Казус в королевских покоях

***

      Ни один приём во дворце королевской семьи не проходит в тишине. Любое празднование, начиная с именинами и заканчивая приёмом президента из другой страны, означает, что множество гостей разных чинов и статусов собираются в одном месте. Громкие разговоры, пышные платья и чёрные смокинги. Но сегодня главный виновник торжества — молодой принц Ли Феликс-Ёнбок, наследник престола семейства Ли. Его двадцать пятые именины в стенах этого замка сопровождаются полным залом и извечными возгласами поздравлений в его адрес.       Феликс одет в белоснежный костюм, сочетающийся со светлой кожей и волосами, сверкающими от многочисленных огней люстр. Пряди стянуты на затылке резинкой, а несколько выпущены спереди, обрамляя лицо. Синий галстук прекрасно контрастирует с темно-зелеными глазами, приковывая к себе внимание. Кольцо с аметистом блестит на мизинце, звеня металлом о тонкую ножку бокала, который Феликс крутит в ладони, наблюдая за лопающимися в шампанском пузырьками.       В зале чересчур много гостей. Если честно, Ли уж точно не любитель всех этих пышных приёмов. Он с дрожью вспоминает каждый день, отмеченный красным в календаре, после которого ему нужно пару суток на восстановление. С самого своего рождения, приобретя титул принца королевской семьи, он стал таким же известным, как и его семья. Ты всегда должен быть начеку, понимать, что везде есть камеры, а говорить лишь то, что не обернётся для тебя же обратной стороной. Вся жизнь — словно в оковах. Словно робот, действующий по чёткому плану.       Петляя между гостей, он без интереса принимает поздравления, благодаря всех на автомате, пропуская слова мимо ушей. Шампанское приятно оседает на языке сладковатым вкусом. Глазами он бегает по многочисленным фигурам, рябящим в глазах, в поиске того, о ком он думает последние несколько часов, а то и дней.       Оглядываясь назад, Феликс сталкивается с матерью, которая с доброй улыбкой смотрит на него, держа под руку темнокожую девушку. Она сладко улыбается, смущённо отводя взгляд к королеве. Женщина придерживает её под руку, заботливо касаясь оголённого плеча.       — Это принцесса Селеста из соседнего королевства. Она давно хотела встретиться с тобой, сынок, — девушка кланяется, глядя из-под длинных, закрученных ресниц в чужие глаза. Феликс выпрямился, как и полагается наследнику, и притворно улыбнулся, стараясь делать это как можно естественнее.       — Рад видеть вас здесь, принцесса Селеста. — он аккуратно касается тонкой ладони и подносит её к губам, оставляя невесомый поцелуй.       — Для меня огромная честь познакомиться с вами лично, принц Ёнбок, — Феликс добродушно улыбается, глядя на маму. Та сияет от счастья, надеясь, что её прекрасный сын в скором времени найдёт ту, что покорит его сердце. Вот только сердце жаждет совсем другого. Человека, которого он так упорно ищет глазами. Позади девушек мелькает знакомая фигура, и Ли поднимает взгляд, надеясь получше разглядеть её. Принцесса хмурит тонкие брови и следит за взглядом парня, обеспокоенно оглядывая его.       — Вы, кажется, кого-то ищете, принц? — с вопросом интересуется она. Но Феликс не отвечает, когда замечает в толпе тёмную макушку. Улыбка сама собой расплывается по лицу, и Ли, совсем позабыв, где он, а главное, с кем, хотел было рвануть вдогонку, но почувствовал, как крепко чужая ладонь сжала его запястье.       — Простите, принцесса, но мне придётся вас покинуть, — парень смотрит на маму. Она скрипя зубами держит его, не желая отпускать, ведь прекрасно знает: стоит этому парню скрыться с её глаз, и пиши пропало. Девушка с грустью опускает глаза, теребя сверкающую блёстками ткань. Феликс стреляет взглядом, безмолвно веля отпустить его. Приходится слегка дернуть рукой, чтобы она выскользнула из чужой хватки.       Парень направился в конец зала, выискивая того, кто в действительности мог скрасить этот вечер одним своим присутствием. Большие мужчины загораживают путь, мешая пройти, из-за чего Феликс ругается под нос, протискиваясь между.       