Ярче и теплее

      Очередной день апреля. Теплые лучи солнца приятно щекотали лицо. На ветвях деревьев раскрывались цветочки, а ещё были капли, ведь недавно прошёл дождь. По всюду стоял приятный, свежий, немного сладковатый запах.       Беловолосый парень шёл по влажному тротуару, смотря вниз. В голове крутилось куча мыслей, которые, к счастью, прерывала музыка. Очень хотелось, чтобы мама, как в детстве, шла с ним сейчас. Но так получилось, что ее больше нету. В груди по прежнему щемило.       «Опять это универ.» – устало хмыкнул Женя. Учеба конечно отвлекала, но ни чуть не меньше выматывала. Ну и к тому же он особо не с кем не общался — не видел в этом необходимости. Он полностью погрузился в себя, особенно после того, как не стало мамы. Смерть единственного близкого человека, который всегда хотел, чтобы парень был счастлив — не хилый удар под ребра.

***

      — Евгений, пара уже 7 минут идёт. Будьте добры назвать причину своего опоздания. — мужчина в возрасте поправил очки и посмотрел на парня.       — Проспал — Женя пожал плечами – врать смысла не было.       — Ну я надеюсь это был последний раз. Иди на место. Парень вяло поплёлся на место.       — Жека, ты чё сегодня такой грустный? — голубые глаза искали карие. Единственный со всего универа, с кем Женя хоть немного обещался. Рома ну уж очень приставучий оказался.       — Ниче я не грустный. Наверное, не выспался просто — блондин подпёр подбородок рукой и смотрел куда-то, позволяя мыслям унести его по течению.

***

      Ещё один учебный день был позади и теперь блондин стоял на улице. Мокрый асфальт приятно пах свежестью, темные улицы Киева освещали фонари. Все песни которые пел Женя звучали внутри него, ведь в них была душа.       Музыку он любил ещё с самого детства. Ритм стучал в сердце, руки непроизвольно перебирали струны – это успокаивало. Так или иначе Женя даже что-то писал. Правда, как он считал, получалось не очень и всё же. Наверное, мама им бы гордилась.       Люди, которых хоть немного цепляло творчество незнакомого парня, кидали какие-то деньги в чехол. Музыка была не только призванием, но и приносила деньги. Пусть и не большие, всё равно на дороге не валяются.       Шатен, проходящий мимо, остановился недалеко от Жени, наблюдая за его игрой. Играл он вполне умело, голос заставлял сердце биться быстрее. Он был таким приятным, успокаивающим и вовсе не грубым. Хрипота оставляла такой сладкий осадок, казалось на плечах сейчас появится плед — настолько мягко звучал. Парень завороженно смотрел и наслаждался.       — Вау, — прозвучал будто бы знакомый голос, когда Мильковский закончил играть очередную песню. Карие глаза покосились на источник звука. Лёша. Шатен подошёл ближе – уж очень его впечатлил Женя и его творчество. Хотелось слышать это снова и снова.       — А сыграешь ещё что-нибудь? — Лёша слабо улыбнулся, в глазах горел огонёк. Он особо не слушал уличных музыкантов, но почему-то именно этот цеплял.       — Ну если ты так хочешь — блондин пожал плечами и перестроил гитару.       — Так ты охуено играешь, конечно хочу! — даже в голосе проскакивали нотки восторга. На комплимент Женя лишь улыбнулся. Он не привык слышать что-то подобное, а тем более от однокурсника с которым он прежде не общался.       — Ведь ты как шарф, перекрыла мне горло-о. И убила-а мою гордо-ость... — пел Мильковский, а Лёша кажется забыл как дышать. Ему нравилась песня, то, как умело Женя переставлял аккорды, как он закрывал глаза когда протягивал ноту. Всё складывалось в такую спокойною и почти что романтичную обстановку.       — Ты же это сам написал? — отойдя от восторга спросил Бочкарёв.       — Да, недавно кстати — подтвердил Женя. Он искренне надеялся, что его творчество сможет когда-то найти места в сердце у кого-то.       — Ахуеть. Бля, Женя это круто. Знаешь, я не особо любитель слушать уличных музыкантов, но твой тембр голоса чем-то определенно цепляет. Продолжай творить, ты крутой — восхищался Лёша.       — Прадва? Спасибо, — на щеках появился лёгкий румянец, ему было очень приятно. Редко прохожие что-то говорили про его творчество и каждый раз это заставляло по-детски улыбаться.       — Та не за что — Лёша улыбнулся. — Слушай, а там же Жаба-клава парный проект задавала. Может вместе сделаем?       — Ну, можно — Женя пожал плечами. Он хотел сделать с Ромой, но он уже делал с Мариной.       — Отлично. Может завтра и начнем делать? Раньше начнем, быстрее закончим.       — Не знаю, посмотрим. После пар уже решим — блондин сказал так, словно у него есть какие-то планы на завтра — но нет. В самом деле деле он переживал, что завтра опять не будет сил, а подводить человека, который ничего ему плохого не сделал — не хотелось.       — Хорошо. Спокойной ночи — Бочкарёв на последок тепло улыбнулся и ушел в неизвестном Жене направлении. Ну ещё бы, он ведь не общался с ним, от куда ему же знать, где тот живёт?       На душе как-то тепло было, музыка очень хорошо разгружала и без того теплилась в сердце, а сегодня ему сделали комплимент. Шестой за всю жизнь, если быть точнее. И от этого вечер стал ещё приятнее. «Эх, завтра ведь вновь начнется день...» — мысленно вздохнул парень.

