Проект J-2: Джози

— Сука, — выругался Леон, а Джейк рядом с ним, швыряя гром и молнии, пинал стеллаж с оружием. — Пойдём за ней! Сейчас же! — почти кричал он.       Леон не слушал причитаний Джейкоба и молча складывал в карманы жилета припасы: обоймы, пару гранат разного типа, а потом раскрыл одну аптечку и постарался компактно разложить её содержимое: вдруг Джози понадобится помощь. Он починил ремень у карабина, чтобы взять огнемёт и не возвращаться сюда за ним. Эти отточенные движения помогали ему не думать и не переваривать мысленно произошедшее. Леон не мог дать выход эмоциям, потому что если он не спасёт Джо, то кто? Джейк, что ли?       Но затем Леон всё же повернулся к Джейкобу: — Послушай. Я вытащу твою сестру. Не так много мест в этом сраном центре, куда он мог её утащить. Просто дыши, ладно?       Он сделал глубокий вдох, медленный выдох и жестом велел повторить. Джейк сначала лишь стиснул зубы, но всё-таки втянул воздух. — Вот так, молодец, — Леон похлопал его по плечу. — И почему-то, сука, тебе так хочется верить? — ухмыльнулся Джейк, но усмешка получилась слишком уж нервной. — Природный дар, тебе не понять, — Леон ответил тем же саркастичным тоном, но его глаза оставались серьёзными.       Он взял пистолет из рук Джейкоба и спросил: — Так. Ты вообще умеешь стрелять? — Я же тебе уже сегодня сказал. Твоя пушка — первая, которую я держал в руках. — Ладно, — выдохнул Леон, окончательно решив, что выбора у него нет. — Тогда слушай. И делай ровно то, что скажу. Только в крайних случаях. И никакой самодеятельности.       Он вложил оружие обратно в ладони Джейка и коротко кивнул, показывая, куда смотреть. — Первое. Хват, — Леон развернул его пальцы, пододвинул большой палец вниз. — Нужно держать крепко, но не так, чтобы пальцы себе переломать. Пистолет должен стать продолжением руки, а не врагом, которого ты пытаешься задушить. Или что ты там ещё придушить можешь пытаться по ночам…       Джейк послушно переставил пальцы. — Ты всегда такой душка? — Люблю заводить друзей. А теперь не пизди, — Леон продолжил. — Второе. Предохранитель. Вот, — он коснулся рычажка. — Вверх — безопасно. Вниз — стреляем. Запомни: ты никогда не снимаешь предохранитель, пока не решил стрелять. Даже если очко жим-жим и кажется, что за углом Годзилла. — Я понял, — пробормотал Джейк. — Третье. Отдача. Она сильнее, чем ты думаешь, — Леон поставил его ноги шире, поправил стойку. — Если будешь стоять, как студент-первокурсник на физподготовке, тебя отбросит назад или выбьет плечо, а я потом буду объяснять твоей сестре, почему у неё брат мямля.       Джейк шумно выдохнул, но всё же выпрямился. — Начинаю к тебе привыкать, — съехидничал Джей.       Леон в ответ лишь улыбнулся уголком губ. — Прицеливание простое, — продолжил он, наклоняя пистолет. — Совмещаешь мушку и прорезь, держишь ровно. Стреляешь в цель. Без идиотизма, закрытых глаз и паники. И обязательно помни: пуля летит туда, куда направлен ствол, а не туда, куда тебе хочется, чтобы она полетела. Не дёргай курок — сжимай плавно. — Я не идиот, Леон. И вообще всего на пару лет тебя младше, — буркнул Джейк с кривой усмешкой. — Мне тридцать шесть, — хмыкнул Леон. — Ладно, на шесть лет я тебя младше, но это же не повод издеваться надо мной так, будто тебе двенадцать, а я твой противный младший брат. — Я ведь любя… брат, — Леон уже не прятал улыбки. — Ладно. Последнее. Если возникнет ситуация, где нужно стрелять, ты стреляешь один раз и отходишь ко мне. Никаких героических залпов, никаких «я сейчас помогу». Ты — прикрытие, не Рэмбо. — Я понял. — Я сомневаюсь, но не думаю, что у меня есть выбор, — Леон щёлкнул предохранителем обратно и подтолкнул Джейка к выходу. — Пошли. Нужно вернуть рыжую.       