Лишние проблемы |

      Сайлус с детства был отстранённым, старался решать свои проблемы сам. Его отец—герцог Каллум Грэй, вдовец, потерявший свою супругу в тот же день, что и обрёл сына. Каллум всегда воспитывал ребёнка без мягкости и снисходительности, повторяя одну и ту же фразу каждый раз: «Запомни, честь и долг важнее всего. Если ты не можешь это соблюдать, то ты не имеешь права быть мужчиной, не имеешь права носить фамилию Грэй».

***

      Раннее утро, Сайлус остался в поместье один, ведь отец уехал по делам. Только быстрые, но тихие шаги слуг иногда нарушали полную тишину и напоминали, что время не остановилось, сердце всё ещё бьётся, лёгкие всё ещё набирают кислород, а кровь всё ещё бежит по венам. Мальчик сидел за столом и рассматривал тяжёлый перстень отца с большим изумрудом и гравировкой «Грэй». Как рассказывал отец, это кольцо передаётся по наследству всем мужчинам рода, как только умирает прежний хозяин перстня. Сайлус провёл пальцем по гравировке, ощупывая рельеф надписи. Затем мальчик встал и подошёл к окну, подставив часть с изумрудом под свет. На свету камень был полупрозрачным и очень красивым. Точно такого же цвета были глаза отца, сына, и, наверняка, всех из рода Грэй. Внезапно снаружи послышался стук копыт и грубые мужские голоса. Отец вернулся раньше, чем ожидалось. Сайлус подбежал к шкатулке, украшенной так же, как и перстень, что в ней хранился. Лихорадочно пытаясь вернуть перстень на место, он услышал тяжёлые, уверенные шаги в коридоре. Дверь в кабинет распахнулась. На пороге стоял герцог Каллум Грэй. Его изумрудные глаза холодно скользнули по руке сына, сжимавшей фамильную реликвию. «Если ты хочешь однажды носить его по праву, то хватит сидеть без дела. Учитель уже час ждёт тебя в конюшне для урока верховой езды.» Сайлус молча кивнул, опустив глаза. Он аккуратно положил перстень на стол и, не глядя на отца, вышел из кабинета. Больше он не прикасался к перстню.

***

      Прошло восемь лет. Теперь тяжёлый изумрудный перстень с гравировкой «Грэй» сжимали его собственные пальцы. Восемнадцатилетний Сайлус Грэй, унаследовавший титул после внезапной гибели отца, смотрел из окна прежде отцовского кабинета на покрытые инеем поля. Холод за стеклом был для него родным, был тёплым. Его сердце всё ещё билось, лёгкие набирали кислород, а кровь бежала по венам. Но внутри была лишь тишина, которую не мог нарушить ничей шаг.