Рецепт идеального заточения

"Люблю" Это слово повисло в воздухе тяжёлым ядовитым облаком, осевшим на плечи и голову Дилана, проникая под кожу с легким покалыванием. Ему казалось что ещё чуть-чуть и его точно вырвет, но в этот раз, не из-за похмелья. - Не смотри на меня так. - Его улыбка слегка дрогнула, становясь хрупкой и какой-то печальной что-ли. - Я знаю что ты сейчас многое не понимаешь, напуган и дезориентирован. Первые дни, а может недели будут очень тяжёлыми, но я надеюсь что со временем ты меня поймешь. Собрав в себе последние силы, Дилан все-таки смог сглотнуть плотный ком в горле, и наконец-то подал голос. - Я... Я тебя даже не знаю. - Тихим, хриплым голосом, словно его только что душили, отозвался он. - Т-ты похитил меня.. Посадил на цепь словно пса. Э-это не... Любовь. На это парень лишь мягко вздохнул, и посмотрел тому в глаза, словно взрослый на своё капризное чадо. Но спустя пару секунд он представился. - Меня зовут Лололошка Уильям Дейвисон, но для тебя можно просто Ло). В мозге Дилана зашевелились извилины, и в сознание резко ворвались обрывистые воспоминания чужих диалогов, случайно подслушанных в коридорах. Этот парень - знаменитая личность в университете, имеющая очень неплохие отношения с ректором, Сайманом Солусом. О нём отзывались либо с восторгом, либо с ядовитой завистью, а многие добивались его внимания. Мда, и кто бы мог подумать о том, что этот Лололошка оказался болезненно одержим тихим информатиком-затворником, спокойно живущим в своём одиночестве. До этого момента, парень видел его лишь на размытых снимках, в телефоне Глена, и особого интересна тот у него не вызывал. Сейчас же этот образ обрёл тело, и сидел прямо перед ним, но только в совершенно в другом ключе. — Ло... Я слышал о тебе — с трудом выдавил Дилан. — Ого, я польщен) — Ло улыбнулся, и его глаза загорелись тёплым, почти нежным огоньком. Он вновь потянулся к нему, на этот раз позволив кончикам пальцев коснуться пряди тёмных волос Дилана. Тот дёрнулся, но отступать было некуда. Прикосновение было удивительно мягким, почти ласковым. — А я знаю тебя). Я так долго наблюдал за тобой , Дилан. Ты всегда был таким...особенным. Прятался в укромных местах, убегал от шума, смотрел на всех такими большими, умными глазами. Ты был настоящим, уникальным человеком среди всех этих бездушных кукол. - Его голос был сладким, гипнотизирующим шёпотом, который заполнял собой всё пространство подвала, вытесняя воздух. - Я знаю, что ты любишь эрл грей и ненавидишь зеленый чай. Кофе ты пьешь только в одной единственной кофейне, латте, с тремя ложками сахара, и карамельным сиропом. Знаю, что раз в месяц ты находишь новое аниме для просмотра. Знаю, как ты морщишь лоб, когда сосредоточен... — Ло говорил, а Дилану становилось душно. Это была не любовь. Это была одержимость. — Это... не нормально, — прошептал Дилан, сжимая кулаки, чтобы они не тряслись. — Сталкерить... держать взаперти... тёплый свет в глазах Ло мгновенно погас, сменившись холодной сталью. Его улыбка не исчезла, но стала острой, как лезвие. — Нормально? — он тихо рассмеялся, и в этом смехе не было ничего веселого. — Нормально — это врать, изменять и пользоваться друг другом, как это делают все? Это та «нормальность», которую ты предпочитаешь моей любви? - Он резко наклонился вперёд, сократив дистанцию почти до нуля. Дилан вновь вздрогнул, но уже сильнее, ударившись затылком. - Ты не понимаешь! — голос Ло сорвался на злобный хриплый шёпот, его пальцы впились в металлическую спинку кровати по обе стороны от Дилана, замыкая его в ловушку из собственного тела. — Я предлагаю тебе настоящую жизнь! Без масок, без этой вечной лжи! Понимаешь? Ты будешь только моим, а я — только твоим. Никто не посмотрит на тебя, никто не причинит тебе боли. Никто не заставит тебя снова выходить в этот грязный, шумный мир, который ты так ненавидишь! Дилан почувствовал, как стены подвала смыкаются вокруг него. А самое ужасное — Ло не лгал. Он действительно знает его. Знает ту глухую, ноющую тоску, что годами жила у него в груди, его ненависть к лживым, скользким людям и обществу в целом. — Ты... это ты не понимаешь... — с трудом выдавил он, глотая воздух ртом, как рыба, выброшенная на берег. — Да, я ненавижу этот мир! Но я хочу ненавидеть его свободно! В своей квартире, за своим компьютером... С чашкой своего, блять, эрл грея, а не здесь! Последние слова вырвались у него криком, в котором смешались отчаяние и ярость. Слезы, которые он с таким трудом сдерживал, наконец хлынули по щекам, горячие и унизительные. Ло выдохнул, и его черты вновь смягчились, будто гневная вспышка никогда и не случалась. Он нежно провёл пальцем по щеке Дилана, смахивая слезу. — Всё будет хорошо, золотце. Я обещаю. Сначала будет страшно, потом... привыкнешь. А потом поймёшь, что я был прав. - Он поднялся с кровати, и пружины снова жалобно скрипнули. - Я принесу тебе поесть, и выпей аспирин. Ты должен прийти в себя, — он повернулся к лестнице, но на полпути остановился бросая через плечо — И, Дилан... Не делай ничего глупого. Не заставляй меня показывать тебе, насколько серьёзны мои намерения. Мне бы не хотелось причинять тебе боль. Стук его шагов по лестнице отдавался в висках Дилана громче, чем биение его собственного сердца. Дверь наверху закрылась, щёлкнул замок. Он снова был один. В уютной, идеальной клетке. С любовью, прикованной к его ноге цепью. Парень медленно поднял дрожащие руки и сжал голову. Она всё ещё болела, но теперь эта боль была ничто по сравнению с внутренним хаосом творящимся внутри. Его мозг наконец то полностью осознал что произошло, и то, в каком он сейчас находится дерьме.