Тень за ускользающим эфиром

На следующий день.

09:20

Телевизионная станция.

      С самого утра, происходили события, о которых никогда никто не думает, казалось, сама судьба повернулась к нему спиной. Сгоревший завтрак, закончившийся кофе и внезапный дождь, по пути на работу, дал глубокую трещину по самоуверенности юного мечтателя. И промокший до ниточки Винсент уселся за своё рабочее место, буравя взглядом каждого, кто направлял свой любопытный взгляд на него. Ему казалось, что именно сегодня всем надо было вспомнить про него и сделать объектом для наблюдения. Да, он был наслышан о интересе к новеньким, но это очень сильно раздражало, пусть смотрят, но не так же пристально.       За раздумьями, кто-то подкрался к нему и резко сжал его плечо, Вокс вскрикнул, оборачиваясь. Это была Кэтти.       — Боже! Вы что сегодня все решили мне день испортить? — проворчал тот, смотря на весёлую девушку, — Что тебя так развеселило?       — Ну наконец-то вы спросили! Смотрите, — на стол упали бумаги расписанные в непонятные текста и с большой подписью директора, — Я поговорила с сотрудниками компании и все они приняли решение взять вас...       — На роль телеведущего! — глаза Вокса загорелись, а учащённое дыхание переливалось в истеричный смех.       —....ассистентом, — Кэтти странно уставилась на поднявшего шум мужчину, но заметив коллег за непрошеным наблюдением, усадила его обратно, — Вы будете ассистентом по рекламной программе.       — Ассистентом?.. — брезгливо произнёс тот, пробуя новое слово, которое ему не нравилось от слова совсем.       — Да, им нужно новое лицо, которое будет выделяться среди других компаний, а вы — самый подходящий вариант, — приободряюще произнесла Кэтти, протягивая стакан со своим «фирменным» кофе, — Возьмите, через час вас пригласят в радио зону, там проведут плановый осмотр ваших способностей и проведут рекламу.       — Погоди, почему в радио зоне? И почему тут вообще радиостанция?.. — только сейчас Вокс заинтересовано посмотрел на девушку.       Странно, ведь он ни разу не слышал об этом. Радиостанция находящееся в телевизионной компании... Но, погодите.       Теперь он начал догадываться и в голову лезли воспоминания вчерашнего дня и слова его спутницы: «Аластор — лицо радио» На лице появился шок, а сердце на долю секунды подскакивает, заставляя застыть в оцепенении. Как же он сразу не понял... Мировая звезда была прямо у него под носом, а он был настолько ослеплён своей идеей, что не понял кому предлагал настолько глупую идею о сотрудничестве..       Лицо обдало жаром, стало невыносимо неловко от своего поступка. Руки обхватили голову, оттягивая волосы.       — Винсент? Вам плохо? — поинтересовалась коллега, нежно кладя руку на спину, от чего побежали неприятные мурашки по всему телу, — Может вам отойти в комнату отдыха?       Её рука переместилась ниже и резко встав, мужчина кивнул её прекрасной идее проходя в небольшую комнату, где веяло кофейным ароматом.       Осмотревшись, Винсент приметил бордовый диванчик, на котором решил расслабиться. Плюхнувшись и с удовольствием простонав, тот услышал тихий смешок. Раскрыв глаза, он увидел небольшой коридорчик, где были все удобства для приготовки еды и питья, и грациозно запрокинувший ногу — Аластор.

«Вы сейчас смеётесь надо мной?!»