Он надел огнемёт, закрепил его на спине, карабин взял в руку и двинулся вперёд быстрым, уверенным шагом. Джейк, с пистолетом и бешено стучащим сердцем, шёл следом, стараясь дышать ровно, как учил Леон.       Туда — на третий этаж. Обратно — вниз.       Сказать, что Леон был разочарован, — ничего не сказать. Всё внутри зудело от того, что они снова бегут туда, где уже были, и делают круги по этому проклятому «Несту», словно мыши в лабиринте. Но такова уж его работа: много шагов, мало благодарности, бесконечные повторения с надеждой, что одна из попыток наконец приведёт не к очередному пиздецу, а к чему-то полезному.       И именно в этот момент в ухе Леона хрипнуло, пробиваясь через шум в канале: — Спецагент Кеннеди, приём!       Леон ответил: — Ханниган, как слышно? — Ты не выходил на связь несколько часов. Ты как там?       Он невольно усмехнулся. — У меня здесь небольшая… кхм… проблема. Но обоих я нашёл. — Отлично. Принято. А что за проблема?       Леон перекатил язык за зубами, подбирая формулировку, которая будет достаточно честной, но не слишком шокирующей. — Один из мутантов похитил Джозефину. Сейчас мы с Джейкобом направляемся её спасать.       После короткой паузы Ханниган сказала: — Тебе не кажется, что это напоминает Испанию? — Очень даже кажется, — проворчал Леон. — Только вместо культа и паразитов у меня тут грибной пиздец и гениальные учёные. — У тебя всё получится. Я знаю. — Да, спасибо. — Как спасёшь — дай мне знать. И поторопись: погода портится в горах. Нужно успеть вас вытащить.       Леон закатил глаза. — Господи, опять блядская погода хочет усложнить мне задание. — Да, с погодой тебе тоже «везёт». Конец связи.       Он отключился и едва заметно покачал головой. Джейк фыркнул: — Это твоя подружка или... дружок? — Что? Нет, — Леон даже не посмотрел на него. — Это Ханниган. Моя связная. Координирует операции. И вашу тоже. — Значит, нет подружки?       Леон развернул голову и прищурился: — А ты для себя спрашиваешь?       Джейк расхохотался. — Вообще нет. Просто… сам понимаешь, я почти не видел нормальных людей, с кем можно поболтать и кто не смотрит на тебя так, будто ты экспонат в музее. А с сестрой мы знаем друг друга лучше любого… Это совсем не то. Я люблю её, но хотелось бы… друга.       Леон смягчил плечи. — Понимаю. Как только мы выберемся, обещаю дать тебе квоту на пять любых вопросов. — Договорились, — хмыкнул Джейк.       Они двигались по коридору минус второго этажа к лестнице, чтобы спуститься ниже. Звуки под ногами — хруст тонких нитей биомассы, тихое шипение и влажное похрустывание — сопровождали каждый шаг.       Пистолет покоился у Джейка в кобуре, цепляясь за ремень его джинсов. Он постоянно косился на него, словно боялся, что оружие вот-вот само выстрелит. Так бывает, когда несёшь на себе смерть в первый раз.       Что до огнемёта, Леон тоже собирался отдать его Джейку, как только они доберутся до нужной точки — туда, где придётся жечь плесень так активно, что одному ему просто не хватит рук, ведь при этом ещё нужно будет обороняться, в чём сомнений не было. Леон уже прокручивал в голове, как распределить задачи и что делать, когда мутант снова нападёт. Коридор плавно уходил в темноту, и они оба ускорили шаг, словно интуитивно чувствуя, что каждый метр сейчас имеет значение.       Спустившись на минус третий этаж, Леон покрепче перехватил карабин. Джейк шёл за ним почти вплотную. Неважно, сколько лет он прожил в этом центре — шестнадцать или шестьдесят, — сейчас он выглядел как человек, который впервые видит место, что его растило. И, возможно, впервые понимает, насколько мало он знал о докторе Уотсоне, пока тот ещё был человеком. Теперь он таким уже не был. И всё, что Джейк знал о нём, превратилось в ничтожный набор предположений и обрывков воспоминаний.       