Круги на воде

Ки Хун проснулся от глухого завывания ветра и ужасной головной боли. Он выпутался из кокона, в который превратилось за ночь его одеяло, и перекатился на край кровати. Постель была холодной как лёд. В комнате гулял сквозняк, а деревянные оконные рамы скрипели от каждого резкого порыва ветра. Ки Хун надел рубашку, а затем натянул поверх неё ещё и свитер. Ужасно хотелось пить. Он вышел в коридор, сжимая холодные костыли подмышками. Комната за лестницей была открыта. Сейчас она больше напоминала кладовку на первом этаже, хотя, по словам Хён Су, когда-то была гостевой спальней. По неизвестной причине в ней никто никогда не наводил порядок, а старый хлам постепенно смешался с новым, появившимся за последний месяц. Ки Хун прошёл мимо ванной, заглянул в комнату и обнаружил внутри Ин Хо. — Доброе утро. — Он вытащил в коридор обогреватель. — Ты в порядке?  — Похмелье, — коротко ответил Ки Хун. — Почему так холодно?  — Циклон накрыл остров, электричество отключили. Сейчас закончу здесь и займусь генератором. Ки Хун спустился вниз. Из комнаты Хён Су доносились приглушённый шум — мальчишка уже не спал. — Доброе утро, господин. Видели, что творится на улице? — Хён Су сбегал в постирочную и принёс полотенца. — Похоже, вода попала в комнату через трещину в раме. — Мальчишка указал на большую лужу у окна. Несмотря на пульсирующую головную боль, Ки Хун помог убрать воду в комнате мальчишки, а ещё на кухне и в бойлерной. Ин Хо запустил генератор, включил обогреватели и принялся готовить завтрак. — Пойду, отнесу госпоже Ли канистры с топливом, — сказал Хён Су, закончив с уборкой, и скрылся в коридоре. Ки Хун опустился на стул рядом с коляской, где спала Со Вон, и закрыл глаза. Пульсация грозилась вот-вот перерасти в головную боль. Ин Хо, как назло, невыносимо громко гремел посудой и раздражающе стучал ножом по деревянной доске. — Почти готово. Через несколько минут кухню окутала приятный аромат говяжьего бульона и чеснока. Ин Хо разлил суп по тарелкам и сел за стол.  — Ешь, тебе станет легче. Это хэджангук.  Несмотря на то что Ин Хо использовал пакетированный бульон, суп получился, как всегда, идеальным.  — В армии один парень постоянно его готовил, — сказал Ки Хун, с каждой ложкой ощущая, как к нему возвращаются силы. — Спасибо.  Некоторое время они сидели в тишине, которую нарушало лишь звяканьем ложек и шум дождя за окном. Со Вон уронила соску на одеяльце, сморщилась и начала хныкать. Её ручка непроизвольно потянулась ко рту. Ки Хун аккуратно вернул соску на место и тяжело вздохнул. Давно он не просыпался таким разбитым. — Чёрт, зачем я так напился… — он поднял тарелку повыше и бросил на Ин Хо осторожный взгляд. — И ты тоже. — У меня всё было под контролем, — ответил Ин Хо. — Ну да, конечно, — фыркнул Ки Хун. Воспоминание о горячем дыхании на шее тут же заставило его тело покрыться мурашками. Очередной порыв ветра ударил в окно. Входная дверь хлопнула, Хён Су вернулся насквозь мокрый и сразу же направился вглубь дома. — Переставил фургон с подветренной стороны дома, — мальчишка высунулся из ванной, вытирая мокрые волосы. — Хотел накрыть кузов брезентом, но его сорвало и потащило вниз по склону. Пока ходил за ним, промок до нитки. — Теперь нам и впрямь придётся дождаться, когда погода наладится, — Ин Хо нарочно поймал его взгляд.  Ки Хун возмущённо поднял брови. Какого чёрта? Он ведь не виноват, в том, что погода сошла с ума. — Зато у тебя есть время передумать. Насчёт Двести сорок шестого, — он допил остатки бульона и поднялся из-за стола. Поездку на электростанцию тоже пришлось отложить. Они решили подождать, пока стихнет ветер, и на острове снова появится общее электричество. И понадеялись, что генератор пока протянет без новых шлангов. Снова сидеть взаперти оказалось непросто. Ин Хо решил бороться со скукой домашними делами. После завтрака он устроился на кухне и зашуршал упаковками с замороженными овощами, перебирая и подсчитывая запасы. Сначала Ки Хун лишь наблюдал за его кипучей деятельностью со стороны, но вскоре сам подзарядился этой энергией и с энтузиазмом перемыл всю посуду. После обеда Ин Хо принёс из постирочной чистую одежду, а Ки Хун принялся складывать по ящикам бесконечные ползунки и распашонки. Они почти не разговаривали друг с другом, а просто находились