Хроники шаманского рода

Майя безвылазно сидела в комнате так долго, что сбилась со счета. Время виделось ей не течением, а скорее фонтаном: оно то плескало во все стороны, то затихало. Чаще всего её навещала Александра. Она вызвалась помогать лекарям, и ей это пришлось по душе. Александра много рассказывала, какими травами снимают головную боль или как перевязывают переломы рук и ног. Майю это не интересовало, но все лучше тишины. Иногда Александра приходила и молча сидела в кресле, видимо, рассказывать было нечего. Август теперь посещал школу, но грамота давалась ему тяжело. Одного лишь вдохновения было недостаточно. Ему и раньше не хватало усидчивости, он не мог заставить себя заниматься тем, что не интересно. Конечно, его невероятно будоражили старые книги и тайны, спрятанные в них, но сначала нужно было освоить азы. – Посмотри, как выглядит алфавит, – Август листал Майе тетрадь, где рядами прописывал буквы. Майя кивала и иногда хвалила, приговаривая, что он делает успехи. Она не видела, насколько корявыми были завитки и петельки. – Ах да, смотри, – Август достал из внутреннего кармана куртки довольно большое электронное устройство. – Виктория сказала, что они закопали все неработающие приборы. Я так расстроился. А потом она вспомнила, что оставила интересную штуку как подставку для карандашей, – Август встряхнул устройство, внутри слышался стук, – там осталось несколько. Как думаешь, для чего это? Майя взяла металлическую коробку в руки. Там было два узких отверстия, а сбоку рычаг – если нажать, платформа в отверстиях подпрыгивала. – Для пыток? – Майя засунула руку в одно из отверстий. – Глупость какая! Лучше Александру спрошу, – надулся мальчик. В один день Август зашел на серьезный разговор. Что-то его сильно волновало, он долго силился подобрать слова. – Как у тебя подушка смялась, давай мне, – чтобы занять руки, Август забрал подушку из-под Майи и начал вытряхивать и взбивать ее. Поднялось облако пыли и на пол вывалилось несколько перьев. – Тебя обижают в школе? – спросила Майя. – Нет! Я могу за себя постоять, – Август собрался с мыслями и продолжил. – Тут творится что-то странное. – Ты же сказал, что я помешалась и тут безопасно. – Да я не об этом. Я наблюдал за всеми… – Эти люди помогли нам, Август, – перебила Майя. Ее не сильно волновало, какие у них взгляды на жизнь или необычные увлечения. Достаточно того, что жительницы Госпиталя не имеют дурных намерений. Август бросил подушку на пол и пнул под кровать. Громко топая, он вышел. Майя вздохнула. Наверное, стоило выслушать его. Она боком спустилась с кровати. Майя шла на поправку. Синяк вокруг раны посветлел, края кожи больше не расходились. Виктория обещала на следующей неделе снять швы. Несмотря на это, боль не прекращалась. Кожа на животе не растягивалась. Только Майя поднимала руки, начинало казаться, что живот порвется, будто ветхая тряпица. Александра столкнулась с Августом у двери. Мальчик кивнул ей и убежал. Александра зашла в комнату и увидела, как Майя на коленях шарит по полу в поисках подушки. Ножки кровати были низкими, Майе пришлось растянуться на холодном полу. Александра подлетела к ней и, взяв за плечи, поставила на ноги. Все произошло так быстро, Майя ничего не успела понять. Александра вытащила подушку, отряхнула и положила на кровать. Майя с разочарованием осознала, что ослабла. Пожалуй, она бы не смогла вырваться из рук Александры, девушки, а уж тем более из рук какого-нибудь недоброжелателя. – Почему подушка под кроватью? – спросила Александра. – Случайно смахнула, – Майя осторожно присела на кровать. Заново она училась ходить, садиться и даже дышать так, чтобы избежать болезненных ощущений. Александра неверяще покачала