Глава 2
1 февраля 2026 г., 15:57
Глава 2
Несбыточные мечты
Город-крепость Крон-Йорк был расположен в удачном месте: несколько крупных торговых путей, полная защита от империи, большой пологий холм и очень много рвов с водой не позволяли подойти к нему, раньше не позволяли. В городе было военное положение. Он пока не был под осадой, но защита против численно превосходящего противника была ужасна: почти ничего не могло остановить тяжелые танки, средние и легкие были уже уязвимы, но брали количеством. Глава славного ныне, а теперь уродованного войной города, был в своем кабинете, но очень хотел быть не в нем.
-Господин Мару, у меня срочное поручение. - донесся голос из-за двери.
-Заходи. - ответил седой, худощавый и старый мужчина.
-Господин мару, 10 минут назад из портала выбрались двое неизвестных. Один из них не человек, из отряда военизированной полиции. Другой наемник, с подтвержденным жетоном, что прикажете делать? - это сказал его помощник и секретарь, вошедший в кабинет.
-Неужто из того самого? - удивления у старика было не занимать.
-Так точно.
-И каково их состояние? - у него и так не было людей даже для защиты жизненно важных узлов снабжения, и получить прошедших через то место, и явно закаленных солдат он очень хотел.
-Плохое, но стабильное. Даже с тем лечением, какое мы оказываем, у них все равно состояние остается плохим.
-Как встанут на ноги сразу ко мне.
После очередного настолько конченного и ублюдочного, по словам самого Мару, дня он пошел в больницу. Их состояние было довольно хорошим: все ожоги были неглубоки, один был без глаза, причем рана была довольно свежей.
-С этим пока что покончено, Капитан Райли, отправьте очередной запрос на подкрепление в штаб. - проговорил старик, уходя наконец домой.
-Так точно - проговорил молодой солдат.
После этого прошло две недели: все становилось только хуже, несмотря на то что видели это только отъявленные стратеги и высшие чины, находящиеся в городе.
-Ааааххххх, голова! - кота начало корежить и он постепенно приходил в сознание. После этого события прошел месяц: оба очнулись и становились все лучше с каждым днем. Старик навестил их и выспросил о их появлении здесь. Сем долго не мог вспомнить произошедшего после взрыва, Альберт в свою очередь вообще не мог ничего вспомнить, но вот когда вспомнил на нем не было лица: пустые глаза, отсутствие эмоций и скованность в движениях, эмоциях и сознании.
На следующее утро поступил безумный приказ: они должны были начать атаку на один из флангов противника, начать атаку, истощенным гарнизоном начать атаку. Следующие пять минут Мару точно и очень метко ставил диагноз командующему, смирившись с такой несправедливостью он начал готовить войска.Сема и его сослуживцев перевели в штурмовиков. На рассвете прозвучали свистки, начался обстрел, командиры получали последние указания по радиостанциям. Атака ознаменовалась неровными рядами штурмовиков, точнее обычной пехоты за неимением вышеназванных. Сем был в третьей линии такой пехоты и в первую линию укреплений он заходил под конец штурма. Картина неба, охваченного смольным дымом и падающими везде самолетами, была величественна и незабываема. Незабываема до тех крайне странных снарядов. Почему странных? Потому что при детонации они извергали из себя огромные клубы белого дыма, за считанные минуты окутавшего все километры окопов. Сем был рад из-за не выкинутого противогаза, наивно защищавшего только его лицо. Читатель по последнему предложению уже вполне мог догадаться что после попадания Сема в облако он, получивший кучу химических ожогов, вылетел оттуда. На удивление не только читателя, но и автора он выжил. Впрочем выжил не только он, и поэтому атака не была проигрышной. Одна из двух ударных армий на том направлении была разбита полностью, наступление остановлено, крепость укреплена дополнительным