      На лице снова появился немой шок и несколько раз открыв рот, пытаясь что-то сказать, закрывал, не найдя ничего толкового. А что тут собственно говорить? « «Извините уважаемый Аластор, я не знал с кем общаюсь и вёл себя глупо и бездарно, прошу простите меня и увольте, чтобы я не мозолил вам глаза».       Ну уж нет, он не опустится до такого. Или.. Может быть он вообще забыл эту глупость? Ну, мало ли кто ему ещё предлагал такие предложения?       Парень поправил свой жилет и отведя взгляд на стену сделал вид, что разглядывает картину, а пока тот не видел незаметно рассматривал его. Он был в костюме-тройки, что очень подходил ему по статусу, и, что интересно, по талии. А пил он, судя по запаху кофе с имбирём, поистине необычное сочетание. Перемещаясь с одежды на лицо, Вокс дошёл до тёмных глаз, которые пристально смотрели прямо на него. Он понял, что был обнаружен и с детским испугом отвернулся. Теперь полностью.       Аластор, закончил с напитком и не обращая внимание на глупую встречу — вышел, направляясь на своё рабочее место. Тратить время на эти совсем «случайные» встречи он не собирался. А что насчёт вчерашнего.. Да, он и правда подумывал над тем, чтобы прикрыть лавочку Винсента, да кто же он такой чтобы такое сделать? Директор? Мэр? А может Бог? Может быть, но для высших созданий трястись над этим — ниже всего. Поэтому он решил закрыть глаза и забыть об этом недоразумении. Пусть играет, за этим даже можно будет посмотреть, а если будет крах его планам, за этим будет вдвойне приятнее наблюдать. Какое же лицо у него будет в этот момент, а как же пострадает его внутреннее нутро: безнадёга и отчаяние возьмут вверх и ворвутся разрушая всё вокруг.       От подобных мыслей стало веселее и как-то «по-садистски» ухмыльнувшись, Аластор дошёл до рабочего места и выдохнул, натягивая знакомую маску.       «Не время для подобного» подумал он, распахивая двери в радиостудию. В его мир, где веяло влажным деревом вперемешку с кофе, а с открытого окна дует приятный ветер, освежая затхлую комнату.       — Здравствуйте! — с уважением здоровается с ассистентами, и уже знакомым звукоинженером, который протягивает руку, — Месье Вавилон, я думал вы ещё с женой путешествуете.       — О нет Аластор, мы приехали на этой неделе, — мужчины пожимают друг другу руки, улыбаясь, — А вы всё никак не изменились, всё та же утончённость в движениях и одежде. Всё тот же Аластор.       — Бросьте, признайте уже, что я просто не изменяю своим привычным стандартам, — мужчины задористо смеются, проходя в эфирную комнату.       — Кстати, сегодня у нас будет гостья, — протягивает мужчина, следя за реакцией коллеги.       — Гостья? — заинтересованно переспрашивает брюнет, присаживаясь за стол и двигая микрофон ближе. Но если честно, ему не особо было интересно что за богатенький сынок или дочка на этот раз появится за деньги отца и выступит с ним в эфире, — На этот раз надеюсь будет не так как в прошлый раз?       — Не дай бог, Ал! Я аж сам вспомню — по всему телу мурашки бегут, — Вавилон начинает проверять подключение микрофона и отходит к своей аппаратуре.       А Аластор, тем временем, решает углубиться в «тот раз». В тот день был незапланированный эфир, о котором Аластору доложили за 20 минут до начала. И опоздав ещё на 10 минут было обнаружено, что гости этого эфира даже не удостоились прийти.                   Сдерживая свои последние капли самообладания, Аластор дождался этих двух, которые.. мягко сказать относились к нему с ужасным отношением. Всё кидаясь двусмысленными фразочками, шутя про цвет его кожи, и весь эфир их руки незначительно прикасались то к его плечам, то к ногам, что конкретно раздражало. В конце концов, Аластор не стал терпеть данную игру и своими навыками ораторства завуалировал очень хорошо подходящее описание этих двоих на всеобщее обозрение. Юноши не поняли, но зато поняло общество... и директор, который после этого сбавил зарплату.       Тем не менее этот опыт он бы предпочёл больше не повторять. Иначе он не знает, что сделает с подобными людьми после эфира.       — И так, она должна подойти через минуту... или две?.. — Вавилон посмотрел на Аластора, понимая, что будет если леди не придёт вовремя, — Да не переживай, ты знаешь её, она интеллигентная леди.       