9. Взрывопотам
31 января 2026 г., 20:51
Когда Гермиона открыла глаза на следующее утро, она мгновенно поняла, что совершила ошибку. Сон притупил боль, но теперь, проснувшись, она в полной мере ощутила, будто на её голове сидит взрывопотам. Она застонала и снова закрыла глаза, но это не помогло. Она нехотя села и обнаружила, что её даже слегка подташнивает. О чём она думала, когда пила столько незнакомого ей пунша? Не то чтобы она хотела доказать, что может много выпить. Пунш действительно восхитительно пах. И она не думала, что мадам Помфри и профессор Стебль способны на такое дьявольское зелье.
Гермиона свесила ноги с кровати и снова застонала. Кажется, она видела в кладовой средство от похмелья. Ей просто нужно было добраться туда, не столкнувшись нос к носу со Снейпом.
Снейп.
Увы, даже головная боль не заглушила воспоминаний о прошедшем вечере. Точнее, о ночи.
О, Мерлин, — пробормотала Гермиона, когда ей постепенно вспомнилось, как Снейп провожал её, пьяную в стельку, до спальни. К сожалению, этот пунш не обладал свойством стирать неловкие детали из памяти.
А я получу поцелуй на ночь?
Гермиона почувствовала себя ещё хуже от стыда. Снейп, должно быть, считает её незрелой девчонкой, которая в пьяном угаре бросается на первого встречного.
Она вздохнула, поставила ноги на пол и попыталась снова превратиться в хоть сколько-нибудь приличную ведьму.
Когда полчаса спустя, с раскалывающейся головой, она открыла дверь своих покоев, то обнаружила, что перед ней в воздухе парит небольшой конверт. Удивлённая, она схватила его и заглянула внутрь. Там лежал маленький флакон и записка: Для взрывопотама.
Гермиона невольно улыбнулась.
Почерк Снейпа был безошибочно узнаваем. Она вернулась в свои покои и пристальнее рассмотрела флакон. На нём не было этикетки, но она допустила, что это зелье от головной боли — Снейп вряд ли стал бы травить её.
Она немного подумала.
Нет, она далека от того, чтобы быть его любимицей, но всё не так уж плохо. Она открыла флакон, выпила его до дна и уже через несколько секунд почувствовала, как боль отступает и наконец исчезает совсем. Она довольно вздохнула.
Гермиона заметила, что всю дорогу до Большого зала она улыбалась, и только когда вошла внутрь, спохватилась. Было удивительно мило со стороны Снейпа подумать о её головной боли. Она скорее ожидала, что он будет подтрунивать над ней и наслаждаться её мучениями. Вместо этого он сделал то, что обычно делают друзья. Она улыбнулась ещё шире и не смогла сдержаться, когда увидела Снейпа, который сидел за столом и пил кофе из своей кружки.
— Доброе утро, — сказала она вслух и опустилась на стул рядом с ним.
Обычно её завтрак был спартанским, но это зелье оказалось лучше любого противоядия от похмелья, которое она когда-либо принимала (не то чтобы их было много). Один только вкус был куда приятнее. Снейп в очередной раз доказал, каким превосходным зельеваром он был, — хотя она и не собиралась тыкать его в это носом. Поэтому она смело потянулась за тостами и яичницей-болтуньей.
— Дорогая моя, я так рада видеть вас в добром здравии, — сказала профессор Стебль, стоявшая рядом и выглядевшая немного сконфуженной. — Вчера вы так шатались, что я чувствовала себя виноватой.
— Этот колдовской пунш, который вы там сварили, действительно обладает силой, — откликнулась Гермиона. — Это моя вина, я, наверное, недооценила вас и мадам Помфри. Но не волнуйтесь, я выпила зелье.
Она бросила косой взгляд на Снейпа. Он лишь приподнял бровь.
— Должно быть, оно превосходное, раз вы выглядите такой довольной.
Гермиона покраснела и надеялась, что никто этого не заметил. Она сосредоточилась на своей яичнице.
