Пересечение интересов

Мотор иномарки ревел и несся по ночной Москве, лавируя меж недоумевающих водителей. Лихачей на улице всегда навалом, некоторые привыкли, особенно учитывая, сколько нынче развелось смелых и смекалистых. Эти смелые и смекалистые, аки ищейки, унюхали, как перемены могут быть им на руку, и решили брать от жизни всё. Деньги никогда не были чистыми, но в изменившемся климате страны чистых денег не осталось вовсе. Глядя на импортные джинсы, пластинки, автомобили или технику, можно было путем нехитрых вычислений прикинуть, сколько крови на руках того или иного субъекта. Водитель остановился на светофоре и открыл бутылку коньяка, валяющуюся на пассажирском сидении. Слегка пригубив, он, не дождавшись разрешающего сигнала, втопил педаль газа и устремился вперёд. Каждый поворот был крутым, и в прямом, и в переносном смысле. Разгоряченный разум перестал ощущать малейший страх, что позволяло совершать абсолютно невероятные движения на авто. - Да ну их всех. - златовласый мужчина выругался и приложился к горлышку бутылки, параллельно перестраиваясь из ряда в ряд. Он имел весьма конкретную цель, и для достижения оной разум проложил свой собственный маршрут. Выкрутив руль, он слегка резко вошёл в поворот и под звук подрезанного сигналящего водителя сбросил скорость только тогда, когда стрелка спидометра стала дребезжать у цифры 120. Чуть не угробив всех водителей на своем пути, он таки добрался до места назначения. Бутылка коньяка наполовину пуста, а перед взором уже знакомый клуб "Future". Дискотеки для самых смелых. Излюбленное место, где ни о каких "белых" мутках речи и не шло. Место впору приехавшему лихачу. Бросив взгляд в зеркало, он пригладил непослушные волосы цвета ржи и расслабил брови, улыбнулся и вышел из своей новенькой "BMW". Одетый в олимпийку и джинсы, он спокойно вписывался в контингент обитателей заведения. Обменявшись парой рукопожатий с сомнительными мужчинами и парой озорных улыбок с раскрепощенного вида девушками, он вошёл в здание клуба. По ушам били электронные биты, молодежь толпилась на танцполе, звенели бокалы с мутными коктейлями (явно кустарного происхождения), он стал маневрировать меж тел, разгоряченных куражом. После небольшой перепалки с друзьями, ему хотелось выпустить пар. Ничего серьезного, но остаток оставался. Да и давно он уже не... расслаблялся. Мужчина просканировал помещение, и, не увидел ничего (или точнее сказать никого), достойного его внимания. Пробравшись к барной стойке, он выудил пару купюр, и хлопнув ими перед барменом, улыбнулся. - Дружище, дай-ка мне водки, во-он той, да, с красной этикеткой. Девушка, сидящая рядом, взглянула на него и расплылась в улыбке. Она легонько огладила его руку и заговорила, пытаясь перекричать музыку. - Ой, Витенька, а чего ты так скоро ушел в тот раз? Я думала, тебе все понравилось. - Душенька моя, ты же знаешь, хорошего помаленьку, все взрослые люди. - он обезоруживающе улыбнулся, но в закоулках его голубых глазах виднелся холод. Сморщив носик, девушка убрала руку. - Умеешь ты лапшу на уши навешать. Как тебя ещё не настигла карма? - Кар... Кто? - Тебе бы побыть на месте девушек которых ты дуришь разок. Мужчина усмехнулся. - Кто кого дурит? Я просто знаю как пользоваться моментом и отвечаю желанием на желание. - Бабник! Взяв свой стакан водки (бармены уже знали, что рюмками он не ограничивался), блондин переместился к диванам. Он давно уже не искрился чувствами, и предпочитал дам со схожим складом ума. Восполнение потребности, не более. Так было проще. Вдруг он плечом ощутил, что кто-то сел рядом. Он повернул голову и встретился с парой серо-голубых глаз. Те, в свою очередь, быстро пробежались по парню, оценивая, и секунду спустя на лице появилась улыбочка. Дежурная. "Так, эта явно работница." Клуб недавно провёл набор на должность хостес, оттого лицо было незнакомым. Всех работниц он уже знал, с некоторыми даже был знаком относительно "близко". - Здравствуй, Маша, я Дубровский, - девушка протягивает руку и смеется. - Ты у нас будешь Пчёла? - Откуда информация? - Виктор обезоруживающе улыбнулся, ответил на рукопожатие и придвинулся ближе. - Да наслышана, ты довольно-таки