Проект J-2: Джози

      Крик был оглушительным. Леон никак не мог разобрать, кому он принадлежал. Он шёл по белому больничному коридору, с разных сторон утыканному дверями палат. Рука привычно сжимала пистолет. Он двигался тихо, немного пригнувшись, готовый в любой момент отразить атаку. Но… никого не было.       Леон толкнул ногой дверь в одну из палат. Комната тонула в полутьме: основное освещение выключено, горел только напольный светильник возле койки, и телевизор на стене отзывался холодным синим светом. На кровати, лицом к пустому окну, сидела женщина.       Леон аккуратно и медленно направился к ней. — Мэм, вы в порядке? — вслух спросил он, а в голове промелькнуло: «Да нихера тут не всё в порядке».       В ответ была тишина. Сердце бешено колотилось. Он видел женщину со спины: русые волосы — почти такие же, как у него самого — спускались до плеч. Леон обошёл койку и встал напротив пациентки. — Вы меня слышите? — он потянулся и слегка коснулся пальцами её плеча.       Женщина медленно подняла на него голубые глаза. — Леон?       Она подняла руку и потянулась к нему.       Кеннеди мотнул головой, стараясь отогнать видение. — Сынок, ты ни в чём не виноват.       Он отшатнулся. — Мама?       Женщина потянула к нему обе руки, и в то же мгновение на её лбу появилась дырка от пули, а на лицо закапали густые красные капли крови. — Нет!       Леон попытался дотянуться до неё, но его силой потянуло обратно в коридор. — Ты не виноват, — отозвалась женщина, и дверь захлопнулась.       Леон колотил в неё — она не поддавалась. Он понимал, что его матери нет уже очень давно. Её убили. Всю его семью убили из-за связей с криминалом. Так всегда: стоит тебе перестать быть нужным — тебя пускают в расход. А твою семью — заодно, чтобы не осталось лишних ушей.       Вот только Леона — маленького мальчика — оставили в живых. Обрекли на вечные муки и чувство вины. Он прекрасно понимал, что был совсем ребёнком и ничего не смог бы сделать, но всё равно винил себя в том, что не спас мать.       Перед глазами всплыла та самая картина: он, ещё мальчишка, стоит и смотрит на тело матери со сквозной пулей в голове и совершенно не понимает, чего боится больше — того, что не заплакал, или того, что остался один.       Когда Леон понял, что дверь для него закрыта, он пошёл дальше. Каждая клеточка его тела горела напряжением и готовностью ко всему.       Он толкнул следующую дверь.       На больничной койке сидел Марвин Брана — лейтенант полиции Раккун-Сити. Когда-то он помог Леону выбраться из кишащего зомби полицейского участка, но потом сам заразился, и Кеннеди был вынужден его убить. — Всё-таки стал настоящим бойцом? — слегка усмехнулся Брана. — Без тебя я бы не смог… — ответил Леон, опуская пистолет.       Марвин издал короткий смешок. — У каждого свой путь. Твой ещё очень долог, Леон.       Лейтенант лёг на кушетку, и всего через мгновение по его телу начала расползаться сеть чёрных вен и сосудов. Глаза помутнели. — Но ты… ты… ни в чём… не… не виноват…       Агент Кеннеди уже видел эту картину. Он направил пистолет, но тут словно кто-то опередил его — пуля вошла Марвину прямо в голову.       И снова это немыслимое притяжение вытолкнуло Леона в коридор. — Прости, — только и смог выдавить он, облокотившись лбом на полотно двери.       И тут Леон заметил в конце коридора странное свечение: над одной из дверей мерцала красная лампочка. Он, не раздумывая, двинулся туда. Это было на него не похоже, но пальцы вдруг неприятно похолодели. Кажется, он уже знал, кого может увидеть там.       