— Помона права, — проговорил Снейп между двумя глотками из своей чашки. — Никаких признаков взрывопотама в поле зрения.
— Сами виноваты, — сказала Гермиона, улыбаясь ему. — Если бы вы хотели увидеть моё лицо в виде взрывопотама, вам не стоило присылать мне зелье.
— Я мог бы доставить его прямо к вашей кровати с помощью домового эльфа, но решил, что вам не помешает немного пострадать, — отозвался Снейп.
— Это уже больше похоже на вас. — Гермиона почесала нос. — Спасибо, — добавила она. — Это было… неожиданно мило с вашей стороны. И спасибо за прошлую ночь.
Снейп снова приподнял бровь, и Гермиона осознала, насколько двусмысленно прозвучали её слова.
— Эм, — пробормотала она, — я имею в виду, что вы доставили меня в целости и сохранности в мои покои.
Снейп ничего не сказал, а лишь кивнул.
Завтрак проходил спокойно. В Большом зале было относительно тихо, потому что многие ученики со сонными лицами склонились над своими тарелками, а некоторые, видимо, остались в постели. У Гермионы было очень хорошее настроение, хотя её и беспокоило то, что Снейп время от времени бросал на неё взгляды. Когда он сделал это снова, Гермиона застенчиво улыбнулась ему. Снейп улыбнулся в ответ так, как никогда раньше не улыбался ей, — язвительно, почти довольно, и пока Гермиона краснела, а Снейп покидал стол, в ней тихонько зазвенел тревожный звоночек, говоривший, что эта улыбка Северуса Снейпа не предвещает ничего хорошего.
Она растерянно потянулась за своим тыквенным соком, но тут же опустила руку, почувствовав на себе взгляд МакГонагалл.
— О, дорогая моя, — сказала директриса, цокая языком. — Что он вам дал?
— Что? О чем вы? — спросила Гермиона, но краем глаза заметила, что что-то не так, как должно быть. Она скосила глаза и испугалась, а когда коснулась своего лица, то почувствовала, что её подозрения подтвердились: там, где обычно был её нос, красовался пусть и маленький, но явно заметный рог взрывопотама.
***
После работы Гермиона стояла перед дверью кабинета Снейпа. Но когда она уже подняла руку, чтобы постучать, то передумала. Она не доставит Снейпу удовольствия вызывать её на разговор. Она знала, что он только этого и ждёт. Что ему нравится видеть её злой. Он, конечно, был достаточно профессионален в своей выходке, чтобы настроить зелье так, чтобы его действие ослабло к началу её занятий. Поэтому ей пришлось полчаса просидеть в больничном крыле, пока не исчез рог взрывопотама. И, несмотря на свой гнев, ей было любопытно, что это за зелье, которое, с одной стороны, избавило её от головной боли, а с другой — наградило её рогом животного — вероятно, нечто вроде оборотного зелья. Но подпитывать его эго, ещё и поздравляя его с этим зельем, было последним, чего она хотела. Поэтому она опустила руку и вместо этого вошла в свой кабинет. Она собиралась сделать то, что привело бы Снейпа в ярость, если бы он узнал об этом: она начала думать о том, как его вылечить. В принципе, было только два варианта. Первый — создать зелье, которое объединило бы все остальные зелья, которые он принимает, и таким образом избавило бы его от всех недугов. Но это оказалось бы трудным по многим причинам. Во-первых, в зельях были ингредиенты, которые не сочетались друг с другом. Возможно, ей удалось бы сократить их хотя бы до двух зелий, чтобы ему приходилось принимать только эти два, но и здесь было слишком много разных факторов. Гермиона не знала, какие из недугов были самыми серьёзными. Если бы речь шла в основном о боли, а тошноту он испытывал лишь изредка, то ему было бы достаточно время от времени принимать