Просто так

Темнота в маленькой домовой церкви была густой,как смола.Тишину нарушал лишь трепет пламени двух восковых свечей перед старинной иконой Спасителя.Нугзар,молодой священник с еще неутраченной мягкостью в чертах лица,приготовлялся к вечернему правилу,когда в дверь постучали.Стук был нервным,торопливым.Он открыл и увидел её. Наташа.Послушница из соседнего монастыря.Её лицо,обычно светлое и спокойное,было искажено внутренней мукой.Глаза,широко распахнутые,смотрели на него,но будто сквозь.Она была бледна,а пальцы,сплетенные у груди,беспрестанно теребили простой деревянный крестик. — Отец Нугзар…помогите, — её голос был хриплым шепотом,полным такого отчаяния,что у Нугзара сжалось сердце.— Он во мне.Не уходит.Я молилась…я постилась… — Войди, — тихо сказал он,отступая вглубь храма.Его собственная вера была молодой и горячей,но ещё не испытанной в настоящей битве. Она вошла,и воздух вокруг словно сгустился.Пламя свечей дрогнуло,отбросив на стены пугающие тени.Нугзар усадил её на скамью перед аналоем,но Наташа не могла усидеть на месте.Её тело вздрагивало. — Расскажи, — попросил он,взяв в свои ладони её ледяные пальцы. И она начала говорить.Голос срывался,переходя то в детский лепет,то в гортанный,отвратительный шёпот.Она говорила о ночных кошмарах,о голосах,шепчущих скверное,о внезапных приступах ярости и блудных мыслях,раздиравших её душу,приученную к чистоте.Нугзар слушал,и по спине его бежал холодок.Это было похоже на правду. — Будем молиться, — решительно сказал он. Он встал позади неё,возложив руки на её трясущуюся голову,покрытую тонким черным платком.Начал читать молитвы об исцелении,псалмы.Сначала тихо,потом громче,наполняя тишину церкви силой древних слов.Наташа вздрагивала,стонала. И вдруг она замерла.Полная,ледяная тишина.Потом её голова медленно повернулась к нему,шея изогнулась с неестественной,змеиной пластикой.И она засмеялась.Этот смех не имел ничего общего с её прежним голосом – низкий,циничный,полный нечеловеческого презрения. — Молодой батюшка, — прошипел голос из её уст. — Неискушённый.Душа пахнет мальчишеским потом и ладаном.Хочешь поиграть в экзорциста? Нугзара бросило в жар.Страх,острое и кислое чувство,подкатил к горлу.Но он сжал кулаки,впился ногтями в ладони. — Именем Господа нашего Иисуса Христа,замолчи и выйди из рабы Божией Наталии! — голос его окреп,зазвенел металлом. — Её? — бес рассмеялся вновь,и тело Наташи дернулось,сбрасывая платок.Тёмные волосы рассыпались по плечам. — Она уже моя.Её тихие девичьи мысли,её сны…Я знаю их все.Знаю,как она смотрела на тебя в прошлое полнолуние,когда ты приезжал в монастырь.Юный,сильный…с руками,способными не только крест поднимать Нугзар почувствовал,как кровь ударила ему в лицо.Это была ложь,порождение нечистого.Должно было быть. — Выйди! — закричал он,осеняя её крестным знамением. — Дух нечистый,повелеваю тебе! Наташа–не Наташа–вскочила с нечеловеческой ловкостью.Её глаза были черны,без единого проблеска света.Она бросилась на него.Удар был сильным,отшвырнувшим Нугзара к алтарной преграде.Воздух вырвался из его лёгких.Она была на нём.Ее пальцы впились в его плечи.Лицо,искаженное гримасой ненависти,в дюйме от его.Он чувствовал ледяное дыхание,пахнущее серой и тленом. — Слабо веришь,батюшка, — шипела она. — В глубине души сомневаешься.А в глубине тела желаешьПосмотри на неё.Разве она не прекрасна? Нугзар из последних сил удерживал её руки,пытаясь отстранить.Его молитва стала сбивчивой.Страх парализовал.Он видел перед собой не ту тихую послушницу,а воплощение тьмы,издевающееся над всем,что он любил.И в этот миг отчаяния его взгляд упал на икону Спасителя.Спокойные,всепонимающие глаза смотрели на него не с упрёком,а с бесконечной скорбью и…верой.Верой в него. И что-то переключилось.