Леон остановился на развилке двух коридоров — довольно широких, но всё равно неприятно тёмных. Фонарь на карабине выхватывал лишь слизистые пятна на стенах и тонкие плесневые ниточки, тянувшиеся под потолком, будто нервные окончания. — Как ты думаешь, зачем Джози этому доктору-мутанту? — спросил Леон, не оборачиваясь. — Есть, может, идеи? — Я только об этом думал, — отозвался Джейк. — Понимаешь, у Джози есть дар, если так можно сказать. Она получила его после того, как её заразили плесенью. Джо слышит и видит то, чего не могла бы и знать. Например, может увидеть прошлое человека… или его будущее. А иногда слышит что-то вроде голоса. Как внутренний голос, но не её.       Леон хмыкнул. — Так, может, у неё просто шиза? — Нет, ты всё-таки кретин, Леон. — Я пошутил. — Хуёвые шутки, агент. Не буду я тебе больше ничего говорить. Леон снова хмыкнул и наконец обернулся, опуская карабин чуть ниже. — Ты ведёшь себя как девчонка. — Откуда я знаю, как ведут себя девчонки? — огрызнулся Джейк.       Леон выдохнул. — Да уж… я выбрал себе соперника не по размеру. — Чего, блин?! — возмутился Джейк. — Пойдём лучше искать твою сестру, — оборвал Леон, слегка подтолкнув его вперёд. — Пока она сама не нашла неприятности раньше нас.       Он снова поднял карабин, и они нырнули в левый коридор. Где-то впереди слышался слабый шум, похожий на металлический скрежет, а ещё что-то напоминавшее дыхание большого существа. Леон замедлил шаг. Джейк — тоже. И впервые за последние минуты оба молчали, понимая одно: они уже рядом.       Там, в противоположном углу здания, находился эпицентр утечки — бывшая лаборатория, в которой лопнул тот самый биореактор. Ни Леон, ни Джейк знать этого не могли, но именно им пришлось столкнуться с последствиями войны, которую ни один из них не выбирал. Хотя Леон, если честно, всё-таки в какой-то степени этот путь избрал. Хороший ли это был выбор? Хрен его знает.       Да, у него определённо был шанс уйти — уехать, отстраниться, исчезнуть. Но если бы он ушёл раньше, скажем, после Эшли Грэм и Испании, то никогда бы не оказался здесь. И не спасал бы Джози. Может, так было бы и лучше. А может — хуже. Леон никогда не разбирался в этих грёбаных «было бы».       Преодолев ещё пару поворотов, они почувствовали, как воздух становится плотнее. Насыщенный спорами, он лип к коже, давил на грудь, делал каждый вдох тяжелее — даже через респиратор. Леон оглянулся на Джейка: тот начал покашливать, хотя плесень физически и не могла ему навредить.       Когда они вышли к лаборатории, взгляд обоих упёрся в то, что едва ли можно было назвать помещением. — Да это почти как у Спилберга в «Войне миров», — выдохнул Джейк. — У вас тут и телек есть? — машинально бросил Леон, не сводя взгляда с переднего сектора. — Конечно, идиот, — отозвался Джейк, но уже глухо, потому что картина перед ними вытеснила все остальные эмоции.       Стены бывшей лаборатории были переплетены крупными капиллярами плесени — толстыми и живыми, как человеческие сосуды, увеличенные в десять тысяч раз. С потолка свисали тяжёлые нити, с которых медленно падали вязкие капли, напоминавшие смолу. Плесень переливалась странным внутренним светом — оранжевым, тёплым, но почему-то пугающим. Где-то в самом центре помещения что-то дышало: огромный бутон, похожий на кокон, мягко светился изнутри.       Но, присмотревшись, они увидели то, от чего у обоих холод пронёсся по венам.       Раскинув руки и ноги, запрокинув голову назад, стояла Джози. Плотные щупальца обвивали её запястья, лодыжки, талию, грудную клетку. Плесень не поглощала её полностью, но это был лишь вопрос времени. Голова запрокинута, рот слегка приоткрыт, а глаза… — Что это ещё за херня? — выругался Леон и сразу двинулся к ней.       