Просто так

За окном,укутанная зимним сонным молчанием,спала Москва,лишь изредка подсвеченная одинокими фонарями.Внутри же царил свой мирок,теплый и плотный,пахнущий кожей дивана,заваренным чаем и ее духами – едва уловимыми,сладковатыми.Наташа лежала на боку,головой уткнувшись в теплые колени Нугзара.Он сидел,откинувшись на спинку дивана,в одних темных боксерах.Его торс,подсвеченный светом настольной лампы,был расслаблен.По экрану телевизора бесшумно скользили кадры какого-то старого фильма,но оба давно перестали его видеть. Ее дыхание стало глубоким и ровным,рука,беспомощно лежавшая у него на бедре,постепенно сползла ниже.Кончики ее пальцев сейчас касались его паха,мягкой ткани боксеров,под которой дремала мягкая,расслабленная плоть.Нугзар не шевелился,боясь потревожить ее сон.Он смотрел на ее лицо,освещенное снизу золотистым светом: расслабленные брови,длинные ресницы,отбрасывающие тени на щеки,чуть приоткрытые губы.Он медленно водил ладонью по ее плечу,по изгибу руки,погружаясь в странное,медитативное состояние покоя.Его пальцы заплетались в ее распущенные волосы,гладкие и прохладные,как шелк.Он чувствовал тепло ее щеки сквозь тонкую ткань,биение ее сердца,ровное и замедленное.Часы тикали где-то в углу,но время словно растеклось,стало густым и вязким,как этот самый воздух в комнате. Он думал о ней.О том,как она смеялась сегодня,запрокидывая голову,как злилась,хмуря брови,как нежно прикоснулась к его щеке,когда они мыли посуду.Он обнял ее чуть крепче,притягивая к себе и желая быть для нее этим островком,этим местом абсолютного покоя.Ее пальцы шевельнулись во сне,ладонь развернулась.Теперь ее кисть лежала уже не на бедре,а прямо у него на паху,теплым,тяжелым комочком.Нугзар замер.Внутри что-то дрогнуло,но он тут же взял себя в руки.Она спит.Она ничего не понимает.Это просто неловкая случайность.Он продолжил гладить ее волосы,стараясь дышать ровно,но тело уже начало отзываться на это невинное,неосознанное прикосновение.Он чувствовал,как под ее ладонью что-то медленно пробуждается,наполняется кровью,тяжелеет.Он пытался отвлечься,считал про себя,смотрел в потолок,но образ ее спящего лица,ее беззащитного рта и эта жаркая тяжесть на самом чувствительном месте сводили все усилия на нет. Член,все еще скрытый тканью,постепенно начал набухать,упруго упираясь в ее расслабленную ладонь.Нугзар стиснул зубы.Ему было неловко,почти стыдно за эту физиологическую измену,но остановить процесс было невозможно.Он лишь слегка попытался отодвинуться,но Наташа во сне пробормотала что-то невнятное и прижалась к нему еще сильнее.Ее рука при этом осталась на месте,став теперь не просто случайностью,а почти что утверждением.Его тело напряглось.Он сидел,застыв в странной позе – одной рукой обнимая спящую девушку,другой сжав край дивана,с абсолютно серьезным лицом,в то время как под ее рукой росла и крепла твердая,горячая выпуклость.Головка члена уже четко вырисовывалась под тканью,утыкаясь в центр ее ладони.Каждый ее вздох,каждое мелкое движение пальцев во сне отзывалось в нем электрическими разрядами,шедшими от самой поясницы. Так прошло,наверное,пару часов.Нугзар почти свыкся с этим сладким,изматывающим напряжением,с этим чувством вины и возбуждения.Фильм давно кончился,экран погас.В комнате было тихо,лишь слышалось их дыхание – ее ровное и спокойное,его чуть более частое и прерывистое.И вот Наташа пошевелилась.Не резко,а плавно,как будто всплывая со дна глубокого озера.