Боги оставили нас

Эти слова не укладывались в голове: Тейси слышала их, понимала, что они означают, но не могла связать это с собой, со своей жизнью и с тем, что знала о своей семье. — Бедная принцесса… — протянул Барнаби. — Тяжёлая правда, да? Он смотрел на неё с таким садистским удовольствием, с каким глядят на бьющегося в капкане зверя. Видел, как она качает головой, не находя нужных слов, как отступает ближе к лестнице. К выходу, которого на самом деле не существовало. — Почему ты так меня называешь? — выдавила она. Он усмехнулся и произнёс почти ласково: — А как ещё называть дочь королевы палачей? Сагард рванул вперёд, сжав кулаки. — Сейчас глотку ему… — Не вздумай, — остановил его Лоркан. Тейси взглянула на Арнау так, словно увидела его впервые. — Ты знал с самого начала. Когда я только появилась с Мэрит, ты уже всё знал обо мне. С опаской в глазах он коротко кивнул. Тейси попятилась назад. Каким-то чудом ей всё ещё удавалось дышать, хоть сердце разбивалось на осколки. Барнаби кричал, но она не слышала его из-за гула в ушах и своего рваного дыхания. Это неправда. Мама не была ни визарией, ни убийцей; она бежала от Ордена, пытаясь спрятать своих детей. Но чем чаще Тейси повторяла это про себя, тем слабее становились слова. Потому что в памяти не было ни подтверждений, ни опровержений. На самом деле Тейси не могла с уверенностью сказать, кем была её мать. Она просто не знала. И сейчас она впервые подумала, что до этого дня ей чертовски везло. Пока не знала правды — могла сама решать, во что верить. Но Барнаби отнял у неё этот выбор одной-единственной фразой. Йен положил ему ладонь на лоб, будто пытаясь так его успокоить. За спиной кто-то громко выдохнул — кажется, Нейтан. Хмурый взгляд Сагарда был прикован к Тейси и полнится тревогой. А Лоркан стоял чуть в стороне, молча. Спокойный, с руками, сцепленными за спиной, будто всё происходящее касалось его лишь по долгу лидера. И тогда он сказал: — Хватит. Тейси хотела потребовать объяснений, доказательств — чего угодно, что могло бы подтвердить её правоту. Но в горле застрял тугой ком. Она поняла, что больше не выдержит, и развернулась к лестнице. — Беги, принцесса! Это ничего не изменит! — крикнул Барнаби ей в спину. — Я всё равно доберусь до твоей мамаши! Тейси обернулась и бросила через плечо: — Ты опоздал. Мама умерла девять лет назад. Сгорела в своём доме. Его лицо дёрнулось. Он будто хотел что-то сказать, но не смог. И впервые за всё время отвёл от неё взгляд. Она повернулась и пошла дальше — туда, где её ждали чужие стены и правда, к которой она не была готова. — Тейсира! Подожди! — попытался остановить её Лоркан. Он что-то сказал Сагарду и бросился следом. Тейси не хотела, чтобы он нагнал. Быстро перепрыгнула через несколько ступенек, дёрнула дверь на себя. Коридор мелькнул впереди, но шагнуть она не успела: всё потемнело, будто кто-то плеснул чернилами в глаза, и она врезалась в стену, теряя равновесие. Вот и всё: сейчас она скатится вниз и свернёт себе шею. Барнаби, несомненно, этому обрадуется. Но в тот же миг сильная рука обхватила её за талию. В нос пробрался знакомый пряный аромат, а тёплое дыхание Лоркана коснулось кожи у самого уха: — Держу тебя. Она закрыла глаза и прижалась спиной к его груди. Внутри всё горело, словно в этом подвале она надышалась ядовитой пылью. Но этот жар медленно отступал, вытесненный ровным, живым теплом, исходившим от Лоркана. И Тейси была благодарна, что он оказался рядом, когда она нуждалась в нём больше всего. Но она быстро напомнила себе, что он скрывал от неё. — Мог бы просто рассказать, — прошептала она. — Зачем нужно было доводить… до этого? Его щека, покрытая мягкой щетиной, коснулась её виска. Он затаил дыхание, будто сдерживал неосторожное движение или слово. — И ты, хочешь сказать, просто бы поверила? Она злилась на него, на себя, на всё, что пришлось пережить, но измученное тело всё равно искало в нём опору. Она хотела спрятаться в его объятиях, хотя другая часть кричала, что ему нельзя верить. Это противоречие разрывало её изнутри. Кто из них был прав: Тейси, которая хотела доверять, или та, что боялась быть обманутой? Она окончательно запуталась в себе. Может, он прав. Она не могла поверить сейчас, а тогда — подавно. Но если бы они просто поговорили… всё могло бы быть иначе. — Я устала от