Леон толкнул дверь, и в нос ему ударил тяжёлый запах горелого. Помещение было не похоже на остальные палаты — скорее на место бойни под крышей. Среди дыма и далёких вспышек гранат Кеннеди разглядел силуэт и, не мешкая, направился к нему.       На полу, в бетонной пыли и копоти, сидел Джейкоб. На руках он держал Джозефину, словно баюкая её. Леон подошёл ближе, а затем присел рядом на корточки. Из открытых глаз, уха и носа Джо текла кровь. Он точно знал, что случилось с ней, но не мог произнести это вслух. Это казалось ему немыслимым, невозможным. Она была мертва. — Ты не виноват, чувак, — Джейк перебирал волосы сестры, убирая пряди со лба.       Леон потянулся к лицу Джозефины, и в тот же момент она перехватила его руку уже синеющими пальцами. — ПРОСНИСЬ!       Леона будто выкинуло из объятий сна в реальность. Несколько секунд он вглядывался в обстановку комнаты, пытаясь зацепиться за знакомый антураж — окно, кресло в углу, комод, напольный светильник — и едва проснувшимся разумом, как якорями, удержаться за реальность.       Леона била внутренняя дрожь, сердце колотилось часто и ощутимо. Ему казалось, что удары настолько сильные, что даже причиняют боль. Наладить ритм дыхания не получалось. Леон знал, что с ним происходит, но словно сам не мог поверить, что это действительно случилось.       «Только панической атаки мне сейчас не хватало», — подумал он и сел на кровати, глянув на часы на тумбочке. — «Твою мать, уже вечер. Видимо, меня срубило под утро».       Он не помнил, как уснул. О вчерашнем загуле напоминал забытый стакан рядом с часами. У Леона выработался тот вид недоопьянения, когда оно не приходит в привычном смысле, но в какой-то момент просто вырубает спать. Не приходит расслабленность и не накрывает волной позитива — ты продолжаешь пить и пить в надежде добраться до этого состояния, но в ответ получаешь лишь усталость и отравление лошадиной дозой алкоголя.       Паническая атака. Леон знал, как справиться с этим всплеском кортизола — физическими упражнениями.       Он встал с кровати и принял упор лёжа. Десять. Двадцать. Пятьдесят. Всё в своём ритме — быстро и чётко. Потом пресс — тоже около пятидесяти раз. Затем Леон лёг на пол и пару минут вглядывался в потолок, пытаясь посчитать свой пульс. «Вроде спокойнее», — сказал он себе, затем поднялся и направился в душ, по дороге стягивая с себя несвежую футболку и расстёгивая штаны.       Холодная вода безжалостными струями потекла по телу. Он стиснул зубы, борясь с холодом, словно снова пытался что-то превозмочь или доказать себе. Через мгновение его рука легла на смеситель и повернула кран в сторону горячей воды. Когда тепло сменило холод, он благодарно выдохнул. Пульс стал реже и ровнее.       Смыв с себя остатки выжженного кортизола, Леон выключил воду и вылез из душа, повязав на пояс полотенце. Он вышел из ванной и направился обратно в комнату — к шкафу, чтобы надеть чистую одежду. «Скоро нагрянет Крис. Будет странно встречать его в полотенце с “дружком” в руке», — усмехнулся он собственным мыслям.       Но, проходя мимо входной двери, его взгляд зацепился за то, чего там раньше не было. Бумажный пакет лежал на полу, явно храня внутри нечто важное, и, конечно же, агенту Кеннеди было понятно, что именно там находится. И от кого это.       Леон поднял пакет и взвесил его в руке — тот оказался прилично тяжёлым. «Скорее всего, подсунули под дверь», — с пакетом в руке он направился обратно в комнату.       Одевшись, Леон наконец открыл конверт. Какие-то бумаги, документы, фотографии. Быстро просмотрев их, он понял, что это схемы «Аурэлии». Поверх всех документов лежала записка, написанная знакомым ему почерком.

«Ромео, беги спасай свою Джульетту».

