Голос теней

Глава 4. Я разжал ладонь, и шершавая древесина стены снова стала призрачной. Концентрация иссякла, оставив после себя лишь лёгкое покалывание в пальцах. - Так. Я могу это повторить. Вопрос «на что?» оставался без ответа, но теперь у меня был инструмент. Я подошёл к двери. Мне нужно было научиться не просто касаться стен, а открывать её. Потому что надежда была там, за ней. Внезапный звук на кухне — звон разбитой посуды — врезался в мои размышления, как нож. Голос Лилианы, низкий и властный, отрубил: - «Соберись! Он не хотел бы видеть тебя в таком состоянии». Я замер, вслушиваясь. «Он». Они говорили обо мне.Значит, надежда была именно в этом — в их разговорах. Я должен был слышать. Как можно быстрее я подбежал к ним. Там были Лилиана и Сифилия. На полу лежали осколки тарелки.Сиф стояла с ножом, у неё текли слёзы. Лилиана стояла в испуге у стены, она едва стояла на ногах: —Сифилия, пожалуйста, прекрати! Успокойся! —Успокоиться? — заговорила Сиф. — Успокойся! Да я само спокойствие! И вы говорите, что понимаете меня! Да ни черта вы не понимаете! Он был мне самым близким человеком! А тут мне говорят, что он умер и мне надо его забыть! Просто взять и забыть! — Сиф выронила нож из рук и села на корточки, закрыв лицо руками. — Как вы можете понимать? Вы всегда считали его лишним среди нас, ведь ему и не было суждено жить долго... —Сиф... — попыталась вмешаться Лилиана. —Да как вы можете что-то говорить! — её перебила Сиф. — Вы о нём ничего не знали! Сиф схватила нож, встала и начала идти по осколкам в направлении Лилианы. Я понимал,что ничего не изменю, но подбежал к Сифи и...подбежал к Сифи и обнял её. И тут она замерла. Её рыдания оборвались. По спине пробежал ледяной холод, а в груди, где секунду назад бушевала ярость, вдруг возникла тихая, пугающая пустота. — Радмир... — прошептала она, и нож с грохотом упал на пол. — Прости меня, прости... Радмир. Я... я буду... — Сифилия заревела во всё горло. Лилиана подбежала, не обращая внимания на осколки и нож вокруг Сифилии, и... Обняла Обнять— Радмир... — прошептала она, и нож с грохотом упал на пол. — Прости меня, прости... Радмир. Я... я буду... — Сифилия заревела во всё горло. Лилиана подбежала, не обращая внимания на осколки и нож вокруг Сифилии, и... Обняла Сифилию, пытаясь унять её рыдания.