головой. – Можно попросить тебя? – сказала Майя. – Конечно. Что хочешь? – Возьми меня. Александра застыла, она не смогла ничего на это ответить. – За руки. Для тренировки, – пояснила Майя. Александра ожила, издав невнятный звук. Майя протянула руки, Александра послушно обхватила её запястья ладонями, но не сжимала, а лишь легонько касалась кожи. – Со всей силы. – Ладно, – Александра плотнее обхватила запястья, но это вовсе не был захват. Майя в любой момент могла освободиться. – Ты едва держишь. – Крепче не могу, – тихо проговорила Александра. Прядь светлых волос опустилась на лицо. Она опасливо заглянула Майе в глаза, всего на мгновение, потом потупилась. Последнее время любое их взаимодействие становилось каким-то напряженным и неловким. То Александра переплетала косу, касаясь холодными пальцами шеи Майи, то искала выпавшую ресничку в глазу, придерживая лицо Майи за подбородок, да и менять повязку стало тяжеловато. Майе оставалось лишь избегать подобных ситуаций. – Забудь, – Майя отняла руки. – Виктория принесла карты. Сыграем? – Как? – В дурака не умеешь? – Умею, но ты… – Александра осеклась. Майя достала старую, замасленную колоду и принялась тасовать. Александра села на кровать. – Может, на желание сыграем? – предложила Майя. Обычно тяжёлые глаза с грозно нависающими веками переменились: появилась очаровательная хитринка во взгляде. – Как хочешь, – Александра сложила руки на груди. Она не представляла, как Майя собиралась играть со своим зрением, да ещё и на желание. Игра была динамичной. Александра называла карты, Майя тут же крыла. Видимо, у Майи была хорошая память: она ни разу не переспросила, какие карты лежат. Партия подходила к концу, у каждой на руках осталось по две карты. Вдруг шерстяной платок упал с плеч Майи. Она попыталась наклониться, но схватилась за бок. – Сиди, – Александра слезла с кровати и подняла платок. Когда поднялась обратно, она заметила странность. – За дуру меня держишь? – Александра с улыбкой подняла бровь. – Крыть будешь или нет? – Буду, когда вернёшь шестёрку. – Тут была восьмёрка. – Нет, тут была шестерка, а восьмёрка вышла из игры, – Александра пересмотрела битые карты, но не нашла шестёрку. – Где же она? – Сдаешься? Или можешь обыскать меня, – Майя с вызовом посмотрела на неё. – Какое желание? – угрюмо потупила глаза Александра. – Потом скажу, – Майя довольно улыбнулась. – Ещё партию? – Нет, спасибо. Александра осознала, что её провели, но злиться не могла. Майя была очаровательна. Она исцелялась, привыкала к мирной жизни, больше улыбалась. Александре как-то удалось усмирить ее гордыню, Майя позволила заботиться о себе. А одним вечером Майя вдруг разоткровенничалась. Поздним вечером сидели в тишине, за окном валил снег. Травяной чай, что принесла Александра, давно остыл. Александра уже думала, что Майя заснула. – Я ни разу не была на могиле родителей. Уже не вспомню, где она, – сказала Майя совсем тихо. – Августа отправили в школу, а меня повели на похороны ранним утром. Я не узнала их, тела были разбросаны кусками и ужасно пахли под жарким солнцем. Что-то растаскали животные. Повсюду были мухи. Все собрали в кучку и закопали у дороги в кустах, – она проговорила все, как скороговорку. Александра не сразу поняла, о чем речь. – Боже, какой ужас, – прошептала Александра. Она ясно представила эту картину. От её голоса Майя встрепенулась, будто только сейчас поняла, что не одна в комнате. Какая же она жалкая. Десять лет стойко хранить это в себе, и вот так просто выдать. К тому же женщине, которая много раз спасала её от смерти. Какая это подлость и какой эгоизм. Молчание затянулось, Майя была готова просить прощения за отвратительные подробности, как вдруг послышался скрип, а