Пижама с лисятами

Дрейк с силой хватает его за шиворот, чтобы в следующее мгновение отвесить звонкую оплеуху. — О, боже, Дрейк, не надо! — взвизгивает Ники. — Не бей его! Мы же просто прикалывались! Вместо того чтобы прислушаться, Дрейк бьёт Ники ногой под дых, отчего тот скрючивается на полу, готовый выкашлять лёгкие. — Какого хрена вы тут разорались, мелкие куски дерьма?! — грохочет Дрейк Нилу прямо в лицо. Щека Нила пылает, глаза вот-вот готовы наполниться слезами от унижения и всепоглощающей ярости, настолько чёрной, что Нилу кажется, будто он сам и вся комната сейчас обратятся в пепел. Незаживший нос снова начинает кровоточить. Он произносит только одно слово: — Пусти. — А то что, выродок?! Пожалуешься мёртвой мамаше?! — ухмыляется его старший сводный брат, не отпуская воротник его футболки. — А то я убью тебя, — ровно отвечает Нил. Дрейк вновь фыркает. Ухмылка застывает на его лице, словно восковая. — А ты смешной, — бросает он, но разжимает пальцы, отшвыривая Нила. От толчка тому едва удаётся удержаться на ногах. Нил стискивает зубы, готовясь к новым ударам, однако его больше никто не трогает. — Разбудите Кэсс — и я превращу тебя в такое, рыжий молокосос, что ты не то что клюшку держать не сможешь — свой член, чтобы поссать, не удержишь! Дрейк возвращает внимание к Ники, пинает слетевшую с его головы розовую бигуди, отправляя её в другой конец комнаты, и, развернувшись, выходит. Провожая его взглядом, Нил вспоминает, что всё это время в проходе стоял Эндрю. На нём — длинная, до колен, вонючая футболка Дрейка с таким широким воротом, что из него выглядывает обнажённое острое плечо. Светлые волосы всклокочены, лицо слегка красное, но абсолютно бесстрастное. Он смотрит на Нила без всякого выражения в светло-карих глазах. Просто смотрит. И всё. Уходя, Дрейк сгребает Эндрю за плечи. Стоит двери закрыться, как Ники прорывает: — Боже! Господи, прости меня, Нил! Прости, я не думал… я… Я закричал рефлекторно. Ты начал лупить меня, я до смерти испугался! Не знал же, чем всё кончится! — Ники, ты теперь-то заткнёшься? — устало выдыхает Нил, едва сдерживая дрожь в руках. Вздрогнув, Ники замолкает и на подкашивающихся ногах возвращается в постель, всё ещё что-то шепча под нос. Нил бесшумно пробирается в уборную, чтобы промыть снова идущую из носа кровь. Затем возвращается и, наконец, закрывает глаза. Звуков за стеной больше не слышно.

