... он сломался. Несколько часов они сидели в тишине. Молчание, прерываемое лишь редкими всхлипами Антона и тяжелыми вздохами Сергея. Они говорили о Арсении, вспоминали его, пытались понять. Но ни слова, ни воспоминания не могли заполнить ту бездну, которая образовалась в их жизни. На следующий день, когда солнце все же проглянуло сквозь тучи, Сергей предложил. - Пойдем к нему. Могила Арсения была на одном из старых питерских кладбищ. Простая, без пышных надгробий. Лишь скромный памятник с его фотографией. Все тот же Арсений. Улыбающийся. Но теперь эта улыбка казалась ангелом, смотрящим с небес. Антон подошел к могиле, чувствуя, как ноги подкашиваются. Он опустился на колени, прикоснулся пальцами к холодному камню. -Арсений...– его голос сорвался. -Прости меня. Прости за все. Он достал из кармана телефон. Открыл галерею. Там было множество фотографий. Их совместных. Но он перелистывал их, пока не нашел ту самую. Фотографию, которую он хотел отправить Арсению. Ту, где он улыбался, глядя на закат. Он нажал "Отправить". "Теперь ты больше не мой," – мелькнуло сообщение на экране. И Антон почувствовал, как последний осколок его прежней жизни разбивается вдребезги. Он остался один. Один с пеплом воспоминаний, с тяжестью вины и с той пустотой, которую Арсений оставил после себя. Пустотой, которая теперь стала его вечной спутницей.