Клетка

Аластор спустился вниз, когда понял, что в башне больше не выдержит ни минуты.  В холле было пусто. Он прошел к бару, налил себе чего-то темного, и устроился в кресле, откуда открывался вид на вход и лестницу. Просто сидеть и не думать. К сожалению, не думать не получалось. Он прокручивал в голове их разговор в библиотеке, тот момент, когда Люцифер вскочил, вспыхнул, заявил, что не позволит Рози забрать это. Это. Странное слово. От него становится так липко и противно. Да и Люцифер поступает эгоистично, не позволяя Аластору достойно уйти. Словно король сам не выбрал бы небытие, если бы оно означало свободу от всех цепей. Шаги на лестнице он услышал задолго до того, как фигура появилась в поле зрения. Люцифер спускался, не глядя по сторонам, и чуть не прошел мимо, прежде чем заметил темный силуэт в кресле. - Аластор? - Люцифер остановился, нахмурившись. - Ты чего здесь, в такой час? Спать надо. - Взаимный вопрос, Люцифер. Не спится?  Люцифер помялся мгновение, потом подошел и, без приглашения, опустился в соседнее кресло. Он выглядел взъерошенным.  Волосы торчали в разные стороны, рубашка была расстегнута на верхние пуговицы, а на ногах были смешные тапочки в виде утят. Аластор моргнул, но комментировать не стал. Себе дороже. - Сны дурацкие снятся. - буркнул Люцифер, забирая у Аластора стакан и делая глоток, снова не удосужившись спросить. - Гадость какая. Ты это пьешь добровольно? - Тебе никто не предлагал. - А я и не жду предложений. - Люцифер вернул стакан, откинулся на спинку кресла и уставился в потолок. - Расскажи мне что-нибудь. - Например? - Нуу… не знаю. - Люцифер зевнул, прикрывая рот ладонью. - Что ты делал, когда был живым? Ну, кроме того, что вел радио и пугал людей своим голосом. - Я не пугал, а завораживал! - машинально перебил короля Аластор. - Люди слушали меня, потому что мой голос был особенным. Где-то наверху хлопнула дверь, послышались тяжелые шаги. Кто-то из грешников отправился в туалет, спотыкаясь и одаривая матом каждый плохо лежащий ковер. Потом снова стало тихо. - А расскажи еще что-нибудь о жизни. Что ты любил? Аластор задумался. Странно было копаться в воспоминаниях, которые он так тщательно похоронил под слоями цинизма и расчетливости. - Мне нравилась одна певица. Точнее, только ее творчество. - Аластор позволил уголкам губ дрогнуть в улыбке. - Она пела в маленьком клубе, куда я иногда заходил после эфира. У нее был какой-то особенный голос, не как у других женщин. Она пела о любви так, будто сама в нее не верила, но очень хотела бы испытать что-то подобное. - И что с ней стало? - Люцифер явно начал нервничать, но старался не подавать вида. - Хм? Понятия не имею, я же умер. - Аластор пожал плечами. - Надеюсь, она прожила долгую жизнь и пела до ста лет. Люцифер смотрел на Аластора, на странную улыбку, тронувшую его губы, и чувствовал, как внутри закипает что-то едкое и неприятное. Почему какая-то смертная женщина была причиной, по которой Аластор ходил в тот бар. Почему именно она занимала в его памяти место, которого у Люцифера не было и, возможно, никогда не будет. - Ты часто ходил её слушать? - спросил Люцифер, стараясь, чтобы голос звучал небрежно. Получилось плохо. - Каждую неделю по пятницам, после вечернего эфира. У неё был свой столик в углу, она всегда оставляла для меня свободное место, хоть я никогда и не просил. Просто ставила табличку «занято». - А ты подходил к ней? - спросил Люцифер, сжимая подлокотники кресла. - Зачем? - Аластор пожал плечами, искренне не понимая причины этого допроса. - Мне нравился её голос, но не она сама. Люди редко бывают так же хороши, как их творчество. - Но она тебя ждала, даже место оставляла. Может, ты ей нравился не только как слушатель? Аластор наконец повернул голову и посмотрел на Люцифера. В полумраке бара его красные глаза встретились с золотыми, и он понял. О, так вот оно что. Король Ада ревнует его к давно умершей певице из бара. Это было бы смешно, если бы не было так неожиданно. Аластор моргнул. Один раз, второй. Его