Двойное спасение.

Всё началось очень давно. Антон был желанным ребёнком малолетней матери, у которой в семнадцать лет случился выкидыш, и она потеряла контроль над собой в отношении детей. Девушка очень хотела ребёнка, так сильно, что забеременела от первого, обратившего на неё внимание, парня. Они прожили долго для их положения, целых одиннадцать месяцев. Отец приехал в роддом, увидел ребёнка, понял, что не готов, и сбежал, оставив девушку с малышом на руках. Было тяжело, в ход шло всё, что могло хоть немного унять боль и залечить разбитое сердце. Алкоголь, дискотеки, случайные связи, в конце концов, и наркотики. Почему-то мать забыла о своём дитё. Он рос капризным, громким, сопливым. В первый раз Антон получил от матери в три года, за то, что ел слишком грязно. Как же корила себя мать, ударив сына, как же плакала о том, какая она плохая, недостойная такого ангела, света, надежды. Всё повторяла сыну: «Ангел, я пошутила… прости меня». А боль нужно запивать, закуривать и нюхать. Так и шли долгие, болезненные годы. Синяки переходили в кровоподтёки, кровоподтёки сходили, раны заживали, оставляя на коже белые пятна. Чистое сердце становилось всё более черствым, бунтующим против несправедливости. Мальчик срывался на более слабых. После пары вызовов в период начальной школы из-за травм и регулярных драк сына, до матери дошло, что её ангела могут забрать плохие люди. Так она твердила Антону, поправляя его рукава и приспускала штанишки, чтобы не было видно синяков на лодыжках. Ребёнок молчал. Он давно понял, что никому на свете нельзя рассказывать о том, что делают с ангелами, мамочке будет больно. К одиннадцати годам Антон с удивительной точностью знал различные виды алкоголя, как ухаживать за ранами и как готовить завтрак, чтобы не разбудить мать и очередных посетителей их маленькой квартирки. Его били реже, по крайней мере, так казалось. А на самом деле, мальчик просто убегал из дома, не возвращался после школы, гулял с друзьями из класса или дрался с ними же за школой. Было тяжело общаться без точек соприкосновения со сверстниками, и со временем его начали ненавидеть. У него не было популярных игрушек, компьютера, он не знал имена персонажей из мультфильмов, и его не звали домой, когда начинало темнеть. О, как же ему завидовали мальчишки со двора, Антон мог гулять до глубокой ночи! Завидовали и ненавидели. Всё, что было у него — кнопочный телефон с одним номером — «мама». Он был слишком злым, бедным, неинтересным. Антон не был из тех ребят, что вырываются из тяжёлой жизни, усердно учатся, чтобы не быть похожими на своих родителей, он не был из тех, кто вопреки всему поступает в хорошие университеты и обеспечивает лучшую жизнь своим детям. Его сломали раньше, чем он узнал, что жизнь может быть другой. Мало того, он не понимал сочувствующих взглядов соседей и некоторых учителей, которые давали ему поблажки по учёбе, не спрашивая на уроках. А Антон перешёл в старшую школу, чтобы как можно дольше оттянуть выбор своего будущего. Прошёл ещё год. Он был слишком другим, слишком глупым, слишком вычурным.