Алая фея и её господин

      День выдался жарким, Сяо Хуан сидела в повозке, обмахиваясь веером и поглядывая в окошко. Извилистая дорожка убегала вперёд, мимо расколовшегося лотосового древа, от которого оставалось ещё несколько ли, а дальше за поворотом – дорожный указатель с алой ленточкой, надпись на нём почти стёрлась от дождя, но Сяо Хуан в ней не нуждалась. Постепенно сужавшаяся тропа вела к храму богини-защитницы, Гуань-инь. В последнее время она зачастила с поездками сюда.       Сначала Сяо Хуан с бабушкой ездили сюда помолиться за отца, который надолго отбывал в далёкие провинции. Он был знатным купцом и отправлялся наладить новые торговые пути. Много лет они торговали специями, и сейчас отец решил найти новые приправы, чтобы заработать больше золота. Он часто говорил про приданое для своей любимой дочери и заботился о всей семье. Когда-нибудь она выйдет замуж за достойного и красивого молодого человека, который будет о ней заботится так же, как и её отец, вот только…       - Госпожа, мы приехали, - обронила служанка, выбираясь из повозки.       Сяо Хуан с трудом поднялась, потирая больное колено, слабость разлилась по телу, заполняя все конечности. Служанка открыла ей дверь и помогла выбраться из повозки. Чжун приглядывал за лошадью, пока госпожа с трудом шла к храму. Он возвышался в тихой долине, окружённой лотосовыми деревьями. Их раскидистые кроны создавали природные навес, под которым можно было спрятаться от солнца. Вся долина располагалась в тени от высоких деревьев и выглядела пустынной. Скоро будет праздник и толпы людей направятся по этой тропе, но сегодня Сяо Хуан могла помолиться одна, надеясь, что её слова будут услышаны.       Деревья покрывал мягкий мох, а свисавшие цветы колыхались на ветру так, что казалось, будто рядом шумела вода. Один из источников и правда был недалеко, вот только для Сяо Хуан это расстояние было непосильным.       - Оставь меня на пару чашек чая, - сказала она, повернувшись к дверям храма и сжимая в руках расшитый мешочек с подношениями.       Красочные ворота были расписаны изображениями дракона и феникса, а над ними развевалась алая ленточка с надписью　安. Несколько каменных ступеней вели к главному залу, украшенному резьбой и цветными плитками.       Сяо Хуан с тревогой взглянула на них. Ступени были её главным препятствием вот уже несколько лет.       - Госпожа, быть может… - бросилась к ней служанка.       - Нет, - резко ответила Сяо Хуан. – Это моя ноша.       Она должна была пройти через это одна. Как богиня поможет ей, если сама Сяо Хуан даже не готова потерпеть толику боли в доказательство своего намерения, своей воли?       Однако боль была неумолима. Сегодня духи разъярились на неё и не желали отпускать. Сяо Хуан сделала несколько шагов, всё тело напряглось, а на лице выступили капельки пота.       - Мир, - прошептала она, склоняясь в ритуальном поклоне, и зашла в зал.       Медленные шаги были неслышны в большом и светлом зале. Благовония уже давно выветрились, так что Сяо Хуан вытащила палочки и зажгла их, вновь наполняя воздух запахом жасмина. Считалось, что мягкий аромат растения создавал ауру духовной красоты и милосердия.       На алтаре лежали увядшие цветы и чаша с водой, рядом Сяо Хуан положила яблоко и персик. Позади возвышалась статуя богини, её множество рук простиралось к небу, как знак способности помочь во всём.       Сяо Хуан медленно опустилась на колени, не волнуясь о том, что запачкает розовое платье, подол которого разметался по полу. Она сжала амулет лотоса на золотой цепочке на шее и прикрыла глаза.       Мгновение тишины, заполнившей всё вокруг. Сяо Хуан стало так спокойно, казалось, даже боль ушла. Погружаясь внутрь она каждый раз находила там умиротворение, однако возвращение в реальный мир доставляло много хлопот и мучений.       