Фигура в чёрном смокинге, скрестив руки за спиной и выпрямив спину, уместилась у одной из дверей, рядом с широкой лестницей. Ли с облегчением глядит на спокойного парня. Озирается по сторонам и, поправив галстук, идёт в его сторону. Каблуки туфель цокают о лакированный пол, привлекая внимание мужчины. Он двигает одними только глазами, и когда чёрные, словно обугленные дрова, радужки видят младшего, стремительно направляющегося к нему, заметно темнеют. Когда рядом господин — не должно быть ни одной оплошности.       — Добрый вечер, ваше высочество. Чем могу быть полезен? — на его лице расползается заметная только Ли ухмылка.       — Отбрось любезности, Хёнджин. Рядом никого нет.       — Я ведь на работе. Должен выполнять свои прямые обязанности, как никак.       — Только вот почему-то я не заметил, чтобы ты выполнял свою работу должным образом, — Хван хмурится, не понимая, к чему клонит младший. Тот становится ближе, держа мизерную дистанцию, и шепчет: — Я всё ещё не получил свой день рожденческий подарок.       Скрестив руки за спиной, Хёнджин наблюдает за младшим, который с хитрой улыбкой скользит по телу, скрытому костюмом телу. Он прекрасно знает, что скрывается за слоем ткани, но это не мешает ему из раза в раз представлять мужчину нагим перед собой. Ли, словно котёнок, желает примкнуть к нему и почувствовать ту самую ласку, о которой он так давно грезит. При мысли об этом в животе приятно крутит, и он вновь смотрит в глаза, надеясь, что сможет прочитать всё по ним.       — Ещё не вечер, принц.       — Как раз таки уже. Ты же знаешь, я не могу долго ждать. Стоит мне остаться здесь на минуту дольше, и мама в очередной раз подыщет мне новую невестку и попытается нас свести, — Хван хмурит брови, безмолвно выражая тихую ревность. Это в нём младшему безумно нравится. Его говорящее за него лицо.       — Вы получите свой подарок, когда закончится празднование.       Феликс дуется, как малый ребёнок. Скрещивает руки на груди и глядит на медленно моргающего парня. Он абсолютно спокоен и, как и всегда, его лицо не выражает никаких эмоций. За два года работы прислугой в королевской семье он отточил холоднокровность настолько, что она стала его неотъемлемой частью. Он в меру жесток, если кто-то посмеет навредить тому, кого он охраняет, но в то же время нежен, если дело касается самого принца.       Феликс в очередной раз бросает взгляд на заполненный людьми зал и недовольно хмыкает.       — Я пойду наверх, — говорит младший, заставляя старшего недоуменно повернуться в его сторону. Парень улыбается, хлопает глазами и невесомо касается бедра кончиками пальцев, скрытого облегающими брюками. — А ты будь в моих покоях через 15 минут. Подготовлю себя к твоему приходу, мой хладнокровный телохранитель.       Хёнджин не успевает и слова вставить. Феликс, воспользовавшись моментом, проскальзывает мимо. Старший тяжело сглатывает. Адамово яблоко подпрыгивает, выдавая напряжение. Он глубоко дышит, пытаясь вернуть себе былой покой и серьёзность, но мимолётное касание осело ожогом сквозь одежду. Вокруг всё так же шумно, и никто из гостей не заметил пропажу именинника. Ещё бы, разве в такой толпе можно хоть что-то заметить?       Хван смотрит на наручные часы. Без пяти одиннадцать. С поста, по расписанию, он должен уйти в полночь, но младший, будь он неладен, сексуальный искуситель, заставил всё покатиться к черту.       Сжимая кулаки, он резко двинулся в угол комнаты. Он бы никогда не позволил себе покинуть рабочее место, но сегодня особый случай. Хван летит к мужчине, молчаливо уставившемуся в центре зала.       — Серафим, — шепчет парень, оказываясь бок о бок с прислугой. Тот удивлённо косится на него, не сдвигаясь телом ни на сантиметр.       — Ты чего? Что-то случилось?       — Принц Ёнбок сбежал с торжества к себе. Я не могу оставить его одного, ты ведь понимаешь. Сможешь один здесь справиться? — мужчина медленно моргает. Он тяжело вздыхает, но согласно кивает. Внутри Хван ликует, но снаружи совершенно спокоен. Парень прощается с мужчиной и быстрым шагом удаляется, выходя к той самой лестнице, укрытой темно-синим ковром. Хёнджин поднимается быстро, перепрыгивая сразу несколько ступенек. Выйдя на второй этаж, он откашливается, поправляет пиджак и неспеша идёт к нужной двери, словно только что не бежал, чтобы поскорее добраться до парня.       Будучи личной прислугой принца, у него нет нужды стучаться. Но его всё равно пробивает дрожью, когда он кладёт ладонь на дверную ручку. Мягко коснувшись, он давит на неё, открывая вид на большую комнату, которую, ему кажется, он уже выучил наизусть.       Стоит одной ногой шагнуть внутрь, как на него налетает младший, грубо впечатывая в стену. Хван с громким хлопком закрывает дверь. Феликс пытается запустить пальцы в тугой пучок его чёрных волос, и когда тот не поддаётся, срывает резинку, распуская шелковистые пряди. Ладони всё-таки вплетаются в волосы на затылке, сжимая их с таким желанием, что парень не сдерживает сладостного стона. Ли целует остервенело. Как оголодавшее животное. Он кусает его губы поочередно, вбирает каждую в рот, смакуя приятный мятный ароматом. Таким родным, что хочется выть.       Хёнджин медленно внедряется в игру. Тонкая талия младшего безумно манит, хрупкое тело жмётся к нему, желая получить ответную ласку. Хван не заставляет его долго ждать, укладывая ладони на поясницу и прижимая к себе. Он целует его в ответ, перехватывая инициативу. Феликс сжимает его волосы, притискиваясь всё ближе и ближе. Старший кусает вишневые губы, толкаясь языком меж ровных зубов. Младший не противится. Наоборот, с радостью впускает его, позволяя языкам коснуться друг друга.       У Феликса в животе всё горит адским пламенем. Махровый халат неприятно касается напряжённого члена, но это не мешает ему с желанием тереться о чужое бедро. Хван скользит ладонями вниз, спускаясь на округлые ягодицы. Он запускает руки под одежду и сжимает голую кожу в руках, вырывая из чужих уст стон. Ли отстраняется, запрокидывая голову, а Хёнджин не теряет хватки, продолжая с наслаждением ласкать его, целуя сладкую шею.       — Хёнджин, — сквозь стон молит младший. Хван безумно любит слышать своё имя из его уст. От него оно звучит благородно и невероятно сексуально. Хочется записать этот дивный звук и слушать каждый день на повторе, вместо книг или обычных разговоров.       Старший не останавливается. Каким бы спокойным он ни казался — в груди горит огонь желания. Сладкая шея манит, и он не отказывает себе в том, чтобы слегка прикусить светлую кожу, оставляя еле заметный след, который быстро сошёл. Феликс очень скучает, когда Хван не касается его. Когда тот всё занят работой или, что ещё хуже, выезжает в другие королевства на несколько дней. Дай младшему волю, и он бы никогда не отпустил этого мужчину.       Феликс безумно нетерпелив. Он нехотя отцепляет прилипшего к себе парня. Его губы покраснели и стали ещё пышнее, чем были до этого. Хван смотрит на него томно, возбуждённо, с желанием снова коснуться, но тот отстраняется, касаясь его ладони.       — У нас не так много времени, — мурча говорит Ли, таща парня за собой. Халат аккуратно сполз с одного плеча, привлекательно оголяя его, заставляя старшего громко сглотнуть. Младший с головы до пят прекрасен, словно самый вкусный на свете десерт, и Хван хочет насладиться им. Тем более, в его именины.       — Мой принц, — шепчет Хёнджин, сокращая между ними расстояние. Он прижимается грудью к его спине, держит за тазобедренные кости и целенаправленно мучает, даря ягодицам ощущение трения. Голос старшего обжигает ухо вместе с этим грёбаным прозвищем, которое он произносит чересчур сексуально. Феликса дёргает, когда горячие губы касаются оголённого плеча. — Позвольте мне утолить ваш голод.       