секретов, Лоркан. Он мягко отстранился: — Поговорим, но не здесь. Нужно вывести тебя на воздух. Лоркан провёл её во внутренний дворик. Здесь было свежо, воздух пах зеленью и влажным камнем. В центре негромко журчал фонтан, а у стены, под навесом, стояла простая деревянная скамья. Тейси присела на неё, и Лоркан опустился рядом. — Ты хорошо держалась, — сказал он, глядя на струи воды, стекающие с мраморной чаши. Тейси скосила на него взгляд. — А ты думал, что я сломаюсь? — Нет, — отозвался он тихо. — Но предпочёл бы держать тебя в неведении настолько долго, насколько возможно. Тейси не могла поверить в то, что слышит. Он хранил информацию про запас, как козырь в рукаве, будто речь шла о какой-то сделке, а не о её жизни. — Ты не имел права решать за меня! — Я принял решение, которое должен был принять, — сухо отозвался он. — Этот разговор всё равно бы состоялся, когда ты была бы к нему готова. — И как ты себе это представлял?! Воздух был свежим, но ей казалось, что он душит. Пальцы дрожали, и Тейси сжала их в кулак. Если не выплеснуть всё сейчас, она просто взорвётся. — Хотел выдать за ужином? В духе: «Вот основное блюдо, вот десерт, а ещё, кстати, твоя мать убила родителей Барнаби, потому что состояла в Ордене Айона. Приятного аппетита»? Тейси вцепилась в край скамьи, наблюдая, как он потёр переносицу двумя пальцами. — Теперь я понимаю. Вы думали, что я связана с Орденом. Но всё равно держали рядом. Дали работу и форму, начали обучать, отправлять на доставки, даже предложили жить с вами как «одна большая семья»! Лоркан нахмурился, но не стал перебивать. — Приставили ко мне Рейму и Сагарда, чтобы я всегда была под присмотром, — не унималась Тейси. — А когда я начинала задавать вопросы — отвлекали, подсовывая поручения. Всё это время смотрели на меня как на пороховую бочку с подожжённым фитилём: лишь бы не рванула в самый неудобный момент. Что вы вообще надеялись сделать? Приручить меня? А если бы не получилось — не беда, потому что к вашим секретам я и так не допущена? Она откинулась на спинку, горько усмехнувшись. — Скажи честно, зачем вы меня приняли? Лоркан поднял на неё усталый взгляд. — Ещё в «Зелёном бочонке» Эр'Мрит поняла, что ты — дочь Этрин. Так что подозрение возникло не на пустом месте. Да, мы проверяли тебя, так же как и проверяем всех. — Проверяли… — Тейси чуть наклонилась вперёд. — Для чего? — Планировали привлечь тебя к настоящей работе. Несколько секунд Тейси молчала. Она замерла, уставившись в одну точку, и только с трудом удерживала себя в руках: хотелось либо рассмеяться, либо закричать. Потом её губы дрогнули. Хриплый, нервный смех вырвался наружу. Совершенно неуместный, но она ничего не могла с собой поделать. Это было уже слишком. — Настоящей работе? — повторила она, вытирая выступившие слёзы. — У вас что, есть какое-то жуткое тайное дело, а ПСА — просто кружок по интересам? Лоркан скривился, словно увидел перед собой ядовитое насекомое. — Думаешь, это всё шутки? Забава? — А чего ты ждал? Вы каким-то образом связаны с беспорядками в Грейвелле. Притащили к себе раненого лэра Девона, хотя сами пылаете от ненависти к таким, как он. Знаете об Ордене Айона. И ещё… вы почему-то хотите добраться до сенатора Аттертона. Я больше ничего не знаю. Ни-че-го! — Всё так, — коротко отозвался Лоркан. — И что? — протянула Тей, с трудом сдерживая злость. — Ты наконец скажешь, кто вы такие? Он долго не отвечал. Казалось, взвешивал каждое слово. — Мы называем себя Сопротивлением и боремся с порядком, в котором человеческая жизнь ничего не стоит. Где одни рождаются с именем, а другие — с клеймом. Где детей сдают в шахты ради выполнения квот на добычу тектурита. У Тейси засосало под ложечкой. Он произнёс это так буднично, словно речь шла о погоде, и ей вдруг стало не по себе. Это многое объясняло. И в то же время — ничего. — Подожди… Вы что, ведёте какую-то подпольную войну? Хотите устроить переворот? Лоркан вздохнул и медленно отвёл взгляд. — Нет. Наша цель — уничтожить то, что разрушает Зеон изнутри. Тейси скривилась. Её злил тот факт, что каждое слово приходилось вытаскивать из него с боем. — Ты говоришь загадками! — воскликнула она. — Кто разрушает? Лэры? Сенаторы? Император? — Ты знаешь ответ, — тихо сказал он. Тейси с трудом нашла в себе силы задуматься. В голове вспыхнули воспоминания: Хостейдж, избивающий Алдару плетью, Барнаби, кричащий про её маму, и Ланика Демарк, рассказывающая о силе, стоящей за Кедвелтоном… — Орден, — почти шёпотом произнесла она. — Ты говоришь про Орден Айона. Лоркан коротко кивнул. — Подожди… Я думала, они — что-то вроде тайного общества, секты. Откуда у них власть? — Всё так думают, — он безрадостно усмехнулся. — Тем временем эти люди десятилетиями занимали должности в гвардии, в прессе, в судах, в Совете. Привлекали семьи лэров на свою сторону, заключая с ними сделки. Император Леанд Кенси — всего лишь марионетка, а реальная власть принадлежит сенаторам и гвардии. И мы пытаемся вычислить, кто шепчет ему на ухо, вынуждая издавать указы, выгодные Ордену. — Звучит как полный бред, — перебила Тейси. — Теории заговора, тайный культ, манипуляции внутри империи… Ты и вправду в это веришь? — Думай как хочешь, — отрезал Лоркан. — Я не должен тебе ничего доказывать. Не важно, веришь ты или нет, ведь суть не меняется: мы сражаемся не с империей. Мы сражаемся за то, чтобы её вернуть, вырвать из лап безумцев, захвативших власть. Тейси надавила пальцем себе на лоб, пытаясь заглушить нарастающее гудение в голове. Всё их разговоры, насторожённые взгляды, недомолвки — теперь это складывалось в пугающую картину. — Допустим, я тебе верю, — произнесла она. — Но как вы собираетесь уничтожить Орден, если вы всего лишь разносите письма? Вряд ли так можно что-то изменить. Её слова прозвучали грубо, но она и не собиралась быть с ним вежливой. Не после всего, что с ней случилось в этих стенах. — Не стоит нас недооценивать, Тейсира, — спокойно отозвался Лоркан. — Письма — это информация, которая стоит дороже золота и тектурита. Через нас проходят имена, переписки, заказы. Мы знаем, кто кормит Орден, и кто молчит, боясь потерять золото и влияние. За годы работы мы собрали всё, что нужно, чтобы понять реальный масштаб. — И что вы делаете с этой информацией? — В основном продаём сведения тому, кто больше заплатит. Иногда уничтожаем доказательства, чтобы спасти тех, кто ни при чём. Почта — это и прикрытие, и инструмент борьбы. Те, кто помогает им, боятся нас не меньше Штормового корпуса, именно поэтому нам столько лет удавалось оставаться в тени. Тейси чуть приподняла брови. Злая усмешка дрогнула в уголках губ. Теперь она понимала, почему ПСА настолько богата: они достигли этого не столько усердной работой, сколько воровством чужих секретов и самым обычным шантажом. — Шахты, детский труд — не только от жадности лэров, — продолжил Лоркан. — Это спрос, который они должны поддерживать. Ордену зачем-то нужен тектурит. И мы мешаем захватывать ресурсы: срываем сделки, вывозим рабочих, меняем документы, чтобы они исчезли из реестров. И ты всё ещё считаешь, что это ничего не меняет? Так вот, что Йен и Барнаби делали в Грейвелле. Тейси отвела взгляд, не зная, что и думать. То, что он рассказал, звучало пугающе убедительно. И она почти поверила. Почти. — Красивые слова, — ответила она. — Но если Орден настолько силён, то их так просто не победить. У ваших действий обязательно будут последствия. И страдать от них будете не вы, а те, кто даже не знает, что стал частью чужой борьбы. — Мы делаем всё, чтобы жертв было как можно меньше, — произнёс он, сдерживая раздражение. — Выверяем каждый шаг, подбираемся к нужным людям. Орден Айона не может исчезнуть в один день. Его нужно разобрать по кирпичикам. Он сжал на коленях кулаки. — И потому движемся чертовски медленно. Но лучше действовать хотя бы так, чем стоять в стороне и смотреть, как группа фанатиков захватывает Зеон и превращает его граждан в рабов. Тейси разрывалась. Хоть ей было сложно принять реальность такой, какой её видел Лоркан, но она… была почти согласна с его доводами. И он явно не выглядел безумцем, как, например, Хостейдж. Но допускал, что кто-то пострадает ради его цели — и уже встроил это в свой план. — А ты? — спросила она. — Сам-то готов стать одной из жертв? — Каждый день, — отозвался он без раздумий. — Мы все рискуем, доставая информацию и вытаскивая людей из шахт. И если хоть кто-то из них узнает о нашем, как ты выразилась, «кружке по интересам», то они быстро явятся за нашими головами. Тей внимательно посмотрела на него и вдруг поняла: Лоркан не шутит. Именно так говорят те, кто готов идти до конца. Он отдаст свою жизнь ради