"Лучший" воспитанник

– Я купила тебе одежду. – Не постучавшись, женщина зашла в комнату и бросила увесистый черный пакет с надписью "Колосок" на кровать Руслана. Парень в свою очередь не понимающе уставился на нее. Синяки под его глазами стали сильнее, будто он вовсе перестал спать. Белки красные, а ссадины на лице почти зажили. Спал он и вправду мало. Буквально пару часов, так как уже на протяжении 2 месяцев сбегал на ночь к своим новым друзьям. Шататься по лесам, заброшенным заданиям, по местам, соответствующим людям его окружения, ему нравилось. Нравилось пиздеть с ними всю ночь, запивая сигаретный дым дешевым "Жигули". Но были ли они и вправду друзьями, Руслан и сам не знал. Матери они не нравились. Вот что он знал точно. Переведя усталый взгляд на пакет, который, к удивлению, не порвался от напиханных в него вещей. Руслан прищурил глаза и вновь посмотрел на мать. Поднимаясь с места: – С каких пор ты покупаешь мне вещи? – Задал он уместный в данной ситуации вопрос и заглянул в пакет. Куча водолазок темных оттенков и такого же цвета брюки смотрели на него. Руслан поднял бровь. – Мам, я пиздец как рад, что ты запомнила мой любимый цвет. Но, увы, я такое не ношу, и ты это знаешь. Сарказм он любит. Руслан развернулся к матери спиной и устало направился обратно к компьютерному столу. Он уже подумывал, куда закинет эти тряпки, чтобы те не мешали, но его остановили слова женщины, заставившие застыть на месте: – А твои шмотки не подходят под дресс-код новой школы. – Она скрестила руки на груди и, не дожидаясь реакции сына, продолжила вводить его в шок. – Да и твою татуировку на шее надо как-то закрыть, – Покрутила пальцем возле своей чистой шеи. – По поводу рук я сообщила, и они не против. – Что за они? И какая, в пизду, новая школа? – Руслан резко развернулся, но мать и носом не повела. Она была серьёзная как никогда. Внутри начало трясти и Руслан начинал заводиться. Надо что-то сказать, но рот не слушался, глаза закатились. Его тик не продолжился больше полу минуты. Он пытался продолжить возникать. Но мать, привыкшая к частым тикам, не обратила на это внимание и строго продолжила: – Закрытая, с религиозным уклоном. То, что тебе сейчас нужно. Прощайся со своими дружками наркоманами. Ты не увидишь их, ой, как долго. Вещички вот эти, – она указала на пакет, – собирай. Свои рваные тряпки можешь даже не пытаться брать, их там сразу же выкинут. Скорее всего, от воспоминаний о проступках Руслана женщина вновь разозлилась , поэтому эту тираду она чуть ли не проорала. Руслан не успел что-нибудь вякнуть, как дверь перед ним захлопнулась. Тишину прервал упавший с кровати пакет. Вещи вывалились. Он посмотрел в телефон. 30 августа. В голове пронеслось только громкое: «Пиздец»