Джейк рванулся следом, но Леон вскинул руку, не оборачиваясь: — Стоять. На месте.       Тот замер, стиснув кулаки. Леон быстро снял огнемёт, протянул его Джейку и коротко приказал: — Надень. И не включай, пока я не скажу.       Сам он двинулся к Джози, стараясь не наступать на толстые влажные сосуды под ногами. Они слегка пульсировали под ботинками. — Блядь… — сорвалось у него снова.       Глаза Джози были затянуты чёрной пеленой — ровной, блестящей. Леон сразу понял: это та же плесень сформировала стеклянную маску. Сейчас она выглядела как инопланетянка из старых поп-фильмов или медиум из дешёвого сериала.       Дыхания у Джози почти не было. Леон дотронулся до открытого участка на шее и понял, что тело холодное. — Кажется, ей пережимает кровоток… — проговорил он вслух, ощущая, как поднимается не паника — нет, а страх за неё.       Он мгновенно достал нож и перерезал первое же щупальце, удерживавшее её правую руку. Оно разошлось, как прорезанная жила, и в тот же миг пространство содрогнулось. Влажный треск прокатился по лаборатории, словно рвущаяся ткань. За ним — глухой, тяжёлый грохот.       Плесневые капилляры на стенах пошли волной. Свет внутри бутона вспыхнул, стал ярче. — Сука… — Леон отступил на шаг, уже понимая, что коснулся не просто удерживающего щупальца, а чего-то совсем другого. Это было похоже на реакцию медведицы, если кто-то тронет её медвежат. Вот и он сейчас тронул медвежонка.       Из глубины лаборатории донёсся низкий, напоминающий человеческий, но уже искажённый звук — смесь дыхания и шипения. Леон понял: время большого босса. Время доктора-мутанта Айзека Уотсона.       Агент Кеннеди командовал быстро, не повышая голоса: — Джейк, снаряжай огнемёт. Только быстро. По моей команде жги по уроду. И, умоляю, не задень Джози. Экономно, понял? Нам ещё выжигать путь наверх.       Джейк кивнул.       Шаги мутанта приближались — тяжёлые, у любого другого человека от них застыла бы кровь в жилах. Леон поднял карабин, расслабил плечи, чуть согнул колени. Он уже сталкивался с гигантами и похуже — мёртвыми, заражёнными и хер знает ещё какими.       Из глубины лаборатории вышел мутант.       Доктор Уотсон — тот, что когда-то был худощавым, замкнутым человеком, — теперь выглядел так, будто его сбил грузовик, перемолол в кашу, а потом кто-то попытался собрать его обратно. Позвоночник выгнулся назад; кожа натянулась так туго, что в свете фонаря проступали рёбра, связки, канаты биологических структур, которым не нашлось места в человеческой анатомии. Казалось, он рос изнутри наружу, разрывая себя в процессе этой безумной мутационной гонки.       Правая рука стала отдельным организмом — массивным, бронированным, покрытым биопластинами, переливающимися металлическим блеском. На её конце зиял веер костяных лезвий, острых, как хирургические инструменты, но предназначенных теперь не для тонкой работы, а для разрывания плоти. Например, Леона и Джейка.       Левая рука лишь формально напоминала человеческую: длинные пальцы, раздвоенные суставы, матовые когтевые клинья вместо ногтей. Каждое движение сопровождалось треском, будто внутри вместо хрящей — мотки пузырчатой плёнки.       Лицо Уотсона выглядело как плохо натянутая маска. Нижняя челюсть выдвинулась вперёд и раскололась, обнажив два неровных ряда зубов — часть родных, часть выращенных мутацией. Глаза были молочно-белыми, лишёнными зрачков.       И всё-таки он говорил. — Джози останется тут, — прохрипел он. — Я бы с этим поспорил, — отозвался Леон, не опуская карабина.       Уотсон перевёл взгляд на Джейка. — Последуй примеру своей сестры, Джей. — Да вы издеваетесь? — Джейк сильно сжимал огнемёт. — Хренов тебе два. Хватит уже.       