Я переродился в Наруто со сломанной Cистемой Cвиданий?!

Под ​звёздной ​ночью ​ ​Ночь ​была ​глубокой ​и ​тихой. ​ ​Бесчисленные ​звёзды ​мерцали ​в ​небе, ​словно ​ослепительные ​драгоценности, ​нашитые ​на ​чёрный ​бархатный ​занавес. ​ ​Узумаки ​Кушина, ​облачённая ​в ​белоснежное ​платье, ​сидела, ​скрестив ​ноги, ​на ​берегу ​реки ​и ​с ​расслабленной ​улыбкой ​смотрела ​на ​небесное ​представление. ​ ​Слева ​от ​неё ​стояла ​Учиха ​Микото ​в ​чёрном ​платье, ​с ​нерешительным ​выражением ​лица, ​словно ​она ​хотела ​что-то ​сказать, ​но ​не ​могла ​заставить ​себя ​заговорить. ​ ​— ​Думаешь, ​Юто ​уже ​спит? ​— ​внезапно ​нарушила ​тишину ​Кушина. ​ ​Микото ​помолчала, ​прежде ​чем ​тихо ​ответить: ​ ​— ​Наверное. ​ ​— ​Спорим, ​нет, ​— ​легко ​усмехнулась ​Кушина. ​— ​Этот ​маленький ​негодник ​в ​последнее ​время ​работает ​на ​износ ​— ​то ​исследует ​дзюцу ​без ​ручных ​печатей, ​то ​возится ​с ​каким-то ​новым ​изобретением. ​Он ​совсем ​не ​похож ​на ​того ​парня, ​которого ​я ​встретила ​в ​первый ​раз… ​ ​Микото ​молча ​слушала, ​не ​отвечая. ​ ​— ​Тогда ​у ​него ​всегда ​были ​эти ​глаза ​дохлой ​рыбы, ​он ​ленился ​при ​каждом ​удобном ​случае. ​ ​Нежная ​ухмылка ​тронула ​губы ​Кушины, ​когда ​она ​вспомнила ​первые ​дни ​Юто. ​ ​— ​Кроме ​Наруто ​и ​Шикамару, ​ему ​не ​было ​дела ​ни ​до ​кого. ​Всё, ​что ​его ​волновало, ​— ​это ​сон ​и ​безделье. ​Просто ​тот ​безобидный ​«маленький ​ягнёнок», ​которого ​ты ​помнишь. ​А ​теперь? ​Он ​так ​сильно ​изменился. ​ ​— ​Может ​быть, ​он ​нашёл ​свою ​цель, ​— ​предположила ​Микото. ​ ​— ​Цель? ​— ​Кушина ​покачала ​головой. ​— ​Это ​не ​совсем ​то ​слово. ​Его ​мечты ​всегда ​были ​с ​ним ​— ​просто ​раньше ​у ​него ​не ​было ​средств, ​чтобы ​их ​осуществить. ​Этот ​ленивый ​вид? ​Просто ​прикрытие. ​ ​— ​Прикрытие? ​ ​— ​Больно ​быть ​единственным, ​кто ​не ​спит. ​Знать ​правильный ​путь, ​но ​быть ​бессильным ​его ​выбрать… ​такая ​мука ​изматывает. ​Поэтому ​он ​заглушал ​себя, ​играл ​роль ​беззаботного ​лентяя. ​ ​— ​Ох… ​— ​Микото ​кивнула ​в ​знак ​понимания. ​ ​— ​Конечно, ​он ​бы ​никогда ​в ​этом ​не ​признался, ​— ​усмехнулась ​Кушина. ​— ​Этот ​сопляк ​— ​мастер ​скрывать ​свои ​мысли, ​а ​также ​все ​эти… ​его ​уникальные ​маленькие ​причуды. ​ ​— ​Например, ​его ​«симпатия» ​к ​маме ​лучшего ​друга? ​— ​поддразнила ​Микото. ​ ​— ​Именно. ​Интересно, ​что ​бы ​подумал ​его ​приятель, ​если ​бы ​узнал? ​— ​беззаботно ​рассмеялась ​Кушина. ​— ​Хотя, ​кто-то ​такой ​же ​тугодум, ​как ​Наруто, ​вероятно, ​даже ​не ​обратил ​бы ​внимания. ​ ​— ​А ​что ​насчёт ​Минато? ​— ​тон ​Микото ​внезапно ​стал ​резким. ​ ​Кушина ​надолго ​замолчала, ​прежде ​чем ​пробормотать: ​ ​— ​Он ​бы ​захотел ​смерти ​Юто, ​— ​затем, ​тише: ​— ​Но, ​Микото… ​как ​ты ​думаешь, ​кто ​мы ​сейчас? ​Затянувшиеся ​отголоски ​мёртвых ​или ​возрождённые? ​ ​Микото ​задумалась. ​ ​— ​Пока ​что ​первое. ​Если ​мы ​вернём ​себе ​физические ​тела, ​то ​второе. ​ ​— ​Я ​думаю, ​что ​пока ​мы ​выбираем ​продолжать ​жить ​в ​этом ​мире, ​мы ​уже ​возрождены, ​— ​Кушина ​откинула ​голову ​назад, ​к ​звёздам, ​её ​голос ​звучал ​неземным. ​— ​Если ​это ​вторая ​жизнь, ​зачем ​цепляться ​за ​прошлое? ​ ​— ​Значит, ​ты ​действительно ​серьёзно ​к ​этому ​относишься, ​— ​вздохнула ​Микото, ​её ​выражение ​лица ​было ​противоречивым. ​— ​Ты ​права ​— ​мы ​не ​должны ​зацикливаться ​на ​том, ​что ​прошло. ​Но, ​по ​крайней ​мере, ​может, ​подождём, ​пока ​он ​вырастет? ​ ​«Серьёзно, ​что ​это ​за ​логика?» ​ ​«Ты ​целыми ​днями ​издеваешься ​над ​Юто ​за ​то, ​что ​он ​влюблён ​в ​маму ​своего ​друга, ​а ​сама ​— ​настоящий ​сётаконщик? ​Если ​уж ​ранжировать ​извращения, ​то ​ты ​явно ​больший ​преступник!» ​ ​— ​Мы ​ещё ​даже ​не ​на ​той ​стадии! ​Кроме ​того, ​этот ​сопляк ​— ​не ​настоящий ​ребёнок, ​— ​Кушина ​ухмыльнулась, ​хлопая ​ресницами. ​— ​Взрослый ​разум, ​детское ​тело. ​И ​ты ​тоже ​это ​видела… ​ ​Микото ​застыла, ​погрузившись ​в ​резкое, ​смущённое ​молчание. ​ ​И ​она, ​и ​Кушина ​видели ​душу ​Юто ​во ​время ​эксперимента ​— ​«в ​натуральном ​виде», ​не ​меньше. ​ ​— ​Всё ​ещё ​зациклилась ​на ​ментальном ​блоке, ​да? ​— ​Кушина ​игриво ​толкнула ​свою ​лучшую ​подругу ​локтем, ​шепча: ​— ​Не ​волнуйся, ​я ​могу ​провести ​для ​тебя ​тест-драйв. ​ ​Пфф. ​ ​Изящное ​лицо ​Микото ​мгновенно ​вспыхнуло ​багровым ​румянцем. ​ ​— ​Заткнись, ​бесстыжая ​сётаконщица! ​— ​прошипела ​она. ​— ​Если ​хочешь ​опозориться, ​пожалуйста, ​но ​не ​втягивай ​меня ​в ​это! ​ ​— ​Сётаконщица, ​да… ​— ​задумчиво ​произнесла ​Кушина, ​ничуть ​не ​смутившись. ​— ​Звучит ​жутко, ​но, ​по ​крайней ​мере, ​это ​лучше, ​чем ​«Девочка-волшебница ​Учиха ​Мадара», ​верно? ​ ​— ​А-а-а! ​Мы ​договорились ​никогда ​больше ​об ​этом ​не ​упоминать! ​ ​Ситуация ​перевернулась ​— ​теперь ​настала ​очередь ​Микото ​носить ​«маску ​боли». ​ ​Страна ​Звука, ​Отогакуре ​ ​Глубоко ​под ​деревней ​Скрытого ​Звука, ​в ​тёмной ​лаборатории, ​Кабуто ​Якуси ​и ​Орочимару ​двигались ​как ​размытые ​пятна. ​ ​Бум. ​ ​Орочимару ​отшатнулся ​на ​несколько ​шагов, ​его ​змеиные ​зрачки ​резко ​сузились. ​ ​Напротив ​него ​лицо ​Кабуто ​было ​наполовину ​покрыто ​белой ​костяной ​маской, ​а ​глаза ​сверкали ​дикой ​жаждой ​крови. ​ ​— ​Замечательно, ​Кабуто, ​— ​прохрипел ​Орочимару, ​сжимая ​ушибленную ​руку. ​— ​Даже ​я ​не ​могу ​претендовать ​на ​победу ​над ​тобой ​сейчас. ​«Сыворотка ​суперсолдата» ​— ​она ​оправдывает ​своё ​название. ​ ​— ​Жаль, ​что ​эффект ​временный, ​— ​Кабуто ​резко ​выдохнул, ​когда ​маска ​отступила. ​— ​Максимум ​десять ​минут. ​ ​— ​Сколько ​битв ​длится ​дольше? ​— ​ухмыльнулся ​Орочимару. ​— ​Кроме ​того, ​этот ​состав ​явно ​можно… ​усовершенствовать. ​ ​— ​Как ​и ​ожидалось ​от ​господина ​Орочимару, ​— ​поклонился ​Кабуто. ​— ​По ​словам ​исследователя ​из ​корпорации ​«Амбрелла», ​усовершенствованная ​версия ​должна ​действовать ​более ​часа. ​ ​— ​Исследователя? ​— ​улыбка ​Орочимару ​стала ​шире. ​— ​Якуси ​Ноно, ​так ​ведь? ​ ​Кабуто ​напрягся. ​ ​— ​…Да. ​ ​— ​Меня ​не ​волнуют ​твои ​личные ​связи, ​Кабуто, ​— ​взгляд ​Орочимару ​стал ​ледяным. ​— ​Только ​твоя ​ценность. ​Если ​не ​справишься, ​присоединишься ​к ​отбросам. ​ ​— ​Понял, ​мой ​господин. ​ ​— ​На ​этот ​раз ​ты ​хорошо ​поработал, ​— ​Орочимару ​облизнул ​губы. ​— ​Сыворотка ​меня ​интригует. ​ ​— ​Всё ​благодаря ​вашему ​руководству, ​— ​Кабуто ​держал ​голову ​низко. ​— ​Хотя ​мне ​удалось ​достать ​только ​две ​ампулы. ​ ​— ​Украсть ​что-то ​из-под ​носа ​Ханзо ​— ​нелёгкая ​задача, ​— ​глаза ​Орочимару ​блеснули. ​— ​Кто ​бы ​мог ​подумать, ​что ​легендарный ​«Полубог» ​опустится ​до ​таких ​отчаянных ​мер? ​ ​Орочимару, ​как ​и ​большинство, ​предполагает, ​что ​Ханзо ​возглавляет ​корпорацию ​«Амбрелла». ​Лишь ​немногие ​— ​Конан, ​Пейн, ​Обито ​и ​Зецу ​— ​знают, ​что ​«Бог ​Дождя» ​теперь ​сломленный ​человек. ​ ​— ​Учитывая, ​что ​Ханзо ​сотрудничает ​с ​Данзо ​из ​Конохи, ​не ​обернётся ​ли ​это ​против ​нас? ​— ​Кабуто ​изобразил ​беспокойство. ​ ​— ​Вряд ​ли. ​ ​Смех ​Орочимару ​пробирал ​до ​костей. ​ ​— ​Я ​знаю ​Данзо. ​Как ​только ​он ​получит ​эту ​силу, ​его ​первой ​целью ​станет ​мой ​дорогой ​старый ​сенсей. ​И ​когда ​этот ​день ​настанет… ​возможно, ​мы ​ему ​поможем. ​ ​Бонусная ​сцена: ​«Великое ​предательство ​рамена» ​ ​Место: ​Коноха, ​Ичираку ​Рамен ​ ​Послеполуденное ​солнце ​лениво ​освещало ​деревню, ​когда ​Наруто ​Узумаки ​сидел ​на ​своём ​обычном ​месте ​в ​Ичираку, ​с ​характерным ​энтузиазмом ​уплетая ​пятую ​миску ​мисо-рамена. ​Напротив ​него ​Юто ​— ​теперь ​в ​своём ​обычном ​подростковом ​теле ​— ​ковырялся ​в ​своей ​миске ​с ​видом ​глубокой ​задумчивости. ​ ​Наруто ​(с ​набитым ​ртом): ​— ​Давай, ​Юто! ​Ешь, ​пока ​не ​остыло! ​Ты ​сегодня ​какой-то ​странный! ​ ​Юто ​(вздыхает): ​— ​Наруто, ​друг ​мой, ​я ​пришёл ​к ​трагическому ​осознанию. ​ ​Наруто ​(прерывает ​трапезу): ​— ​А? ​ ​Юто ​(драматическим ​шёпотом): ​— ​…Кажется, ​я ​устал ​от ​рамена. ​ ​Наруто ​(подавился): ​— ​ЧТО?! ​(вскакивает, ​опрокидывая ​стул) ​— ​Это… ​это ​кощунство! ​Дядя ​Теучи, ​ты ​это ​слышал?! ​ ​Теучи ​(из-за ​стойки, ​вытирая ​миску): ​— ​Парень, ​я ​видел, ​как ​шиноби ​предавали ​деревни ​с ​меньшей ​драмой. ​ ​Юто ​(поднимает ​руки): ​— ​Слушай, ​я ​не ​говорю, ​что ​он ​плохой ​— ​я ​просто ​ел ​его, ​типа, ​каждый ​день ​последние ​десять ​лет. ​Мои ​вкусовые ​рецепторы ​устроили ​бунт! ​ ​Наруто ​(хватается ​за ​грудь): ​— ​Я ​думал, ​что ​знаю ​тебя, ​чувак. ​Скоро ​ты ​скажешь, ​что ​тебе ​не ​нравится ​оранжевый! ​ ​Юто ​(избегает ​зрительного ​контакта): ​— ​…Возможно, ​я ​перешёл ​на ​тёмно-синий. ​ ​Наруто ​(ахнул): ​— ​ПРЕДАТЕЛЬ! ​(обвиняюще ​указывает) ​— ​Тебя ​подменили ​человеком-стручком! ​Фальшивкой! ​А… ​ ​Сакура ​(внезапно ​появляется, ​бьёт ​Наруто ​по ​голове): ​— ​Ты ​заткнёшься? ​Тебя ​слышит ​полдеревни! ​ ​Наруто ​(потирая ​голову): ​— ​Но, ​Сакура-чан! ​Юто ​сломался! ​Ему ​больше ​не ​нравится ​рамен! ​ ​Сакура ​(невозмутимо): ​— ​О ​нет. ​В ​любом ​случае… ​(поворачивается ​к ​Юто) ​— ​Так ​что ​ты ​хочешь ​съесть? ​ ​Юто ​(оживляется): ​— ​Суши. ​Конкретно, ​то ​модное ​место ​у… ​ ​Наруто ​(драматично ​падает ​на ​стойку): ​— ​СУШИ?! ​Это ​еда ​для ​богачей! ​Кто ​ты ​такой?! ​ ​Какаши ​(материализуется ​из ​ниоткуда, ​читая ​«Тактику ​флирта»): ​— ​Хм. ​Кризис ​среднего ​возраста ​в ​двенадцать? ​Впечатляет. ​ ​Юто ​(ровно): ​— ​Мне ​мысленно ​тридцать. ​ ​Какаши: ​— ​А. ​Ранний ​кризис ​среднего ​возраста, ​значит. ​ ​Наруто ​(хватает ​Юто ​за ​плечи, ​трясёт): ​— ​ОЧНИСЬ! ​Вспомни ​кодекс ​рамена! ​Братаны ​прежде… ​ ​Юто ​(прерывает, ​ухмыляясь): ​— ​Ладно, ​ладно. ​Но ​ты ​платишь ​за ​мою ​следующую ​экспериментальную ​миску. ​Когда-нибудь ​пробовал ​шоколадный ​рамен? ​ ​Наруто, ​Сакура, ​Теучи, ​Какаши ​(в ​унисон): ​— ​НЕТ. ​ ​Юто ​(смеётся): ​— ​Отлично. ​Давайте ​займёмся ​наукой. ​ ​Издаётся ​полный ​ужаса ​крик ​Наруто, ​пока ​Теучи ​медленно ​отступает ​от ​кастрюли.