На закатывание глаз, хлопнула дверь, и появилась гостья. Это была симпатичная дама, слегка старше по возрасту Аластора, одетая в красивый бархатистый жакет, розоватого цвета. Подол её юбки, выполненный из струящейся чёрной ткани, колыхался при каждом движении. Подобный облик говорил о утонченности особы, она была словно сошедшая со страниц старинного романа, готовая к любым драматическим поворотам судьбы. Услышав знакомый шорох платья, Аластор улыбнулся ещё шире, оборачиваясь и не веря своим глазам.       — Рози! — мужчина спрыгнул со стула и с распростёртыми руками приблизился к барышне его души, — Мне снится сон или это правда ты дорогая?       — Ох, Аластор, сколько лет, сколько зим! — девушка отвечает взаимностью и пара крепко обнимается, слегка покачиваясь, — А ты всё такой же как три года назад.       — А я говорил, что он не меняется, — кричит Вавилон со студии, вставляя своё слово.       — И тебе здравствуй Вавилон! — отзывается дама, искренне смеясь, разнимая объятия с Аластором, — И так, сегодня у нас будет совместный эфир, ты ведь не против, дорогой?       — Рози, да если бы я был против! — он хватается за сердце, — Да я бы попросил Вавилона отвезти меня в лечебницу.       Комнату наполнил смех и обговорив некоторые базовые правила поведения, они прошли в эфирную комнату.       Эфир должен был начаться с минуты на минуту. Просматривая свои слова, Рози улыбнулась, она впервые была на всеми известной радиостанции и если её однажды спросят зачем та пришла, то она смело ответит: «Я лишь хотела повидать своего давнего друга»       Их темой сегодняшнего дня, было интервью и естественно 30-минутка «Вопрос-ответ» со зрителями, что являлось их своеобразной фишкой. Вавилон, сидя за аппаратурой начал отчитывать время до эфира и закончив, поднял руку, что значало — вас слышат.       — Доброе утро, друзья! Если вы уже с чашкой кофе, или только выключаете звонящий будильник — отлично! С вами Аластор, и мы начинаем этот трудный понедельник с отличного настроения и лучших композиций. Впереди три часа чистого позитива! И так же спешу представить вам сегодняшнюю гостью, — Аластор смотрит на Рози, проверяя готова ли она и кивая, он радостно представляет, — Владелица всеми известной лавки — Рози!       Вавилон включает аплодисменты и после минутной мини мелодии, даётся слово Рози.       — Здравствуйте, дорогие друзья, мне очень приятно находиться в этом чудном месте и рада, что Аластор пригласил меня на эфир, — Рози слегка смеётся, прикрывая рот ладонью, — Надеюсь что не буду обузой для тебя, Аластор.       — Что же ты Рози, такая звезда как ты обузой не будет, — Аластор переворачивает лист с диалогом и продолжает вести разговор с подругой, иногда делая небольшие перерывы, на которых играл всеми любимый джаз и блюз.       Интервью продолжалось около часа и как только обсудив все темы и ответив на вопросы звонивших, Аластор подал знак звукоинженеру о большом перерыве. Вавилон поднял три пальца вверх, что говорило о наличие трёх минут для прощания и темноволосый плавно проведя рукой через волосы, откинул их назад, голосистым говором произнеся в микрофон.       — Вы слушаете «Сердце Нового Орлеана» и наше интервью с леди Рози подходит к концу, но не спешите грустить — далее вас ждёт интересная разговорная тема: «Фольклор и городские легенды», а закончим мы наш эфир всеми любимым социальным опросом, — парень перевёл взгляд на Рози, — А теперь, последнее слово нашей гостьи.       — Аластор, это было восхитительное время. Я очень ценю, что вы предоставили мне эту возможность рассказать о себе, о своём деле, которым дышу. Благодарю всех, кто слушал нас. Надеюсь, я смогла вдохновить кого-то на то, чтобы взглянуть на своё увлечение с другой стороны, и понять всю серьёзность исходящую от него. До свидания, дорогие слушатели!       Вавилон поднимает руку и сжимает в кулак — конец эфира. Аластор мягко обнимает подругу и одаривает её цветами, что чисто «случайно» затерялись под столом. И принимая столь милый презент, Рози прощается с давними знакомыми, целуя щёку темноволосого, обещая ему написать и как-нибудь выбраться вместе в парк.