Уотсон издал звук, похожий на попытку больного туберкулёзом рассмеяться. — Зачем тебе моя сестра, Айзек? — спросил Джейк, уже не сдерживаясь. — Джози — сосуд для мутомицелия. Его разума. Или ты думал, её дар возник случайно? Плесень говорит с ней. О, какое это было открытие… и какой потенциал.       Он ухмыльнулся разорванной челюстью. — Если твоя регенерация полезна на поле боя, то способность Джози предсказывать решения противника, видеть будущие ходы, влиять на разум — это оружие стратегического уровня.       Он указал когтями на девушку. — Слияние скоро завершится. — Да пошли вы, доктор Уотсон. Этому не бывать! — Джейк уже стоял на грани того, чтобы нажать рычаг, но Леон поднял ладонь, выжидая момент. — А что насчёт вас? — бросил Леон. — Тестировали на себе вакцину от гриппа? — Остёр на язык, чужак. Мы собирались интегрировать мутомицелий в ДНК трёх добровольцев. Сыворотка — смесь крови Джози, Джейка и мутомицелия. Но, как видите… — он развёл конечностями, когда-то бывшими руками, — она не сработала. — Ну и к чёрту. Давай! — резко скомандовал Леон.       Джейк ударил по рычагу. Огнемёт выплюнул столб пламени. Леон одновременно открыл огонь очередями, двигаясь так, чтобы своей спиной прикрыть Джози от возможного удара. — Вы идиоты! Вы отсюда не выйдете! — ревел доктор.       Пламя ударило в Уотсона, но тот, вместо того чтобы отступить, рванулся вперёд. Его правая, бронированная рука качнулась дугой, и костяной веер обрушился на Джейка, сбивая его с ног. Парень отлетел к стене, ударился спиной, и воздух из него вышибло так, что он закашлялся, судорожно сжимая ремень огнемёта.       Леон развернулся, перехватил карабин, дал очередь — и магазин опустел. Сухой щелчок затвора прозвучал достаточно громко, чтобы сердце ухнуло вниз. — Закрой уши! — рявкнул он Джейку, одновременно выдёргивая гранату из кармана.       Джейк заткнул уши дрожащими ладонями. Леон выдёрнул чеку, швырнул гранату под ноги Уотсону и нырнул за перевёрнутый стол, закрывая собой Джози и бутонообразную массу.       Взрыв ударил, раздирая плесневые структуры на теле Уотсона. Часть биомассы осыпалась хлопьями, часть вспыхнула липким, зловонным пламенем. Леон перекатился, вскинул новый магазин, защёлкнул его с коротким щелчком и передёрнул затвор. Он снова открыл огонь по доктору, целясь в незащищённые участки — туда, где биопластины расходились, обнажая пульсирующую плоть.       Но бой только начинался.       Из бокового прохода, который когда-то был дверью в подсобку, одновременно выломились две новые фигуры — такие же заражённые, но меньшего размера и куда более быстрые. Их тела судорожно дрожали от спазмов, суставы были раздуты, а рты вытянуты в бесформенные пасти, сочащиеся слизью. — Да ёб вашу мать… — процедил Леон. — Джейк! Работай по новым целям!       Парень, шатаясь, поднялся на ноги, вскинул огнемёт и поймал первую тварь в пламя. Та завизжала, словно побитое животное, и заметалась, охваченная огнём. Вторая метнулась к нему сбоку. — Отходи назад! — крикнул Леон, перехватывая карабин для ближнего боя. — Держи их на дистанции и пали, блядь!       Джейк отступал, поливая коридор огнём, а Леон, двигаясь навстречу мутантам, ясно понимал одну вещь: это уже не просто бой за выживание. Это был бой за девушку, превращённую чьей-то извращённой волей в оружие, и за паренька рядом.       И он знал — Уотсон ещё не показал всего.       Леон рявкнул Джейку снова лечь и не высовываться, сам выдернул ещё одну гранату, метнул её в сторону мелких тварей и сразу сопроводил бросок короткой серией выстрелов. Взрыв разорвал обе фигуры на клочья, влажную плоть размазало по стенам, а биомасса на полу зашипела, будто закипая.       