затем шуршание простыни. Александра обняла её. Не просто обняла, а гладила по голове. Видимо, решила, что Майя несчастная сиротка, которую нужно утешать. Тут Майя сама виновата. Не нужно плакаться, если не хочешь, чтобы тебя жалели. – Плохое можно забыть, оставить только хорошее. Я так делаю, – сказала Александра и отстранилась. – Доброй ночи, – она встала и поспешно вышла. Дверь хлопнула. Майя откинулась на подушку. Забывать все, что причиняет боль? Это не так уж и плохо. Можно нормально жить, улыбаться и радоваться жизни. Такое подойдет Александре или Августу, но не Майе. Надо помнить боль, чтобы быть ко всему готовой. ** Виктория лично устраивала танцы и пир каждые выходные, чтобы женщины отдыхали от работы. Зимой даже дважды в неделю, потому что работы меньше: не нужно заботиться об огороде, делать заготовки. Из работы оставались готовка, вырубка леса и уход за скотом. Сама Виктория была большой любительницей разных увеселений. Много ела, пила, играла с детьми в прятки и, по слухам, пользовалась популярностью у одиноких дам. На танцах она не пропускала ни одной песни, плясала в центре зала и заражала остальных энергией, которой у неё было немерено. Она работала за троих, к вечеру валилась с ног от усталости, но на следующее утро просыпалась и бежала слушать жалобы и решать проблемы. И так каждый день. Так чудесно украшали внутренний двор: зажигали фонарики на каждом этаже и на перилах лестниц горели свечи. Через застекленную крышу, которую начищали раз в месяц, можно было смотреть на звезды и изредка – на луну. Музыкальных инструментов всего было три: флейта, большой лаковый рояль на колесиках и барабан. Мелодия выходила то мягкой и загадочной, то громкой и заводной. Александра сидела в сторонке, пару раз её приглашали на танец, она вежливо отказывала. Потом пересела на самый верх лестницы, там её больше не беспокоили. Александра не сводила взгляд с одной пары на танцполе. Это были две старушки. Они танцевали в обнимку, сцепив жилистые сухие руки. Одна была в бордовом платье, другая в – фиолетовом. У обеих в волосах было по цветку. Какая бы музыка не играла, они не расцепляли объятий. Александра так странно выглядела, что Август не удержался и подошёл к ней. У неё было такое лицо, будто её вот-вот вырвет. Это и странно, ведь стошнить её не может. – Майя не пришла? – Август сел рядом на ступеньку ниже. Александра покачала головой. – О чем думаешь? – Состариться не так плохо. – Странная ты. Любой человек отдал бы все за вечную молодость, – Август удивленно посмотрел на неё. – Александра, ты была на войне? Одно это слово отзывалось чередой образов: клоки волос на стертых в кровь руках, маленькая золоченая иконка в кармане, пыль, грязь, оглушительный шум самолётов над головой. – Не помню, – сказала Александра. – Совсем ничего? Александра покачала головой. – Пошли танцевать, – Александра взбодрилась. Нельзя вечно тосковать. – При всех? – Боишься? – улыбнулась она. Август оказался не меньшим гордецом, чем сестра. Мальчик встал и решительно направился к танцполу, чтобы доказать, что ничего на этом свете не боится. Александра взяла его за руки, и они закружились в ритме музыки. Поначалу Август вертел головой по сторонам, но скоро понял, что никто не обращает на него внимания, и немного расслабился. Когда музыка стала бодрее, он даже заулыбался. А под конец вечера так осмелел, что запрыгал в центре круга, пока дамы хлопали ему. На пару часов они забыли обо всем. Они возвращались домой тихими коридорами. Александра сняла сапоги, чтобы не будить соседок стуком каблуков. Одной рукой она приобняла Августа за плечи, во второй несла сапоги. – Доброй ночи, – сказала она у своей двери. – Александра? – М-м-м? – Может, пора