Она глубоко вздохнула,ее пальцы сжались – и сжались именно вокруг того места,где уже давно стоял колом,пульсируя,его член.Нугзар замер,прекратив даже дышать.Она проснулась.Он видел,как меняется ритм ее дыхания,как веки вздрагивают,готовые открыться. Их глаза встретились.В ее взгляде не было сонной мути,лишь ясное,сосредоточенное понимание.Она не отдернула руку.Не извинилась.Она просто смотрела на него,а ее пальцы медленно,исследовательски обводили контур твердой плоти под тонкой тканью.Он увидел,как в ее глазах вспыхнул огонек — Наташа... — его голос прозвучал хрипло.Он прокашлялся. — Ты проснулась. Она кивнула,не отводя взгляда.Ее ладонь лежала неподвижно,но теперь это была не случайность.Это был выбор. — Прости, — пробормотал он,пытаясь мягко подвинуть ее и приподняться. — Мне...мне надо встать.В туалет. Она не отпустила.Наоборот,ее пальцы сомкнулись чуть крепче,удерживая его на месте через ткань боксеров. — Нет, — тихо,но очень четко сказала она. — Не пойдешь. В этом «нет» не было каприза.Была тихая,но железная уверенность.Он замер,пораженный.Она не двигалась,лежа все так же на его коленях,но весь ее вид,твердый взгляд,упрямо сжатые губы говорили об одном – она не позволит ему уйти.Не сейчас.Не в таком состоянии. — Наташа... — начал он снова,но слова застряли в горле,потому что она наконец пошевелила рукой.Медленно,будто смакуя каждый миллиметр,она провела ладонью по всей длине его члена,ощупывая каждый бугорок,каждую венку сквозь ткань.Он ахнул,закинув голову на спинку дивана.Все его тело напряглось,как струна. — Я чувствую, — прошептала она,и в ее голосе прозвучало что-то вроде удивленного торжества. — Какой он...горячий.Твердый. Он не мог говорить.Он мог только смотреть,как она,не отрывая от него глаз,свободной рукой тянется к поясу его боксеров.Пальцы нашли резинку,задержались на мгновение,будто давая ему последний шанс остановить ее,а потом мягко,но настойчиво стянули ткань вниз.Тяжелый,наполненный кровью член выпрямился,свободно упершись в воздух.Головка,блестящая от влаги,была полностью обнажена и казалась неестественно чувствительной даже под ее взглядом. Наташа рассматривала его с серьезным,почти научным интересом.Она не выглядела испуганной или смущенной.Скорее,сосредоточенной.Он видел,как она глотает,как расширяются ее зрачки. — Я...я не умею, — тихо сказала она,поднимая на него глаза. Эти слова,такие простые и откровенные,обожгли его сильнее любого прикосновения.В них не было фальши или игры.Было доверие.И желание. — Никто не умеет с самого начала, — прорычал он,с трудом выговаривая слова.— Но...ты...не делай ничего.Просто отпусти. Она покачала головой.Ее рука снова легла на него,но теперь уже на голую кожу.Прикосновение ее пальцев к его горячей,натянутой плоти заставило его вздрогнуть всем телом.Она провела большим пальцем по чувствительной головке,собирая выступившую каплю влаги,и посмотрела на блестящий кончик пальца. — Научи меня, — попросила она.И это не была просьба.Это было решение. Не дожидаясь ответа,она приподнялась,сползла с его колен и опустилась на ковер перед ним.Ее лицо теперь было на одном уровне с его животом.Он,запрокинув голову,смотрел на нее,на ее распущенные волосы,на серьезное выражение губ.Его сердце бешено колотилось. — Не торопись, — прошептал он,когда она наклонилась ближе. — Губами...обхвати сначала головку.Только губами,не зубами.Никогда зубами. Она кивнула,все так же сосредоточенно.И прикоснулась.Сначала просто губами к самой верхушке.Потом,как будто решаясь на что-то,приоткрыла рот и взяла в него чувствительную головку.