что-нибудь от тошноты, в то время как зелье Гермионы помогало бы ему при самых серьёзных недугах. Но Гермиона не знала об этих недугах. Снейп не хотел говорить ей, что его беспокоит больше всего и какие зелья он принимает ежедневно. Ей нужно было знать, какие именно боли он испытывает, чтобы соответствующим образом настроить зелье. Как бы она ни старалась, у неё было слишком мало информации. И она не собиралась снова спрашивать его об этом, потому что, во-первых, он бы ей не сказал, а во-вторых, тогда он, вероятно, догадался бы, что она задумала. Поэтому Гермионе оставался только второй вариант, и он казался ей не менее невозможным: ей нужно было изобрести зелье, которое нейтрализовало бы яд Нагайны. Она вздохнула и взглянула на заметки, которые в беспорядке набросала на пергаменте. Вместе со Снейпом она, возможно, нашла бы выход. Но это, конечно, исключено. Он был прав: её план был обречён на провал. По крайней мере, без посторонней помощи. Но она не была бы Гермионой Грейнджер, если бы хотя бы не попыталась. В другом он тоже был прав: Северус Снейп был для неё загадкой, и она хотела её разгадать.***
— А что, собственно, произошло с останками Нагайны? Гарри оторвался от тарелки с кукурузными хлопьями. На нём уже была униформа, но мантия висела на стуле. — Эм. Честно говоря, не знаю. — Не знаешь? — Гермиона склонила голову набок. Она сидела напротив Гарри за кухонным столом в его доме на площади Гримо. — Ты никогда не задавался этим вопросом? — Нет. — И почему нет? Гарри вздохнул. — Потому что есть вещи, которые я хотел бы оставить позади. Гермиона виновато прикусила нижнюю губу. — Прости, — сокрушённо сказала она. — Ты прав. — Всё в порядке, — Гарри пожал плечами. — Но я хочу знать, почему ты спрашиваешь. — Я кое над чем работаю, — ответила Гермиона. — Пока не могу об этом говорить. Гарри кивнул и продолжил есть. — Доброе утро! — крикнула Джинни, врываясь на кухню. Она уже была в форме для квиддича и на ходу схватила банан. — Доброе утро, — с улыбкой ответила Гермиона. — У вас обоих когда-нибудь бывают что-то вроде выходных? — Иногда, — сказала Джинни, прислонившись к кухонному гарнитуру. — Сегодня товарищеский матч в Бате. Он не считается, но сейчас нам любая игра пригодится. — А у меня дежурство на выходных, — сказал Гарри, мрачно глядя в свою тарелку. — Вчера был рейд, и конфисковали килограммы КЕ. — КЕ? — Кровь единорога, — объяснил Гарри. — Наркотик нашего времени. — Я не понимаю, — растерянно сказала Гермиона. — Такое существует? Для чего? Чтобы продлить жизнь? — Нет, дозировка слишком мала. Но это продлевает и другие виды деятельности. Гермиона всё ещё вопросительно смотрела на него. — Ну, — замялся Гарри, — это… доставляет больше удовольствия, если … ты понимаешь. — Нет, я не понимаю. — Это повышает потенцию, — объяснила Джинни, откусывая банан. Гарри бросил на неё взгляд и усмехнулся. Гермиона ошеломлённо посмотрела на них обоих. — Ч-что? — А я так тугодум, — заметил Гарри. — Всё в порядке, Гермиона? — спросила Джинни. — У тебя странное выражение лица. Гермиона шумно сглотнула. — Э, нет. Да. Всё хорошо. Я просто… удивлена. Я не знала, что кровь единорога так действует. Чёрт побери, — подумала Гермиона. — Ну, кое-кого даже не хочется представлять в таком состоянии, — сказала Джинни, поморщившись. Гермиона почувствовала, как краснеют её щёки. — Что ты имеешь в виду? Джинни подняла обе брови. — Волан-де-Морта? — Спасибо, теперь эта картина не будет выходить у меня из головы весь день, — сказал Гарри, отодвинул свои кукурузные хлопья и встал. — Ты