Последнее лето

‎Последовала речь Маргарет, сопровождаемая лёгкой растерянностью: ‎- Я... хотела бы сказать то же самое. Ну и добавить про первые места во всех конкурсах... ‎ ‎Вожатые в последний раз кивнули. Надя раздала каждому по бумажке, чтобы написать имя более подходящего кандидата. Дженнифер и Маргарет обменялись взглядами. Джен первая поделилась небольшой улыбкой. На удивление, от «соперницы» последовала такая же реакция - её взгляд стал заметно добрее. ‎ ‎Когда бумажки собрали и подсчитали, наступил момент объявления результатов. Вожатые встали между кандидатками. ‎- Итак, по результатам голосования победу одержала... Дженнифер! Наш командир отряда! ‎Пространство взорвалось аплодисментами.Джен чуть смущённо улыбнулась, чувствуя, как по щекам разливается тепло. Взгляд невольно скользнул в сторону Лукаса - тот одобрительно подмигнул. ‎ ‎Наступил вечер. Корпус напоминал оживлённый муравейник: повсюду слышались смех и беготня, кто-то уже начал украшать стены плакатами. ‎- Завтра первая дискотека, - заметила Сара, расчёсывая волосы. - Интересно, какие песни будут включать в этом году... ‎- В прошлом году подборка была отличная, - задумчиво отозвалась Мэй, поправляя значок на рюкзаке. ‎Их комната была относительно спокойнее других: здесь шли негромкие разговоры о том, кто чего ждёт от смены и для кого этот «Рассвет» стал уже традицией. Джен, слушая девичьи голоса, думала о том, что всё только начинается.. ... ‎‎Звучала громкая музыка. Танцпол был заполнен. Кто-то веселился в самом центре, кто-то стоял у входа, вдыхая освежающий лесной воздух. А поодаль, в тени от глаз вожатых и камер, юноши и девушки потягивали сигареты. ‎Дженнифер никогда не понимала таких сверстников. Зачем добровольно прививать себе зависимость? Поэтому с подобными компаниями она не общалась, да и сама к этому не прикасалась. ‎ ‎Дженнифер стояла у входа в зал, слегка опираясь о стену. К ней подошёл Лукас, и они завели лёгкую беседу. ‎— Слушай, — задумчиво начал парень, — а чего ты хочешь больше всего на этой смене? В смысле... это же наша последняя возможность так отдохнуть. Последний шанс побыть детьми. ‎Слова его звучали на удивление искренне, а в уголках глаз читалась лёгкая грусть. ‎ ‎— Хей, ты чего так рано раскисаешь? Впереди ещё целая вечность, чтобы насладиться летом. А хочу я... — девушка задумалась. — Мне бы хотелось найти кого-то, с кем будет по-настоящему своё. Не пойми неправильно, с тобой мне отлично, — она смущённо улыбнулась, — просто у тебя есть девушка, и мне иногда немного не по себе... ‎ ‎— Джен, — мягко перебил её парень. — Тебе не хватает подруг. И это нормально. Знаешь... — он положил руку ей на плечо. — Всё будет хорошо. Просто будь собой, и нужные люди сами найдут тебя. ‎Он сделал паузу, и в его глазах блеснула знакомая озорная искорка. ‎— Но если что, можешь снова натянуть на меня своё платье. ‎ ‎В этот серьёзный момент последняя фраза вызвала у Джен непроизвольный смешок. Она кивнула. — Спасибо тебе. ‎И обняла его, как тогда, много лет назад. ‎ ‎В зале сменился трек — зазвучала та самая, из года в год, песня для медленного танца. Люди стали сходиться в пары, некоторые образовали круг, просто покачиваясь в такт. Джен меланхолично вздохнула. ‎— Потанцуем? — неожиданно предложил Лукас. ‎— Я не думаю, что это хорошая ид... — не успела договорить Джен, как он уже потянул её на танцпол. ‎— Пора нарушать наши же правила, — усмехнулся он, слегка покачиваясь под музыку. ‎ ‎Джен неуверенно задвигалась вместе с ним, положила руки ему на плечи и робко улыбалась. Лукас мягко обнял её за талию. Получился совместный, немного неуклюжий, но удивительно тёплый танец. ‎ ‎Лукас и Джен установили этот «кодекс дружбы» на восьмой день их первой совместной лагерной смены. Тогда в нём было семь пунктов: ‎ ‎1. Делиться едой друг с другом. ‎2. Подстраховывать на концертах. ‎3. Удалять стыдные фото друг друга (хотя у Джен тайный архив всё равно остался). ‎4. Не мазать зубной пастой лицо ночью. ‎5. Доверять любые тайны. ‎6. Поддерживать в любой ситуации. ‎7. И главное — никогда не танцевать медляки (чтобы не попадать в неловкости). ‎ ‎Но нужно ли соблюдать его спустя столько лет? Похоже, ничто не вечно... ‎ ‎