— Ада, — произнёс Леон вслух имя той, что до сих пор оставалась для него загадкой. — Надеюсь, ты не в ловушку меня затягиваешь…       Он сел на пол, облокотившись на кровать, и стал раскладывать бумаги перед собой. Первое, чему он должен был уделить максимум внимания, — схема комплекса. Под куполом располагались шесть этажей вниз. «Вот тут было бы удобнее спуститься», — подумал Леон, рассматривая схему и отмечая, что купол накрывает своего рода колодец, откуда есть доступ к каждому из этажей.       Он просмотрел схему первого уровня, затем второго и, когда перешёл к третьему, заметил, что кто-то красным маркером обвёл один из секторов и написал: «ОНА ЗДЕСЬ».       Увидев это, Леон снова усмехнулся. — Раз других вариантов у меня нет, придётся тебе поверить, Ада Вонг, — сказал он вслух.       И в этот момент в дверь его съёмной квартиры в Нью-Йорке позвонили.       Он привычно напрягся и бросил взгляд на кобуру с пистолетом, которые покоились на кресле. Но потом медленно вдохнул и выдохнул, заставляя себя успокоиться. У двери уже раздался стук. Леон поднялся с пола и направился к выходу из квартиры. Дверь открылась. — Леон, — Крис Редфилд приветственно кивнул. — А я уже заждался тебя на своей вечеринке, — ответил Кеннеди. — Вечеринка на одного? Выглядит убого, — парировал Крис. — Не хуже твоих тусовок в BSAA, — ответил Леон. — Да, в роли диджея — вонючий зомбак… — А коктейли — из вирусов A и T.       Леон отступил, впуская гостя в квартиру. — Я даже по тебе немного соскучился, — сказал он. — Будешь что-нибудь пить? — Да, давай. — Проходи в комнату, а я принесу нам выпить.       Пока Леон искал на кухне чистые стаканы и доставал из холодильника вчерашний виски, Крис стал рассматривать схемы «Аурэлии». — Развлекаешься? — сказал Крис, забирая стакан с виски из рук Леона. — Расскажешь мне, в чём должна заключаться моя помощь и что вообще тут происходит? — Это будет долгий разговор… — Ну, на твоё счастье, я никуда не тороплюсь, — Крис усмехнулся. — У тебя курить можно? — Да. Кури на здоровье. — Очень смешно, Леон.       Отношения этих двоих были, пожалуй, всё ещё далёкими от дружеских, но то, что они уважали друг друга и доверяли друг другу, — вне всяких сомнений. Леон невольно вспомнил, как они вместе с Крисом противостояли биотеррористу Глену Ариасу и его новому штамму вируса A, который превращал людей в агрессивных существ.       В обычной жизни их дороги почти не пересекались. Леон работал в Division of Security Operations (DSO), выполняя точечные операции федерального уровня — разведку, сопровождение особо чувствительных миссий и ликвидацию биотеррористических угроз там, где требовалось действовать аккуратно. Крис, напротив, служил в Bioterrorism Security Assessment Alliance (BSAA), международной структуре, привыкшей действовать открыто и жёстко, бросая целые отряды в заражённые города и на базы биотеррористов по всему миру.       Крис сделал глоток виски и поставил стакан на пол. Некоторое время он молча рассматривал схемы, разложенные там же, потом перевёл взгляд на Леона. — Ну давай, Кеннеди. Начинай. Потому что пока это выглядит как твой очередной способ влезть в неприятности.       Леон сделал глоток виски и тоже поставил стакан на пол рядом с собой. — Есть двое. Джози и Джейк. Брат и сестра. Ему тридцать, ей — двадцать семь. Она читает мысли, видит прошлое и будущее людей, когда касается их, а он регенерирует. — Так. И? — Их организм взаимодействует с мутомицелием. Крис резко поднял глаза. — С чем? — С разновидностью грибковой структуры, которая образуется я хер знает после чего. Меня не посвящали в особенности их мутации, но это очень похоже на симбиоз. Их организм каким-то образом влияет на поведение этой плесения.       