Протяжный, нежный стон от касания к бёдрам говорит сам за себя. Прямая дорога к Ёнбоку лежит через Хвана, который прекрасно знает, как разложить перед собой младшего. Он вертит его лицом к себе, подхватывает на руки и в очередной раз впивается в губы. Сделав пару шагов, Хван врезается в тёмный диван. Он аккуратно кладёт младшего на мягкую кучку подушек, нависая сверху. Хёнджин придавливает его к дивану, смакуя чужие губы.       Парень с громким чмоком отстраняется, позволяя себе взглянуть вниз. Ключицы привлекательно выступают из-под тонкой кожи. Хван касается их губами и тянет пальцы к тонкому поясу, развязывая его. Он раскрывает полы халата, оголяя младшего. Тот смущённо сжимается, стараясь прикрыться, на что Хван хмурится, не позволяя.       Губы касаются яремной впадины, скользят ниже, на худую грудь. Кончиками зубов он прикусывает сосок и смотрит исподлобья за реакцией. Тот кусает губы и выгибается в пояснице, пытаясь избежать терзающих касаний. Хван надолго не задерживается. Скользит ниже, проходясь между рёбер, целуя впалый живот. Тонкие пальцы проходятся по внутренней стороне бёдер, стремительно подбираясь к чувствительному и чересчур интимному месту. Хёнджин раздвигает ноги так широко, что Феликс на секунду думает о надобности заняться растяжкой для таких случаев. Лицо старшего в опасной близости от эрегированного члена. Он опускается так низко, что скрывается за телом парня, позволяя видеть лишь свои глаза.       Мужчина укладывает дрожащие бёдра на свои плечи. Целует белоснежную кожу и в очередной раз прикусывает её. Ему невероятно хочется съесть этого парня. Дрожь, проходящая по телу Феликса, отдаётся Хвану, от чего он довольно ухмыляется.       — Что ты загадывал на день рождения? — Хёнджин слышит стон, когда его горячее дыхание опаляет гладкую дырочку. Маленькие ладошки ложатся на чужую макушку, вплетая в чёрные пряди пальцы, сжимая их и притягивая ближе. Он хочет, чтобы старший наконец перестал мучить его и просто дал то, что он заслужил. — Ну так что?       — Я загадал оказаться под тобой, — через стон проговаривает Феликс.       — Как вижу, твоё желание не заставило себя долго ждать, — тихо усмехается парень. — Такой взрослый мальчик, а хнычешь как маленький. Посмотри на себя, мой принц, ты ведь весь напряжён. — Он на пробу касается кончиком языка дрожащей дырочки, и Феликс вскрикивает, закрывая себе рот рукой. Не дай бог что подумают за пределами комнаты. Хван довольно улыбается.       Он тоже не хочет больше томить. Обхватив сочные бёдра, он примыкает носом к чужому паху, пропуская язык так глубоко, насколько это возможно. Феликс кусает губы, чувствуя металлический привкус, когда Хван касается простаты. Блядский, длинный язык, сводящий его с ума. Ли двигает бёдрами, пытаясь отстраниться, но Хёнджин с силой сжимает его бёдра, придвигая обратно. Опустив взгляд, младший восторгается развернувшейся перед глазами картиной: чёрная макушка, утонувшая между его ног, ладони, крепко сжимающие чёрные пряди, и руки Хёнджина, словно вьюн, обвившие бёдра. Феликс так смущён, что пытается свести колени, зажимая чужую голову.       Он чувствует, как Хван хмыкает и отстраняется. Стоя между ног и находясь в опасной близости к оголённому телу, старший выпрямляется, стягивая с себя чёрный пиджак. Он принялся за пуговицы белоснежной рубашки, медленно расстёгивая одну за другой. Феликс лишь заворожённо наблюдает за ним, скользя глазами по каждому открывающемуся кусочку тела. Натренированный многочисленными тренировками золотистый пресс, упругая грудь и широкие, сильные плечи сверкают в приглушённом свете настольной лампы. Младший тянет пальцы к нему, касаясь столь манящего мужчины.       — Нравится? — блондин только заворожённо кивает, проводя подушечками по гладкому рельефу. Он успел безумно соскучиться по нему за неделю, что они не виделись вот так, вдвоём. Феликс теряет связь с миром и даже не замечает, как Хван тянет вниз собачку, расстёгивая молнию и быстро стягивая с себя остатки одежды.       