сказать? Майя привыкла к тебе. – Не вздумай! – Александра резко обернулась. – Она никогда не сможет относиться ко мне, как сейчас. Что за особое отношение она выдумала, Август не понимал. Со стороны казалось, будто Майя просто принимает заботу и внимание. – Ты собираешься всю жизнь это скрывать? – До самого конца. – Как хочешь, – Август зашел в свою комнату. Александра с минуту подумала, стоит ли ей навестить Майю, и решила, что слишком поздно. Она уже заходила в комнату, как послышалось мерное тиканье. Александра отступила от двери и прислушалась к тёмному коридору. Звук все больше напоминал шепчущий голос. Александра почти могла разобрать слова. Это был зов. ** Все было спокойно ещё пару дней. Майя даже получала удовольствие от размеренной жизни. Но только она успела привыкнуть, как случилось нечто непредвиденное. Тот день был одним из самых холодных. Холодный ветер бился в окна. Александра после ужина заглянула к ней в комнату, но была сама не своя. – Что случилось? – Майя слушала, как Александра ходит кругами. – Ничего. – Почему Август не зашел после обеда? – Майя, останься в комнате. – Он пропал? – Майя уже встала на ноги, но Александра остановила её за плечи. – Пожалуйста, останься. Ты мне доверяешь? Майя тяжело вздохнула. Конечно, от неё будем мало пользы. За окном бушевала метель. В этом году весна запаздывает. – Какое сегодня число? – спросила Майя. – 15. – Марта? – Да. – Я должна найти его, – Майя встала. Александра не спорила, она помогла Майе одеться и подставила плечо, чтобы опереться. Майя не отказывалась от помощи. На улице давно стемнело. Град бил Майю по щеке. Майя так давно не выходила из дома, что вмиг озябла. На улице было пусто, жительницы собрались на первом этаже, в изящной столовой. По вечерам трапеза затягивалась до ночи. Женщины расслаблялись после тяжёлого дня: болтали за едой, пили, играли в карты. – Кто-то видел, как Август вышел за ворота, – Александра сняла шарф и обернула его несколько раз Майе вокруг шеи. – Что ему в голову взбрело? – Это моя вина, – сказала Майя. Долго искать не пришлось. Прямо у ворот, со стороны леса, скукожившись, сидел Август. Майя пошатнулась, в глазах потемнело от резкой боли, Александра подхватила её за плечи. Август был не настолько смелым, чтобы убежать, куда глаза глядят. Да и цели такой не было. Он хотел проверить, как скоро заметят его пропажу. Со злобой в глазах он отсчитывал минуты до конца дня. – Какого черта ты здесь сидишь?! – вспылила Александра. Майя крепче встала на ноги и похлопала девушку по ладони. Она опустилась голыми коленями в снег перед мальчиком. Тонкие брюки быстро вымокли. – Ты в порядке? – спросила Майя. – Замерз? Идем в тепло? Август отвернулся, скрестив руки на груди. – Прости меня, – от холода зуб на зуб не попадал. Август покосился на неё, но ничего не сказал. – Давай поговорим. Когда родители были живы, вся семья собиралась, чтобы обсудить проблему, – сказала Майя. Майя умолчала о том, что семейные посиделки почти всегда превращались в балаган. Мама от переживаний хваталась за сердце, папа ругал виновных, маленький Август без остановки рыдал, а искала решение Майя. Такая была семья. Если бы Майя в подростковые годы так сбежала зимней ночью, её никто бы не искал. Майя протянула руку Александре. Та не поняла, что от неё требуется. – Сядь, – сказала Майя. – Придется обсудить всей семьей. – Я? – Александра ошарашенно посмотрела на Майю, гадая, не послышалось ли ей. Она еле удержалась от того, чтобы попросить Майю повторить. Александра села рядом с отсутствующим видом. – Скажи, в чем дело? – спросила Майя мягко. – Ты меня забыла. – Прости, я пропустила твой день рождения. – Не только это. Ты всегда с Александрой, а про меня не