уши медленно приподнялись. Он открыл было рот, чтобы съязвить, уколоть, превратить этот абсурд в очередную перепалку. Но слова застряли в горле. - Ты серьезно сейчас? - вырвалось у Аластора вместо запланированной колкости. - Ты ревнуешь меня к той, кого я видел последний раз лет 70 назад? Люцифер от такого заявления прямо вскипел, его щеки стали золотыми, а глаза красными - Я не ревную! Я интересуюсь! Есть разница! - По тебе не похоже, что ты просто интересуешься. - Заткнись! - Люцифер вскочил с кресла так резко, что его тапки шлепнули по полу. - Ты вспоминаешь с улыбкой какую-то… певичку! А я, между прочим, тут… я… - Ты что? - спросил Аластор, не двигаясь с места. - Я не знаю! - выкрикнул Люцифер, взмахнув руками. - Я просто… я хочу знать о тебе всё! А ты рассказываешь мне о столике, который она для тебя берегла! И это бесит! Бесит, потому что меня там не было! Потому что я… я… - Он замолчал, тяжело дыша, сжимая и разжимая кулаки. Аластор смотрел на него снизу вверх и чувствовал, как внутри него, где-то глубоко, под слоями контрактов и ненависти, что-то плавится. Что-то, что он так старательно запирал на все замки. - Блять.. - И, не дав себе времени на обдумывание, Аластор рванул вверх, схватил Люцифера за ворот рубашки и резко дернул на себя. Люцифер, не ожидавший такого, потерял равновесие и рухнул прямо в кресло, а точнее, на Аластора, который ловко развернулся и усадил  короля к себе на колени. На секунду оба замерли. - Что… что ты… пусти! - прошипел Люцифер, упираясь ладонями в грудь Аластора. Аластор не дал ему договорить. Он притянул его за затылок свободной рукой и поцеловал. Люцифер выдохнул ему в губы и тут же ответил, но в качестве мести укусил грешника за язык. Кресло скрипнуло, когда Аластор дернулся. Люцифер захотел откусить ему язык за такие рассказы? Не важно уже. Руки Аластора скользнули под рубашку Люцифера, чувствуя жар его кожи. Люцифер застонал, прижимаясь ближе, и запустил пальцы в волосы Аластора. Когда им всё-таки пришлось оторваться друг от друга, чтобы вдохнуть, они оба тяжело дышали. Люцифер уткнулся лбом в плечо Аластора. - Я… - прохрипел грешник. - О Боже… - Аластор, всё ещё пытающийся восстановить дыхание, вдруг почувствовал, как напряглось тело Люцифера в его руках. Они сидели, вжавшись друг в друга в слишком узком для двоих кресле, и Аластор явно не хотел ничего менять. Люцифер сопел ему куда-то в район ключицы, его пальцы всё ещё нервно теребили воротник пиджака Аластора, а ноги болтались, не доставая до пола. - Тяжелый. - прошептал Аластор, глядя куда-то в потолок. - Что? - Люцифер поднял голову, его щеки всё ещё горели золотом, а губы были припухшими. - Ты тяжелый, Люцифер. Для демона вашей комплекции ты обладаешь удивительно высокой плотностью. - Моей комплекции?! - Люцифер возмущенно выпрямился, но слезать не спешил. - Я, между прочим, идеально сложен! - Для карманного короля, возможно. - Руку убери, если я такой тяжелый. Аластор демонстративно убрал руку с талии Люцифера. Тот тут же начал заваливаться назад и вцепился в пиджак Аластора, чтобы не упасть. - Вот же... — прошипел Люцифер, восстанавливая равновесие. - Ты специально это делаешь? - Я? - Аластор изобразил самое невинное выражение, на которое только был способен, но руки вернул обратно. - Ваше величество, я всего лишь констатирую факт. Вы сами вскочили ко мне на колени. Я тут ни при чём. - Я не вскакивал! Ты меня дернул! - возмущение Люцифера звучало неестественно, учитывая, что он даже не пытался слезть. Люцифер чуть отстранился, чтобы заглянуть в красные глаза. В полумраке бара они горели, как раскаленные угольки. Красиво, опасно, невероятно.  - Аластор, я хочу тебя поцеловать.  - Ты спрашиваешь разрешения? - Аластор поднчл брови, удивившись такому повороту событий. - Я пытаюсь быть милым, если ты не заметил - Люцифер наклонился ближе, но замер в миллиметре, дразня. - Хотя, если честно, плевать я хотел на твое разрешение. Просто предупреждаю. - Как благородно, ваше велич… Договорить ему не дали.