Он развернулся обратно к доктору Уотсону, который уже распрямлялся после взрыва, вытягивая деформированную шею, словно пытался вернуть себе подобие человеческой осанки. — Глупец. Спецагент Леон Эс. Кеннеди, тебе давно пора в могилу, — прорычал мутант. — Как ты, блядь, узнал моё имя? — Леон вскинул карабин. — Тоже плесень нашептала? — Мутомицелий выше твоего понимания, жалкий солдафон. Как и наука. Всё это далеко от твоего умишки. — Я же обижусь, — съехидничал Леон и рванулся вперёд.       Уотсон атаковал так резко, что воздух вокруг словно взорвался. Леон едва успел уйти под удар биопластинчатой руки, чувствуя, как костяные лезвия рассекли пространство в сантиметрах от виска. Он открыл огонь в упор, целясь в суставы и прорехи между пластинами, но мутант двигался рвано и непредсказуемо, словно его тело жило по собственным, искажённым законам.       Сзади зашипело — у Джейка закончился заряд огнемёта. Отсечка захлопнулась с глухим щелчком, и столб пламени погас. — Леон! — крикнул Джейк, отступая. — Он не стреляет! Всё! — Тогда пистолет! — рявкнул Леон, перекатываясь в сторону и уходя от очередного удара. — Сейчас же!       Пальцы Джейка дрожали, дыхание сбивалось, но он всё же выхватил пистолет из кобуры и поднял ствол. Леон краем глаза заметил, как дёрнулось у парня запястье, и всё-таки тот удержал прицел.       Леон едва незаметно улыбнулся, не позволяя себе отвлечься ни на долю секунды. Он выдернул из кармана последнюю звуковую гранату. — Джейк! — крикнул он. — Закрывай уши!       Парень рухнул на колени и зажал ладонями голову. Леон метнул гранату Уотсону под ноги, перекатился за упавший контейнер и прикрыл голову.       Уотсон закричал — его крик напоминал скрежет рвущегося металла, а биопластины на теле задрожали. Он качнулся. Он ослеп. Он потерял ориентацию. И это был шанс.       Леон вскочил. Джейк, пошатываясь, поднялся следом. — В грудь! — крикнул Леон. — Свет видишь? Стреляй туда!       Оранжевое ядро в груди Уотсона — пульсирующее, переливчатое — вспыхнуло, как цель на стрельбище. Леон открыл огонь первыми тремя выстрелами. Джейк, дрожа, но удерживая хват, добавил свои. Пули врезались в биологическую оболочку, разрывая её. — Ещё! — рявкнул Леон.       Уотсон завыл и рванулся вперёд, но ноги уже подламывались, а правая рука дрожала, будто потеряла связь с центральной нервной системой. Оранжевое свечение стало ярче, словно ядро перегревалось.       Леон выпустил последние три пули. Джейк — одну, ровно туда, куда нужно. Ядро вспыхнуло бело-оранжевым светом и разнесло мутанта изнутри, как перегретый генератор. Уотсон дёрнулся, выпрямился, а затем обмяк и рухнул на колени. Плесневые капилляры на стенах содрогнулись и погасли. Бутон позади Джози слегка ослабил хват.       Победа. Хоть и временная. Леон выдохнул и опустил карабин. — Вот же жирный ублюдок… — пробормотал он, вытирая пот со лба. Дышать было тяжело, но снять респиратор он не мог себе позволить ни при каких условиях.       Джейк стоял рядом, совершенно без сил. Руки дрожали так, что пистолет едва не выпал. Это был его первый по-настоящему серьёзный бой. Не важно, сколько тебе лет — оказаться в такой ситуации всегда травмирующее событие. Даже для Джейка, который большую часть своей жизни провёл на военном объекте.       Не медля больше ни секунды, Леон бросился к Джози. Он перекинул карабин за спину, вытащил нож и начал перерезать щупальца. Сила хвата у плесневых лент действительно ослабла: они больше не сжимали, а словно просто удерживали её остатками умирающего разума.       Когда он перерезал последнее — толстое, обвивавшее её талию, — тело Джози безвольно рухнуло ему в руки. Леон подхватил её прежде, чем она ударилась бы о пол, опустился вместе с ней на колени и аккуратно поддержал голову, сразу отметив, насколько она холодная. — Ну давай, Джози… только не смей умирать, — проговорил он, контролируя голос, который всё равно предательски дрогнул.       