Дочь Келла тьмы

Война переместилась туда, где пули бесполезны. В сознание. Сияющий Улей крал Свет у наших Стражей, запирая его в ментальных тюрьмах. Чтобы остановить их, Каятль предоставила нам своих Псионов. А я предоставил "железо". Мы находились в ангаре ШЛЕМ (H.E.L.M.). Вокруг стояли капсулы жизнеобеспечения Псионов. Лорд Саладин и Ворон стояли над картой операций. Напряжение между ними можно было резать ножом. — Мы не можем пытать их! — Ворон сжимал кулаки. — Это пленные! Они верят, что защищают свой дом, как и мы! — Они — монстры, которые вырезали человечество веками! — гремел Саладин. — У них нет прав, Ворон. Есть только данные, которые нам нужны. Я стоял между ними, калибруя Синаптическое Копье. Это устройство выглядело как хай-тек посох, светящийся синей пси-энергией. — Устройство готово, — прервал я их спор. — Оно позволит Стражу проецировать свое сознание в Mindscape (Мир Разума) Улья. Там вы сможете разорвать связь и убить их ментальные проекции. Ворон посмотрел на меня с предательством во взгляде. — И ты, Ирикс? Ты помогаешь строить машину для лоботомии? — Я помогаю закончить войну, Птичка, — тихо ответил я. — Улей использует Свет как оружие. Мы отвечаем тем же. Это грязно. Это мерзко. Но это эффективно. Ворон отвернулся и ушел. — У парня мягкое сердце, — проворчал Саладин. — Это его погубит. — Или спасет нас всех, когда мы озвереем окончательно, — парировал я, передавая копье Стражу. — Будь осторожен там, в астрале. Если умрешь во сне — умрешь и здесь. Матрица, знаешь ли. Операция началась. Я следил за показателями на мониторах. Я видел, как Псионы Каятль проникают в разум Лейтенанта Улья. Я видел их методы. Они не просто читали мысли. Они ломали волю. Они причиняли боль, которая не оставляла шрамов на теле, но выжигала душу. Мой интерфейс показывал скачки нейронной активности жертвы. Это была агония. Я вышел из операционной, чтобы закурить (или просто подышать фильтрованным воздухом). Я встретил Ворона в коридоре. — Ты прав, — сказал я ему. Он поднял голову. — Что? — Это неправильно. Мы пересекаем черту. Саладин думает, что цель оправдывает средства. Но если мы станем как Улей... зачем тогда побеждать? — Я должен остановить это, — прошептал Ворон. — Не делай глупостей, — я схватил его за руку. — Саладин — Железный Лорд. Каятль — Императрица. Если ты полезешь на рожон, тебя раздавят. — Кто-то должен остаться человеком, Ирикс. Даже если этот кто-то — бывший Принц Пробудившихся. Он вырвал руку и ушел. Я смотрел ему вслед, чувствуя, как надвигается катастрофа. Я знал канон. Я знал, что он отключит машину. И я знал, что Псион погибнет. Я мог бы остановить его. Сказать Саладину. Но я промолчал. Потому что иногда ошибка — это единственный способ вырасти. Интерлюдия V: Лорд Саладин Саладин Фордж смотрел на экраны мониторов. Псионы работали эффективно. Он вспоминал Темные Века. Времена, когда Железные Лорды сражались с тиранами. Тогда не было места жалости. Жалость означала, что деревня, которую ты защищаешь, сгорит. Он видел взгляд Ворона. Взгляд щенка, которого пнули. — Он слаб, — подумал Саладин. — Он видит в враге себя. Это опасно. И эта Эликсни... Ирикс. Она дала им оружие, но её глаза были холодными. Она не одобряла методы, но делала работу. Прагматик. Как Эфриди. — Война меняет нас всех, — пробормотал Саладин. — Вопрос лишь в том, что останется, когда осядет пепел. Он не знал, что скоро ему придется заплатить самую высокую цену за уроки, которые он преподал Ворону. Цену своей свободы.