Сопротивления. И чужую тоже. — Вы втянули меня, даже не спросив, хочу ли я быть частью всего этого, — процедила она сквозь зубы. — Это не так, — возразил Лоркан. — Мы знали, что рискуем. Но иного пути не было: либо взять тебя под наблюдение, либо отдать в руки Ордена. Ты не обязана нас оправдывать, но не строй из себя жертву. Этого разговора не было бы, если бы ты не полезла, куда не следовало. Она резко поднялась. Плечо взорвалось болью, но из-за нового приступа гнева она не обратила на него внимания. — А что ещё мне оставалось?! Я с самого начала знала, что с вами что-то не так. Действуете точно так же, как те, против кого боретесь! Лоркан встал следом и заговорил тоном, от которого повеяло холодом: — Не смей так говорить, Тейсира. Да, мы скрывали от тебя правду, потому что на кону стоят судьбы тысяч людей, которые заслуживают жить в лучшем мире. Она шагнула к нему и встретилась с ним взглядом. Но в этих глазах больше не было ни капли тепла. — Потрясающе, — прошипела она. — Значит, великая цель оправдывает средства? Пока вы спасаете Зеон от Ордена, можно врать, использовать людей как расходный материал? — Никто тебя не использовал, Тейсира. — Ты наблюдал за мной. Проверял. Делал вид, что поддерживаешь. Смотрел, как я брожу в темноте, как цепляюсь за ложь! И молчал! — Доверие — это роскошь, которую мы не можем себе позволить. Я бы поставил под удар своих людей. И всё, ради чего живу. — А ты не думал просто спросить? Один разговор, Лоркан. Всего один. И ты бы понял, что я такой же враг Ордена, как и твоё Сопротивление! За его короткой усмешкой пряталась горечь. — Предлагаешь поверить тебе на слово? В глубине души Тейси понимала: у него и вправду были причины сомневаться. — В ту ночь, когда я воспользовалась знаком линкеров, я чудом спаслась от Ордена. Они сожгли мой дом, убили моих родителей, годами следили за мной. Как после этого я могу быть на их стороне? Лоркан долго молчал, пристально разглядывая её. — Почему ты решила рассказать об этом только сейчас? Тейси задумалась. Никто не знал, что Орден вообще существует. Айден попытался пойти против, но за это его выставили безумцем. Каждое слово могло обернуться против неё. — Я не знала, могу ли доверять тебе. И ты никак в этом не помогал. Лоркан шагнул ближе. Теперь между ними не осталось расстояния. — Я сотню раз прокручивал в мыслях этот разговор. И надеялся, что когда он случится, ты не станешь смотреть на меня с ненавистью. Но теперь ясно: с того момента, как ты переступила порог ПСА, уже нельзя было что-либо изменить. Тейси застыла. Дыхание перехватило. Сердце толкнулось в груди так сильно, будто хотело вырваться наружу, сбежать раньше, чем она сама. — Я смотрел на тебя и пытался понять: что хуже? Если ты и вправду окажешься последовательницей Ордена или если я предам тебя первым. Тейси медленно выдохнула, не зная, как относиться к его словам. — Но у меня по-прежнему нет ответа, — мрачно подытожил Лоркан. Если бы он солгал, если бы начал оправдываться, было бы гораздо легче. Она верила ему. Чёрт, она верила, но от этого было только хуже. Только вера не меняла ничего. Поступки важнее слов, ведь так? Она отступила на несколько шагов, проведя между ними невидимую черту. — Ты сделал всё правильно. Он поморщился, как от пощёчины. — Не говори так. Лучше злись, обвиняй, скажи, что разочаровалась, но не веди себя так, будто тебе всё равно. — Нет, правда. Я всё понимаю. Ты защищаешь своих людей. И своё Сопротивление. Пауза. Фонтан всё ещё равномерно журчал. Он не знал, что такое ложь и предательство. У него была одна задача: просто течь, принося покой тем, кто находится рядом. Но сейчас его звук раздражал Тейси — в нём было что-то механическое, неправильное. Как будто весь этот дворик — декорация для спектакля, в котором она играет роль, не зная текста. Она подняла взгляд, но видела уже не Лоркана, а очередную битву, в которую он втягивал её. Тей так и не удалось стать частью этого места. Стоило признать поражение: все её попытки найти союзников заканчивались ничем. Она по-прежнему оставалась одна. И, похоже, так будет всегда. — Именно поэтому я больше здесь не останусь, — прошептала она. — Ты сделал выбор. Теперь и мне пора сделать свой. Тейси развернулась и пошла прочь, не оборачиваясь. Но чувствовала на себе взгляд Лоркана, как иглу между лопатками.