Глубина отчаяния

Эмили похолодела. Она показала фотографию Джину. — Не пришелец, — тихо сказала она. — Призрак. Джин посмотрел на дату исчезновения, затем на фотографию с места недавнего преступления. Его лицо стало каменным. — Пятнадцать лет... Куда он пропал? Тюрьма? Психиатричка? — Или он все это время учился, — мрачно прошептала Эмили, проводя пальцем по лицу безликого ангела. — Готовился. А теперь он вернулся, чтобы показать миру свое искусство. Она закрыла папку, чувствуя, как тяжесть открытия давит на плечи. Они нашли имя. Или то, с чего все началось. — Ли Минхо, — произнес Джин, пробуя имя на вкус. Оно звучало странно обыденно для того, кто творил подобный ужас. — Нам нужно найти его родных, друзей. Кто-то, кто мог что-то знать. — Если он вернулся, то и вернулся не случайно, — добавила Эмили, уже составляя в голове план. — Возможно, он вернулся в места, знакомые ему. Нужно проверить адрес его последнего места жительства, ту самую мастерскую. Они покинули архив, и холодный ночной воздух обжег им лица. Город спал, но для них ночь только начиналась. — Едем, — просто сказал Джин, открывая ей дверь машины. На этот раз она не стала протестовать. Они помчались по пустынным улицам. Адрес Ли Минхо вел в старый промышленный район, который сейчас постепенно превращался в арт-кластер. Мастерская, которую он арендовал, находилась в одном из таких перестроенных зданий. Они подъехали к кирпичному зданию с большими окнами. Сейчас здесь была студия какого-то дизайнера, но пятнадцать лет назад... Джин подошел к двери соседнего здания — старой, обшарпанной кофейни, которая, судя по вывеске, работала здесь не одно десятилетие. Внутри пахло кофе и старостью. За стойкой дремал пожилой мужчина. Джин показал бейдж. — Мы ищем информацию о человеке, который работал рядом пятнадцать лет назад. Ли Минхо. Хозяин кофейни, мистер Пак, налил им по чашке горького, крепкого кофе и тяжело вздохнул. — Минхо... Да, помню парня. Тихий, странный. Всегда что-то чертил в своем блокноте. Пропал он внезапно. Все говорили, что его забрали в психушку. Родители его сразу после исчезновения продали все и уехали, ни с кем не прощаясь. — А что насчет его увлечений? — спросила Эмили. — Может, у него было какое-то особое место? Где он мог бы уединиться? Старик задумался, потирая седой подбородок. — Знаете, он часто пропадал на старых канализационных коллекторах. Говорил, что там идеальная тишина для размышлений. Даже показывал мне однажды свои зарисовки — странные фигуры, похожие на ангелов... Без лиц. Эмили и Джин переглянулись. Коллекторы. Идеальное место. Поблагодарив мистера Пака, они вышли на улицу. — Коллекторы, — произнес Джин, глядя на карту города на своем телефоне. — Это как искать иголку в стоге сена. Там километры тоннелей. — Но это наша единственная нить, — твердо сказала Эмили. — Он там. Я чувствую. Она посмотрела на Джина. Его лицо в свете уличного фонаря было серьезным и сосредоточенным. — Ладно, партнер, — он глубоко вздохнул. — Тогда поехали. Но сначала экипировка. Я не хочу спускаться в эту грязь без подготовки. Он назвал ее партнером. И в его голосе не было и тени насмешки. Было что-то другое. Уважение? Доверие? Эмили почувствовала странное тепло в груди, но тут же отогнала его прочь. Сейчас не время. Они ехали обратно в участок, и между ними снова повисла тишина, но на этот раз она была другого качества — не неловкая, а сосредоточенная, полная общего понимания того, что охота только начинается. И их добыча была куда опаснее, чем они могли предположить.