Лишние проблемы |

      Солнечный луч, упёршийся в веки, разбудил Вивьен. Она медленно открыла глаза, на секунду забыв о тяжести, лежавшей у неё на душе. Но осознание вернулось мгновенно, вместе с воспоминанием о вчерашнем разговоре в кабинете отца. Помолвка. Герцог Грэй. В покои постучались. На пороге стояла служанка, с лицом, сияющим от воодушевления. В её руках была изящная шкатулка, вырезанная из светлого ореха и украшенная по краям мелкими розовыми камнями, переливавшимися, как леденцы. «Герцогиня, вы уже проснулись? Вам подарок! От герцога Грэя!»—Служанка почти подпрыгивала на месте, протягивая ларец. Вивьен механически взяла его. Шкатулка была на удивление лёгкой. Она щёлкнула замком. Внутри, на бархате цвета слоновой кости, лежало кольцо. Оно было прекрасным: тонкая, ажурная гладкость серебра, стилизованная под веточку, с теми же мелкими розовыми камнями. Оно было… создано для неё. Идеальное. На миг сердце Вивьен сжалось от чего-то, похожего на признательность. Она достала кольцо, почувствовав прохладу металла. Примерила на безымянный палец. И этот намёк на внимание, на заботу, сделал следующую мысль лишь острее. Это была не просто безделушка. Это была первая петля. Изящная, красивая, но петля. Безотчётный порыв гнева, жгучий и стремительный, поднялся из груди. Она резко стянула кольцо, бросила его обратно в шкатулку и с размаху швырнула её в угол комнаты. Дерево глухо стукнулось о стену, и несколько розовых камешков высыпалось на пол, словно слёзы. Взгляд Вивьен встретился с испуганным, растерянным лицом служанки. Служанка замерла, прижав руки к губам. Стыд, острый и обжигающий, залил Вивьен. Она выместила злость на невинной девушке и на безмолвном предмете. Что с ней происходит? Она, всегда контролирующая каждую свою улыбку, каждое движение? «Прости,—голос её звучал хрипло.—Я… я случайно выронила». Вивьен сделала глубокий вдох, выравнивая дыхание, и произнесла уже ровным, светским тоном: «Передай герцогу, что я в восторге, и что подарок невероятно красив». Служанка, всё ещё дрожа, кивнула и поспешила собрать рассыпавшиеся камни и шкатулку. Вивьен отвернулась к окну, сжимая руки на холодном подоконнике.

***

      Визит герцога Сайлуса Грэя не заставил себя ждать. Когда его карета подкатила к поместью Фростов, у входа уже стояла вся семья. Вивьен, облачённая в лёгкое платье, с безупречной улыбкой на лице, была похожа на куклу. На её пальце, поверх тонкой перчатки, сияло то самое кольцо. Оно жгло её, словно раскалённый уголёк, но её улыбка не дрогнула. Сайлус Грэй сошёл с кареты. Он был высок и строен, в тёмном, строгом костюме, который резко контрастировал с цветущим великолепием поместья Фростов. Все его движения были точными. Он поприветствовал Маркуса и Лилиан с холодной, безупречной вежливостью, а затем его взгляд упал на Вивьен. Он подошёл ближе, и Вивьен уловила лёгкий аромат морозного воздуха, хвои и старого пергамента, что исходил от него. Не говоря ни слова, он опустился на одно колено и взял её руку. Прикосновение его губ к коже через тонкую ткань перчатки было стремительным, сухим и холодным. Вивьен не дрогнула, лишь её улыбка стала чуть более мягкой. «Герцог,—её голос прозвучал лёгко и мелодично, будто перезвон хрустальных колокольчиков,—благодарю вас за ваш подарок. Он прекрасен». «Мне приятно, что он вам понравился, леди Вивьен,—ответил Сайлус, поднимаясь. Его изумрудные глаза, холодные и пронзительные, встретились с её серыми. В этот митр Вивьен показалось, что она видит не человека, а живую статую, высеченную изо льда.—Он показался мне… соответствующим». За столом в светлой гостиной, залитой солнцем, продолжился этот странный диалог. Вивьен, обращаясь к нему, старалась, чтобы её голос звучал естественно и заинтересованно. «Герцог Грэй, я слышала, что в ваших краях, в горах, растут очень красивые белые цветы. Это правда?» «Да, это так,—ответил он, откладывая вилку. Его ответы были точными, без лишних деталей.—Они цепляются за скалы. Вы любите цветы?»—спросил он в ответ. Она на секунду задумалась, её взгляд скользнул по букету роз в вазе на столе. «Люблю». Разговор тек, как медленная река, минуя все подводные камни личных тем и истинных эмоций. Они говорили о погоде, о предстоящих светских событиях, о новых указах короля. Это была безупречная демонстрация хороших манер.

***

      Когда карета Сайлуса скрылась из виду, а Вивьен поднялась в свои покои, она обнаружила, что не чувствует ни опустошения, ни гнева, ни грусти. Ожидание катастрофы не оправдалось, но и облегчения не наступило. Всё прошло на удивление гладко. Слишком гладко. Он был вежлив, она очаровательна. Не было ни намёка на угрозу, ни проблеска подлинности. Было так, как должно быть. Не более того. Ни любви, ни симпатии, но и острого отторжения не случилось.

***

      Сайлус Грэй, вернувшись в своё поместье, прошёл в кабинет. Тишина этих стен была ему родной. Он отдал распоряжения управляющему: подготовить южные покои для будущей герцогини, заказать новый гардероб у лучших портных столицы, приобрести духов, масел, украшений—всё, что полагается даме её статуса. «Всё должно быть безупречно,—произнёс он, глядя в тёмное окно, за которым лежали покрытые инеем поля.—Ни в чём не должно быть недостатка».

***

      Подготовка к свадьбе шла полным ходом, превратившись в хорошо отлаженный механизм. Лилиан, с лёгкой грустью в глазах, помогала дочери выбирать ткани для свадебного платья, Маркус излучал уверенность и гордость. А в поместье Грэя царила деловая суета. Казалось, всё было продумано до мелочей.