рядом, погружённые в собственные размышления. Вечером, переделав кучу дел, Ки Хун устало опустился на стул в комнате Хён Су. Мальчишка принёс облепиховый чай и уселся рядом. Они обсудили погоду, самочувствие Со Вон и заговорили о вчерашнем вечере у старика Нама. — Спасибо вам, господин Сон, — проговорил Хён Су. — Не думай, что дело только в игроке, — попытался объясниться Ки Хун. — Плыть и правда было опасно и…  — Я не об этом, господин. Вчера за ужином я как будто снова увидел хёна таким, как раньше. Спасибо за эту возможность. — Не думаю, что это как-то связано со мной. — Из-за вас он меняется. — Меняется? Ты шутишь? Он планирует убийство. Я уже устал гадать, что творится у него в голове. — Ки Хун невесело усмехнулся. — Сегодня он хочет убить выжившего игрока, а завтра? Решит снова начать Игру? — Этого не случится. — Не понимаю, откуда такая уверенность. — Вчера вы наблюдали за хёном, — мальчишка неожиданно сменил тему. — И выглядели, не знаю… — Хён Су задумался и отхлебнул из чашки, — взволнованно?  — Я ломал голову, как отговорить его от идиотской идеи с материком, — уверил его Ки Хун. — Я решил, что это из-за нуны. — Из-за племянницы? — Ки Хун обхватил стакан с чаем двумя руками и поднёс его к губам, пытаясь спрятать горящие щёки. — Причём тут она? — Не стоит о ней беспокоиться, господин. — Чепуха какая-то… Не понимаю, о чём ты, — бросил Ки Хун как можно безразличнее.  — Простите, мне просто показалось, что вы расстроились, — мальчишка загадочно улыбнулся и устало потянулся. — Ну что, пора ложиться? Ки Хун оставил Хён Су и поднялся наверх. Странный вышел разговор. Он выглядел взволнованным? С чего бы. Болтовня о рыбалке была невыносимо скучной, и он просто пялился перед собой. Кто виноват, что Ин Хо сидел прямо напротив и явно наслаждался беседой с племянницей старика? Глядя на них, Ки Хуну пришло в голову, что мужчина постарше и молодая женщина неплохо смотрятся вместе. Вот и всё.  В комнате на полную мощность работал обогреватель, похоже, Ин Хо принёс его, пока они с Хён Су болтали внизу. Со Вон в колыбели не было, поэтому Ки Хун проверил комнату напротив, но и она оказалась пуста. Он нахмурился, вернулся в коридор и вдруг услышал голос, который доносился из ванной. Пока все идут — он мчится вперёд, Пока все молчат — он смело зовёт… Любопытно вытянув шею, Ки Хун заглянул за приоткрытую дверь и увидел, что Ин Хо меняет Со Вон пелёнки. Он возился с упаковкой влажных салфеток, иногда отвлекаясь, чтобы пощекотать пухлую щёчку малышки, и бормотал какую-то старомодную песню. Ки Хун замер на месте, рассматривая этих двоих. Со Вон вдруг нахмурилась и открыла рот, собираясь заплакать, а Ин Хо достал из кармана погремушку, снова запел какой-то другой куплет: Быть лучше многих — его удел,  Получает всё то, что едва захотел,  Говорят, побеждает он, будто король, Его блеск — это Thunderball.  Ки Хун не раз видел, как Ин Хо заботится о малышке, но не думал, что наедине с ней он ведёт себя так… свободно, позволяя себе быть смешным и нелепым. И любую добиться готов без труда И разбить её сердце, забыв навсегда...  Ки Хун наконец-то припомнил забытые слова и толкнул дверь костылём.  — Поверить не могу! Думаешь, Том Джонс сможет успокоить младенца? — проговорил он, еле сдерживая смех. Ин Хо тут же замолчал и бросил в него убийственный взгляд, но это ещё больше его рассмешило. — Какая разница, что петь, — Ин Хо выбросил грязные салфетки, завернул малышку в маленькое одеяльце и направился к выходу. — Она всё равно не понимает смысла слов. Ки Хун, всё ещё ухмыляясь, пропустил его в коридор и поковылял следом. — В детстве я обожал фильмы про Бонда. А ты? — он плюхнулся на кровать и принялся натягивать на Со Вон мягкий домашний комбинезон. Ин Хо сделал пару кругов по комнате, передвинул обогреватель поближе к кровати и устроился рядом. — Конечно. Как любой мальчишка нашего поколения. — Так вот почему ты стал полицейским, — снова поддел его Ки Хун. — Вообразил себя Шоном Коннери? — А что, мне разве не идут рубашки? — Ин Хо выпрямился, с вызовом поправил воротник, изображая высокомерие, и наконец усмехнулся. — Какой у тебя любимый фильм? Ки Хун застегнул комбинезон, надел на Со Вон шапочку и стал укачивать малышку на руках. — Хм… «Лунный гонщик». — О, самолёт, ракета и сцена с питоном… — оживился Ин Хо, припоминая сюжет.  — Да, сцена с питоном! Я просто визжал от страха, когда увидел её в первый раз! — подхватил Ки Хун. — Эта чёртова змея пугала меня даже во сне. А тот прыжок с парашютом? И Челюсти казался мне таким опасным типом… Все мальчишки во дворе обожали этот фильм. В каком районе ты рос? — Во втором Кальхёне. — Что ты ещё смотрел? «Золотой пистолет»? «Осьминожку»?  Ин Хо тихо рассмеялся, кивнул и осторожно забрал уснувшую Со Вон. Ки Хун устроился поудобнее и завернулся в одеяло. — Первым я увидел «Шаровую молнию», — сказал Ин Хо и уложил малышку в кроватку. — Но мне нравятся фильмы, которые вышли гораздо позже. Про казино, например. — Расскажи, о чём он. Они так увлеклись обсуждением, что не заметили, как совсем стемнело. Ин Хо ушёл к себе, а Ки Хун лёг спать прямо в одежде, завернувшись не только в одеяло, но и в плед. Только он задремал, как в комнате раздался странный звук. Ки Хун открыл глаза и некоторое время просто прислушивался, вглядываясь в темноту. Кап. Кап. С потолка капала вода. Ки Хун поднялся и увидел на полу рядом с кроваткой Со Вон лужу. Он встал, подвинул колыбель, стараясь не разбудить спящую малышку, и пошёл в постирочную за полотенцем.  Ки Хун вытер лужу, но капли снова принялись стучать по половице. Он немного подумал, а затем сложил ткань в несколько слоёв и кинул туда, куда попадала вода. Звук стал тише. Ки Хун лёг обратно в постель, закрыл глаза и провалился в сон, но снова проснулся оттого, что крупная капля угодила ему прямо в лоб и потекла по лицу. На этот раз он чертыхнулся в голос и раздражённо откинул одеяло. Полотенце на полу уже полностью пропиталось водой, вокруг него появилась новая лужица. Ки Хун похромал в ванную, взял пластиковый таз и кое-как выбрался с ним в коридор. Ин Хо, похоже, проснулся от шума и высунулся из своей комнаты: — Что случилось? — Вода льётся с потолка. — Что? Он вошёл в комнату вместе с Ки Хуном и тут же произнёс: — Вот чёрт. Ки Хун убрал намокшую подушку и поставил таз на кровать. Новая капля стукнулась о пластиковое дно. — Здесь невозможно спать. Пойдём, — сказал Ин Хо. — Куда? — Ко мне. Я перенесу колыбель. Переночуете у меня, а завтра разберёмся с потолком. — Ну уж нет, — сразу же заупрямился Ки Хун. — Всё нормально. — Нормально? Ты никогда не делаешь то, что тебе говорят, да? Ладно, оставайся здесь. Только выключи обогреватель, не хочу, чтобы ты устроил короткое замыкание. — Ин Хо развернулся и вышел. Ки Хун уставился на лужу на полу. Она уже начала медленно расползаться, подбираясь к ножкам обогревателя. Ин Хо был прав — оставаться в комнате было небезопасно. Ни для него, ни для Со Вон. Новая капля сорвалась с потолка и с глухим стуком приземлилась в таз, заставив его дёрнуться и послушно похромать в коридор. Ки Хун заглянул в комнату напротив. Кресло и журнальный столик уже были сдвинуты к окну, а на кровати лежала вторая подушка. — Думаю поставить колыбель сюда, что скажешь? — самодовольно произнёс Ин Хо.   Ки Хун закатил глаза. Очевидно, он не нуждался в его мнении. По голосу этого кретина было понятно, что он просто упивается чувством собственной правоты. Ин Хо перетащил колыбель Со Вон и обогреватель в комнату. Напоследок он забрал одеяло и плотно закрыл дверь. — Я переночую здесь, — Ки Хун плюхнулся в кресло и скрестил руки на груди, готовый спорить. Ин Хо одарил его нечитаемым взглядом, вздохнул и бросил ему одеяло: — Как хочешь. Не проронив больше ни слова, он подвинул обогреватель поближе к колыбели и вернулся в постель.  Кое-как устроившись в кресле, Ки Хун уставился на фигуру в темноте — он никогда не видел Ин Хо спящим. Он скользнул взглядом по шее и плечам и поспешно отвёл глаза. Всё из-за чёртовой протечки в его комнате. Почему он смущается? Это Ин Хо должен испытывать неловкость после того, как прижал его к дверному косяку на террасе у Нама. Однако Ин Хо лежал на удобной кровати и, похоже, не ощущал ни стыда, ни раскаяния. Ки Хун заёрзал в жёстком кресле. Мышцы заныли, но он тут же отогнал мысль о том, чтобы перебраться в кровать. Ин Хо, как нарочно, оставил для него место с краю, но... Нет, он не станет ночевать с ним в одной постели. Даже если придётся спать в проклятом кресле целую неделю. Он взглянул в окно, пытаясь угадать, скоро ли наступит утро, а затем натянул одеяло повыше и закрыл глаза.