Он застонал,впиваясь пальцами в обивку дивана.Ощущение было неземным – ее горячий,влажный рот,неумелые,но невероятно нежные губы.Она двигалась медленно,осторожно,словно боялась что-то сломать. — Так... — выдохнул он. — Теперь...немного глубже.Но не спеши.Используй язык...вот тут,под головкой...да,именно так... Он говорил,а она слушалась,старательно повторяя.Ее движения были угловатыми,лишенными ритма,но в этой неумелости была какая-то дикая,невероятная эротика.Он сходил с ума.Сходил с ума от вида ее щек,втянутых от усилия,от звуков,которые издавал ее рот,от тепла,которое разливалось по его низу живота.Он протянул руку и нежно убрал прядь волос с ее лица,затем положил ладонь ей на затылок.Не давя,не направляя,просто касаясь,чувствуя движение ее головы. — Вот так...Молодец...Очень хорошо... Ее язык скользил по уздечке,губы сжимались вокруг ствола.Она пробовала,экспементировала,находя то,что заставляло его вздрагивать и стонать глубже.Постепенно она нащупала ритм.Ее движения стали более уверенными,глубина взятия – чуть больше.Он чувствовал,как нарастает напряжение,как волна поднимается от самых пят,собираясь в тугой,горячий комок внизу живота.Его дыхание превратилось в прерывистые хрипы. — Наташа...Я сейчас... — он попытался предупредить ее,слегка надавливая на затылок,намекая,что можно отстраниться. Но она не отстранилась.Наоборот,после его слов она ускорилась,работая губами и языком с новым рвением,как будто бросая ему вызов.Ее глаза,поднятые к нему,были полны решимости.В них он читал: «Я хочу этого.Хочу твоего».И этого было достаточно,чтобы сорвать последние предохранители. Он кончил с тихим,сдавленным стоном,резко выгнувшись.Она не ожидала,замерла на мгновение,потом попыталась отстраниться,но его рука на ее затылке мягко удержала ее,не давая уйти далеко,в то время как волны оргазма сотрясали его тело,выплескиваясь глубоко в ее теплый рот.Она подавилась,закашлялась,но не отпрянула,принимая все,пока последние спазмы не отпустили его. Наступила тишина,нарушаемая только его тяжелым,сбившимся дыханием и ее тихим покашливанием.Он открыл глаза,которые сам не помнил,когда закрыл.Она сидела на полу,вытирая тыльной стороной ладони губы.На ее лице была смесь удивления,некоторой растерянности и...удовлетворения. — Боже... — прохрипел он,откидываясь назад и чувствуя,как все тело наливается свинцовой слабостью. — Боже правый,Наташа... Она молча смотрела на него,глаза блестели. — Ты...ты быстро учишься, — выдохнул он.Губы его растянулись в широкую,немного блаженную улыбку. Тогда она поднялась,неловко,словно ее колени подкашивались.Но вместо того чтобы уйти,она снова забралась к нему на колени,теперь уже лицом к нему,и обвила его шею руками,прижимаясь всем телом.Он выдохнул,обнял ее крепко,чувствуя,как бьется ее сердн.Он целовал ее волосы,шею,плечо,шепча что-то бессвязное,слова благодарности,нежности,восторга. — Я не испугалась, — прошептала она ему в грудь. — Я знаю, — ответил он,крепче прижимая ее к себе. — Я знаю. Они сидели так в тишине,в полумраке комнаты,слившись в одно целое.Сексуальное напряжение ушло,сменившись глубочайшей,всепоглощающей нежностью и странным чувством новой,только что открывшейся между ними близости.Он гладил ее спину,а она прижималась к нему,как будто ища защиты и в то же время даруя ее.За окном по-прежнему спала Москва,но в их маленьком мире все только что перевернулось,начавшись с неловкого прикосновения во сне и закончившись тихим,доверчивым объятием наяву.