Архитектор Марк

Я обернулся и увидел, как Нарцисса разговаривает с гостем. Она нервно сжимала руку, и на ее лице была та самая маска, которая трескалась только при упоминании «недостойных Блэков». Мой «Квант» мгновенно проанализировал ситуацию: повышенная частота дыхания, непроизвольный магический всплеск (едва заметное мерцание люстры), вербальный триггер в разговоре. Я подошел к ним. — Мама, — сказал я, моя речь была безупречна, но с интонацией настойчивого, избалованного ребенка. — Мне... мне скучно! Ты обе'щала показать мне ту ста'рую картину! Я схватил ее за руку и потянул. Это сработало как отвлекающий маневр. Когда мы отошли, она посмотрела на меня с благодарностью. — Спасибо, дорогой. Я... я просто устала. — Кто это был? — тихо спросил я, глядя в пол. — Это... Крауч-старший. Он... он говорил о том... — она запнулась. Мой мозг соединил точки: Люциус, Крауч, Темный Лорд, запретные темы. Я понял, что мое детство заканчивается. Я был не просто вундеркиндом. Я был частью политической и магической игры. — Он не должен был пугать мою маму, — прошептал я. Я сжал кулаки. Я был Драко Малфоем, который помнил все. Я был сильным, умным, и я был готов к этой игре. Мне оставалось четыре года до Хогвартса, но я уже был готов. Внутренний голос, который теперь был просто моим голосом — голосом Драко Малфоя, — требовал действий. Крауч-старший и его намеки на «Того-Кого-Нельзя-Называть» стали для меня последним толчком. Мне нужно было не просто стать сильным. Мне нужно было стать неуязвимым. Мои тренировки тела были хороши, но слишком медленны. Мне нужен был хак. Мне нужен был ритуал. Я знал, где искать. Запретная, семейная секция библиотеки Малфоев, куда Люциус так и не дал мне доступ. Он считал, что мне достаточно знать про руны и зелья. Он ошибался. Проникновение ​Чтобы попасть в эту секцию, мне пришлось приложить немало усилий. Люциус наложил на дверь сложное заклинание, которое активировалось при малейшем прикосновении к ручке. Я потратил две недели, наблюдая за отцом, и мой мозг, известный как «Квант», запомнил структуру заклинания. Оно было невидимым, но ощущалось как вибрирующая магическая сеть, которую нужно было не сломать, а обойти. Я выбрал позднюю ночь, когда все спали, а эльфы тихо шуршали на кухне. Я подошел к двери, не используя палочку, так как мне её ещё не выдали. Вместо этого я задействовал свою волю. В голове я создал сложную руну-Шорткат, которую разработал сам. Это была формула «Разъединение Потоков». Я представил, как моя идеально сфокусированная энергия скользит вдоль сети отца, словно тонкий нож, и на мгновение разрывает связь. Щелчок. Свет на люстре в коридоре не дрогнул. Вокруг царила тишина. Сигнализация была отключена. Я вошел. Эта библиотека была не просто хранилищем знаний, а настоящим мавзолеем. Книги здесь были старыми, и в них скрывались опасные мысли. Я начал сканирование: рунический анализ, алхимия, некромантия. Мне было нужно лишь одно — ритуал усиления тела. Я нашёл его в грязном пергаментном фолианте под названием «Наследство Великанов». Ритуал «Золотая Кровь» Ритуал был пугающим. Он требовал чистой магической крови, которую я мог дать, древней рунической формулы, выгравированной на теле, и, самое главное, огромного и резкого вливания магической энергии. Суть заключалась в том, чтобы перестроить тело, сделав его контейнером для невероятной силы. Я не задумывался о последствиях. Меня волновал лишь результат. Я подготовил всё в своей тайной лаборатории-спортзале. Крошечным острым ножом я выгравировал на руке руну «Крепость» (Крепость Духа и Тела). Боль была резкой, но я сдержался. Я сел в центр рунического круга, который начертил мелом. — Ладно, Драко, — сказал я себе. — Назад пути нет. Я начал ритуал. Я сосредоточил всю магическую энергию, которую накопил за год тренировок. Я не просто направлял её. Я буквально вырывал её из своего тела. Всё шло по плану. Я чувствовал, как энергия течёт по моим венам, светясь слабым золотистым светом. Мои кости становились плотнее, а мышцы — жёстче. Это была сила, о которой я читал только в комиксах Марка: сила Супермена. Тело готово! Но тут что-то пошло не так. Формула требовала постепенного вливания энергии, но мой «Квант», стремясь к максимальному КПД, вырвал её слишком быстро. Вместо стабильного усиления произошёл взрыв. Я почувствовал, как каждый нерв в моём теле загорелся, а затем… погас. Моя голова раскололась от боли, как будто кто-то ударил меня всей библиотекой. Последнее, что я помню, это яркая золотая вспышка, которая накрыла меня. ​# Я пришел в себя, лежа в своей постели. Мой новый, усиленный организм боролся за выживание, и я чувствовал себя слабым, как новорожденный котенок. Над моим лицом склонилась Нарцисса, ее глаза были красными от слез, а Люциус, обычно спокойный, был бледен и взволнован. — О, Драко! Мой дорогой мальчик! — Нарцисса заключила меня в крепкие объятия, и я с трудом дышал. — Что… что случилось? — прохрипел я, стараясь казаться растерянным. — Ты… ты просто потерял сознание. Мы нашли тебя утром в твоей комнате, — голос Люциуса дрожал. — Ты был как... ледышка. — Мы вызвали лучшего лекаря, — добавила Нарцисса, нежно поглаживая меня по волосам. Мой мозг заработал с удвоенной силой, анализируя случившееся. * Ритуал сработал, но полностью истощил меня. Тело стало сильнее, но для восстановления требовалось огромное количество энергии. # Внешне я выглядел здоровым, но внутри мои клетки были перестроены. В этот момент в комнату вошел Лекарь, похожий на толстого, старого гнома с золотым моноклем. Он направил на меня палочку, произнося диагностические заклинания. Лекарь морщился и хмурился, а его монокль светился все ярче. — Мистер Малфой, миссис Малфой, — сказал он с недоумением. — Я не нахожу ничего. Ни проклятия, ни болезни, ни магического отката. Его магическое ядро... перегрето, но... стабильно. Он просто истощен. Ему нужно время и покой. Мои родители были в недоумении. Они не могли поверить, что Лекарь не обнаружил никаких проблем. — Вы уверены, Северус? — спросил Люциус, обращаясь не к Лекарю, а к Снейпу, который стоял в углу. Снейп подошел ближе, его пронзительный взгляд встретился с моим. Он не произнес ни слова, лишь посмотрел на мою руку, которую я спрятал под одеяло (на ней была крошечная, едва заметная руна). Его взгляд задержался на руке всего на долю секунды. — Я уверен, Люциус. Мальчик перенапрягся. Он слишком умён. Оставьте его в покое.