Приходится отклониться назад, чтобы дотянуться до тумбочки и достать оттуда розовый бутылёк, надёжно припрятанный младшим от чужих глаз. Старший щёлкает крышкой, переворачивает её, выдавливая на пальцы немного смазки, прежде чем баночка недовольно хлюпает. Хван, подняв бровь, смотрит на младшего, что от смущения закрывает лицо руками.       — Не хочешь объясниться? Я ведь купил её на прошлой неделе, а мы виделись всего раз.       — Я скучал по тебе, — произносит парень. — Я не мог терпеть до нашей следующей встречи.       — Не знал, что ты настолько нетерпелив, — Хван усмехается, растирая смазку между пальцев. Феликс молча наблюдает за ним, громко сглатывая слюну. Колени заметно подрагивают, когда старший кончиками пальцев касается их, разводя в стороны. Он ловким движением скользит вниз, двумя пальцами касаясь входа, и без раздумий запускает оба внутрь. Они входят без какого-либо сопротивления, и Хёнджин даже не удивлён.       Три пальца входят так же легко, как и четыре. Старший на это лишь ярко улыбается. А Феликс и вправду времени зря не терял. Знал ведь, что Хёнджин точно придёт, даже если бы до смерти прикрывался работой. Он смотрит на него слишком животно, с голодом и желанием овладеть, с желанием подарить ему то самое удовольствие, о котором он так грезил всё время.       Мгновение спустя, Хван обхватывает его бёдра, чутка приподнимая и не медля входит, громким хлопком украшая звонкий скулёж. Феликс выгибается в пояснице, видит звёзды перед глазами и чувствует, как терпеливо ждёт старший, пока он привыкнет. Ли тяжело дышит, хватает партнёра за плечи и притягивает к себе, впечатываясь губами в чужие. Парень жадно сминает их, запускает руки в волосы, пропуская тёмные пряди между пальцев. Хёнджин в начале двигается медленно, а после наращивает темп до упомрачительных толчков, от которых Феликс с силой хватает парня, сжимая его внутри.       — Мой сладкий принц, — сексуально шепчет Хван на ухо младшему. Его передёргивает. Возбуждение растеклось по каждой его клетке. Любое слово, касание и движение Хёнджина отдаётся толчком забвения в мозг, теряя крупицу кислорода. Феликсу кажется, словно скоро он начнёт задыхаться от эмоций.       — Я сейчас... — сквозь стон выдавливает младший. Его маленькие ладошки скользят по затылку и остаются на выпирающих лопатках. Когда Хван в очередной раз попадает по простате, короткие ноготки оставляют после себя красные полосы на спине. Феликс хватается за краешек здравомыслия, пока его с силой не накрывает оргазм, заставляющий на мгновение увидеть перед глазами белый свет. На живот текут обильные струйки густой жидкости, пачкая его со всех сторон.       Хёнджин сжимает его талию, чувствуя, как в импульсах содрогается тело. Ли протяжно выстанывает, царапая кожу на чужой спине и утыкается лбом в его плечо. Парень тяжело дышит. В животе расплывается приятное ощущение наслаждения, а тело теперь кажется липким и чересчур грязным. Хёнджин тихо стонет, делает ещё несколько толчков, прежде чем с наслаждением излиться в парня, целуя его в открытую шею. Он не двигается, просто наслаждается обволакивающим, тёплым чувством, окутывающим его со всех сторон. Старший обнимает принца, крепко сжимая в своих объятиях.       — Хёнджин, отцепись.       — Зачем?       — Я весь потный и липкий. Ещё и в сперме измазан.       — Ты думаешь, что я боюсь этого? — с ухмылкой говорит старший, прижимая их тела ещё ближе. Феликс бьёт парня в плечо, пытаясь отцепить его от себя, но тот в разы сильнее, так что всё, что он делает, совершенно бессмысленно.       — Хёнджин! — переходя на крик, возмущается младший.       — Принц Ёнбок, у вас всё хорошо? — раздаётся за дверью сразу после трёх стуков. Парни переглядываются испуганно, а после тихо смеются, утыкаясь в шеи друг друга.       Феликс желает, чтобы каждый его день рождения был именно таким. Тёплым, согревающим, а главное, рядом с Хваном. Даже если в комнату будут ломиться охранники, пока Хёнджин в спешке натягивает брюки и прячется за шторой.