Боги оставили нас

Тейси уже в третий раз проводила тряпкой по одной и той же половице, но пятно никак не исчезало. В голове гудело так, что казалось, будто сейчас она провалится в пустоту. За окном сгущались сумерки, и в стекле отражалось её бледное лицо с впалыми щеками, нездоровым блеском в глазах и спутанными волосами. Ни дать ни взять — оборванка. Лэрра Хеди сдержала слово: весь день осыпала её приказами, не давала отдышаться и тенью следовала по пятам, изливаясь ядом. Каждое выполненное поручение Тей воспринимала как тихую победу и маленький укол в спесь хозяйки. Рана в боку отзывалась жгучей болью при каждом движении; иногда накатывал жар, иногда — внезапный озноб. На повязке, что наложил Джереми, проступили бурые пятна. Не было ни одной свободной минуты, чтобы сменить её. Тейси обкусывала губы и держалась только потому, что не собиралась показывать хозяйке слабость. Хотя ей больше всего хотелось рухнуть на пол и больше никогда с него не вставать. Алдара устроилась в кресле у камина, делая вид, что занята вышивкой, но Тей знала: злобная, сварливая змея не могла отказать себе в удовольствии лишний раз поизмываться над ней. — Натри пол так, чтобы я могла увидеть в нём своё отражение, — лениво бросила Хеди. — Быстрее! У тебя ещё много дел. Тейси представила, как она пытается разглядеть свою физиономию в половицах, и уголки губ невольно дрогнули. — Смотри-ка, улыбается, — прищурилась лэрра. — Ну ничего, я быстро сотру эту ухмылку. Ты только притворяешься, будто тебя не сломить. Но я-то знаю тебя: жалкая сиротка, которая вообразила, что чего-то стоит. Но ты — никто. Пыль под ногами. Алдара вздёрнула подбородок, наслаждаясь своей речью. — Да, лэрра Хеди, — выдохнула Тей, надеясь, что после этого хозяйка угомонится. Но это было только начало. — Вот смотрю на тебя и не могу понять: откуда в тебе столько гордыни? Думаешь, особенная? Важная? — в её голосе проступило презрение. — Ха! Да ты просто ошибка природы. Тейси крепче сжала зубы, не давая злым словам проникнуть глубже. Знала бы, во что это выльется, — лучше бы контролировала своё лицо. Ошибка природы? Серьёзно? — Ничего ты не изменишь, оборванка. Знаешь почему? Ущербность у тебя в крови. — Лэрра оторвалась от вышивки, вперившись в неё бесцветными глазами. — Кстати… кем были твои мама с папой? Судя по паршивой породе — преступники. Ты явно пошла в них. Слова зазвенели в голове, будто кто-то кинул камень в стекло. В груди стало тесно, а холодная волна разлилась до кончиков пальцев. Мама и папа… Тейси прятала воспоминания о них в самой глубине своих мыслей, а хозяйка выдернула их, как нитку из полотна. Заставила вспомнить об утраченных детских надеждах и о пустоте, что осталась на месте их любви. Даже для Алдары Хеди это было слишком. Дыхание сбилось, пальцы сами сжались в кулаки. Она встала и шагнула к ней. Лэрра, будто только этого и ждала, отложила вышивку, расправила плечи и высоко задрала подбородок. — Не смейте так говорить о моих родителях, — выдавила Тейси, едва сдерживая злость. — Вы ничего о них не знаете. — Ох, какая грозная! — рассмеялась Хеди. — Когда уже, наконец, поймёшь, что я знаю о тебе всё? Ты хочешь быть незаменимой, а на деле… никому не нужна. Ни папочки, ни мамочки — никого у тебя не будет. Сдохнешь в грязи, как и твои родители-лиходеи. Под ногами словно разверзся омут, и она упала в него, в один миг потеряв всё — силу, терпение, желание доказать самой себе, что не сломается. Взгляд помутнел, а в груди поднялась клокочущая ярость. Хотелось закричать, наброситься на эту женщину, схватить за белёсые волосы и прокатить лицом по половицам, стереть с неё эту чванливую ухмылку… Но в этот момент раздался стук в дверь, и на Тейси словно вылили ушат холодной воды. Эребу! Она только что чуть не подписала себе смертный приговор! — Что застыла, пустоголовая? Иди открывай! Путь к выходу показался невообразимо длинным. Голова кружилась, а каждый шаг отдавался в боку пульсирующей болью. Она почти ударила лэрру. Тейси повернула ручку и распахнула дверь. На пороге стоял Айден Девон. Мелкие капли дождя блестели в его волосах. Взгляд — прямой, цепкий, в котором удивление сплелось с тенью беспокойства. Или ей только показалось? Может, весь он — просто наваждение, вызванное усталостью и лихорадкой. Мир поплыл, воздух застрял в горле, и даже редкий стук капель о стекло вдруг стал оглушительным. Она хотела захлопнуть дверь прямо перед его носом, но пальцы бессильно соскользнули с дверной ручки. — Лэр… — сдавленный шёпот сорвался с её губ. Колени подогнулись, и, прежде чем тьма сомкнулась, она ощутила тепло его рук, уверенно подхвативших её.