***

— Может, хватит ходить туда-сюда? У неё обычное раздражение. Ин Хо выдавил на ладонь немного жирного крема и принялся осторожно втирать его в спинку Со Вон. Похоже, ночью малышка сильно вспотела, отчего нежная кожа покрылась красными пятнами. — Я знаю, — нервно проговорил Ки Хун и ещё раз прошёлся от окна до двери.  Он был не в настроении с самого утра, полдня слонялся без дела и жаловался на всё подряд. А теперь раздражающе мелькал перед глазами. Ин Хо отложил тюбик с кремом на тумбочку и отправился за чистой распашонкой. В комнате Ки Хуна ничего не изменилось: вода по-прежнему капала с потолка. Они так и не смогли выйти наружу и посмотреть, что случилось с крышей, — ветер яростно бил в окна, предупреждая, что лучше не испытывать судьбу. Чёртов циклон сорвал все его планы. Чутьё подсказывало Ин Хо, что следует поскорее устранить тех двоих. Двести сорок шестой мог пойти в полицию. А Одиннадцатая? Что могло быть на уме у этой девчонки? Если они объединились или узнали у Старшего Офицера какие-то личные данные… Тогда один лишь чёрт, мог знать, на что они способны. Ин Хо должен был вернуть себе контроль. Снова почувствовать власть над ситуацией. Ин Хо вернулся со стопкой влажных вещей и разложил их на кровати. Он задумчиво посмотрел на Ки Хуна, который застыл у окна. До того, как циклон накрыл остров, Ин Хо успел получить сообщение. Оно пришло, когда они возвращались с ужина домой.  Мне дали знать, что вы нуждаетесь в моих услугах. Сделаю всё необходимое. Быстро и чисто. Подтвердите готовность сотрудничать переводом аванса по ссылке. После — обсудим детали. Ин Хо собирался ответить, но голова Ки Хуна коснулась его плеча, и он почему-то отключил телефон и убрал его обратно в карман.

***

Ки Хун настоял, что нужно побыстрее выяснить, как вода добирается до потолка. Хён Су предложил разобрать вещи в комнате за лестницей и освободить проход на чердак. Ин Хо убрал в сторону коробки со старым хламом, отодвинул сломанный комод и протиснулся вглубь комнаты. Кое-что он уже переставил, когда искал обогреватели; дело оставалось за малым — найти в этом кавардаке лестницу и расчистить пространство под проёмом, ведущим на чердак. Ки Хун сдвинул банки с краской и вошёл следом. Ин Хо не нуждался в его помощи, но решил не спорить и дал ему возможность помочь. По крайней мере, перекладывая вещи, Ки Хун больше не мог жаловаться на скуку.  Ин Хо попросил его поискать лестницу, а сам принялся укладывать мешки с утеплителем на старый покосившийся стеллаж. — Ты хмурый. И весь день бесишься из-за ерунды. Что-то болит? — Ещё бы. Сам бы попробовал провести ночь в кресле. — Ки Хун убрал в сторону бесполезный стул без ножки. — Может, тогда перестанешь валять дурака и ляжешь спать, как нормальный человек? — Ин Хо закончил с мешками и взялся за другой бесполезный хлам. — Да. Как только вернусь в свою комнату, — отозвался Ки Хун и отодвинул старую вешалку. Когда они нашли лестницу и разобрали беспорядок, Ин Хо наконец поднялся на чердак и осмотрел место протечки. Он почти сразу понял, в чём проблема.  — Похоже, с возвращением тебе придётся повременить. Черепица треснула. И утеплитель кое-где повреждён, — он выглянул из чердачного проёма, стряхивая с себя паутину и мелкие опилки. — Пока не починим крышу снаружи, менять его бессмысленно. Ин Хо спустился с лестницы и уже собрался убрать её за стеллаж, как вдруг задел какую-то коробку на верхней полке. — Осторожно! Он не успел понять, что происходит, как Ки Хун подлетел к нему и поймал что-то прямо над его головой. «Что-то» оказалось большой керамической вазой.  — Чёрт, она же могла проломить тебе голову! — Ки Хун перевёл дух и недовольно уставился на Ин Хо сверху вниз. Ин Хо забрал у него вазу и осторожно опустил её на пол. Его взгляд метнулся к костылям, которые остались стоять у входа в комнату. — Подожди, как ты… Они оба посмотрели на ногу в бандаже и замерли в недоумении. 

***

Старик Нам оказался прав: лодыжка Ки Хуна зажила всего за два месяца. Позабыв о пробоине в крыше, они вернулись на кухню и рассказали о случившемся Хён Су. Ки Хун, охваченный небывалым воодушевлением, сделал несколько неровных, неуверенных шагов без костылей. Мальчишка обрадовался не меньше его, горячо поздравил Ки Хуна с таким явным прогрессом и предложил отметить это событие праздничным рагу из картошки и рыбы.  После ужина Ин Хо уложил Со Вон и, не раздеваясь, забраться в ледяную постель. Ки Хун выключил свет, плюхнулся на край кровати и оставил костыли в сторону. Он посмотрел на Ин Хо таким взглядом, будто его загнали в угол, и улёгся на самый край кровати.  — Я хочу, чтобы ты отвёз меня к фельдшеру, когда погода наладится, — Ки Хун накрылся одеялом и отвернулся. — Надо наконец-то снять эту дурацкую штуку с ноги. — Ладно. Порыв ветра с грохотом опрокинул что-то на улице, а дождь забарабанил по крыше с новой силой. Ин Хо знал, что будет дальше: едва Ки Хун избавится от бандажа, тут же заговорит об отъезде. Он скользнул взглядом по чужой напряжённой спине и вгляделся в темноту. Детский мобиль, подвешенный над кроваткой Со Вон, плавно вращался в темноте. Синяя рыбка — кит, оранжевая — рыба-клоун, а серая — акула. Они медленно кружили друг за другом, обречённые вечно плыть поодиночке. А он готов снова остаться один? Ин Хо закрыл глаза и не заметил, как провалился в беспокойный сон. Когда он проснулся, за окном уже было утро.  