Крис скрестил руки. — Подожди. Почему-то мне кажется, что здесь пойдёт речь про очередное биооружие. Это же пиздец. — Именно. Пиздец. Но так и есть. Из их крови пытались произвести сыворотку для адаптации мутаций в организме людей и… использовать в военных целях.       В комнате на секунду стало тихо. Крис снова посмотрел на схемы. — И кто этим занимается? — Сейчас комплекс под названием «Аурэлия». Официально — центр изучения и реабилитации людей с поствирусными мутациями.       Крис усмехнулся. — Реабилитации. Конечно. — На деле там проводят эксперименты. Эмоциональные стимулы, психотропные препараты, гормоны, изоляция. Джози, возможно, именно сейчас стирают воспоминания, вызывают нужные реакции и смотрят, как на это реагирует мицелий.       Крис медленно покачал головой. — Чёрт.       Он сделал большой глоток виски. — И откуда ты их знаешь?       Леон на секунду замолчал, позволяя памяти показать ему картинки из недалекого прошлого. — Меня отправили на другой закрытый объект под названием «Нест». Там случилась утечка мутомицелия, весь комплекс превратился в одну сплошную биомассу. Задание заключалось в том, чтобы вытащить Джозефину и Джейкоба оттуда. А они там с детства, представляешь?       Крис внимательно посмотрел на него. — Звучит паршиво. — У меня была возможность пообщаться с ними, Крис. Они нормальные и не заслуживают того, что с ними сделают в «Аурэлии». Ты только представь: Джейкобу отрезают руки и высвечивают лазером глаза, чтобы засечь время его регенерации. — Блять, я даже не знаю, что на это ответить. Крис снова взглянул на схемы. Несколько секунд он молчал. — Если ты говоришь, что они там с детства, как же их родители?       Леон поднял на него взгляд. — Майкл Мёрфи. Их отец. — Подожди… я уже слышал о нём. Биохимик, который лет пятнадцать работал на оборонные программы. И, кажется, на «Амбреллу» тоже. — Угу. Он самый. — Я думал, он исчез. — Он и исчез после Раккун-Сити. Вот только его следующим проектом стали его собственные дети.       Крис медленно покачал головой. — И сейчас они где?       Леон взял лист и развернул его перед Крисом. — Вот здесь. Он указал на сектор, обведённый красным маркером. — Третий уровень комплекса.       Крис прочитал надпись и прищурился. — «Она здесь».       Он поднял глаза. — А это кто написал?       Леон чуть усмехнулся. — Ада. Я так думаю.       Крис тяжело выдохнул и откинулся на каркас кровати. — Конечно. Без неё ни одно безумие в твоей жизни не обходится.       Леон пожал плечами. — В этот раз она хотя бы прислала карту.       Крис посмотрел на схемы, затем снова на Леона. — И что ты хочешь сделать?       Леон ответил спокойно: — Вытащить их.       Крис несколько секунд молчал, затем взял стакан и допил виски одним глотком. — Ты понимаешь, что это не спасательная операция? — Понимаю. — Это штурм секретного биокомплекса. — Да.       Крис поставил стакан на пол. — Я скажу тебе сразу: мне придётся сделать запрос в BSAA. То, о чём ты говоришь, — уровень нашей работы. — Всё это дерьмо… Ты ведь сам прекрасно понимаешь. США никогда не признают, что занимаются разработкой биооружия. Это понимаем ты и я, да любой, блять, понимает. Вот только в ООН они всё равно выкрутятся. — Я всё равно должен попробовать получить официальное разрешение на штурм. Скажу, что соберу доказательства. Но если мне откажут, мы пойдём иным путём… — Путём бунтарства и хаоса? — Именно. — Принести ещё виски? — Да, давай. Нам ещё многое следует обсудить.