***

Семь лет назад

Тот день навсегда врезался в память Тейси. Вместе с миссис Крэйн она стояла у главных ворот «Лангедока», дрожа от холода. Ветер резал щёки, пальцы онемели, но она лишь плотнее куталась в тонкий плащ, чтобы хоть немного согреться. Глаза слезились, но она боялась их закрыть — каждый раз, стоило моргнуть, перед ними возникало видение: мёртвый, остекленевший взгляд, изломанные конечности… Прошло два дня с тех пор, как умерла Задира Кэт. Калин сделал нечто ужасное, и, что ещё хуже, он не пытался сбежать, не пытался оправдаться. Он хотел, чтобы все знали: вот что бывает с теми, кто тронет его сестру. Задира Кэт была злой, обижала её, но разве за это убивают? Тейси страшило, что брат был способен на такое, но ещё страшнее было думать, что это случилось из-за неё. Он всегда говорил: «Будь умнее. Уступай. Притворяйся». А она не послушала. Если бы послушала — всё могло быть по-другому. И теперь они потеряли последние месяцы, когда могли быть вместе. Сегодня произойдёт то, чего она боялась больше всего: Калина распределят. Тейси не хотели допускать, но она просидела всю ночь под главными воротами. Сначала смотрители ждали, что к рассвету она сдастся, а на рассвете попытались увести силой. Тащили за ноги, били по пальцам, вцепившимся в железные прутья, а она кричала на всю улицу, как сумасшедшая. И тогда, боясь привлечь лишних свидетелей, ей всё-таки позволили попрощаться с братом. Распределение в «Лангедоке» всегда проходило по-праздничному, но сегодня не будет торжественной процессии. Калин выйдет один — убийцы не заслуживают проводов. Когда его, наконец, вывели, Тейси сразу поняла: что-то не так. Обычно «распределённых» сопровождали преторианские гвардейцы, но сейчас Калин шёл в окружении людей в светлых мундирах, незнакомцев с угрюмыми лицами. Они вели его под локти, словно опасного преступника. Он был в той же одежде, что и в день убийства, хотя ему должны были выдать либо шахтёрский комбинезон, либо униформу кадета-легионера. — Кто эти люди? — спросила она у миссис Крэйн. — Куда они его ведут? Смотрительница шикнула и отвернулась. Он держался прямо, выглядел спокойным, даже безразличным, словно произошедшее его никак не касалось. На его лице не было и тени сожаления. Но когда их взгляды встретились, в его глазах мелькнуло то, что он тщательно скрывал от всех: страх. Горло сжало так сильно, что Тейси едва могла дышать, и она бросилась к нему, не понимая, что делает. — Калин! Надзиратели перестроились в мгновение, отрезав её от брата стеной широких спин. Миссис Крэйн вцепилась в неё мёртвой хваткой. Тейси рвалась из её рук, но два маленьких шага, которые так и не приблизили её к брату, — максимум, что она смогла сделать. Калин метался и кричал сквозь шум ветра: — Я напишу тебе, как только смогу! Всё будет хорошо! Конвоиры заломили ему руки за спину и потащили к воротам, которые уже начали распахиваться. Тейси смотрела на это и задыхалась от бессилия, а горячие слёзы застилали глаза. — Только выживи, сестрёнка! Слышишь? Выживи! — донеслось перед тем, как створки закрылись за его спиной. Тишина. Вот