Лишние проблемы |

      Вечером того же дня Вивьен вернулась в покои, ожидая того же, что было вчера. Ожидала холодных рук на своих бёдрах, ожидала ноющей боли, заполняющей изнутри, ожидала высокую и широкую тёмную тень над собой. Она переоделась в одежду для сна и легла в постель, ожидая худшего. Герцог зашёл через несколько минут. Он был напряжён, челюсть сжата, а брови нахмурены. Вивьен тревожно оглядывала его, пытаясь понять что произошло. —Герцог? Вы в порядке? —Есть небольшая лишняя проблема. Девушку словно пронзило током, когда она услышала слова «лишняя проблема». Именно так она называла их брак, когда только о нём узнала. Считает ли она так до сих пор? Наверное, скорее да, чем нет. Но тем не менее, с Сайлусом что-то было не так. Мужчина сел на кровать, повернувшись к ней спиной. Вивьен немного привстала и пододвинула сб ближе к нему, дотронулась кончиками пальцев до его плеча. Мышцы напряглись, это было видно даже через одежду. Она не убрала руку, а наоборот, положила на плечо. Да, он был её мужем. Да, этот брак приносил ей только отрицательные эмоции и чувства. Да, он ей никто. Но ей было жаль его, она тревожилась. Впрочем, она всегда была такой. В детстве кормила дворовых собак, спасала раненых птиц. В подростковом возрасте всегда помогала слугам с расстановкой новых вещей в родительском поместье. А сейчас… сейчас вокруг не было ни слуг, ни собак, ни птиц. Был только один дикий зверь, и он был не приручен. Сайлус Грэй, имеющий проблемы, с которыми она, возможно, может помочь. Всё её нутро кричало о том, что надо помочь ему несмотря не на что, но она побаивалась мужа. Они знакомы только несколько дней, он не знает имя её лучшей подруги и её любимые цветы. Но у них была… близость. Вынужденная близость, бесчувственная близость, но она была. Он не причинил ей вреда, он относится к ней хорошо, жизненные условия прекрасны. Вивьен поняла, что единственная возможность жить, а не выживать, это довериться ему. Больше было некому довериться. Вивьен подсела ещё немного ближе, чтобы видеть его лицо, но при этом с опаской сохраняла небольшую дистанцию. Вдруг она почувствовала, что герцог накрыл её тёплую руку своей большой, но изящной, холодной ладонью. Он не отталкивал её руку, но и не принимал это касание. Он, кажется, сделал это машинально, просто ненавязчиво удерживал руку. Вдруг хриплый голос нарушил тишину: —Сегодня был совет. Один из членов совета сказал, что я похож на отца методами правления. Я не стал отрицать, ведь это так, но…—он прервался, не желая открывать свои мысли и чувства. Даже жене.—скажем так, это была не самая уместная фраза в тот момент. Вивьен слегка закусила нижнюю губу, а затем произнесла: —Каким он был?—сказала она осторожно,—твой отец. Сайлус повернул к ней голову, заглянув в её серые, как сталь, глаза. Вивьен столкнулась с изумрудным взглядом, в нём читалась не злость, не грусть, а интерес и немного удивление. Он не ожидал такого вопроса, но привык отвечать на любые: —Моя мать погибла при родах, после этого весёлое и счастливое поместье превратилось в тёмный и холодный замок.—ответил он кратко и чётко. Вивьен, не задумываясь, сказала: —Ты боишься? Боишься стать таким, как отец? Изумрудные глаза теперь смотрели на неё с непониманием. Да, она была права, но Сайлус не мог признать это. Не мог признаться самому себе, что уж говорить о других людях. Он не хотел казаться слабым. Но он и не был слабым. Он был волевым человеком долга и чести, был уверен в себе и своих действиях. Тогда почему такая догадка вызывает странные чувства? Герцог встал, кулаки его сжались. Затем он произнёс: —Я буду работать в своём кабинете. Ложись спать, не жди меня. И вышел. Вивьен испытывала странные эмоции: с одной стороны она была рада, что сегодняшняя ночь свободна от супружеского долга, а с другой её мучала недосказанность, к которой она так не привыкла. Она не грустила из-за мужа, нет, но она не понимала этих резких перемен в его поведении. Сначала злится, потом делится откровенностью, а затем отталкивает? Это странно.