***

Нил заканчивает с крагами и застёгивает шлем. В тесной раздевалке стоит гул — все не могут успокоиться от волнения перед игрой. Их соперники — настоящие подонки, начавшие оскорблять их в интернете ещё за неделю до матча. Нил сбился со счёта, сколько раз те поминали половую жизнь их с Кевином покойных матерей. Справедливости ради, мёртвую мать Рико тоже не обошли стороной, а Мэтту и вовсе трижды скидывали фото его ныне здравствующей мамы с прифотошопленными к её рту членами. Девушкам в их команде повезло больше — их банально обозвали шлюхами и успокоились. Утешало лишь то, что когда они поступят в университет и перейдут в студенческую лигу, соперники тоже повзрослеют, и подобное будет считаться позорным неспортивным поведением. Но пока этих сукиных сыновей не ограничивают никакие рамки. — Я размажу их, блять, по стенке! Каждого из этих пидарасов! Мы должны победить, слышите, эй, кучка рукожопых долбоёбов! Особенно ты, Нил! — истерично орёт Рико, как всегда собравшийся раньше всех. — Да я ради твоей мамки из принципа палец о палец не ударю, сучёнок! — хохочет Сэт, которого соперники почему-то забыли и не трогали. — О, боже, — вздыхает Дэн. Она пытается их урезонить, но Нил уже не слушает. Всё его внимание приковано к Кевину. Тот едва сдерживается, чтобы не наброситься на Сэта с кулаками за намерение слить игру. Первое, что слышит Нил, выходя из раздевалки, — это истошный крик своего имени. Он поднимает голову на трибуны и видит орущего Ники и сидящего рядом с ним скучающего Аарона. В противоположность ему Ники весь, как на пружинах, подпрыгивает на месте, размахивает руками и выкрикивает нелепые кричалки. Его волосы вьются крупными кудрями после бигуди, а губы… накрашены ярко-алой помадой. Серьёзно? — Джостен, это твой парень что ли? — мерзко спрашивает Рико. — Это его сводный брат, Николас Хэммик, — отвечает стоящий рядом Кевин. Нил тут же прожигает его взглядом за болтовню. — Пиздец, ха-ха, Джостен! Кажется, твой сводный брат любит в задницу так же, как и ты! Ты уверен, что он тебе не родной?! Кевин, который минуту назад сам готов был избить Сэта, выставляет перед Нилом руку, пресекая попытку заткнуть Рико. — Нил, он специально провоцирует. Хочет, чтобы тебя удалили. Не ведись. — А рядом с ним что за бледный уродец? — не унимается Рико. — Аарон Миньярд. Ещё один сводный брат, — так же ровно, без эмоций, отвечает Кевин. — Как мило, семейка Нила Джостена пришла посмотреть, как он отсосёт. Видимо, дома не насмотрелись. Они все куколды, что ли, а, Джостен? — Да пошёл ты нахуй, ебучий узкоглазый пид… — речь Нила заглушает сирена. Ворота открываются, и игроки высыпают на поле. Они отсосали. Как и обещали им соперники. И Нилу не было бы так тошно, если бы в этом не было его вины. Весь первый тайм он был на площадке, и ослабленное бессонницей и недоеданием тело почти отказало, когда в конце второго тайма ему пришлось снова выйти, заменяя Кевина, получившего клюшкой по коленке. На глазах у Рико Нил, борясь с головокружением и тошнотой, промазал по воротам в момент, когда был отличный шанс сравнять счёт. Два раза его ноги подкашивались, и он падал, позволяя сопернику перехватить мяч. Три раза ронял снаряд, когда высокий капитан команды противника бил по его клюшке с такой силой, что Нил удивлялся, как та не разлетелась в щепки. Когда выдавалась возможность, Нил оборачивался на трибуны. Разочарованно опущенная в ладони голова Ники вызывала в его венах острый приступ стыда. Чёрт. Сука. Блять. Финальная сирена возвестила об окончании матча, его сокомандники в ярости побросали клюшки на паркет. Все смотрели на Нила как на ничтожество, непонятно как оказавшееся в их команде. Даже Мэтт, проходя мимо, расстроенно бросил: — Чувак, да что с тобой не так? Нил ожидал, что Рико набросится на него в раздевалке, но тот не вытерпел: стоило им шагнуть за борт, он накинулся на Нила со свирепостью, от которой тот не удержался на ногах. Они падают в проходе, вцепившись друг в друга. Нил едва уворачивается от града ударов. Тренер Ваймак грозно орёт, Дэн кричит, Сэт смеётся, Кевин и Мэтт пытаются оттащить Рико, но тот, как дикий зверь, вырывается, кусается и снова набрасывается на Нила, который даже не успевает сориентироваться для ответа: кровь из незаживающего носа хлещет в глотку, заставляя безудержно кашлять и давиться. — Мудак, блять! Мой дядя сидел там и всё видел! Видел, как мы проиграли из-за тебя, уёбок несчастный! Я убью тебя!!! Убью-убью-убью!!! — вопит Морияма. И вдруг его скручивает прямо на Ниле. Крик ненависти сменяется криком боли. Рико хватается за бок, стискивая зубы. Потом Нил видит, как тому в бок вторично врезают ботинком. — Эй, ты охуел?! Ты ему ребро сломаешь! Кто играть-то будет?! — вступается за Рико их опорный полузащитник Элисон. И Нил понимает, что она обращается к… Аарону. Рико наконец оттаскивают. Над Нилом склоняется голова Ники с безумными кудрями и алыми губами. — Малыш, ты живой?! Господи, Аарон, он же его в фарш изметелил! Какая жестокость! Кэсс нас прихлопнет за него! Аарон ничего не отвечает, молча разворачивается и уходит, провожаемый ошеломлённым взглядом держащегося за бок Рико. — Мы не договорили, уёбок! Тебе пиздец, слышишь?! И братцу своему передай!!! — кричит Рико вслед Нилу, пока Ники поднимает его, закидывая его руку себе на плечо. Картинка перед глазами плывёт, кровь заливает джерси. — Я прикончу твоего белобрысого братца, и мне ничего не будет, потому что он первый начал!!! Я всё дяде расскажу, понял?! С другой стороны появляется Кевин, берёт Нила под руку, и втроём они бредут в медкабинет. Всю дорогу Кевин матерится и огрызается на Ники, который и сам не лезет за словом в карман, отчего голова у Нила раскалывается ещё сильнее. В медкабинете он стекает на кушетку, как тряпичная кукла. Медсестра, проверяя его нос и ушибы, недовольно качает головой. — Ты всегда такой бледный? — спрашивает она. — Кровь давно сдавал? Нил не помнит. Наверняка его гемоглобин где-то на уровне ламината. Она меряет давление — то оказывает пониженным. — Всё нормально, — отвечает он. Не хватало только, чтобы его отстранили из-за драки, кругов под глазами и недоедания. — Да у него всё отлично! — начинает тараторить Ники, прекрасно понимая, что проверки, с которыми могут прийти к их приёмным родителям из-за недоедающего и невысыпающегося Нила, не приведут ни к чему хорошему. — У нас трёхразовое питание, говядина каждый ужин и кефир перед сном. Сон строго в десять, подъём в шесть. Наш Нил просто устал, да, Нил? Ноздри Кевина от услышанного раздуваются от злости. — Д-да… — хрипло подтверждает Нил. — Так и будет, если, конечно, этот Рико Морияма не ворвётся к нам, чтобы отомстить Аарону, например… убив его нахуй, — продолжает Ники. — Что ты несёшь?! — взрывается Кевин. — А что? Я всем расскажу! Нил давно мне про этого Рико расказывал. Пусть все знают, что за фрукт этот гадкий малолетний бандит. Осведомлённость общества послужит Аарону защитой! Я и к вашему директору пойду, если нужно будет! Если бы Аарон не вступился, он бы от нашего Нила мокрого места не оставил! — Только вот вряд ли Рико это остановит, — заключает Нил. Но Ники будто не слышит и продолжает болтать: — Уж я позабочусь, чтобы Аарон был в безопасности. Если что, натравим на этого гада Дрейка. Он его размажет по стенке, как муху! — Кто кого размажет… Рико — настоящий псих, как и вся его семья, — парирует Кевин. — И трогать его нельзя, он наш лучший защитник, в отличие от бесполезной ячейки общества Аарона. И тут Нила внезапно озаряет идеей. Сердце начинает стучать быстрее. Чем заканчивается спор, он уже не слышит.