Аукцион

      Всем известны аукционы: молоток, приподнятые таблички, скучающие голоса. Всем известно, что тот еще темный человек, карнавальная тень которого скрывает очень многое...        Сегодня в этом здании никто не имеет имен и титулов. Здесь есть только маски. Бархатные, позолоченные, из фарфора и черного дерева, скрывающие лица, но обнажающие намерения приобрести что-то. За улыбкой клоуна может таиться холодная решимость, а за строгим ликом — отчаянный азарт. Анонимность — главная валюта этого вечера. Она освобождает от условностей, от груза репутации, позволяя желанию стать единственным законом.        Воздух густ от запаха старинного парфюма алкаголя. Сквозь него прорывается музыка — живая, как и полагется на дорогих мероприятиях в Рагуне. Плавный кивок головы, едва заметное движение веера, легкий жест в сторону — это не просто ставочные жесты, это хореография власти и желания.       Одной из последних гостей, что прибыли до начала главного шоу вечера была розовая маска. Пронырнув внутрь, она осторожно проскальзовала между танцующими парами. Карлотта Монтелли скользила по периметру бального зала, словно тень. Бархатный капор идеально скрывал черты, известные пол городу. Сегодня она пришла не ради искусства. Сегодня с собой не чековая книжка, а два стреляющих ключа к решению проблемы по имени Луиджи Фрескобальди, должник, хозяин сегодняшенего вечера, никак не уплативший долги даже после писем-напоминаний.        Воздух, густой от алкаголя и дорогих духов, звенел в ушах музыкой и шепотом ставок. Карлотта быстро вычислила цель: неуклюжий мужчина в маске кабана, нервно теребивший кружевной платок. Пытался выглядеть равнодушным, но взгляд под маской слишком уж лихорадочно метался по залу, выискивая спасительных покупателей для своего никчемного "шедевра" ввиде пошлой вазы с нимфами.       Музыка, до этого казавшееся лишь фоном, внезапно взорвалась оглушительным каскадом, свет в зале погас, оставив лишь вращающиеся споты, которые выхватывали из темноты мелькающие маски. Началась танцевальная часть — заранее спланированная пауза, чтобы разжечь азарт перед аукционом.        Карлотта, застигнутая врасплох этим внезапным шумовым ударом, на мгновение потеряла из виду свою цель — маску кабана. Девушка непроизовольно отшатнулась к стене, но прежде чем ей удалось сориентироваться, чья-то рука обхватила ее запястье. — Простите, я не танцую,— отрезала Монтелли, пытаясь высвободиться, но ее уже втянули в вихрь движущихся тел. Из-под маски на нее смотрели знакомые насмешливые глаза. — Каждый танцует, дорогая принцесса, не стоит выдиляться,— проговорил весело подмигнул мужчина, и его голос, безумно знакомый и веселый, прорезал грохот музыки. Это был Брант. — Что ты здесь делаешь? — тихо прошипела девушка, стараясь, чтобы ее улыбка для посторонних выглядела естественной. — Ищу вдохновение для новой пьесы, как и просила Роччия. "Аукцион масок" или... Может "Как принцесса чуть не привлекла чужое внимание"? — Брант закружил девушку, заставляя бархатный подол платья взметнуться, — Сюжет, полный страстей и предательства. А еще танца. — Перестань играть хоть на минуту, — Карлотта тяжело вздохнула, чуть сжав чужую ладонь, — Что ты тут забыл? Будь серьезней, иначе я укорочу твой длинный язык и пришью к твой шляпе.       Брант лишь рассмеялся, этот смех тонул в грохоте музыки. — О, я уже весь дрожу от страха, моя принцесса. Но... Лучше посмотри туда, — юноша вновь закружил юную Монтелли и затем резко замер в таком положении, чтобы дать девушке оглядеться. Карлотта нахмурилась. Маска кабана, прижавшаяся к колонне, словно пыталась слиться с мрамором. Луиджи Фрескобальди выглядел еще более растерянным и напуганным. — А теперь смотри туда, — капитан наклонился так близко, что губы едва ощутимо коснулись чужого уха, — Он боится. Боится до дрожи в коленках. Но не тебя, ведь принцесса пока не была им обнаружена. Он смотрит на него.       Брант легким движением головы указал на высокого мужчину в элегантной маске волка, стоявшего по другую сторону зала. Тот с холодным, оценивающим видом наблюдал за Фрескобальди. — Кто это? — невольно вырвалось у Карлотты. Точно ни кто-то из Монтелли. Она всегда одна разбиралась с должниками. — Конкурент? Бывший коллега? Возможно, тот, кому он должен еще больше, — предположил Брант и пожал плечом, — Так что теперь план, принцесса? Подойти, ткнуть ему пистолетом в бок и потребовать чек? Или... — он замялся, и в его глазах заплясали чертики, — Сыграть в его игру? Посмотреть, что за вазу с нимфами он выставит, и купить товар за бесценок, пригрозив раскрыть его личность перед теми, кто возможно также хочет его устранить, если он откажется? А потом разбить ее у него на голове? О, это будет великолепная сцена!       Карлотта задумалась. План Бранта неплох, очень заманчив, хоть и не в ее стиле. А еще этот волк... — Может, стоит подождать, — улыбнулась Монтелли, сглегка сощурившись, — Посмотреть, как высоко он взлетит, прежде чем упасть.       Брант сиял от восторга. Кажется, не держи он в своих руках девушку, то поапладировал бы. — Браво! Моя принцесса учится интриге! Позвольте тогда предложить руку и маску кавалера для дальнейшего наблюдения. И... — капитан труппы Дураков мягко коснулся губами руки в перчатке, — наконец провести время вместе?       Юноша снова подмигнул. Карлотта улыбнулась в ответ. Фрескобальди не уйдет от нее. В отличии от возможности побыть с этим невыносимым пиратом. — Хорошо, — согласилась она и прижалась к Бранту всем телом, положив голову на чужое плечо, — Но одно неверное слово, одна шутка не в тему или раскрытие... — ...и мой язык станет декоративным элементом твоего будущего гардероба, я помню, — закончил за нее юноша, прижимая девушку к себе, словно та была самым дорогим сокровищем, и чмокнул в макушку, — Не волнуйся. Я не испорчу сегодняшний спектакль. Лучше давай пока посмотрим, как сыграют они.