Любимая богиня-защитница… я знаю, что  ты меня слышишь. Я верю в тебя, и верю тебе. Быть может, моих действий недостаточно, чтобы снискать твою милость, именно поэтому я всё ещё больна. Но мне так хочется… просто жить и радовать родителей. Отец так заботится обо мне. Я просто хочу… хочу быть здоровой. Молю, помоги мне, пошли того, кто исцелит меня. Я готова заплатить любую цену. Я готова… понести испытания, которые ты мне ниспошлёшь. Я на всё готова…       Горячие слезы текли по щекам, когда Сяо Хуан открыла глаза. Каждый раз она чувствовала опустошение вместе с облегчением после посещения храма. Будто она общалась с той, кто понимал её, видел насквозь, и от того не нужно было скрывать мучения, делая вид, будто всё хорошо.       Её ноги болели вот уже несколько лет, и ни один лекарь, которых приглашал отец, не мог помочь. Все лишь разводили руками и предлагали разные методы в надежде, что какой-нибудь да поможет. Она прикладывала растительные сборы к больным местам, пила травяные настои, носила священные камни, делала древние оздоровительные практики, однако всё было напрасно. Лишь мимолётное облегчение, которое вновь сменялось болями даже свирепее, чем раньше. Она плакала по ночам, наконец, разрешая себе не сдерживаться и проявить то, что так долго лежало на душе. Ей оставалось лишь одно – молить богов, чтобы они исцелили её или послали того, кто мог бы это сделать. Робкая надежда ниточкой связывала её с этим миром, всё ещё желая оставаться в живых.       Вдруг снаружи раздались крики и шум.       - Что случилось? – Сяо Хуан обернулась и пошла к выходу.       Когда дверь распахнулась, она увидела повозку, перевёрнутую на бок, острые доски торчали в разные стороны, а рядом тела её чжуна и служанки, жестоко порезанные мечами. Их лица застыли в гримасах ужаса. Воздух пропитался тяжёлым запахом крови и после тонкого аромата жасмина он казался Сяо Хуан невыносимым.       На них напали бандиты. Такая тихая тропа, казавшаяся обителью мира и спокойствия, вдруг превратилась в место жестокой расправы. Сяо Хуан даже представить не могла, что такое может случиться, поэтому ездила сюда без большой охраны, полностью доверяя местной тишине. Но сейчас её сердце сжалось от ужаса.       - Посмотри на неё, не зря ходили слухи о богатенькой. Кто знает, сколько он даст за такую? - усмехнулся один из разбойников.       Сяо Хуан попятилась, ощущая, как ужас сковывает всё тело. Семь разбойников стояли у входа в храм. Один держал лошадь с повозки, которая билась в руках и ржала, другой лениво вытирал меч от свежей крови.       - А как по мне – очередная разодетая зажравшаяся девка! Снимем пару цацек – никто и не заметит, - бросил второй, его глаза жадно блеснули в тусклом свете.       Его хриплый голос заставил Сяо Хуан поёжиться. Она опустила руки, скрывая золотые браслеты на изящных запястьях. Раньше отец учил её боевым искусствам и фехтованию на коротком клинке, но затем из-за болезни ног всё пришлось прекратить. Бессилие вместе с отчаянием наполнили её сердце. Она знала – в одиночку ей со всеми не справиться.        Нужно бежать. Дальше за храмом извивался широкий тракт – живой поток людей скользил по нему, направляясь кто куда. Там, за линией деревьев наверняка кто-то заметит её. Сяо Хуан собрала все силы, сердце громко стучало, словно собираясь выпрыгнуть из груди, а боль в ногах на мгновение показалась незначительной. Во мраке безысходности вдруг зажёгся огонёк решимости. Она побежала в лес, огибая густые кустарники. Ноги в шёлковых туфельках ощущали все неровности – камни, корни, рыхлую землю – каждый шаг был риском оступиться.       - Далеко ты побежала? – раздался смех позади.       Сяо Хуан и сама знала, что шансов на спасение почти нет, но остаться там, значит умереть. Пульсация в ногах возвращалась, а лес впереди становился гуще. Вдруг боль ядовитой иглой предательски пронзила колено. Сяо Хуан запнулась и упала, покатившись по склону в овраг. Тело больно ударилось о камни, а ветки порвали рукава платья, оцарапав белую кожу. Она застонала от боли, а из глаз брызнули слёзы. Теперь она точно никогда не вылечится. Сяо Хуан бросила быстрый взгляд наверх, боясь, что разбойники ринутся за ней, однако услышала лишь гневные крики и звон клинков. Волна ци, долетевшая сюда, фиолетовыми отблесками прокатилась по листве и исчезла. А затем тишина стала столь полной, что Сяо Хуан слышала своё судорожное дыхание. Она приподнялась на трясущихся руках, но тут же скривилась от боли в ногах.       Вдруг перед ней возникла фигура высокого мужчины с клинком. С обнажённой стали капала кровь. Одежда из дорогих тканей с украшениями выдавала знатное происхождение, но Сяо Хуан никогда не видела его на приёмах в своём городке. От его фигуры веяло внутренней силой и опасностью. В ужасе она попыталась отползти, однако ноги отяжелели и не двигались.       - Не убивай, - проговорила она, качая головой. Её голос дрожал.       Мужчина усмехнулся, опустив взгляд на клинок. Он не спешил, словно прислушиваясь к страхам, которые овладели ей.       - Я напугал тебя. Прости, - он разжал пальцы, и меч исчез. Его взгляд смягчился.       Сяо Хуан сжимала ткань подола, всё ещё с удивлением глядя на него.       Его движения были быстрыми и уверенными. Холодные глаза на точёном лице оценивающе всматривались в неё. Он казался столь чуждым этим местам, охотником, забредшим сюда выслеживать жертву.       - Господин убил их всех… один? – спросила Сяо Хуан, посмотрев на вершину оврага.       Мужчина замер на мгновение, проследив за её взглядом, казалось, он вспомнил о чём-то важном, однако лицо тут же вновь стало невозмутимым.       Сяо Хуан оторвала ткань от подола, прикладывая к кровоточащей ране на руке.       - Не стоит так делать – занесёшь грязь и рана воспалится, - сказал мужчина, подходя к Сяо Хуан и протягивая руку. – Пойдём.       Его лицо было сосредоточенным, он быстро оглядел её раны, оценивая их.       - Кажется… я не могу, - сказала Сяо Хуан, глядя ему в глаза и ощущая, как сердце сжимается внутри. – Мои ноги сломаны.       - Тогда мне придётся повозиться с тобой, - сказал он, взяв её на руки.       Сяо Хуан вцепилась в его одеяние на груди, стараясь не вскрикнуть от боли.       - Я заплачу, только помоги. Мой отец… - слова так и не сорвались с её уст.       - О, конечно, ты заплатишь, - улыбнулся мужчина. – Но о цене мы поговорим позже.       Сяо Хуан слабо улыбнулась, понимая, что опасность миновала. Какую бы цену не запросил этот человек, она решит это позже. Сейчас он согласился помочь ей. Боль и страх так измотали её, что она бы выполнила любую его просьбу, вот только что ему нужно? Едва ли это золото, ведь судя по одежде он сам богат. Сяо Хуан казалось, что она готова довериться ему, поддавшись внутреннему порыву.       - Могу я узнать… имя господина, - с трудом выпалила она, прижимаясь к его груди.       - Лю Янь.       Внезапная слабость приятной волной окутала её, унося боль и страхи. Всё казалось таким незначительным, таким неважным. Его объятия принесли столь желанный и спасительный покой.       - Лю… Янь, - прошептала она, ощущая, как веки отяжелили, и сладкая дрёма охватило сознание.       - Пусть забытье унесёт все тревоги. Хотя бы сегодня, - сказал он и исчез.       Лес замер в тишине, оставаясь молчаливым наблюдателем её слабостей и страхов, радостей и покоя. В последний раз.