Двойное спасение.

Парень слишком устал, чтобы хоть куда-то идти, чтобы просто открыть глаза, чтобы дышать. Всю ночь провел в компьютерном клубе с несколькими баночками пива и компанией сомнительных личностей, поэтому совсем не хотелось вставать, но мерзкий кисловатый привкус под языком и налёт на зубах сделали своё дело. Глаза неприятно слипались, а грязь и пот чувствовались по всему телу. Срочно нужен душ. По ушам резанул резкий звук из зала, кажется, что-то разбилось. Моё желание видеть морды незнакомых людей? Очень возможно Новая школа, новый класс, новые косые взгляды... наконец-то. Как же Антону надоела прошлая школа, издевательства, смешки и крики в спину. Нужно было давать отпор, драться, орать на весь двор, чтобы его не трогали. Он так устал и был безумно рад, что последний год сможет доучиться в другом месте. Единственное на что он надеялся, чтобы всё тоже самое не повторилось в новой школе. Было безумно тяжело заставить мать подписать пару десятков бумажек, приходилось подделывать некоторые подписи и выпытать короткое голосовое сообщение, а при зачислении врать, что она сильно больна, иначе бы её заставили прийти. Антон не мог допустить этого ни в коем случае. Встав с мятой постели, парень увидел, что простынь уехала куда-то в ноги, а спал он на голом матраце. Взяв из шкафа футболку с Человеком-пауком из секонда и тёмные прямые джинсы, парню всё же пришлось выйти из душной комнаты в не менее душный зал, да ещё и пахло тем же - алкоголем. Голова раскалывалась от криков матери, прогоняющей из квартиры какого-то небритого мужика с очень волосатой грудью, да ещё и без верхней одежды. Проскочив мимо этой картины, издалека напоминающей дешёвый роман о французских проститутках, у него получилось остаться незамеченным и добраться до спасительной комнатки с разбитой голубой плиткой. Совсем не вдохновляло на новый и, вероятно, тяжёлый день. В желтой, грязной раковине забилась труба из-за чего на самом её дне образовалась стоячая водная смесь - озеро, в котором, как корабли бравых капитанов, плавали крашенные черные волосинки матери, какая-то зубная паста, смешанная со слюной, пыль и окурки. Мерзость Закрыв дверь на щеколду и стянув с себя всю одежду Антон взглянул в зеркало. Синяки на ключицах и груди после последней драки почти сошли, побледнели и обещали вот-вот исчезнуть, впалый живот сводило от голода, голова всё ещё побаливала, но уже в районе затылка, но тут взгляд зацепился за маленькие красные точки на руках. Стыд захлестнул с головой, стало совсем паршиво. Порой парню очень противно от себя, с каждым новым днём хотелось убить себя окончательно. Пока что он только медленно вёл себя к гробу. В зале всё стихло окончательно. Парень накинул свой безупречный образ на первое сентября, схватил пустой рюкзак и бросил в него ручку, тетрадь на кольцах и сигареты, как можно быстрее и тише перебежал в коридор, попутно натягивая на себя кроссовки. Он молился всем известным ему богам, но дойдя до Элписы и Кайроса, услышал пьяную речь. Не успел - А-а-ангел мо-о-ой, принеси мамочке минералки из холодильника, пожалуйста, сынок. Твой папка не смог, хоть ты смоги, ради всего святого! - с этими словами выглянула мать из спальни. Она называла "папкой" каждого, с кем крутила роман дольше недели. Антон демонстративно закатил глаза, посмотрел на время, но промолчал. Опасно было сейчас как-либо спорить с матерью. Парень не уверен, что вчера был только алкоголь. На первый урок вроде не опаздывает, а на линейке, обязательной для старших классов, он и не планировал появляться. В холодильнике не оказалось ни минералки, ни чего-либо ещё. - Мам, нет ничего, я в школу - вторая попытка сбежать не увенчалась успехом. - Ну так сходи и купи. Болван, почему ты такой тупой? – она начинала злиться. Несмотря на то, что Антону давно не десять лет, он искренне боялся мать. С самого детства она качала ребёнка на эмоциональных качелях. Из-за этого Антон любил свою маму, ему было её жалко, больно за неё. И одновременно с этим – ненавидел всей своей честной ненавистью. Если потороплюсь, то успею хотя бы к концу первого урока С этими мыслями Антон вылетел из подъезда, в этот раз в школу. Пропустил добрую половину классного часа и теперь понятия не имел в какой ему кабинет. Стараясь не привлекать внимание к своей персоне, он нашёл лестницу, спрятанную за крутым поворотом и направился туда. Чуйка вела его на второй этаж. Антон, глядя себе под ноги, перепрыгивал чуть ли не по две ступеньки сразу, о чём скоро пожалел. Резко вылетая в коридор, он врезался в мягкое, мокрое, низкое тело. Перед ним стояла чуть пучеглазая женщина в рубашке с мокрым коричневым пятном от кофе. Ей точно было уже лет семьдесят на вид, и казалось, что она доживает свои последние дни, но как же строго она смотрела на мальчишку. - Имя, фамилию, класс! - Антон замер, думая, что это чудовище рано или поздно пойдёт своей дорогой, если он притворится мёртвым. Не сработало. Круто...