вспоминаешь. – Теперь нас трое. – Вы вдвоем, а я один. – Может, потому что Майя ещё не выздоровела? – Александра сложила руки на груди. – Август, ты будто не видишь, что сестра в тяжелом состоянии. – Я почти здорова, – отмахнулась Майя. – Ты меня бросишь? – спросил Август. – Нет. Конечно, нет. Я буду рядом, пока нужна тебе. Майе не нравились разборки, но иногда нужно все прояснить. Утешить и сказать пару ласковых слов, пусть даже неискренних, и любой конфликт решится. Такое черствое сердце, как у Майи, ещё поискать, но что тут поделаешь? Нежное, чуткое сердце нужно растить смолоду: греть, заботиться, оберегать от боли и потрясений. Майя не умела любить, но научилась терпению и уважению к близким, чтобы в ссоре не унижать, не оскорблять, а прощать чужие слабости и искать понимание. Коленки онемели от холода. Майя встала с помощью Александры и вытерла тыльной стороной ладони мокрый лоб. Она надеялась, что никогда больше не придется устраивать таких обсуждений, слишком утомительно. Она подняла Августа за руку, стряхнула снег с волос и приобняла брата за плечи. – Полегче! – возмутился Август, но не смог скрыть довольной улыбки. Затем второй рукой она приобняла Александру и сморщилась от боли. Пошатываясь, троица дошла до полупустой столовой. Веселье закончилось, женщины тихо потягивали вино или вполголоса переговаривались. Август выбрал в кладовой разных сладостей. – Ты так вырос, – сказала Майя задумчиво. – Давай без этого. Просто поедим и пойдем спать, – он грел руки о кружку чая. – А помнишь, как папа посадил тебя на семейное собрание? – Нет, – сказал Август. – Ну да, тебе был год. Ты ещё говорить не научился, в как папа дал тебе слово, ты запросился на ручки маме. – Майя, ну зачем при людях? – смутился Август. Тогда казалось, что жизнь стала проще, понятнее, но только для Августа. Майя остро ощущала, что скоро все изменится. Каждый день, час, каждую секунду она ждала. ** Майя проснулась посреди ночи от странного сна. Нет, это был не сон. Она вскочила на ноги, схватила из одежды то, что под руку попалось, и побежала на улицу. Майя ни разу не выходила из здания без сопровождения, ей пришлось немного поблуждать в большом холле первого этажа. Передвигаясь в темноте от колонны к колонне, она нашла двери и толкнула их. Из-за метели ничего не было видно. В полусонном состоянии Майя еле переставляла ноги по высоким сугробам. Тонкий свитер совсем не давал тепла. Она двигалась на золотой свет и в конце концов поймала белую фигуру. – Александра? – позвала Майя. Она не откликалась. Майя притянула девушку поближе и похлопала по щекам. Майя попыталась её сдвинуть с места, но она будто приросла к земле. В её пушистых волосах запуталось множество снежинок. Глаза застыли в одной точке. – Просыпайся, – Майя приблизилась, чтобы рассмотреть её лицо, тогда Александра вдруг пришла в себя и осознанно посмотрела вокруг. – Что случилось? – Ты во сне ходила, – Майя с облегчением выдохнула. Они стояли на ветру, и Майя притянула Александру к себе. – Правда? Ничего не помню. – Идем в дом, – Майя приобняла Александру за плечи, чтобы согреть. Александра молча шла всю дорогу. Рассеянным взглядом она глядела вокруг, будто впервые видела это место и Майю. Майе пришлось вести её. В коридоре второго этажа Александра собиралась зайти в свою комнату, но Майя повела её дальше: – Прослежу, чтобы ты не ходила во сне. Они зашли в комнату Майи. Александра встала на пороге. – Держи, – Майя достала сухую одежду из шкафа и протянула Александре, та не шелохнулась. Майе пришлось на ощупь искать её руку, чтобы вручить одежду. Затем она без стеснения переоделась и залезла под одеяло. – Ложись, скоро рассвет. Александра не совсем пришла в себя, её мысли были