***

      Подготовка заняла около недели. Каждый день Леон отсчитывал время, надеясь, что не будет слишком поздно и что она дождётся его. Он то и дело доставал её фотографию из самого первого дела — из той самой папки, которую передал ему Мёрфи перед операцией в «Несте». Леон вглядывался в разноцветные глаза Джо и пытался найти в них хоть что-то. Возможно, ответы на вопросы о том, как долго ещё весь этот пиздец будет продолжаться.       За эту неделю, благодаря Аде, которая сдержала слово и помогла с документами, Леон смог подготовиться к их отходу. Паспорта были готовы. Ада, как обычно, не объясняла, каким именно способом добыла эти документы. Она просто прислала короткое сообщение на телефон Леона с адресом тайника, где он нашёл конверт с тремя паспортами и парой банковских карт, оформленных на него и Джея. — Любая девчонка, пожалуй, позавидовала бы Джози — её будут содержать сразу двое парней. Ну, если вычесть из этого научные опыты над ней… — подумал Леон.       Кеннеди решил, что проще всего будет уходить через юг. До границы с Мексикой было далеко, но маршрут выглядел относительно безопасным: нужно было пересечь всю Калифорнию, а там уже оставалось перейти границу и раствориться в шуме приграничных городов. Оттуда можно было двинуть в Канкун — туристическое место, где постоянно мелькали иностранцы и где пара новых лиц не вызвала бы ни у кого вопросов. Там им предстояло провести какое-то время, переждать шум и дать Штатам забыть о происходящем. Вряд ли, конечно, но всё же.       Машину для транспортировки обещал предоставить Крис. Леону должны были отдать старый списанный с базы джип. Ничего примечательного — потёртый кузов, стандартный чёрный цвет и двигатель на три литра. Но внутри была одна полезная деталь: в багажнике под вторым дном лежала целая куча номерных знаков разных штатов. Крис сказал, что это старая практика — сменил номер, проехал пару сотен миль, сменил снова, и найти тебя становится заметно сложнее. Это серьёзно усложняло жизнь преследователям и полицейским патрулям.       Леон заранее снял наличные деньги — около ста пятидесяти тысяч долларов. Когда он складывал пачки купюр в небольшой дорожный кейс, то лишь пожал плечами. Сумма оказалась меньше его годового заработка. Вот уж что-что, а платили ему хорошо. Только тратить эти деньги Леону было особо не на что. Недвижимость ему была ни к чему — он слишком часто переезжал. Машины он тоже менял: какое-то время ездил на седане, потом пересаживался на кроссовер, а через полгода мог продать всё и купить себе Harley-Davidson просто потому, что захотелось.       В конце концов, когда у тебя есть деньги, любой побег становится немного проще, чем если бы их не было. Кейс с деньгами Леон тоже передал Крису, чтобы сумку оставили в том джипе для отхода.       Однажды вечером, когда они с Крисом в очередной раз сверялись по планам, Редфилд остановился у стола и внимательно посмотрел на Леона. — Эй, агент Кеннеди, — сказал он. — Ты же понимаешь, что они объявят на тебя охоту? И DSO тоже не останется в стороне.       Леон на секунду задумался, затем спокойно кивнул. — Знаю. Но на войне как на войне. Ты не хуже меня это понимаешь.       Он защёлкнул магазин в пистолете и поднял взгляд на Криса.        — И разве ты не должен выиграть нам время?       Крис усмехнулся уголком рта. — Сделаю, что смогу.       Он помолчал пару секунд, затем добавил уже серьёзнее: — Но ничего не помешает Мёрфи гнаться за тобой. И одновременно отбиваться от ООН и Альянса.       И в этом он был прав.       Нельзя отнимать у мальчиков — даже если им уже под шестьдесят — их любимые игрушки. Особенно если эти игрушки стоят миллиарды долларов и называются биооружием.       BSAA выдали Крису разрешение на штурм и зачистку, обязав Редфилда развернуть там временный лагерь и прислать доказательства разработки биооружия. Тут нужно сказать, что США не одобряли деятельность Альянса на своей территории, но под видом мировой тенденции борьбы с биотерроризмом всё же позволили базе функционировать.       