Одной рукой он удерживал её плечи, а второй полез в нагрудный карман. Там хранилась небольшая упаковка ватных тампонов с нашатырём, прихваченная на минус втором этаже. Тогда это казалось перестраховкой. Сейчас — необходимостью. — Ну как она? — спросил Джейк, присев рядом. Его голос был сорван, будто он кричал весь концерт любимой рок-группы. — Сейчас. Всё будет хорошо. Дай мне минуту.       Леон зажал пакет руками, рванул его, достал ватный тампон и поднёс к её носу. Две секунды. Три.       На четвёртой Джози резко вдохнула и закашлялась. На бледных щеках проступил слабый румянец. Веки дрогнули, приоткрылись, и несколько мгновений она пыталась навести фокус, собрать мир обратно в цельную картинку. А потом, поняв, кто держит её, Джози буквально рванулась вперёд, обвив руки вокруг его шеи. Леон на мгновение замер от неожиданности, не сразу понимая, что ему делать. Затем осторожно обнял её за спину, чувствуя, как дрожат её плечи.       Она чуть отстранилась, глядя ему прямо в глаза. Голос был едва слышным: — Я кое-что видела…       Джози потянулась к его щеке, но не успела ни коснуться, ни договорить. На неё налетел Джейк. Он рывком выдернул сестру из рук Кеннеди и поднял. Джози повисла у него на руках, уткнувшись лбом в его плечо, а он — в её волосы, пахнущие больницей, слабым мылом и тем, что можно понять только пережив сильную боль. — Я думал, что потеряю тебя, Джо… — выдохнул он.       Она обняла его за шею и тихо закусила губу, словно заставляя себя забыть то, что собиралась сказать Леону.       Агент Кеннеди отступил на шаг и сухо бросил: — Заканчивайте уже своё семейное воссоединение. Нам пора валить отсюда, пока ещё какой-нибудь доктор не воскрес из мёртвых.       Он быстро проверил огнемёт, снял пустой баллон и с характерным щелчком поставил новый — последний. Металл был холодным, пальцы скользнули по резьбе, но фиксация встала чётко. — Это всё, — пробормотал он себе под нос. — Должно хватить, чтобы выбраться наверх.       Мысль про дезодорант мелькнула сама собой как нервная шутка на фоне усталости. Потом, если выживут, можно будет поржать с кем-нибудь из сослуживцев. Сейчас было не до юмора.       Закончив с огнемётом, Леон поднёс руку к уху: — Ханниган, приём. Джозефину спасли. Направляемся на выход.       Связь отозвалась почти сразу: — Леон, приём! Это отличные новости! Передам доктору Мёрфи. Как будете на улице — сообщи. Но поторопись: над вами циклон. Нужно успеть посадить вертушку.       Леон устало закатил глаза, хотя она этого не видела. — Понял. Конец связи. «Ну почему вечно погода вклинивается в мои операции?» — раздражённо подумал он, а вслух обратился к рыжим: — Бегом за мной. Времени в обрез, нужно выбираться.       Он пропустил Джози и Джейка вперёд — к главной лестнице, сам остался прикрывать. Развернулся, навёл огнемёт и дал длинный, плотный залп по бутону плесени в центре лаборатории. Тот завизжал высоким, почти детским звуком и начал лопаться, разрываясь, как попкорн в микроволновке. Оранжевый свет погас, биомасса вспучилась и стала оседать. Огонь пошёл по стенам, капиллярам, полу. Бывшая лаборатория превращалась в пылающий саркофаг, уничтожая источник утечки.       Хоть Мёрфи его об этом и не просил. «А к чёрту, — подумал Леон. — Это была производственная необходимость».       Он развернулся и быстрым шагом догнал Джози и Джейка, уже поднимавшихся к лестнице. Запах гари смешивался со сладковатым запахом сгоревшей плесени — мерзкое, но почему-то успокаивающее сочетание. — Всё кончено? — спросил Джейк, кивком указывая назад, туда, где совсем недавно гремел бой. — Да. Давайте свалим с этого хренфеста, — ответил Леон.       Он шёл впереди, методично выжигая остатки биомассы огнемётом, проверяя углы, потолок, пролёты. Они двигались медленно и осторожно, но теперь пространство вокруг было мёртвым и тихим. Всё, что оставалось позади, горело. Ничто больше не шевелилось, не дышало.       