Просто так

Тихий вечер в уютной квартире Эда медленно перетекал из стадии застолья в стадию расслабленного отдыха.Воздух был густ от запахов специй,вина и дружеской теплоты.Пять друзей расположились в гостиной: Эд и Миша на просторном диване,Даня в глубоком кресле,а Нугзар и Наташа на диване и кресле,спиной к мягкому свету торшера. Разговор тек плавно и неспешно,переливаясь от тем работы к воспоминаниям из студенчества.Наташа,облаченная в простое,но изумительно сидевшее на ней платье из темно-синего трикотажа,который мягко облегал каждую линию ее тела,вдруг поднялась с подушки. Что-то я засиделась,ноги затекла, — легкомысленно бросила она и,обходя столик,подошла к креслу Нугзара. Его кресло было достаточно широким.Наташа,с хитрой искоркой в глазах,которую видел только он,развернулась и опустилась ему на колени,откинувшись спиной к его груди.Нугзар инстинктивно обнял ее за талию,ощутив под тонкой тканью тепло ее кожи. — Тепло тут у тебя, — тихо проговорила она,устраиваясь поудобнее.Это «удобство» было откровенно провокационным. Сначала это было простое покачивание,будто она подстраивалась под его дыхание.Но затем Наташа начала двигаться почти неуловимо,микроскопическими круговыми движениями бедер,которые лишь он мог ощутить.Ткань ее платья скользила по его брюкам,создавая легкий,сводящий с ума электрический трепет.Она терлась о него мягко,но настойчиво,точно кошка,требующая ласки. Нугзар замер.Поначалу он попытался отвлечься: сделал глоток вина,поддержал разговор о последнем футбольном матче,который с азартом обсуждали Эд и Даня.Но волна возбуждения накатывала с каждой секундой,с каждым новым мелким движением ее бедер.Он чувствовал,как его тело откликается на эту наглую,тайную игру.Кровь прилила к лицу,уши горели. — Нугзар,а ты чего такой красный? Вина много выпил? — заметил Эд,указывая на него бутылкой. — Душно,наверное, — сдавленно пробормотал Нугзар,заставляя себя улыбнуться.Наташа при этом лишь прижалась к нему сильнее.Ее ягодицы,эти дьявольски соблазнительные ягодицы,прижались к его напрягшемуся члену с такой силой,что у него потемнело в глазах. Его рука,лежавшая у нее на животе,медленно,с величайшей осторожностью,поползла вниз.Пальцы скользнули под подол платья,который прикрывал ее ноги и его колени.Он ощутил гладкость ее кожи,горячую упругость бедра.Никто не видел его маневров – их скрывал стол.Наташа не дрогнула,лишь ее дыхание стало чуть глубже. Он дотянулся до резинки ее узких шелковых трусиков.Два пальца,легкое движение – и он зацепил тонкую ткань.Медленно,сантиметр за сантиметром,он стянул их вниз по ее бедрам.Наташа,притворяясь,что поправляет платье на груди,слегка приподнялась,давая ему возможность стянуть трусики до колен.Еще одно незаметное движение ее ног – и шелковая предательская ленточка оказалась скомкана у нее в руке.Она сунула ее в карман его же брюк. Теперь между ними не было никакой преграды.Ее обнаженная промежность,горячая и влажная,прижалась к его брюкам.Он чувствовал исходящий от нее жар,мокроту,пропитавшую тонкую ткань его штанов.Его член,твердый как камень,болезненно пульсировал,упираясь в мягкую плоть ее ягодиц. — Не могу больше, — прошептал он ей в ухо,губами касаясь мочки.Его голос был хриплым от желания. Его свободная рука потянулась к молку на брюках.Расстегнуть ее в такой ситуации было смертельным риском,но азарт и всепоглощающая страсть заглушали голос разума.Щелчок молнии прозвучал для него громом выстрела.Но друзья,увлеченные спором,ничего не услышали. Он высвободил свой член,напряженный и готовый.Наташа,чувствуя его движение,снова слегка приподнялась на коленях,будто чтобы найти более удобную позу.В этот миг он направил себя и прижал головку к ее влажному входу. — Садись, — его шепот был больше похож на стон. И она опустилась.Медленно,невероятно медленно,принимая его в себя.Ее влагалище было тесным,обжигающе горячим и насквозь мокрым.Он чувствовал,как ее внутренности обволакивают его,сжимаются,впуская его все глубже и глубже.Она села полностью,и он вошел в нее до конца.Острая,почти болезненная сладость пронзила его.Он не мог дышать. Наташа издала тихий,похожий на кошачье мурлыканье звук и снова откинулась на него,совершенно расслабленно.