Ин Хо несколько раз моргнул, привыкая к свету, и вдруг понял, что его крепко обнимают со спины. Он осторожно пошевелился и вспомнил, как вчера после ужина Ки Хун наконец согласился спать в постели вместо жёсткого кресла. Теперь он тихо сопел прямо ему в ухо, уткнувшись острым подбородком в плечо. Его ровные выдохи щекотали кожу на шее. Ин Хо осторожно коснулся чужой руки, обнимавшей его поперёк живота, и лениво провёл по ней пальцами. Ки Хун довольно замычал и начал просыпаться. Несколько секунд он, видимо, пытался сообразить, что происходит, а потом резко напрягся всем телом. — Доброе утро, — спокойно произнёс Ин Хо, не прекращая поглаживать его руку. — Отпусти.  — Я и не держу. Ки Хун испуганно отстранился, забирая с собой их общее тепло, а Ин Хо лишь зевнул и лениво потянулся. Просыпаться рядом с этим упрямым болваном оказалось чертовски приятно.  Ин Хо хотел приготовить завтрак, но генератор очередной раз зашумел и выключился. Он попытался перезапустить его, пока холодильник снова не потёк, но ничего не вышло. — Ну, что скажешь? Ты же в этом разбираешься, — обратился он к Ки Хуну, который стоял у него за спиной.  — Он больше не запустится. Нужно поменять топливные шланги и хомуты. Ин Хо захлопнул защитную решётку, поднялся и отряхнул колени. Только этого не хватало. Сначала вода с потолка, теперь генератор, что дальше? Его дом, как в детской сказке, унесёт чёртов ураган? Они вернулись на кухню, где Хён Су уже убирал со стола продукты. Мальчишка всё прекрасно понял до того, как увидел их недовольные хмурые лица.  — Поеду на электростанцию. Заберу всё, что нужно у племянницы Нама, — сказал Ин Хо, на ходу застёгивая рубашку.  — Ты видел, что творится снаружи? — Ки Хун махнул рукой в сторону окна.  — Без генератора у нас не будет ни света, ни горячей воды, ни тепла, — Ин Хо прошёлся по кухне. — Посмотри, плита теперь тоже не работает. Как мы будем кормить Со Вон, ты подумал? — Давайте я съезжу, — предложил Хён Су. — Нет, — отрезал Ин Хо и поправил тонкую хлопковую шапочку на голове Со Вон. — Съешьте что-нибудь и проследите, чтобы малышка не замёрзла.  Пока Ин Хо собирался, Хён Су сто раз повторил, чтобы он был осторожен. Ки Хун ничего не сказал, но вышел в коридор проводить. Наверняка ему до смерти хотелось поспорить, но даже он понимал: нельзя оставлять Со Вон без еды и тепла. — Я быстро, — Ин Хо скользнул взглядом по хмурому лицу, подавил нелепое желание прикоснуться и выскочил под дождь.  Ин Хо оставил позади поселение и поехал по мокрой узкой дороге. До электростанции можно было легко добраться за двадцать минут. К обеду они разберутся с генератором и будут спокойно ждать, когда погода наладится. В комфорте и тепле. Началась гроза. Дождь хлынул с новой силой. Ин Хо ускорился, на повороте огибая скалистый выступ. Машину тряхнуло. Он взглянул в окно. Вдалеке бушевало море. Тяжёлые волны одна за другой накатывали на берег, пенились и с рёвом разбивались о скалы. Впервые на его памяти остров оказался во власти такого сильного циклона.  Вдруг его ослепила яркая вспышка, всё вокруг задрожало, прямо над головой прокатился оглушительный раскат грома, а за ним раздался страшный треск. Ин Хо выкрутил руль и дал по тормозам. Шины завизжали. Виски сдавило страхом. Он зажмурился, чувствуя, как теряет управление. Портер проскользил несколько метров, опасно качнулся, рискуя завалиться набок, и остановился в полуметре от упавшего на дорогу дерева. Ин Хо резко выдохнул и уставился на собственные руки, крепко сжимающие руль. Он медленно разжал их, отстегнул ремень безопасности и вылез из машины. Узкую дорогу между холмами перегородило поваленное молнией дерево. Ин Хо несколько раз осмотрел его, даже попытался сдвинуть с места, но вернулся в машину ни с чем. Путь был заблокирован. Он завёл портер и отогнал его на обочину. Возвращаться назад не было смысла, никто из местных всё равно не станет убирать дерево в такую погоду. Ин Хо посмотрел на чернеющий под дождём ствол и вздохнул. Выбора нет. Он забрал ключи и вышел под дождь.  В итоге дорога до станции заняла целый час. Насквозь промокший Ин Хо распахнул ржавую калитку и шагнул за ограду. Из маленькой деревянной будки тут же высунулся охранник: — Боже, господин! Что вы здесь делаете в такую погоду? Ин Хо объяснил, кто он и что ему нужно. Как выяснилось, племянница Нама ждала его всю вчерашнюю смену; сегодня же из-за штормового предупреждения на станции никого не было, кроме дежурного и ремонтника. Укрывая голову от дождя, охранник проводил Ин Хо в здание и позвал сотрудника. Дежурный в ужасе всплеснул руками при виде промокшего до нитки Ин Хо. Мужчина отвёл его в раздевалку, дал сухое полотенце и футболку. — В сужении упало дерево. Пришлось идти пешком. — Ин Хо переоделся и терпеливо повторил всё, что уже рассказал охраннику. Он старался не дрожать от холода и не обращать внимания на мокрые, прилипшие к лицу волосы. Дежурный принёс шланги, которые оставила для него племянница Нама, а ремонтник нашёл новые хомуты. — Вам бы как следует обсохнуть. Может, останетесь до завтра? — спросил дежурный, когда Ин Хо засобирался обратно, не просидев у обогревателя и часа. — Нет, я тороплюсь. Спасибо за помощь, — он натянул едва просохшую рубашку и куртку. — Пожалуйста, сообщите о дереве на дороге, как только связь восстановится. Сотрудникам станции запрещалось покидать пост, так что пришлось возвращаться к фургону пешком. Ин Хо шёл в тонком дождевике, который дал ему охранник, представляя, как дома Хён Су будет до самого вечера читать ему нотации. А как будет кричать старик Нам при следующей встрече? Точно назовёт его глупым мальчишкой. А Ки Хун? Интересно, что он скажет?  