Услышав о том, что BSAA требует доказательств, Леон сказал, что фотографий Джози и Джейка вполне достаточно, и Крис сам всё поймёт, как только позволит Джо дотронуться до себя. Убедительными ли окажутся такие доказательства в ООН — оставалось тайной. Всё-таки военные никак не могли влиять на политику. Даже если это слишком хорошие военные.       Леон приехал на базу BSAA в назначенный день. Полёт из Нью-Йорка до Арлингтона оказался совсем пустяковым по сравнению с тем, куда им предстояло двигаться потом — в штат Орегон.       Там его экипировали точно так же, как и остальную группу солдат Альянса.       Всего в группе, не считая его и Криса, было четыре человека.       Первым был снайпер и наблюдатель — сержант Мигель Альварес. Спокойный, сухой на слова боец с десятком операций за плечами. Его задача — контроль периметра и работа по дальним целям. За спиной у него висела снайперская винтовка, а на поясе — компактный пистолет и бинокулярный дальномер.       Вторым шёл специалист по электронике и системам безопасности — капитан Лиам Мартелл. Именно ему предстояло вскрывать замки, обходить внутренние протоколы безопасности и глушить камеры комплекса. На его разгрузке вместо лишних магазинов висели небольшие кейсы с оборудованием, кабелями и компактным терминалом.       Третьим был тяжёлый штурмовик — сержант Даниэле Тоси. Широкоплечий итальянец, почти два метра ростом, который нёс на себе большую часть тяжёлого вооружения группы: дробовик, запас гранат и дополнительный боезапас для остальных.       Четвёртой в группе была медик — лейтенант Сара Уилкинс. На вид хрупкая, но собранная женщина с холодным и внимательным взглядом. На её бронежилете крепились аптечки, инъекторы и полевой медицинский набор. Её задача была проста и жестока одновременно — не дать ребятам умереть.       Крис Редфилд руководил всей операцией. Его экипировка была тяжёлой и функциональной: штурмовой карабин на груди, разгрузочный жилет с магазинами, несколько осколочных и светошумовых гранат на поясе, нож на лямке бронежилета.       Леон выглядел почти так же, но в его экипировке была одна неизменная деталь. В кобуре на бедре лежал его пистолет. С ним он не расставался никогда.       Поверх бронежилета у него висел компактный карабин, на разгрузке — несколько магазинов и пара гранат. На лямке крепился нож. Всё как в старые времена, всё как в каноне его работы: лёгкое оружие, мобильность и расчёт на быстрые решения.       Но его задача отличалась от задачи Криса.       Редфилд шёл за доказательствами.       Леон — за Джози и Джейком.

***

      Вертолёт шёл низко и ровно. Лопасти глухо резали ночной воздух, а под ними медленно проплывали тёмные пятна леса Орегона. Внутри кабины горел тусклый красный свет, от которого лица бойцов казались ещё жёстче, а усталость пряталась в морщинках вокруг глаз. Крис стоял, упершись коленом в металлический пол, и разворачивал распечатанную схему комплекса «Аурэлия». Бумага шуршала под его пальцами. — Слушаем внимательно, — сказал он, перекрикивая гул двигателя. — За пятнадцать минут до подлёта Лиам должен взломать систему безопасности комплекса.        Лиам Мартелл поднял голову от планшета. — Уже работаю. — Твоя задача — не просто хакнуть их, — продолжил Крис. — Тебе нужно удерживать их кибероборону, пока мы не окажемся внутри. Камеры, датчики — всё должно быть выключено.       Лиам кивнул. — Если у них там нормальная защита, молчать она будет недолго.       Крис перевёл взгляд на остальных. — Поэтому мы действуем быстро.       Леон, сидевший напротив, наклонился вперёд. — А как именно мы планируем туда попасть?       Крис посмотрел на него и спокойно сказал: — Напрямки.       Леон приподнял бровь. — Напрямки — это как?       Крис слегка ухмыльнулся и постучал пальцем по центру схемы. — Через купол.       На секунду повисла тишина. Леон посмотрел на схему, потом снова на Криса. — Класс, — сказал он. — Такое я люблю.       Крис продолжил инструктаж. — Основная задача — два объекта. Джози и Джейк. Их нужно найти и вывести из комплекса.       