далеко. Она неловко устроилась рядом, кровать была тесновата для двоих. – Кошмар приснился? Майя повернулась боком и обдала щеку Александры тёплым дыханием, когда произносила: – В мире будет лучше без роботов. Если бы они просто исчезли, – сказала Александра. – Надеюсь, этого не случится. Нельзя нарушать естественный порядок вещей. Александра удивленно рассмотрела её лицо в темноте. Майя была последним человеком, от которого она ожидала услышать подобное. Все-таки её родители погибли от рук робота. – Все, кто ходит по земле, уже часть этого мира. Бабушка говорила, что все несчастья от того, что предки нарушили гармонию мира. А мы теперь расплачиваемся. Александра задумчиво смотрела в потолок. Одна мысль посетила её голову и Александра тут же озвучила её. – Я счастлива быть здесь, с вами. Хочется, чтобы это никогда не заканчивалось, – Александра с такой тоской говорила о счастье. – Рано думать о конце. – Мы не сможем оставаться всегда вместе. – Август вырастет и пойдет своей дорогой, но у меня нет никаких планов в жизни. Раньше эта мысль вызывала панический ужас, но теперь Майя смиренно принимала судьбу. – Ты не знаешь, что будет дальше. Каким мы будем... – Я не уйду, – просто сказала Майя. Александра чувствовала себя полной дурой. Когда Майи не было рядом, Александра холодной головой обдумывала её поведение и каждый раз приходила к выводу, что Майе нет до неё дела. Но когда оставались наедине с Майей, придумывала то, чего не было. Даже сейчас ей показалось, что Майя как-то особенно внимательна к ней. Конечно, это было не так. Завтра, обдумывая все детали, Александра поймет, что придумала её мягкий голос и томный взгляд, чтобы помучить себя. – Я знала, что ты особенная до того, как мы встретились, – прошептала Александра. Майя нахмурилась. – Эта связь… Особенная связь. Ты не чувствуешь? Майя прикрыла тяжёлые веки. На лице отразилось страдание. Майя никогда не назвала бы это связью, тем более особенной, но было предчувствие. Не плохое, но беспокойное. Чувство, от которого не можешь сидеть на месте ровно. Майя первое время наблюдала за Александрой, но так и не смогла понять, в чем причина такого волнения. – Это ведь неправильно, да? Почему меня так тянет к тебе? Голос Александры звучал, казалось, прямо в голове. Майя сглотнула, во рту пересохло. – Сама не знаю, что говорю, – Александра печально улыбнулась. Они долго лежали в тишине. Стоило бы сказать что-то в ответ, но она не смогла понять, что хочет ответить или хотя бы что Александра ожидает услышать. Майя никогда не могла понять людей, которые заводят такие сложные, туманные разговоры. Это у Августа страсть к загадкам, а Майе нравилось, чтобы все было просто и понятно. И вообще, зачем говорить, когда без слов все ясно? – Спишь? – Майя не услышала ответ и решила тоже лечь спать. Она развернулась на бок и под одеялом обняла Александру за талию и уложила голову ей на плечо. Даже самым черствым людям иногда хочется немного тепла. Майя попыталась устроиться так, чтобы рана не болела. Не прошло и минуты, как Майя почувствовала прикосновение на спине. Второй рукой Александра гладила её по волосам. Эта ночь оказалась непростой и для Августа. Он без сна лежал в кровати пять часов подряд, сердце быстро колотилось в груди, голова была тяжёлой. Как бы он ни лёг, все было неудобно. Потом ему и вовсе свело судорогой ногу. Он встал с кровати, укутался в одеяло и босиком проскочил к двери напротив. Он постучался и просунул голову. – Александра? Можешь рассказать историю на ночь? Даже про безнадежных влюбленных сойдет. Александра? – Август разглядел, что кровать пуста. Он пошёл дальше по коридору, в комнату у лестницы, и открыл дверь. Хотел сказать сестре, что Александра ушла