Ин Хо поскользнулся на мокрой дороге. Ладно. Чёртово дерево не рухнуло на крышу фургона, сам он не разбился, не свернул себе шею, всего лишь прогулялся до станции в грозу. Он натянул капюшон дождевика дрожащими от холода пальцами и, выбросив все мысли из головы, прибавил шаг. Дома было темно и холодно. Но всё же лучше, чем под дождём. — Замёрз как чёрт, — проговорил Ин Хо, почти без сил ввалившись в коридор. — Ну наконец-то, — воскликнул Хён Су и оглядел его с ног до головы, — хён, да ты насквозь мокрый!  Хён Су бросился за полотенцем, а Ин Хо принялся стягивать тяжёлую, дважды насквозь промокшую куртку. Из подсобки, где стоял генератор, появился Ки Хун. Он выглядел по-настоящему взволнованным. Не говоря ни слова, он вцепился в мокрый рукав и потянул его на себя, помогая Ин Хо раздеться.  — Почему так долго? Что случилось?   — Небольшая заминка на дороге, — сказал Ин Хо.  В ответ Ки Хун нервно сдёрнул куртку с его плеч. Ин Хо закатил глаза и добавил:  — Дерево упало. — Ты попал в аварию? — Нет, просто занесло. Ничего серьёзного, но объехать не вышло. Я оставил машину и… — И пошёл пешком? — перебил его Ки Хун. — Ты совсем рехнулся? — Ки Хун, отстань. Сейчас не до этого, — устало отмахнулся Ин Хо и принялся снимать ботинки. — Лучше займись генератором. — Он указал на мокрый пакет на полу.  — Ты хоть подумал… — О чём? — раздражённо отозвался Ин Хо. — Я должен был достать эти чёртовы шланги. И точка. Почему ты злишься? — Я не злюсь, — Ки Хун вынул из пакета новые трубки и металлические хомуты. — Мы уже решили, что ты разбился о скалы или утонул в море. — Громко фыркнув, он отвернулся и похромал к генератору.  Ин Хо взял у Хён Су полотенце и поднялся в свою комнату, чтобы переодеться. Он наконец избавился от мокрой одежды и почувствовал себя гораздо лучше. Конечно, больше всего он мечтал принять горячий душ, но для этого нужно было дождаться, когда Ки Хун починит генератор. Ин Хо застегнул чистую сухую рубашку и спустился на первый этаж, чтобы узнать, как обстоят дела. Ки Хун сидел в темноте, зажав между коленей маленький фонарик, и пытался открутить крепления старых трубок. Ин Хо молча подошёл поближе, взял фонарик и направил свет на крепёж. Ки Хун нахмурился, злобно выдернул шланг и швырнул его на пол. — Зажми вот здесь, — ровным тоном произнёс он.  Ин Хо сел на корточки и послушно сделал то, о чём его попросили.  — Прости, что заставил тебя волноваться.  — Я не волновался. С чего вдруг? — фыркнул Ки Хун. — Просто Хён Су уже хотел идти тебя искать. Еле уговорил подождать ещё немного. Подержи вот тут.  Ин Хо переместил руку, а Ки Хун затянул хомут, фиксируя новую трубку. Не волновался. Ну да, конечно. В груди разлилось что-то большое и тёплое. Ин Хо вдруг направил луч фонарика Ки Хуну прямо в глаза, намеренно подставляясь под новую волну его дурацкого, раздражающего ворчания, без которого за пару часов под дождём уже успел заскучать. Генератор снова заработал, и они включили всё, что питалось от электричества. Хён Су до конца дня суетился и надоедал Ин Хо вопросами о его самочувствии. Ки Хун, похоже, старался держать себя в руках, но то и дело бросал на него взволнованно-недовольный взгляд. В какой-то момент Ин Хо показалось, что только Со Вон восприняла случившееся адекватно. За ужином он не выдержал и заявил, что если они не оставят его в покое, он уйдёт ночевать к старухе Ли. На удивление эта нелепая угроза подействовала, и все мгновенно пришли в чувство. Ин Хо принял горячий душ, впервые лёг раньше всех и быстро задремал от усталости и холода.  Стук костылей выдернул его из сонной полудрёмы — Ки Хун вошёл в комнату, снял свитер и нырнул под одеяло. Некоторое время Ин Хо боролся сам с собой, а после перекатился на другой бок и прижался к горячей спине. Ки Хун напрягся всем телом, готовый выскочить из постели, но Ин Хо обхватил его и притянул к себе. — Не отталкивай меня, — хрипло проговорил он, зарываясь носом в короткие волосы на затылке. — Хотя бы сегодня. Ки Хун не ответил, но перестал вырываться и ёрзать. Пару минут они лежали в тишине. Впервые за этот чёртов день Ин Хо стало тепло и спокойно. — То, что ты сделал, было глупо и опасно, — пробормотал Ки Хун, устраиваясь поудобнее.  — Ты прав, прости, — прошептал Ин Хо, касаясь губами его горячего уха.  Он закрыл глаза и нырнул рукой под руку Ки Хуна. Провёл ладонью вверх до груди и почувствовал, как беспокойно заколотилось испуганное, но искреннее сердце.