Он перевёл взгляд на Леона. — Дальше проще. Видите лаборатории, оборудование, данные — фиксируйте всё. Нам нужны доказательства.       Он снова посмотрел на группу. — И ещё одно. Леон работает с нами на равных. Он часть этой команды.       Крис коротко кивнул в сторону Кеннеди. — Я бы доверил этому человеку свою жизнь.       Леон усмехнулся. — Смотри не сглазь.       Бойцы тихо хмыкнули. Через несколько минут пилот подал сигнал. — Подлетаем.       Лиам быстро провёл пальцами по экрану планшета. — Я внутри их сети… так… камеры… датчики… сигнализация…       Он выдохнул. — Готово. Комплекс слепой.       Вертолёт завис над огромным стеклянным куполом, который едва различался в темноте. Весь комплекс был погружён во мрак. — Света нет, — сказал Альварес, глядя вниз через открытую дверь. — Я вырубил питание, — ответил Лиам. — Сейчас у них «ночь».       Леон смотрел на чёрный провал под ними и вдруг почувствовал неприятное напряжение в груди. — Мне это не нравится.       Крис бросил на него взгляд. — Что именно? — Слишком тихо.       Крис на секунду задумался. — Может, просто не ожидают?       Бойцы начали крепить тросы. Через несколько секунд верёвки полетели вниз, ударившись о стеклянную поверхность купола. Они быстро спустились на него. Стекло оказалось толстым. Леон постучал по нему ботинком. — Неплохо.       Он вытащил пистолет. — Не знаю, как вы, — сказал он, — а я люблю по старинке.       Крис повернулся. — Леон, подож...       Выстрел прогремел резко. Пуля ударила в стекло, и по куполу мгновенно побежала паутина трещин. — Чёрт тебя дери, — выдохнул Крис.       Леон шагнул вперёд и со всей силы ударил по стеклу ногой. Купол с громким треском проломился. Осколки дождём полетели вниз, исчезая в темноте комплекса. Крис посмотрел на дыру. — Иногда я забываю, насколько ты идиот.       Леон уже крепил лебёдку к трубе вентиляции. — Оценивать обстановку надо было дома, — сказал он. — А теперь пора. У меня плотный график.       И с этими словами он шагнул в темноту. Крис выругался, закрепил свой трос и спустился следом. За ним — остальные.       Они приземлились на шестом уровне комплекса — в самом низу.       Темнота вокруг обволакивала и была настолько густой, что едва можно было различить обстановку. Группа двигалась медленно, кольцом, прикрывая друг друга. Лучи фонарей скользили по стенам лаборатории, по пустым коридорам, по перевёрнутым столам и металлическим дверям.       Но людей не было. Ни охраны. Ни учёных. Никого. Даже аварийное освещение не включилось.       Леон остановился. — Блять. У меня дерьмовое предчувствие.       Крис тихо ответил: — Ты это уже говорил.       Он повернулся к Лиаму. — Проверь систему безопасности.       Лиам быстро набрал несколько команд. — Странно… — Что? — Они видят, что я в системе.       Крис нахмурился. — И? — И ничего не делают.       На секунду повисла тишина. И вдруг Крис понял. — Чёрт… Это ловушка.       Лиам резко выругался. — Меня выбросило!       В ту же секунду по всему комплексу вспыхнул свет. Красные лампы загорелись вдоль стен. Раздался пронзительный сигнал тревоги.

Внимание. Обнаружено проникновение.

      Со всех сторон коридоров начали выбегать вооружённые солдаты. Леон выдохнул: — Вот же блять. Как чувствовал.       Крис передёрнул затвор карабина. — А ты как будто ожидал другого?       Первый выстрел прогремел через секунду. Мигель Альварес мгновенно занял позицию у колонны и начал методично снимать штурмовиков одного за другим. Даниэле Тоси шагнул вперёд и открыл плотный огонь, прокладывая группе дорогу. — Вперёд! — крикнул Крис. — Идём до третьего уровня!       Он повернулся к остальным. — Там сектор с их камерой. Джози и Джейк должны быть там!       Сара Уилкинс держалась рядом с ним, прикрывая тыл. Её пистолет работал ничуть не хуже, чем у бойцов, несмотря на то что она была медиком.       