и всё, их разделили. Калин, единственный родной человек, который у неё остался, исчез, словно его вырвали из мира. А она осталась стоять в слезах, с раздувшейся пустотой внутри. Прошла, наверное, целая вечность, когда Тейси заметила, как хватка миссис Крэйн ослабла, а её грубый голос выдернул из оцепенения: — Хватит нюни распускать! Тейси шмыгнула носом. В ней поднялась слабая, но ощутимая волна раздражения. Ещё секунду назад казалось, что она никогда не сможет перестать плакать, но теперь слёзы высохли мгновенно. Почему эта женщина не понимает, что ей очень плохо сейчас? И тут её посетила отчаянная мысль. Миссис Крэйн отвечает за распределение. Если с ней договориться, если убедить её, то она поможет. Ей-то какая разница? — Ну всё, давай, заканчивай. Пойдём уже, холодно! Тейси бросилась в ноги смотрительницы. Колени больно ударились о гравий, но она не почувствовала боли. Схватившись за подол её платья, с мольбой произнесла: — Прошу, миссис Крэйн, отправьте меня к нему! Я обещаю, стану самой лучшей, самой покладистой! Во всём буду помогать вам! Прошу! — Вот же буйная малявка! — та отшатнулась. — Ты что опять устроила?! Хочешь меня подвести под ритуал Теней — Мой брат! Он единственный, кто у меня есть! Я не смогу без него! Умоляю, смотрительница, помогите! Но, посмотрев в её чёрные, пустые глаза, Тей поняла, что не добьётся сочувствия — в этой женщине его просто не было. — Хватит лебезить! — она схватила её за шиворот, заставляя встать на ноги. — Смотреть противно. — Но, миссис Крэйн… прошу… Она не дала договорить. — Слушай сюда, малявка, — она всё ещё крепко удерживала её за ворот, вынуждая смотреть в глаза. — Ты сейчас утрёшь сопли и пойдёшь орудовать шваброй. Это твоё наказание. Тейси и так понимала, что ночная выходка так просто ей с рук не сойдёт, и поэтому просто кивнула. — И пока будешь мести полы, — продолжила миссис Крэйн, грозя пальцем, — хорошо подумай, что из-за братца, ради которого ты унижаешься, на твоей спине теперь повисла большая мишень. И если ты не возьмёшь себя в руки, рано или поздно нам придётся соскребать с земли и твоё бездыханное тельце. Ты всё поняла? — Но тогда помогите! — воскликнула Тейси. — Вам что, сложно? — Я никому не помогаю, — она наконец отпустила её. — Но… п-почему? Смотрительница громко выдохнула и уставилась в небо, как будто Тейси вынудила её объяснять очевидные вещи. — Ты либо будешь сильной, либо Эребу заберёт твою душу в мир Теней. Это естественный порядок вещей, и никому не положено вмешиваться в него. Мы — просто люди, не боги, и другого нам не дано. Тейси поплелась вслед за миссис Крэйн, не веря, что она услышала это взаправду. Как можно так говорить, когда в приюте умирают дети? Не просто ссорятся или глумятся, а убивают друг друга! И она стоит в стороне, не считая нужным вмешаться в «естественный порядок вещей». В тот день Тейси твёрдо решила, что никогда не станет такой, как миссис Крэйн. Да, она будет сильной, но не из-за страха перед богиней. Она выживет ради других. Ради тех, кто нуждается в помощи и защите. Ради Калина. Она должна всё исправить.