***

      Будильник. Этот противный звук заставлял сжимать челюсти и силой воли вставать с постели. Ну вот, очередное утро. Да начнутся голодные игры.       Как и ранее, Женя провёл ночь никак. Он не спал, сначала делал домашку, а потом просто лежал в полудрёме.       — Пиздец, — невольно вырвалось у Жени, когда он посмотрел на свои синяки под глазами. Холодная вода будто бы сделала парня менее усталым, но синяки под глазами это всё равно не убирало полностью.       Солнечные лучи пробивались сквозь окна, напоминая, что сейчас утро. Утро...       — Женя! Ну не балуйся, ладно? Давай одевайся быстрее, а то ещё опаздаем на линейку. — женщина тепло улыбалась. Совсем взрослый стал ее мальчик, уже в первый класс идёт.       — Ну мааам — мальчик натягивал какие-то штаны, которые были на вес золота.       — Не мамкай. Мне на работу потом ещё бежать, а тебя забрать надо ещё успеть... — женщина вздохнула — сколько дел сегодня её ждёт. Ну ничего, ради сына можно и потерпеть.       — Я всё! — восторженно воскликнул мальчишка когда оделся. В самом деле он не был в каком-то предвкушении от школы, и всё же было интересно.       — Ну красавчик. Пошли. — женщина легонько потрепала Женю по голове и взяла за руку.       На улице светило теплое солнце, было тепло, ведь только вчера закончился август.       — Мам, а можно ты конфету купишь?       — Сыночек, а давай вечером посмотрим? Обещаешь себя хорошо вести? — женщина слабо улыбнулся, пытаясь скрыть грусть. Ей было безумно больно, что она не может обеспечить своего ребенка всем необходимым.       — Обещаю. Спасибо — Женя напоследок обнял маму и поцеловал ее в щеку, а затем пошёл к другим детям.       От чего-то на глазах проступили слёзы.       — Женя, соберись. Сейчас не время, — прошептал про себя парень. Через пару минут выходить, а он тут слезы распустил. «Мама...» — беспомощно пробормотал блондин. Её больше нету, он больше никогда её не увидит, больше никто не назовет его «сыном»... Глаза жгла боль. Он утёр слёзы и натянул привычную улыбку. Всё таки университет не ждёт, а особенно некоторые преподы.       Дорога казалось до жути долгой и нудной, словно портал в ад. Она всегда была такой однообразной и никакой.       — Женя! — кто-то окликнул парня. Блондин вытащил один наушник и посмотрел назад. Лёша.       — Привет, — неловко промолвил Мильковский. «Прям бесит» — хмыкнул парень. Вечно улыбается, такой весь жизнерадостной, идеальный. «Идеальный»...       — А ты чего такой грустный? Тоже не любишь в универ ходить? — шатен догнал и выровнялся на один уровень, шагая рядом с блондином.       — Типа того, — сухо молвил тот       — Ну, хочешь после универа гулять пойдем? А ещё Ромку можно с собой вытащить. У меня стипендия пришла, чего-то интересного купить можно, отметить скажем так — Лёша улыбнулся.       — А ты уже разве совершеннолетний?       — Да. Мне 19.       — А, понятно.       — А ты разве не совершеннолетний?       — Нет, мне 17 недавно исполнилось. — вяло хмыкнул Женя. Всё таки Лёша его чем-то заинтересовал, наверное.       — Вон оно что. Ну, мы никому не скажем. Или лимонад тебе купим — усмехнулся парень. На что Женя лишь скептически посмотрел.       — Ну не смотри ты так. Я же пошутил,       — Ха-ха. Очень смешно. — сарказм второе имя Жени.       — Ой, какой ты бука — Бочкарёв демонстративно закатил глаза. — Я тебя всё равно заставлю смеяться, хотя бы с помощью Ромы.       — Ну-ну, удачи. — он и сам забыл когда последний раз нормально улыбался.