уверена, что всё в порядке? — спросила Джинни, обращаясь к Гермионе. Гермиона ни на секунду не подумала о Волан-де-Морте. Она думала только о Снейпе. О Снейпе, в чьих венах постоянно текла кровь единорога. В огромных количествах! Было ли это для него положительным побочным эффектом? Она покраснела от одной только этой мысли. — Гермиона? — теперь спросил и Гарри. Он стоял перед ней в полной форме аврора. — Хм? Да, всё в порядке. Я просто подумала… Джинни права, это жутковатая мысль — связывать это с Волан-де-Мортом. — Я думаю, вся его кровь пошла на его воскрешение, — сказал Гарри. — Будем надеяться на это. Он пожал плечами. Гарри прав. Возможно, со Снейпом то же самое. А возможно, и нет. Она подняла глаза, чтобы отвлечься, и увидела, как Гарри и Джинни целуются на прощание. Она была рада за них обоих, но почувствовала что-то вроде зависти. Это чувство было для неё новым. — Вы должны видеть себя со стороны, — сказала она с улыбкой, оглядывая их. — Аврор и профессиональная спортсменка по квиддичу. Если бы я сфотографировала вас и продала эту фотографию в «Ведьминский еженедельник», мне не пришлось бы работать до конца своих дней. — Хорошо, что мы все знаем, что ты этого совсем не хочешь, потому что ты бы умерла от скуки без работы, — сказал Гарри. — Совершенно верно. — Гермиона заёрзала на кухонной скамье. — Снова об этой КЕ… сколько… нужно употребить, чтобы… добиться определённого эффекта? Гарри и Джинни обменялись взглядами. — Не для меня, — быстро сказала Гермиона, — меня это интересует исключительно с профессиональной точки зрения. — Чисто с профессиональной точки зрения? — повторила Джинни, подмигнув. Гарри, напротив, недоверчиво посмотрел на свою лучшую подругу. — Я не настолько плохо разбираюсь в зельях, чтобы не знать, что кровь единорога обычно не входит в состав зелий. По крайней мере, не в те зелья, которым нас учат в Хогвартсе. — Я же говорила, что сейчас работаю над кое-чем, — ответила Гермиона, заливаясь краской. — Её разливают в маленькие флаконы и продают, — сказал Гарри. — Флаконы примерно как Феликс Фелицис. Или даже меньше. — И откуда её берут те, кто ею торгует? — настаивала Гермиона. Гарри пожал плечами. — Там, где чёрные маги достают свои вещи. — И где это? — Ты пугаешь меня, Гермиона, — вставила Джинни. — Над этим «где» мы сейчас и работаем, — сказал Гарри. — Но даже если бы я знал, я не имел бы права тебе это говорить. Мерлин, мне нужно отвыкнуть делиться с тобой всем подряд. — Он подошёл к камину и потянулся за летучим порохом. — Мы никогда не говорили об этом, хорошо? — Хорошо, — сказала Гермиона. — Но Гарри? Ты можешь узнать то, о чём я тебя спрашивала? О Нагайне? — Я попробую.***
В воскресенье днём Гермиона стояла в кладовой для зелий, собирая кое-какие вещи для завтрашних уроков. Ей удалось избегать Снейпа на выходных, но когда она услышала шаги, то сразу поняла, что это он. — Коллега, — услышала она его низкий голос, когда он подошёл к ней, глядя на полку. — Профессор, — нейтрально ответила Гермиона. — Как ваши дела? Он что, решил поиграть в светские беседы? Что ж, пожалуйста! — У меня всё отлично, спасибо, что спросили, — Только сейчас она посмотрела на него. — А как ваши дела? — О, терпимо. Он улыбнулся и как бы невзначай коснулся своего носа. Серьёзно? — Отсутствие на ужине было заметно, — продолжил он. — Вы, значит, по мне скучали? — язвительно спросила Гермиона. — Нет, просто было так приятно тихо. — Я завтракала у Гарри и Джинни. И ужинала тоже не в школе. Иногда очень приятно не слышать звон посуды сотен учеников. — Охотно