***

Настоящее время

Тейси медленно приходила в сознание. Она лежала на чём-то жёстком и неудобном, слабость сковала всё тело, а веки словно налились свинцом. Потребовалось некоторое время, чтобы осознать чужое присутствие рядом, услышать голоса лэра Девона и лэрры Хеди. — Какая ужасная рана! — причитала Алдара. — Бедняжка! Почему она ничего мне не сказала? Если бы я только знала, сразу пригласила бы целителя! Вот же лгунья. — Да, действительно, — усмехнулся Девон. — Её повязка насквозь пропиталась кровью, а вы хотите сказать, просто не заметили? — Сегодня был ужасный день! — с придыханием сказала Хеди, сделав вид, что не поняла сарказма. — Столько дел, я так замоталась! Бедная девочка, такая кроткая, такая заботливая… наверное, она просто не хотела доставлять мне лишних хлопот. — Дайте-ка угадаю. Утренний визит к центуриону Хостейджу отнял у вас все силы? Тейси с трудом открыла глаза и увидела знакомую комнату. Тяжёлые портьеры с цветочным узором закрывали окна, на изящном столике горела медная лампа, а на подлокотнике пухлого кресла лежала незаконченная вышивка. Она в доме хозяйки, не в темнице, и этот факт немного успокаивал. В роскошном интерьере лэрры Хеди Айден Девон выглядел как чернильное пятно на белой скатерти. Он стоял у камина, спрятав руки в карманы брюк, с видом человека, которому происходящее совершенно безразлично. Его волосы были аккуратно зачёсаны назад, а необыкновенно синие глаза осматривали комнату. Высокий, широкоплечий, в чёрном костюме, сшитом точно по фигуре, он выглядел безупречно — настолько, что Тейси не могла оторвать от него взгляд. Единственным изъяном во внешности была рана на виске — напоминание об их первой встрече. Эта мысль словно отрезвила её. Почему она пялится на него так, будто никогда прежде не видела мужчин? Она быстро напомнила себе, что этот человек отправил их с Джереми в темницу. Зачем он явился? Узнал, что лэрра Хеди забрала её, и решил вернуть обратно? — Я сразу поняла, что моя девочка ни в чём не виновата! — продолжила спектакль Алдара. — Я не находила себе места, узнав, что её схватили гвардейцы! Нападение на вас, лэр Девон? Это просто уму непостижимо! Вы только посмотрите на неё — такая милая, такая невинная… она не могла пойти на такое злодеяние! С этими словами лэрра Хеди драматично всхлипнула, промокнув глаза кружевным платком. Как же убедительно она лгала! Если бы Тейси не знала истинных мыслей этой женщины, то, скорей всего, поверила бы. Но Девон, казалось, был совершенно равнодушен к её представлению. Он смотрел в потолок так, словно не понимал, почему должен всё это выслушивать. Вдруг перед глазами Тейси появился незнакомый мужчина с круглым лицом, короткими седыми волосами и пенсне на широкой переносице. Он поднёс белое полотенце к её лбу. Тейси резко дёрнулась от него, чем привлекла к себе внимание. — Тише, тише, — попытался успокоить её незнакомец. — Кто вы такой? — спросила она, не понимая, что происходит. — Целитель Самирус, — представился он мягко. — Если будешь волноваться, это только навредит. Я пришёл вылечить тебя. Тейси приподнялась на локтях и поняла, что лежит на кушетке. На полу валялась её повязка, а в том месте, где задела пуля, платье было разрезано, обнажая глубокую царапину с ровными краями. — Со мной всё в порядке… — сказала Тейси ослабшим голосом. — Не надо меня лечить. И кто вообще вас позвал? Её взгляд метнулся к лэрре Хеди. Вызов целителя стоил немалых денег, и Тейси понимала, что ни за что не расплатится за это. Она не могла себе такого позволить! Хозяйка наверняка откажется выплачивать ей жалование, пока долг не будет погашен. — Я настоял на том, чтобы вызвать целителя, Тейсира, — сказал Девон, но в его спокойном голосе вдруг проскользнула едва уловимая нота… беспокойства? Упрёка? Она не знала, и это раздражало ещё больше. Почему этот лэр вёл себя так, словно не он вчера позволил стражникам закрыть её в темнице за преступление, которое она не совершала? Совесть замучила? Может, притворяется джентльменом, но Тейси так просто не обмануть. — Так благородно с вашей стороны, — ответила она, не скрывая презрения. — Но мне этого не нужно. Хеди опустилась на край кушетки, мягко сжала её ладонь. Тейси отстранилась, выдернув руку из её ледяных пальцев. Она не собиралась ей подыгрывать. — Бедняжка, совсем измучилась! — пролепетала лэрра Хеди. — Целитель, скажите, что с ней? Её можно вылечить? Странное ощущение нереальности происходящего захватило Тейси. На мгновение ей показалось, что это какой-то бред, очередной ночной