ПРОСТИ, СТАНИСЛАВСКИЙ!

Итак, следующая, 12 глава книги Станиславского “Работа актёра над собой”, называется: “ДВИГАТЕЛИ ПСИХИЧЕСКОЙ ЖИЗНИ” Мне кажется, что текст с такой темой было бы интересно прочесть любому человеку и узнать, что же двигает его психической, такой загадочной и такой важной для любой рефлексирующей личности? Но прежде чем я начну разбирать главу этой книги, хочу привести отрывок, реплику, открывающую эту часть. Всё как всегда в этой книге - идёт занятие в театральной студии и Учитель, повесив на доску название новой темы, говорит: “- Теперь, после того как мы просмотрели свои элементы, способности, свойства, приёмы психотехники, можно признать, что наш внутренний творческий аппарат подготовлен. Это наше войско, с которым можно начинать военные действия. Нужны полководцы, которые повели бы его в поход. Кто же эти полководцы?” Я, перечитывая и готовясь к разбору этой главы, тут прямо остановилась и… зависла! Станиславский через Учителя заявляет, что “внутренний творческий аппарат подготовлен”, называет его - войско! Что?!. Когда, через что подготовили ВНУТРЕННИЙ творческий аппарат?.. Как эту готовность определили?.. А никак. Поговорили, проговорили, обговорили, сделали несколько этюдов, обсудили их, Учитель в режиме монолога несколько раз высказал множество запутанных, не подтверждённых опытным путём мыслей - и вот, вуаля, внутренний творческий аппарат подготовлен к работе! Если мои читатели и подписчики думают, что нам показывают только верхушку айсберга, только теоретическую часть, то отвечу: и да, и нет. Да, актёров даже в студиях\школе Станиславского готовили не только разговорами, были у них и так называемые “технические” дисциплины, занимающиеся настройкой и развитием тела студийцев - от танца и пения до сценического движения и сценической речи, новых дисциплин в воспитании актёров того времени. Но краеугольным камнем в воспитании актёров именно как актёров были как раз вот такие беседы: что-то проговорили, попробовали практически в этюде, опять поговорили, снова поговорили и ещё раз поговорили! Друзья, система Станиславского это тотальная говорильня! И если кто-то думает, что что-то изменилось, то вы ошибаетесь: если актёров воспитывают в классическом понимании системы, то разговорам, беседам уделяется колоссальное количество времени. Есть ли от этого толк? Не берусь судить. Но знаю не понаслышке, а из личного профессионального опыта, что как раньше Станиславский вызывал к себе на дом студийцев и актёров и мучил их там многочасовыми беседами о роли, о развитии актёрской природы, о чёрти чем, так что актёры МХТа просили заведующих труппы не ставить им в расписание такие паломничества в особняк Станиславского в дни вечерних спектаклей, потому что после таких разговоров у них элементарно не было сил вечером играть!.. так вот, как мучил актёров этими сеансами бесконечного самоанализа Станиславский, так и до сих пор есть такие же преподаватели, которые уделяют и подобному воспитанию и профессиональному развитию актёров время, и не боятся тратить большую часть отведённого на репетиции времени так называемому “застольному периоду”!.. Станиславский был свято убеждён, что если всё-всё-всё обговорить, выстроить внутри каждого актёра мощную психическую жизнь и беспрерывную киноленту видений, так, что актёр будет жить ролью и предлагаемыми обстоятельствами, что тогда можно спектакль за две недели поставить!.. Спектакль за две недели можно поставить. Мне это подтвердил очень хороший практикующий режиссёр как-то ещё по молодости моих лет. Но для этого не надо актёров мучить несколькими месяцами разговоров. А это должны быть ТВОИ актёры, твоя команда, с которыми не надо будет договариваться и находить общий язык, которые будут уже уверены в тебе, как в ИХ режиссёре и которые отложат все дела и погрузятся в материал прямо на ногах, на площадке, на ходу - да, тогда можно и за две недели поставить спектакль. Для того, чтобы поставить спектакль за две недели надо работать с хорошо режиссёром подготовленными единомышленниками. Лично я не пробовала ставить спектакли за две недели, не было такой необходимости, но вот подготовить актёров к съёмкам блока из 4 серий, каждая по 30 минут, то есть - к двухчасовому в итоге телепродукту за одну репетицию-читку, - если это уже подготовленные мной к работе актёры, - можно, это я практиковала. Но вернёмся к книге Станиславского. Итак, что же это за двигатели нашей психической жизни? После долгой, описанной в этой главе книги игры в “угадайку”, когда глупые студенты тычут пальцем в небо, но не могут назвать, что ж это за “полководцы” их “войска”, Учитель, наконец, произносит заветные слова: это воля, ум и чувства. Воля тут, да и везде, наверное, определяется как стремление, целеустремлённость. Ум - как интеллектуальное познание и работа. Ну, а чувства - это спонтанная реакция психики на те или иные внешние возбудители. Иногда, далее ведёт речь Учитель, они действуют в психическом процессе у человека одновременно, слаженно; иногда - один из этих “полководцев” опережает, делает прорыв; но обязательно, так или иначе, они все действуют в психической жизни человека. Вы знаете?.. а я абсолютно согласна тут со Станиславским. Просто в этой главе книги, как и в остальных главах, рассказ Учителя очень быстро набирает обороты патетики и пафоса, но если убрать этот тон, то нельзя не согласиться тут с автором. Просто не всегда у человека в его психической жизни всё имеет положительный знак. Иногда воля, стремление человека к чему-то, направленность его внимания, это всё идёт не на созидание, а на разрушение и даже на саморазрушение. Ум лукав, и часто рисует нам в нашей психической жизни картины, очень далёкие от объективной реальности, картины, в которых человек хочет видеть себя всегда либо героем, победителем, либо жертвой чужой злой воли. А чувства, идущие вслед за первичными эмоциями, могут быть настолько чёрными, запутанными, деструктивными, что диву даёшься. Герой Достоевского из “Записки из подполья” обладает и волей-стремлением, и умом, расчленяющем человеческую природу и механизмы системы сообществ, и чувствами, мрачными, злыми, ненавидящими всех, а в первую очередь - себя самого. Всё есть, психическая жизнь у героя, в отличии от реальной, действительной, физической, мощнейшая, многообразная, многогранная, но вот у всей этой психической жизни крайне негативный окрас, ведущий героя к саморазрушению и на ментальном, и на психическом, и на физическом уровнях... Так что в этой главе с автором я абсолютно согласна, но, - прости, Станиславский! - интонация радости и восторга по поводу таких прекрасных двигателей психической жизни человека кажется всё же неуместной. Как вы, мои читатели и подписчики, считаете: это ВСЕ двигатели психической жизни?.. не забыл ли наш автор ещё какие-то?.. не стоит ли нам тут снова сказать: прости, Станиславский, ты прав, но не до конца?.. Напишите свои мысли по этому поводу в комментариях.