гарнизоном. Мару, культурно употреблявший спиртные напитки, был крайне рад победе и, казалось, даже просто пил, а не оплакивал своих солдат. Как выяснится позже он сразу же подал в отставку и оформив себе пенсию уехал очень далеко от фронта, что его не спасет от обороны гниющего города, но об этом позже. Сем, в свою очередь, был приписан к гарнизону крепости и служил там еще несколько дней, а вот что было потом сейчас мы и узнаем. В один прекрасный день Сем спал в казарме и даже не подозревал о начинающемся хаосе. Один артиллерийский залп и Сем уже находился, находился, да вряд ли бы хоть кто нибудь мог сказать где он находился: был он у стены, скорее впечатанный в стену, вокруг все горело и был грохот, сотрясавший землю. Взяв неподалеку лежащую винтовку, он выбежал из казармы и оценил обстановку: во всю был штурм, стены еще не были пробиты, а защитники яростно тратили патроны и были на удивление яростны. Сем, уже собиравшийся лезть на стену, увидел вспышку и пустоту. Крепость пережила эту ночь, но ее состояние было ужасно: вся первая линия стен была разрушена полностью, все дома за ней были уничтожены, абсолютно все было завалено трупами и техникой, ракета, попавшая в северную часть города, оставила там только горелые останки от домов, выбитую в обратную сторону стену и обгорелые трупы. Сем был, был, ну где то он явно был: подвальное помещение с некачественным трубопроводом, хмм. Как оказалось позже такого рода помещения - это хорошее бомбоубежище и он просто был в госпитале. Его с остальными эвакуировали следующей ночью, разумеется с присущем ему везением: обстрел орудиями, езда в грузовике с открытым верхом по линии соприкосновения, маслина и потеря сознания. Очнулся он в раю, так стоп, не тот сценарий, заново. Очнулся он в госпитале, на этот раз он был далеко от линии фронта и мог спокойно лечиться, не опасаясь новый отверстий в теле. В один из дней Сем заметил странность: дверь к Альберту была закрыта, закрыта! Не думая о плохом Сем позвал доктора, о плохом Сем мог думать лишь потому что замков в дверях вообще не было и подставить под дверь что либо было уже подвигом. Дверь полчаса пытались открыть бережно, но потом просто выбили. картина стояла перед всей толпой, стояла и навевала жуткой и меланхоличной аурой: Альберт лежал в постели, одна из рук свисала с кровати, обнажая продольный порез, позже во второй руке был найден нож. Застывшая на его лице боль, бледность и резкий запах крови мог бы даже пошатнуть психику всех видевших, но это никак не равнялось с ужасами, происходившими в те же минуты на передовой. Впрочем не об этом, Автор хотел бы сделать небольшой скачок во времени, который хоть и будет лишним и несвойственным сюжету, но все таки необходимым для самого Автора. Сем с трудом шел по заснеженной пустыне, постепенно выматываясь все сильнее и сильнее, он наконец заметил очертания города:
-Да ладно, КХМ КХМ Автор до предела попытается воздержаться он порчи своего произведения нецензурной лексикой, хотя она и была и еще будет. Только теперь Автор может сказать: -А что такого случилось сейчас мы и узнаем. Сема очередной раз выписали из очередной больницы и после восстановления его очередной раз посадили в грузовик, не предвещавший ничего хорошего. Непонятно каким образом им устроили засаду, в подконтрольном им мире, засаду. Вылетая из груды металла, расстрелянной и неспособной больше к функционированию, Сем явно чувствовал что ни добром, ни смертью это не кончится. Хоть сопротивление и казалось бесполезным, но приносила свои плоды: затягивание боя приводила к неспособности врагов, позже оказавшихся местными жителями, вести долгую перестрелку и бегству. Тут Сем и увидел разлом: пространственный разлом, совсем прям ничего необычного, казалось бы. Да, читатель уже мог догадаться что рядом с ним прилетел снаряд и Сем упал в разлом.