я в школе ровно ноль минут, а уже во что-то вляпался В прошлом учебном заведении было так же, вели списки опоздавших, но только тех, кто опаздывает более чем на десять минут, остальных прощали, а когда опозданий собиралось пять за месяц, вводилось наказание. Обычно это было дополнительное дежурство на переменах, обязательная явка на субботник или мытьё класса после уроков. В этот раз Антон не только опоздал, хотя на первое сентября прощалось, но и «чуть не убил» завуча, как она потом выразится в кабинете директора. - Антон Шастун - переведённый ученик представился. - Слушайте, я новенький, не смог найти школу во всех этих дворах, а сейчас не могу найти кабинет, и если бы вы мне помогли, а не записывали меня в Ваш милейший блокнотик, я был бы очень-очень благодарен. - Шастун умело выдал откровенную ложь про то, что потерялся, и ну очень обаятельно улыбнувшись, пошёл прочь от лестницы, ища кабинет глазами. Парень понятия не имел в какой ему конкретно, но уйти подальше от кофейного монстра хотелось. - Стоять! - женщина вцепилась в лямку рюкзака подростка и потянула на себя, - я не разрешала тебе идти! Имя. Фамилия. Класс - Антон опешил, такая маленькая, а самомнения хватит на небольшой городок в Канаде, да ещё и останется. Он слегка улыбнулся от собственной шутки в голове. - Антон. Антон Шастун. Класс одиннадцатый, букву не знаю, сказал же, что новенький - с лёгким раздражением проговорил ученик, - Не думал, что вы в таком возрасте ещё не носите слуховой аппарат, - съязвил Антон, ухмыляясь. Он ещё не догадывался, что это не просто учитель - зазнайка. - У директора попляшешь, да посмеёшься. - с этими словами женщина потащила парнишку в другой конец коридора что-то бормоча про уважение к старшим и его социальную роль в школе. Безуспешно пытаясь не улыбаться со всей ситуации, Антон просто плёлся за этой «милой» старушкой, осознавая, что познакомится с директором на пару дней раньше, чем планировалось. Залетая в кабинет за толстой дверью всё ещё под рукой у старушки, хотя будем честны, это она была у парня под рукой, Антон очень нехотя заставил себя встать ровно и улыбнуться. Светлое, просторное помещение с большими приоткрытыми окнами и огромным дубовым столом по центру слегка давило на голову Шастуна, заставляя его чувствовать себя не очень комфортно. Упершись на край стола, стоял худой мужчина с небольшими усиками и щетиной. Он выглядел очень уверенным в себе, а смешинки в его глазах при виде школьника заставили чувствовать дикую неловкость. Где-то Антон его видел. - Доброе утро Людмила Александровна, очередной опоздавший? - вздохнул директор и устало потёр переносицу. - Я же просил не водить их ко мне, не могу же я каждому второму читать лекции о существовании часов и тайм‑менеджмента, особенно(!) первого сентября. - Этот не просто опоздал, - опять взъелась мини-женщина, - он опаздывает, хамит, пытается торговаться, на замечания улыбается и хихикает! Он нёсся по лестнице как угорелый! Вы видите мою рубашку? - Антон снова непроизвольно улыбнулся, слыша как она выделяет каждое второе слово небольшим визгом и комично дергается как в припадке - Даже сейчас! Вы посмотрите на него, сил моих больше нет, Павел Алексеевич. Новенький, а ведёт себя так, будто к себе домой пришёл. - последний раз взвизгнула женщина и не очень тактично вышла за дверь. Видимо пытаться исправить свой образ. Павел Алексеевич оценочно посмотрел на нового ученика, пытаясь понять, что перед ним за проблема. Убедившись, что подросток не планирует сбегать, мужчина лишь цокнул языком и уткнулся в бумаги. Он искренне надеялся, что дитё воспользуется шансом свалить. - Как я понял, Вы Павел? - директор поморщился от такого быстрого перехода на «ты». Да, с воспитанием есть явные упущения. - Павел Алексеевич. Ну а ты у нас Антон, да? - парень кивнул, а директор встал ровно и медленно подошёл к ученику - Я наслышан о тебе, директор твоей прошлой школы описал мне тебя во всех подробностях. Сразу скажу, - мужчина сделал тон ниже и строже - драки в школе под запретом, курение в стенах и на территории школы под запретом, маты, оскорбления, неуместный похабный юмор под запретом. - с каждым новым словом Антон ёжился и перечёркивал каждый пункт у себя в голове - За каждое неповиновение последует наказание. Тебе всё понятно? Если да, то можешь идти, направляйся сразу в библиотеку за учебниками, всё равно ты опоздал на классный час. Антон переступал с ноги на ногу, слушал вполуха и рассматривал стены кабинета. От чего-то они очень сильно привлекали, было в них что-то такое, в чём парень пообещал себе разобраться позже. Он же не в последний раз здесь. - Ещё раз спрашиваю - Павел отошёл обратно к столу - тебе всё понятно? - Да.. - Антон сделал паузу и развернулся к двери, - что это пиздец, а не школа, я понял сразу. - ляпнул пацан и выскользнул из кабинета. Подросток был очень доволен собой. Раз уж отчитывают ни за что - нужно дать причину за что отчитывать. - Этот год обещает быть трудным...- мужчина устало потёр переносицу.