Леон двигался рядом, стреляя короткими очередями. Пули звенели о стены, стекло разлеталось, воздух наполнился запахом пороха. И вдруг по громкой связи прозвучал голос. Женский. Полный стали и решимости. — Сдавайтесь. Живыми вам всё равно не выбраться. — Это ещё кто? — спросил Крис у Леона, не прекращая стрелять короткими очередями.       Леон перезарядил карабин и бросил быстрый взгляд вверх, туда, где из динамиков всё ещё звучал женский голос. — Понятия не имею. Наверняка очередная безумная леди из числа приспешников Мёрфи. Сильная и независимая, ну ты понял?       Крис усмехнулся. — Годы службы сделали тебя циником, Леон. — Да ладно тебе. Хотя… я не жалуюсь.       Путь на третий уровень обошёлся команде Криса Редфилда в несколько магазинов, кучу трупов, но ни единого ранения. Во всяком случае — пока.       Они остановились у развилки коридора, переводя дыхание. Леон настороженно осматривался по сторонам. — Какая-то слабоватая у них охрана.       Крис быстро проверил коридор перед ними. — Я бы не расслаблялся.       Леон кивнул. — Ада говорила, что здесь могут быть спецагенты DSO.       Крис посмотрел на него. — Против своих пойдёшь?       Леон пожал плечами. — Они же мне не родственники. — Я тебе уже говорил, они убьют тебя.       Леон коротко усмехнулся. — Ну, пусть попробуют.       Они остановились у одной из дверей — палата или комната, трудно было сказать. В подобных комплексах жилые зоны всегда выглядели одинаково стерильно и безлико. Лиам опустился на одно колено у панели доступа. — Дайте пару минут.       Остальная группа развернулась полукольцом, прикрывая коридор. Пальцы Лиама быстро бегали по клавишам планшета. Через несколько секунд он тихо сказал: — Почти… ещё немного…       Щёлк. — Готово.       Дверь тихо отъехала в сторону, открывая густую темноту внутри. Леон сделал шаг вперёд. — Я пойду первым.       Он сказал это спокойно, но на секунду потерял самообладание. Сердце ударило сильнее, и Кеннеди пришлось усилием воли взять себя в руки. В бою такой промах мог стоить жизни. Он вошёл первым. Группа двинулась следом.       Внутри оказалось что-то вроде квартиры. Просторная гостиная плавно переходила в кухню. Лучи фонарей скользили по дивану, столу, книжным полкам. Леон вдруг остановился. Его взгляд зацепился за проигрыватель пластинок на тумбе. И почему-то сердце неприятно кольнуло.       Он отвернулся и направился к комнате слева. Дверь была приоткрыта. Леон толкнул её плечом и осветил помещение фонарём. Комната была маленькой, но уютной. На тумбочке лежали заколки. На полке стояли книги. У стены — знакомые кеды. Леон уже видел их на ней.       Это была комната Джозефины. Но кроме тишины и темноты там никого не было. — Эй, Леон, — позвал Крис из гостиной. — Кажется, я тут что-то слышал.       Кеннеди сразу вышел обратно. — Ничего не делай. Я сам.       Он направился к двери напротив. На секунду остановился. Вдохнул. И резко толкнул её, одновременно направляя внутрь прицел с фонарём. — Эй! Не стреляйте!       Голос был мужской. И знакомый. — Джейк? — Леон сделал шаг вперёд. — Это ты? — Леон?! На кровати в темноте зашевелился силуэт. Джейкоб приподнялся на локтях. — Какого хера ты тут делаешь? — Я тоже рад тебя видеть.       Крис появился за спиной Леона. — Ты не говорил, что он такой же любезный, как и ты.       Джейк прищурился, пытаясь рассмотреть их в свете фонарей. — А это кто? — Крис, — ответил Леон. — Но давай познакомитесь поближе, когда выберемся отсюда. Ты встать сможешь?       Джейк поморщился. — Не знаю. Из меня вытащили печень сегодня утром. Ощущения… паршивые.       Леон на секунду посмотрел на Криса взглядом, который говорил без слов: я же говорил. Потом подошёл ближе и протянул руку. — Давай.       Джейк с трудом сел на кровати, опираясь на руку Леона. — Джей, мы вытащим тебя отсюда, — сказал Кеннеди.       Он на секунду замолчал. — Только… скажи мне одну вещь.       Джейк внимательно посмотрел сначала на него, потом на Криса. Его лицо стало серьёзным, будто он подбирал слова для плохой новости. — Где Джози? — задал тот самый вопрос Леон. Несколько секунд Джейк молчал. Потом тихо сказал: — Её здесь нет.