Впереди была лестница. Выше — выход.       Они поднялись на первый этаж и оказались в главном холле. Пространство встретило их пустотой и гулким эхом шагов, будто само здание выдыхало после пережитого. — Я уже и забыла, как он выглядит… — задумчиво сказала Джози, оглядываясь.       Леон нахмурился: — Вы что, никогда не выходили на улицу? — Выходили, конечно, — ответила она спокойно. — Последний раз месяцев пять назад. Когда ещё не было слишком холодно. — Охуеть, — выдохнул Леон.       Он сорвал с лица респиратор и швырнул его в сторону, глубоко вдохнув чистый воздух без металлического привкуса фильтров и спор. Джози шла за ним, а Джейк, усмехнувшись, добавил: — Да, именно так.       Он ускорил шаг, почти бегом направился к главным дверям и распахнул их. В лицо ударил живой ночной воздух. — Я и забыл, как хорошо на поверхности, — сказал он, выходя наружу.       Леон шагнул следом, но вдруг почувствовал, как кто-то осторожно, но крепко схватил его за локоть. Он обернулся. — Подожди… — тихо сказала Джози. — Я немного… Мне страшно.       Она смотрела ему прямо в глаза. — Боишься идти на улицу? — удивился Леон, без тени насмешки. — Давай руку.       И она взяла.       Леон вышел первым, Джози — последней. Когда холодный воздух ударил ей в лицо, она на мгновение забыла, как дышать, шумно втягивая его слишком резко и жадно. — Всё отлично, ты молодец, — сказал Леон, мягко положив руки ей на плечи.       Джейк уже стоял у ворот, ведущих в лес, и ждал их.       И тут Джози остановилась. Она подняла голову и посмотрела в небо. Оно было кристально чистым, глубоким, усыпанным звёздами. Она быстро сообразила, коснулась Леона за рукав: — Вон там. Типичная карта неба для весны в северном полушарии. Это Лев — прямо как ты. А вон там Дева. Ещё видно Лиру и Большую Медведицу.       И Леон вдруг вспомнил книги на полках в кабинете доктора Мёрфи. Учебник по астрономии. По нему она училась. Или, возможно, сам Мёрфи учил Джози между сменами и отчётами. Леон внимательно следил за тем, как она обводит пальцем небо, соединяя звёзды в понятные только ей фигуры. — Я давно так не смотрел на звёзды, — сказал он. — Да… я тоже, — отозвалась Джози. — Может, вы закончите любование небом и мы пойдём на вертолёт? — подал голос Джейк. — Мне сложно это признавать, но твой брат прав, — ухмыльнулся Леон. — Кстати, Джей, я и не замечал, что ты такой высокий. — Да, во мне метр девяносто. Хоть где-то я тебя превзошёл. — Отдаю должное, — усмехнулся Леон, и они оба коротко рассмеялись.       Он снова поднёс руку к уху: — Ханниган, мы выбрались. Вызывай птичку.       Ответ пришёл почти сразу, но тон был неутешительным: — Леон, это отличные новости, но у нас проблема. Циклон уже обрушился на горы рядом с вами. Сегодня мы вас забрать не сможем. В целях безопасности. Попробуй найти укрытие до утра, прогноз обещает быть лучше. — Блядь, — коротко выдохнул Леон. — Да, я с тобой полностью согласна. У вас минут тридцать. Попробуй добраться до деревни. Идти неблизко, но в «Гнезде» вы вряд ли захотите провести ночь. — Согласен. Продиктуй код для открытия основных ворот. — Семь. Три. Четыре. Пять. Повторяю: семь. Три. Четыре. Пять. И спасибо, Леон. — Тебе спасибо. Конец связи.       Он опустил руку и посмотрел на Джози и Джейка. — Вертолёта сегодня не будет. Придётся идти в деревню и ночевать там. Температура падает, верхней одежды у вас нет, так что двигаемся быстро.       Джози и Джейк переглянулись. Потом Джози шагнула вперёд. — Спецагент Леон Кеннеди, — сказала она серьёзно. — Мы с тобой куда угодно пойдём. После всего, что там было.       Леон коротко кивнул, разворачиваясь к дороге. — Тогда не отставайте.