Для окружающих она просто сидела у своего мужчины на коленях.Ничего более. Но для них двоих мир сузился до точки соприкосновения их тел.Наташа начала двигаться.Это были микроскопические импульсы,идущие от ее таза.Легкие,едва заметные сокращения внутренних мышц,мелкие покачивания бедрами,которые заставляли его член скользить внутри нее на какие-то доли миллиметра.Она управляла им с помощью этих крошечных движений,доводя до грани безумия. — Боже,какая ты мокрая, — прошептал он ей в ухо.Губы прильнули к раковине. — Я чувствую,как ты пульсируешь.Ты вся горишь изнутри Она в ответ лишь сильнее сжала его внутри себя,и он едва сдержал стон. — Ты представляешь,что они скажут,если узнают,что прямо сейчас,в двух метрах от них,у тебя во влагалище мой член? — его шепот стал грязным,низким,пропитанным пошлой страстью. — Что их милая Наташа сидит с раздвинутыми ногами и трахается на их глазах,а они слишком слепы,чтобы это видеть Наташа сглотнула.Он почувствовал,как по ее шее пробежала дрожь.Ее движения стали чуть смелее,амплитуда увеличилась на сантиметр.Теперь он чувствовал не просто пульсацию,а настоящее,хоть и короткое,поступательное движение.Ее бедра работали,ее таз совершал крошечные,но разжигающие костер толчки. — Ты пахнешь возбуждением, — продолжал он,теряя остатки контроля.Его рука сжала ее бедро так,что,вероятно,останутся синяки. — Пахнешь мокротой и грехом.И все это для меня.Ты вся течешь по мне Он сам начал двигаться навстречу ей.Осторожно,помогая ей своими бедрами,он вгонял себя в ее горячую, мокрую плоть.Каждое движение было клятвой,каждое трение – богохульством.Они дышали в унисон,их сердца бились в бешеном ритме,заглушая голоса друзей. — Смотри,не кончи громко, — вдруг шепнула она ему.В ее голосе сквозила смесь вызова и наслаждения. Это свело его с ума.Его движения стали резче.Он глубже,почти грубо,вошел в нее.Наташа закусила губу,чтобы не вскрикнуть.Ее пальцы впились в его колени. — О,да? — прошипел он. — А ты сдержишься? Чувствуешь,как я наполняю тебя? Чувствуешь,как он у тебя внутри? Она могла только кивнуть,запрокинув голову ему на плечо.Ее лицо было обращено к друзьям.Она силилась сохранять безмятежное,даже слегка сонное выражение,в то время как ее тело разрывалось от наслаждения. Даня что-то рассказывал,жестикулируя.Миша смеялся.Эд смотрел на них.На его лице на секунду мелькнуло что-то похожее на задумчивость. — Ребята,а вы чего притихли? — спросил он. — Наслаждаемся обществом друг друга, — с невозмутимым видом ответила Наташа.Ее голос прозвучал на удивление ровно,хотя внутри нее в этот самый момент Нугзар совершал особенно глубокий толчок. Его руки сжали ее бедра,пальцы впились в упругую плоть.Он был на грани.Волны оргама накатывали от самого основания позвоночника,готовые смыть всякое подобие разума. — Я сейчас… — его шепот сорвался. — Да, — было все,что она могла прошептать в ответ. И он кончил.Молча,сдавленно,закусив губу до крови.Его тело напряглось в судороге наслаждения.Он излился в нее,чувствуя,как ее влагалище сжимается вокруг него в ответ,выжимая из него последние капли.Его дыхание перехватило,в глазах поплыли круги. Наташа содрогнулась вместе с ним,подавив тихий стон в его плечо.Ее собственный оргазм накрыл ее,тихий и глубокий,сотканный из нервного напряжения и физической стимуляции. Они сидели неподвижно,слившись воедино,слушая,как их сердца медленно успокаиваются.Воздух между ними был густым,пахнущим сексом и тайной. Через несколько минут,аогда разговор снова стал общим,Наташа нежно поцеловала Нугзара в щеку и поднялась с его колен.Ее платье опустилось,скрыв все следы их тайного соития.Она потянулась,как кошка,и пошла на кухню за водой. Нугзар остался сидеть в кресле,все еще красный,разгоряченный,с расстегнутой ширинкой,прикрытой сверху рукой.Он чувствовал себя одновременно опустошенным и невероятно живым. Эд снова посмотрел на него и покачал головой. — Ну ты и пунцовый,Нугзар.Тебе точно лучше? Нугзар взял свой бокал и сделал большой глоток уже теплого вина. — Лучше некуда, — хрипло ответил он,глядя на дверь,в которую скрылась Наташа. — Просто иногда становится... очень жарко.