верю, — он кивнул в сторону полки справа от неё. — Не могли бы вы передать мне молотый рог взрывопотама? Гермиона скривилась. Поскольку она не реагировала, Снейп протянул ладонь в ожидании. — Вам совсем не нужен рог взрывопотама, вы просто хотите подразнить меня! — Зачем мне это делать? — с невинным видом спросил Снейп. Гермиона вздохнула, затем потянулась за контейнером и сунула его Снейпу в руку. — А вообще, можно уволить за то, что травишь своих коллег? — спросила она потом. — В другой школе магии, возможно, но в Хогвартсе? Где профессора превращают учеников в хорьков? Вряд ли. Тем более что отравление вряд ли подойдёт. — А как бы вы назвали это, если бы кто-то подсунул вам зелье, от которого у вас вырастут рога? — У каждого лекарства могут быть побочные эффекты, вы должны это знать, — всё ещё невинно ответил Снейп. — И ваша головная боль прошла, не так ли? Вы выглядели… как это назвала Помона? Довольной. Гермиона покачала головой. — Это моя вина, что я доверилась вам. — Сколько лет вы проучились в этой школе, чтобы не знать, что нельзя просто так брать зелье, которое плавает у вас перед носом? — Я узнала ваш почерк! — Его можно подделать. — И вы были единственным, кому я рассказывала про взрывопотама! — Удивительно, как хорошо это сохранилось в вашей памяти, учитывая степень вашего опьянения. — Да, я помню всё, что произошло той ночью и чего не произошло! — энергично сказала Гермиона. Затем она покраснела. А я получу поцелуй на ночь? Она отвела взгляд и потянулась за летучей мышью в банке на полке. Ему снова удалось вывести её из равновесия. Она была так уверена в себе и спокойна, держала ситуацию под контролем — а всего несколько минут с ним в кладовой заставили её захотеть перегрызть ему глотку. И затем, как будто из ниоткуда, она вспомнила о крови единорога. КЕ. Это повышает потенцию. О, Мерлин, — подумала Гермиона. Сможет ли она когда-нибудь снова смотреть на Снейпа, не задаваясь вопросом, пользуется ли он этим? Она осмелилась взглянуть в его сторону. Снейп ответил ей взглядом, но единственное, что шевельнулось, — это его левая бровь. Гермиона наугад потянулась к полке, просто чтобы чем-то заняться. — Интересный выбор, — заметил Снейп. — Но вы же знаете, что он нелегальный? — Что? — рассеянно спросила Гермиона, затем взглянула на флакон в своей руке. Амортенция. Этого просто не может быть! — Чёрт возьми, — пробормотала она и поставила флакон обратно. — Почему он вообще здесь стоит? Что, если сюда ворвутся ученики и заберут его? — Этого не случалось с тех пор, как вы, Поттер и Уизли закончили школу, — сказал Снейп. — И это кладовая. Для зелий. — Да неужели! — раздражённо вздохнула Гермиона. Она даже не помнила, какие ещё ингредиенты ей нужны. Она зайдёт сюда позже, когда Снейп не будет отвлекать её своим присутствием. Она надеялась, что Гарри даст ей информацию об останках Нагайны. Она ещё не знала, что будет делать с этой информацией, но понимала, что без неё она не сможет продвинуться дальше. Чем больше Снейп её раздражал, тем сильнее ей хотелось сварить для него зелье. Просто чтобы проучить его. Эта мысль заставила её улыбнуться. — Перепады вашего настроения впечатляют и одновременно тревожат, — заметил Снейп. — По крайней мере, у меня они бывают, — пожала плечами Гермиона. — Я оставляю кладовую вам, чтобы вы могли спокойно собрать ингредиенты для зелья, для которого срочно нужен молотый рог взрывопотама. Уголки губ Снейпа приподнялись. Совсем немного. Гермиона прикусила внутреннюю сторону щеки, чтобы не ухмыльнуться. Затем она протиснулась мимо него.