***

Циклон наконец-то сдался. Небо прояснилось, а ливень ослаб, через пару дней превратившись в безобидную морось. Заделать пробоину в черепице оказалось непросто. Собственной лестницы подходящей длины у них не было, пришлось искать её у соседей. Госпожа Ли отправила их в дом напротив, а там посоветовали обратиться к бывшему монтажнику, который жил ниже по склону. У него нашлась не только лестница, но и нужные инструменты, что решило часть задачи. Проблемой стал подъём наверх, но Ин Хо предложил использовать машину. Он подогнал портер вплотную к дому, и они с Хён Су забрались на скользкую крышу. В итоге им удалось кое-как зацепить крючья за конёк и установить лестницу. Поскольку расколотую черепицу заменить было нечем, пришлось импровизировать. Они разобрали старый комод с чердака, распилили доски, обтянули их кусками брезента и прибили к каркасу, тщательно промазав все стыки краской. Это должно было хотя бы временно защитить дом от дождя и новых протечек.  На ремонт крыши ушло полдня, но несмотря на это, Ин Хо приказал Хён Су готовиться к поездке в Сеул. Сам он сел за стол и принялся составлять список продуктов, которые нужно было купить на материке. Ки Хун был рядом — поджав губы, стучал костылём по полу. Его настроение испортилось, как только Хён Су начал собирать вещи и готовиться к отплытию. Стук жутко раздражал Ин Хо, но он терпеливо молчал, не желая снова ругаться.  — Фасоль, картофель… — пробормотал он, не отрываясь от заметок в телефоне. — Нам нужно поговорить, — выпалил Ки Хун. Ин Хо, не глядя на него, коротко бросил: — Мои планы насчёт сбежавшего игрока не изменились. — Тебе правда наплевать, что я думаю о твоём дурацком плане? Мне показалось… Показалось, что я тебе…эм… небезразличен. Ин Хо захлопнул морозилку и наконец повернулся к Ки Хуну лицом. — О, так ты больше не делаешь вид, что между нами ничего не происходит?  — Оставь игрока в покое. — Нет. — Почему? — Тебе не приходило в голову, что он опасен не только для меня? Одиннадцатая видела, что в финале выжил только ты. Она могла рассказать об этом Двести сорок шестому. — И что с того? — Он шёл на Игру за деньгами. Думаешь, он не захочет найти тебя? И не говори мне о его поддержке во время восстания. Ради денег люди готовы на всё. И в определённых обстоятельствах могут… — Боже, да ты спятил. Опять рассуждаешь, как чёртов Ведущий. Но хуже того — теперь прикрываешь это заботой обо мне, — Ки Хун горько усмехнулся и поднялся. — Я больше не хочу это слушать. Поеду с вами к причалу. Хочу чтобы врач осмотрел меня сегодня же. Ин Хо проводил его взглядом. Как Ведущий, значит? Чёрт, да что он вообще понимает? Внутренности обожгла едкая смесь злости и сожаления. Пальцы сами сжали телефон. Ин Хо коснулся экрана и нашёл сообщение от наёмника. Перевод выполнен. Проверьте свой электронный кошелёк. Мой помощник передаст вам данные. Ждите сообщение с местом и временем встречи.