кошмар, в который она погрузилась из-за переутомления. Вот-вот должен был появиться Калин с отрубленной головой Задиры Кэт в руках — как это случалось в её самых жутких снах. — Я же сказала, не надо меня лечить! — воскликнула она. Хотелось вырваться, сбежать из этой комнаты куда подальше. Собрав остатки сил, она попыталась встать с кушетки, но боль пронзила бок, и Тейси рухнула обратно. Сжав зубы, она скосила взгляд на рану — из неё сочилась тёмно-пурпурная кровь, почти такого же цвета, как лепестки гиацинтов в саду лэрры Хеди. Она едва могла поверить своим глазам. То, что увидел Джереми на крыше, не было игрой воображения. С ней что-то не так. Целитель приложил к боку Тейси полотенце и надавил, чтобы остановить кровотечение. Лэрра Хеди с беспокойством склонилась над ней, но тонкие пальцы, впившиеся в плечо до боли, напомнили, что её забота была показной. Девон стоял в стороне, опираясь локтем на каминную полку. В его позе было что-то ленивое, почти небрежное, но под этой внешней расслабленностью чувствовалось скрытое напряжение, словно он просто ждал удобного момента, чтобы напасть. Его пронзительный взгляд скользнул по Тейси и остановился на пятне крови, расползающемся по белой ткани. — Странно, — прищурился он. — Её кровь… не такая. — Очень… очень необычно, — неуверенно протянул целитель, осматривая полотенце. — Да скажите уж нам, наконец, — выдавила Хеди. — Что с ней? Она бросила на Самируса многозначительный взгляд и поджала губы. Целитель поправил пенсне на носу, пару раз прокряхтел и сведущим тоном выдал: — Это заражение, оно изменило цвет крови. Судя по всему, рану не обработали вовремя. У пациентки лихорадка, сознание спутано, что подтверждает мои доводы. Но есть и хорошие новости: я могу её вылечить. Нужно наложить мазь и приготовить отвар, чтобы облегчить боль и снять воспаление. Тейси нервно сглотнула, услышав заключение целителя. Заражение крови? Это очень плохо. Но мысль, что её жизнь зависела от Хеди и Девона, вызывала отвращение. Она ненавидела саму идею стать их должницей. Самирус открыл свой саквояж, стеклянные баночки, сложенные в нём, звонко лязгнули. Он начал вынимать их одну за другой и, придерживая пенсне, принялся изучать надписи на этикетках. Наконец, обнаружив нужное лекарство, потянулся с ним к Тейси. — Не трогайте меня! — запротестовала она. Руки Алдары ещё сильнее вжались в её плечи, удерживая на кушетке. — Делайте, что должны, целитель, — холодно приказала она. — Ужасная болезнь поглотила её разум, она просто не понимает, что говорит. — Я всё прекрасно понимаю! — рявкнула Тей. — Пустите меня! Пустите! Целитель замер, не решаясь подойти ближе, а Тейси снова попыталась вырваться из хватки лэрры. И тогда она краем глаза заметила движение. Девон. Он дёрнулся вперёд, словно хотел вмешаться, остановить их, но… сдержался. Тейси почувствовала, как внутри поднялась волна разочарования — неожиданного, почти нелепого. Она ждала от него помощи? Надеялась, что он… защитит? Глупо. Как же глупо. Лэр снова опёрся на камин, наблюдая за происходящим с ровным выражением лица. Ни сочувствия. Ни осуждения. Просто ожидание. А лэрра Хеди склонилась над ухом Тейси и прошептала так, что было слышно только ей: — Если ты сейчас же не перестанешь, клянусь, я запру тебя в подвале до конца твоих дней. Никто и никогда не узнает, где ты, поняла? Тейси дрогнула. В иной ситуации подобная угроза едва ли подействовала бы, но сейчас лихорадка сделала своё дело. Она совсем позабыла, что у хозяйки ещё ни разу не получалось удержать её взаперти. Страх нарастал, пришло осознание, что от её послушания зависела жизнь Джереми. Она не могла так рисковать. Тей сдалась, позволив целителю обработать рану, хоть разум кричал, что это ошибка. Ей даже не пришлось снимать платье: Самирус наложил мазь и повязку, ухитрившись протащить концы перевязочной ткани через дырку в нём. Лекарство приятно холодило кожу, и боль сразу же начала отступать. — Теперь мне нужно приготовить отвар, — объявил Самирус, вытирая руки. — Здесь есть подходящее место? — Конечно, целитель, я провожу, — сразу вызвалась лэрра Хеди. — Лэр Девон, вы уж простите, оставлю вас ненадолго. Сами понимаете, вылечить бедняжку сейчас важнее всего. Присмотрите за ней? Всё выглядело так, будто просьба, обращённая к Девону, продиктована заботой, но подтекст был вполне очевиден: она просила его проследить, чтобы Тейси не сбежала. Приняв молчание лэра за знак согласия, Алдара и Самирус ушли. Когда дверь за ними закрылась, в комнате повисла гнетущая тишина.