Нугзар закрыл глаза,превозмогая боль,отвращение,физический ужас.Он перестал бороться с ней физически.Всю свою волю,всю свою молодую,пылающую веру,всю любовь к Богу,которую он чувствовал в этот миг как никогда,он вложил в слова.Он начал читать.Не кричать,а читать.Твёрдо,медленно,с невероятной концентрацией.Молитву Честному Кресту.Псалом 90.Молитвы святого Василия. Слова,словно раскалённые камни,падали в темноту.Наташа завыла,но её хватка ослабела.Она отпрянула,как от огня. — Нет! Молчи! — вой был уже полон страха,не её страха,а страха того,кто в ней обитал. Но Нугзар не останавливался.Он поднялся,стоя теперь над её согбенной,сотрясаемой конвульсиями фигурой.Он воздел крест,который никогда не выпускал из руки.Слезы текли по его лицу,но голос был ясен и силён,как колокол. — Изыди,дух нечистый,из создания Божия! Изыди в бездны преисподней,именем Отца,и Сына,и Святого Духа! Да сокрушится под знамением Креста Твоего всякое бесовское действие! Последний вопль,пронзительный и полный такой ненависти,что стены,казалось,содрогнулись,вырвался из груди Наташи.И вдруг…тишина.Настоящая,глубокая,пронизанная только трепетом пламени.Тяжёлое,ледяное присутствие рассеялось,словно его и не было. Наташа безжизненно рухнула на пол.Нугзар,обливаясь потом,дрожа всем телом,опустился рядом.Осторожно перевернул её.Её лицо было бледным,но своим.Мира.На нём застыло выражение бесконечного усталого покоя.Она дышала ровно. Он осторожно приподнял её,донёс до старинного кожаного дивана в ризнице,что стояла рядом.Укрыл её своей рясой.Сел рядом на пол,прислонившись спиной к стене,и лишь сейчас позволил себе затрястись,как в лихорадке.Силы покинули его. Не знал,сколько прошло времени.Может,минут,может,час.Его разбудил тихий стон.Наташа приходила в себя.Она открыла глаза – ясные,глубокие,синие,как летнее небо после грозы.В них не было и тени тьмы.Только чистота,облегчение и…смущение.Она увидела его,сидящего на полу рядом,его взлохмаченные волосы,следы борьбы на лице. — Отец Нугзар… —её голос был слабым,но её. — Он…ушёл?» — Навсегда, — тихо сказал он.Его сердце наполнилось ликующим,светлым чувством победы не только над бесом,но и над собственным малодушием. Она попыталась приподняться,но силы изменили ей.Она просто перекатилась на бок,к нему,и её голова оказалась у него на коленях.Он замер,боясь пошевелиться.Потом,преодолевая смущение,осторожно положил руку на её волосы.Они пахли ладаном и…просто женщиной. — Я чувствовала, — прошептала она,не открывая глаз. — Я была там,в глубине,как в колодце.Но я слышала твой голос.Он был…якорём.Ты тянул меня к свету.Ты спас не только мою душу,Нугзар.Ты спас меня» Он вздрогнул,услышав своё имя без сана.И в этот момент она открыла глаза и посмотрела на него.И в этом взгляде не было благодарности духовной дочери.Там было нечто большее.Глубже.Древнее.Взгляд,полный осознания,откровения.Она видела в нем не молодого батюшку,а мужчину.Измученного,победившего,сильного.И в её глазах вспыхнуло не просто признание – любовь.Ясная,как день,и так же неизбежная. И Нугзар понял.Он понял,глядя в эти синие бездны,что сражался не только за её душу.Он сражался за неё.За эту девушку с тихим голосом и огнём внутри,который смог прогреть даже ледяную хватку беса.Любовь накрыла его не волной,а тихим,тёплым,всезаполняющим светом,в сравнении с которым пламя свечей казалось тусклым.Он любил её.Как мужчина женщину. — Наташа… — выдохнул он.Это было исповедью. Она медленно поднялась.Её движение было полной грации.Они смотрели друг другу в глаза,и весь мир – церковные стены,иконы,прошлое,будущее,обеты,правила – всё распалось в прах.Остались только они двое и эта тишина,гулкая после битвы. Он перевернул её,нежно,как хрупкую реликвию.Она оказалась под ним,а он нависал над ней,опираясь на локти.