***

— Носок на себя… А теперь — от себя. Хорошо. А сейчас давайте попробуем сделать пару шагов вдоль той линии на полу, — проговорил врач. Ки Хун послушно поднялся с кушетки. Настроение было ужасное. Он так мечтал избавиться от бандажа, а теперь снял его и не почувствовал никакой радости. Он сделал неуверенный шаг и оступился — без бандажа ослабевшую ногу ничего не поддерживало. Ин Хо тут же подхватил его под локоть, но Ки Хун фыркнул и резко одёрнул руку. — Ещё разок, — мягко подбодрил врач. — Я подстрахую, шагай, — тихо проговорил Ин Хо, не обращая внимание на его недовольство. Ки Хун стиснул зубы. Так хотел послать его к чёрту, но он затолкал это желание поглубже и пошёл вперёд.  — Отлично, — заключил врач.  Ки Хун нахмурился. Ничего отличного он в этом не видел. — Садитесь. Итак, ротация нарушена, двигательная активность снижена. Но для состояния сустава и вашего возраста это нормально. — Имеете в виду, что я старый и разваливаюсь? — буркнул Ки Хун. — Господин, вам стоит порадоваться, что лодыжка срослась. Ки Хун пошевелил пальцами ноги и тяжело вздохнул. Тем временем фельдшер распахнул дверцы большого пыльного шкафа и принялся что-то искать. Вскоре он извлёк потрёпанную картонную коробку и внимательно изучил этикетку.  — Тканевый фиксатор. Носите для стабилизации сустава, — он протянул коробку Ки Хуну. — Можете постепенно отказываться от костылей. Повторяю, по-сте-пен-но. Вы поняли? Мышцам нужно время. От перегрузки начнутся боли.  — Понял, я же не идиот. Ин Хо и Хён Су посмотрели на него одинаково неодобрительным взглядом, но Ки Хуну было плевать. Какой толк во всех этих бандажах и фиксаторах, если он до сих пор не может нормально ходить? — Как скажете, — отозвался врач. — Я напишу кое-какие рекомендации, и скоро вы будете в порядке.  — Когда? — Трудно сказать точно. Потребуется минимум три недели, чтобы… — Ещё три недели? Вы что, издеваетесь? — резко перебил Ки Хун и вскочил с кушетки.  На этот раз и врач бросил на него возмущённый взгляд, но сдержался и промолчал. — Мне нужно покурить, — пробормотал Ки Хун тише и выскочил из кабинета. На улице Ки Хун сразу достал сигареты и посмотрел на причал. Он должен был убраться отсюда прямо сейчас. Выбросить из головы Ин Хо с его идиотскими планами, вернуться домой и навсегда забыть о нём. Хотя нет... Ин Хо ведь знает о квартире в Ссанмун-доне и о Розовом мотеле в Тобон-гу. Нужно перебраться из Сеула куда-нибудь в глушь, вроде этой. В Кёнсан или Южную Чоллу. Поселиться у моря... Нет, на берегу слишком ветрено. А вот полчаса езды будет в самый раз... Сзади послышался шорох. Хён Су поставил на землю большую дорожную сумку и скрестил руки на груди. — Это было грубо, господин. — Да, я знаю, прости, — Ки Хун выдохнул дым в сторону. — Послушай, Хён Су, ты правда думаешь, что сбежавший игрок опасен? — Господин, я знаю, к чему вы клоните. Не надо. Я не могу ослушаться приказа. — Тогда помоги мне уехать. Прямо сейчас. — Но ваша нога… — Да забудь ты про ногу! Я не позволю ему убить выжившего! — И решил сообщить об этом всему острову? — Ин Хо вышел из дома с люлькой, в которой дремала Со Вон, и, словно ничего не произошло, направился к причалу. — Моя лодыжка срослась. Хён Су увезёт меня на материк. Вместе с Со Вон, — бросил Ки Хун ему в спину.  Ин Хо даже не обернулся. Мальчишка забрался в катер, закинул сумку в салон и завёл двигатель. Ин Хо молча наблюдал за ним с причала, а Ки Хун стоял рядом, не понимая, что происходит. Неужели он и вправду позволит ему уехать? Отчаянно хотелось выкурить ещё одну сигарету, но он не мог курить при малышке. Хён Су вылез на палубу и принялся убирать водоросли и налипший песок. — Знаешь, что я загадал тогда, у камня? — спросил Ин Хо, глядя прямо перед собой. — Чтобы ты не уезжал. Но… Он вдруг снял с плеча небольшую сумку и протянул Ки Хуну.  — Я предполагал, что ты выкинешь нечто подобное сегодня. Поэтому держи. Вещи для Со Вон. У Ки Хуна сжалось горло. Он взял сумку и с трудом выдавил: — Спасибо. Хён Су закончил с уборкой и спрыгнул на берег. — Ну что, господин Сон, всё готово. Ки Хун сжал ремень сумки онемевшими пальцами. — Почему ты не послушал меня? Ты должен был перестать носиться со своим идиотским планом!  Раз уж на то пошло… знаешь, что я загадал у чёртового камня? Забыть всё, что ты натворил. Забыть, что ты — Ведущий, из-за которого погибли люди. Всё это время я пытался убедить себя, что ты изменился. Но нет… нет! Это никогда не произойдёт. Я уверен, ты начнёшь всё сначала. Опять соберёшь своих чёртовых Випов и… — Випы мертвы, чёрт возьми! Ки Хун замолчал, не в силах вымолвить ни слова. — Хён Су, пора отправляться. Не задерживайся и будь осторожен, — сказал Ин Хо. — В сумке лежит ключ-карта от квартиры. Забери ноутбук и диски и возвращайся. — На остров? Хён, а как же… — не понял мальчишка. — Планы изменились. Привези диски. Попробуем разобраться, что связывает Одиннадцатую и Двести сорок шестого, — Ин Хо посмотрел на Ки Хуна долгим усталым взглядом. — Давай вернёмся, Ки Хун. И поговорим.