куда-то ночью, но в темноте разглядел светлые волосы, свисающие с кровати. Август развернулся и поспешно вышел из комнаты. На прямых ногах он добежал до своей комнаты, нырнул в кровать и укрылся одеялом с головой. После насыщенной ночи все же наступило утро, но какое-то неправильное. Было темно, как ранним вечером. Жительницам приходилось зажигать свечи и лампы, пока они собирались работать. Здание больницы было таким большим, что в нём помещались не только женщины с детьми, но и скот. Куры, овцы, козы зимовали в дальнем корпусе. Это выглядело забавно: среди белоснежных колонн, под хрустальной люстрой паслись овцы. Изящную плитку в клетку застелили землёй и соломой. На втором этаже располагалось хранилище сена. Чтобы подавать его животным, сделали дыру в полу и соорудили простой подъемник. Майя проснулась от звуков пения. Женщины за работой так развлекались. Майя, не размыкая глаз, провела по левой половине кровати рукой – никого. – Который час? – сама не знала, кого спрашивала. Майя тяжело поднялась на кровати. Такой странный сон приснился. Вроде там была Александра, а вроде и нет. В глазах было нечто смутно знакомое и все. В общем-то, во сне ничего такого не произошло, но после пробуждения ещё долго перед глазами стоял образ какой-то другой Александры. Майя пыталась представить что-нибудь приятное и успокаивающее – цветы там или маленьких ежат – не помогало. Майя оделась и пошла в комнату Александры. Никто не ответил после стука, и Майя вошла. Она коснулась кровати – пусто. Уходя, она задела меч, что опирался на тумбу. Он с металлическим лязгом упал. Майя с трудом нагнулась и поставила меч на место. Потом она заглянула в комнату напротив. – Александру не видел? – Нет, – сказал Август. Майя вышла. – Подожди. Ничего не хочешь объяснить? – Например? – Майя снова появилась в дверях. – Здесь много женщин живут вместе. Это потому что мужчин не хватает? – Думаю, они так хотят, – пожала плечами Майя. – Почему? – Ты не настолько мал, чтобы объяснять. – В Театре говорили, что это неправильно. – Везде говорят разное. Сам решай, во что верить. Эти слова озадачили Августа. – Майя, ты хочешь здесь остаться? – Не знаю. – Если ты предложишь, Александра останется. Конечно, Майя это знала. Александра не сильно пыталась скрыть, просто прямо не говорила. Её чувства виделись Майе неотвратимым бедствием, вроде цунами. Как бы Майя ни пыталась сбежать, ее накрывало беспощадной волной. Впрочем, вчера её посетила новая мысль. Сейчас из головы не выходила связь, о которой говорила Александра. Наверное, так оно и было. Майя в первую встречу видела Александру лишь как белую тень, ничего не знала о ней, но так трепетно было на душе от её появления. А увидев, как Александра выглядит с другой стороны, Майя долго не могла прийти в себя. Просто стоять рядом было тяжело: пробирало дрожью, и голова мутилась. Майя благоговела перед её силой и красотой в том мире. Что-то подобное Майя ощутила в лесу, встретив духа волчицы. Если Майя сегодня расскажет все это, что Александра ответит? Может, и без слов обойдется? Будет гладить её по голове, как ночью, или поцелует, как в момент пробуждения. Такой язык Майя понимала куда лучше. – А ты? Хочешь остаться? – спросила Майя. – Здесь неплохо. Я могу изучать старый язык. – Почему тогда голос грустный? После молчания Август вдруг вскочил на ноги и подошёл к сестре: – Пошли есть. Я ужасно голоден. Майя все утро подбирала слова. Её лицо было таким напряженным, что незнакомые женщины пару раз подходили спросить, не нужна ли ей помощь. Предлагали присесть или выпить воды. Жаль, ничего из этого не могло помочь ей разобраться в себе. Усилия оказались напрасны: Александра не появилась ни на завтраке, ни на обеде.