Магнит

      Побеждать всегда хорошо и приятно.       И Вокс ведь победил — у него большая башня, сообщники, толпа грешников, что заглядывают ему в рот ещё с тех пор, как он проблевался в прямом эфире после куска своей же стряпни. Аластор бы сказал, что Вокс что-то компенсирует такими масштабами, ожидаемые комплексы, но Воксу не должно быть дела. Воксу в принципе не должно быть ни до чего дела, кроме него самого.       И потому Вокс идёт наперекор, будто бы вторя голосу в голове (прямоугольник), а будто бы совершенно противоположное собой воплощая: в конце концов, что может быть контрастнее красному? Правильно, синий. Вот только противоположные полюса магнита всегда притягиваются. Этого, конечно, Вокс не учёл — очередная ошибка, очередной просчёт, ай-яй-яй, разочарован. Он наивно полагал, что за семь лет всё угасло, всё покрылось пылью, всё прошло семь сервисных осмотров. Минимум раза три он сменял свой экран на новый, откладывая в сторону, вроде как, и воспоминания. Флешки уже не в обиходе даже в Аду.       А весь Ад ему поклонялся. Почти. За исключением, конечно, одного конкретного оленя (= мудака, Воксу похуй так-то на ксенофобию), который наверняка ему, Воксу, рогов понаставил — не то чтобы Вокс имел право ревновать, и не то чтобы он ревновал, и не то чтобы это право ему нужно было. Просто так, хотелось убедиться, что асексуальность Аластора в целости и безопасности. А то Вокс весь ад перевернёт.       Его выворачивает ещё раз, уже не в прямом эфире, но он решает оставить дубль в итоговой версии: в конце концов, пусть Аластор видит, до чего он Вокса доводит, да? Так будет честно. И вообще, благодарен должен быть, что не отправился за Аластором вслед, сталкеря из теней. Хотя мог бы. Что — кто — Воксу бы помешало? Вот то-то.       Вокс побеждает снова, снова-снова — даже в постели, даже в отношениях, хотя, казалось бы, ему до этого по дефолту далеко. Винсент едва ли знал, что такое секс — не с женщинами по гетеронормативным установкам, а грязно и по любви. С мужчинами. Вот только Аластор в голове твердит, что это всё не по-настоящему и интрижки с коллегами не в счёт. Наивный. Будь он коллегой Вокса, Вокс бы воспринял даже интрижку с ним как что-то настоящее и как что-то в счёт. И, конечно, потом бы потерпел очередное поражение, потому что Аластор не воспринял бы всерьёз — никогда не воспринимает, будто бы только Винсента перед собой и видя (зачем только было имя ему открывать?). Так что Вокс выигрывает, находясь с Валентино: всем поровну, всем по силам и качеству. Всем по заслугам.       Вокс же заслужил хоть немного любви.       Аластор нет. Она ему не нужна. И Вокс ему не нужен. Потому что… не заслужил?       — Да заткнись ты, — Вокс швыряется подушкой прямо в лицо Валентино, пока тот делано обиженно цокает языком: ролевые игры он любит, но не до такой же степени! Валентино себя не на помойке истории нашёл. — Вечно в моей голове…       Не заслужил быть нужным. Вокс.       Не заслужил. Аластор. Вокса.       Вокс раздумывает потрахаться в прямом эфире, но всё же отбрасывает затею. Лишние рога Аластору не нужны, иначе станет самым сильным в аду, а Воксу потом это терпеть-молить-заглаживать. Когтями их царапать, пытаясь выдрать, прям с мозгом и клоками волос, чтобы уж наверняка. Одна морока, право.       Очень жаль, что они правда настолько отличаются — Аластор из плоти и крови высосатьвыблеватьвыплюнуть, Вокс из проводов и панелей. О своём теле не заикается, его ж заменять раз в два-три года, сервисный осмотр. Возможно, полярным полюсам так и должно быть, вечно различными и несогласными. Вокс утешает себя мыслью сначала, что его тело точно так же можно обцарапать, обкусать и обкончать, препятствий никаких, провода могут и для этого быть использованы, пожалуйста ИСПОЛЬЗУЙ МЕНЯ, но потом утешает, что и нет нужды. Да нет нужды Воксу в Аласторе, и не будет. Да не будет. Да заткнись.       Привычку производить впечатление адекватности перед лицом реально более адекватного оппонента Вокс тоже перенял у него. И преуспел в этом: красноречие, прямая осанка и убеждение подкупают толпы на пару с гипнозом. Вот только экраны разбиваются — голова-прямоугольник — когда Воксу не удаётся походить на адекватного рядом с Аластором. Ни в одном из смыслов.       Столько лет Вокс шагал по лестнице в небеса, столько оболочек незаполненных ничем и никем сменял, столько строил чужими руками, и всё ради мечт, чтобы чужие руки его по передней панели погладили? «Ну-ну, хороший мальчик», — не затыкается Аластор, Вокса перемыкает и он кончает — даже не в прямом эфире, даже не под запись, ну надо же. А сколько разговоров-то было. Рай действительно уж очень далеко, если ты на своего вроде-как-оппонента до сих пор дрочишь.       Всё у них взаимно, от ненависти до любви и обратно, экватор обежать — вот и расстояние до взаимности. Если бы Вокс знал с самого начала, что так оно будет, если бы предвидел остатками своего оленьего мозга (в клочья вырвал вместе с мнимыми рогами), стал бы гоняться по экватору за Аластором, стал бы стрелять из охотничьего ружья — себе и/ли ему в голову?       Ведь всё должно быть взаимно, от смерти до смерти два точка ноль, где два — счёт Аластора, ноль — счёт Вокса. Опять просчёт.       А между ними точка — бомба.       Что вообще даёт плюс на минус?       Побеждать всегда хорошо и приятно, особенно когда проигравших не будет. Пусть Аластор победит ещё раз, если Вокс впервые встанет наравне. В крайнем случае, на одну ступеньку лестницы в небеса ниже.