***

      — Винсент! Винсе-е-ент, где же вы? — кричала блондинка в поисках коллеги. И раскрыв двери в комнату отдыха ярко улыбнулась, — А вот и вы! Чем вы тут занимаетесь, у вас уже по расписанию пробная съёмка.       Винсент тем временем всё отходил от случившегося, что так задело его самооценку. Он обдумывал со стыда переехать в другую страну, лишь бы забыть этот случай, забыть его, забыть всё. Но уже поздно, он начал этот путь и от него не отступит. Даже если Аластор задумает его устранить... Но почему же он не сделал это со вчерашнего дня? И правда, у него были все возможности это сделать, но он не сделал... Парень задумался, отталкивая щебечущую под ухом дамочку с её отвратительным кофе.       — Винсент! Да что же это такое! — она злобно начала раскачивать тело парня, который сию же секунду побелел и с брезгливостью убрал её руки, — Идёмте!       — Хорошо, хорошо, иду, — он закатил глаза и последовал за мисс Килджой.       Теперь, шагая по коридору, он представлял как выступает на рекламе, рекламируя какую-нибудь абсолютно глупую чудо-щётку для унитаза и от этих мыслей стало противно. Почему именно реклама?? Ну почему? Но пресекая эти мысли, Вокс убедил себя, что это лишь пробная съёмка и в дальнейшем он покажет себя с лучшей, неповторимой стороны. И тот будет блистать на главных новостных каналах, от которых при виде него — будут ликовать поклонники и грызть свои локти — соперники. Ну как же сладко будет.       Но а сейчас он проходит в корпус радиостанции, что выглядит не так ново по сравнению с телевизионным, но дизайн остался всё такой же, что очень радовало глаз. Везде сновали люди, переговариваясь по поводу эфиров и таская материалы. Он любопытно наблюдал за всем, для него это было что-то новенькое. И только сейчас он осознал, что никогда не интересовался радио, с самого рождения его окружало только одно старое бабушкино радио, что пело незамысловатые пластинки, но дальше прослушивания он не заходил. Забавно. А ведь Новый Орлеан — сердце радио и для его жителей оно свято, как толстая книжка для фанатика.       Улыбнувшись своим рассуждениям, Винсент уже находился в крыле самих радио зон, где из каждых комнат разносились монотонные и скучные монологи: кто-то рассказывал своим грубым голосом про роль рыболовства в штате Луизиана, из ещё одной комнаты пели песни, а где то он уловил ужасно скрипучий и наигранный хохот — похоже это была запись юмористического радио. Ну и ужас.       Но спустя долгое улавливание разнообразных звуков он услышал один единственный, что не был похож на ранее описанные выше. Это был красивый и яркий тембр голоса, будто зазывающий своей магией. Его хотелось слушать и остановившись, Винсент подошёл к стационарному стеклу и увидел... Аластора. От этого внезапного зрелища у Винсента перехватило дыхание. Аластор! Он совсем забыл о нём! Винсент прижался сбоку от стекла, боясь, что оно отразит его присутствие. Он моргнул, возвращаясь и проверяя, не обман ли это зрения, но Аластор был там, несомненно, и именно от него шли эти красивые звуки из его рта.       Прижавшись к стенке, Вокс прислушался, отделяя посторонние звуки и оставляя лишь голос радиоведущего. Его голос был как тёплый бархат, низкий и обволакивающий. В нём не было ни единой запинки, только глубокий, ровный тембр, который успокаивал и одновременно интриговал. Это был голос, который хотелось слушать откинувшись в кресло у камина, обернувшись в тёплый плед. Он обладал удивительной способностью скользить по фразам, никогда не сбиваясь и не теряя энергии. Интонации были живыми, в отличие от тех, что слышал Винсент, она удерживала внимание, словно искусный рассказчик, который знает, когда сделать паузу, а когда нужно добавить чуть остроты.       Парень держался за грудь, сильно сминая ткань жилета, глубоко выдыхая. Он не планировал плясать под его дудку и терять голову от его мастерства. Но почему же он хочет продолжать слушать и замечать важность момента, когда его ладонь плавно опускалась на стол, и голос в этот момент становился особенно весомым и глубоким. Или когда тот поправлял свои очки длинными пальцами , смахивая со лба выбившие пряди волос.       — Винсент!       — А! — вскрикнул парень, резко оборачиваясь и шёпотом крича на неё, — Сядь, сядь! Китти сядь!!       — Зачем? Что-то случилось? За вами следят?       Да, конечно, следят, вот только не за ним. Вокс, резко потянул подошедшую коллегу вниз, что так долго высматривала объект слежки и тем самым раскрывая его самого. Теперь эти двоя, как дураки сидели на корточках, тупо пялясь друг на друга: Кэтти с непониманием, а Винсент со злобным выражением лица.       Правда их игра «кто дольше просидит» закончилась так же быстро, как и началась. В стекло, что было над ними, раздалось три медленных стука и послышался гул роликов — две створки разъезжаются в стороны. Их глаза расширились и почти одновременно посмотрели на вверх.       — Подслушивать нехорошо, — он растянул, выделив каждый слог с такой игривой, почти кокетливой интонацией. Будто волк нашедший пару вкусных овец, спрятавшихся, прижав хвосты, — Расскажите, что вы здесь делали?       Аластор, подошёл к бортику и с наклоном опёрся локтями. Подбородок лёг на тыльную сторону кулаков, плечи тем самым чуть приподнялись, а позвоночник образовал мягкую дугу. На лице загорелась тонкая насмешка, и он позволил себе задержать взгляд на мальчишке, что снова появился в его жизни. Как же предсказуемо. Затем Аластор лениво посмотрел на другую фигуру, сузив глаза.        Это начинает надоедать.