Его тень покрывала её.Он ждал знака,страха,раскаяния.Но видел только доверие и ту же любовь,зеркально отражающую его собственную. Он наклонился и коснулся её губ своими.Это был нежный,исследующий поцелуй,полный вопроса и благоговения.Она ответила сразу,без колебаний.Её губы размякли,приоткрылись.Поцелуй углубился,стал жаждой,вспомнившей о живой плоти после долгого забвения.Её руки обвили его шею,втянули его ближе. Он раздевал её медленно,с трепетом.Каждый открывшийся дюйм кожи был откровением,священным писанием плоти.Простое монашеское одеяние,власяница – всё упало на пол.Она помогала ему.Движения её были уверенными,как будто это было возвращением домой.И вот она лежала перед ним – хрупкая и сильная,бледная,как лилия,с тёмными сосками,нервно затвердевшими от прохлады воздуха и его взгляда.Его пальцы проследовали по пути,который сам просился: от шеи,между грудями,по плоскости живота,к тёмному треугольнику у основания.Она вздохнула,выгнулась. Он видел её влагалище,сокрытое тёмным мягким волосом,и почувствовал головокружение.Но его рука потянулась не туда.Он взял со стола рядом свой простой деревянный крест.Посмотрел на неё,спрашивая молча.Она кивнула.Глаза её блестели.Это был акт не осквернения,а освящения.Обещание. Он коснулся холодным деревом её внутренней стороны бедра,и она вздрогнула.Потом осторожно,весь в трепете,поднёс ко входу в её тело.Он был влажным,блестящим её мокротой,признаком желания,которое она не могла скрыть.Нугзар осторожно ввёл крест,лишь его кончик,в её влагалище.Оно было тесным,пульсирующим.Он замер,поражённый этим чувством,этим доверием.Потом начал двигать им медленно,глубоко,сосредоточенно,как совершая некий новый,неизведанный обряд.Каждое движение вызывало тихий стон у неё на губах,заставляло её бёдра непроизвольно двигаться навстречу.Звук был влажным,интимным,сводящим с ума.Он видел,как её лицо искажалось не болью,а наслаждением,как она теряла контроль,и это было прекраснее любой иконы. Но это был лишь часть прелюдий.Его собственное тело требовало большего.Он вынул крест,блестящий теперь её соком,и положил его обратно на её грудь,как печать.Он освободил свой член от одежд и снова поцеловал её,утешая,подготавливая. — Ты уверена? — прошептал он в её губы. — Я никогда не была так уверена ни в чём, — ответила она,обнимая его за спину и притягивая к себе. Он вошёл.Медленно,преодолевая сопротивление её невинности.Она вскрикнула,впилась пальцами ему в плечи.Он замер,давая ей привыкнуть,целуя её слёзы.Потом начал двигаться.Это было не яростное соединение,а медленный,глубокий танец,полный открытий.Каждый толчок,каждое движение рождали шлепки их тел,тихие,ритмичные,смешивающиеся с их прерывистым дыханием.Он смотрел в её глаза и видел там небо,в которое теперь верил по-новому.Она обнимала его,принимая каждое движение,как дар.Её ноги обвились вокруг его бёдер,пятки били ему по ягодицам в такт,подстёгивая. Он любил её.Любил каждую частичку,каждой клеткой своего тела и каждой искоркой души.Это было не грехопадение.Это было восхождение.Новое творение.В этой маленькой ризнице,пахнущей воском,кожей и теперь их любовью,рождалось нечто,сильнее любых обетов. Его ритм участился.Шлепки стали громче,влажнее.Она закричала,не сдерживаясь.Её тело затряслось в первой,шоковой волне наслаждения.Её влагалище сжалось вокруг него судорожно,и это свело его с ума.Он погрузился в неё до предела,издавая хриплый стон,и выпустил в её глубину всё своё семя,всю свою любовь,всю свою жизнь. Они лежали,сплетённые,облитые потом.Их сердца бились в унисон.Он всё ещё был внутри неё.Он не хотел выходить.Никогда. Наташа прижалась лицом к его потной шее. — Я люблю тебя,Нугзар — И я тебя,Наташа. За окном первой птицей пропел соловей,возвещая рассвет.Новый день.Новая жизнь.Их жизнь.