популярен среди девчонок. Мужчина по-свойски положил руку на плечо девушки, запястье окаймляли дорогие часы. Он повернул голову так, чтобы его губы находились на уровне её ушей. Дыхание обжигало кожу, и девушка улавливала устойчивый запах спирта. - Вот оно что. И как давно ты тут работаешь? Я не припоминаю твоего личика, хотя такую красавицу я бы подметил. В полумраку укромного уголка Пчёлкин не видел как заалели щёки молодой хостес. - Уже две недели в этом клубе. Увидела, что условия получше, вот и перешла сюда. Они со всей Москвы девушек заманивают. - Вот оно как. До этого тоже хостес была? Девушка кивнула, хихикая. Её рука легла на бедро Пчёлкина, нежно поглаживая. Тот, в свою очередь, перехватил женскую кисть и поднял к губам, опалив легким поцелуем. Две пары голубых глаз встретились, девушка игриво закусила губу. Она знала, куда давить, как себя вести, где дотронуться. Опыт давал многое. Как улыбнуться, чтобы зашелестели купюры, как дотронуться, чтобы заказали выпивку (никакого алкоголя в ней не было, стоимость шла в качестве зарплаты). Отточенные движения, взгляды, смешки. Она работала красоткой, и у нее получалось. Это была львиная доля её сути, но не была единственной чертой её личности. Личность клиентуре была интересна в абсолютно редких случаях. Да, горько, да, главное в девушке душа, но это была работа. Попадались разные кадры, и для морального равновесия, она в своей голове исключила клиентов из мужского пола. На любую выходку она лишь посмеивалась в своей голове. "Что с них взять, глупенькие, головой не могут соображать." Никаких чувств, только выверенные слова и действия. Поначалу время от времени ей казалось, что тот или иной субъект мог даже завоевать её расположение - она получала букеты, очаровывалась сладкими речами, но по тем или иным причнам они демонстрировали своё нутро. Они признавались в своих чувствах через пару часов знакомства, обещали дворцы или какую-нибудь дублёнку, и если она попадалась, их спортивный интерес угасал. Стоило обжечься пару раз, и она поняла, что мужчины, годящиеся в мужья, по таким заведениям не шастают. - Как насчёт познакомиться поближе? Расскажешь мне о себе, мило помурлыкаем с глазу на глаз? Запахло выездом с работы. Нередкое дело, девушек часто цепляли разного рода смутные личности. Кто-то возвращался, кто-то нет. О ком-то потом шла молва о замужестве, кого-то объявляли в розыск. Издержки политической обстановки в стране. Государство утратило контроль над населением, а стадо без пастуха не может. Вот и появились пастухи, с обрезами под полами пальто, с цепями на шее, на дорогущих тачках и с какими-то навороченными часами. Девушка кинула взгляд на наручные часы мужчины, в голове подсчитав стоимость. Швейцарские. Такие могли появиться только через фарцовщика. Значит, отстегнуть прилично сможет. Улыбнувшись, девушка заправила прядь сожжённых блондом волос и приникла к уху Виктора. - Почему бы и нет? Уверена, мы найдем общий язык. - томным голосом щебетала она. Мужчина поднялся и протянул ей руку. Та приняла её и по-свойски переплела со своей. Обхватив её талию, они продвигались сквозь разгоряченные выпивкой и музыкой тела. Девушка слегка покачивала головой в такт. Выйдя из клуба, мужчина проследовал к своей машине. Галантно открыв дверь перед дамой, он помог ей сесть, потом устроился и сам, на водительское. Виктор Пчёлкин завёл двигатель и повернул голову к спутнице. - А как зовут-то тебя, незнакомка? Дай угадаю - Судьба? Девушка посмеивается, прикрывая рот ладонью. Дешевый трюк, но судя по рассказам коллег, у него этих трюков по сотне на каждый типаж. - Коралина. Мама с папой хотели выделиться, вот и наградили уникальностью. Мужчина улыбается и кладёт ей руку на бедро. - Очень красивое имя, да только разве тебя не дразнили за него? Может даже клички давали? Может, корой древесной кличали? - В точку. Но и у неё были свои фокусы. Ненастоящее имя, фальшивая нежность, и самое главное, спокойствие. Как бы она не напускала на себя уверенности, это всё ещё был незнакомый мужик, и черт его знает, что творится в этой "светлой головушке". Будем молиться и надеяться, что завтра её лицо не украсит колонку "пропала без вести".