В сердце мафии.

Мы уже расположились в комфортабельном салоне частного самолёта. Мягкие кожаные кресла, приглушённый свет и ненавязчивый сервис создавали атмосферу роскоши и спокойствия, столь необходимую перед важной миссией. Шесть часов полёта — время достаточное, чтобы обдумать каждый шаг предстоящей операции, но слишком короткое, чтобы полностью расслабиться. За окном простиралось бесконечное небо, а внизу проплывали облака, похожие на пушистые сугробы. Я не волновался, не переживал. Во мне не было места сомнениям или страху. Только предвкушение, только ожидание. Каждая клеточка моего существа была наполнена этим особенным чувством — чувством скорой встречи. Я ждал. Ждал того момента, когда наконец увижу её, когда смогу прикоснуться к ней, убедиться, что она жива и невредима. Ждал, когда смогу заключить её в объятия и больше никогда не отпускать. Мысль о скорой встрече придавала мне сил, наполняла энергией. Я представлял, как это произойдёт, как она посмотрит на меня, как улыбнётся. Эти образы были ярче любых картин, реальнее любых снов. Моё сердце билось в предвкушении. Билось в ожидании того момента, когда она снова будет рядом. Когда дом наполнится её присутствием, когда жизнь обретёт тот смысл, который был утерян. Я ждал. И это ожидание было сладким, почти осязаемым. Оно дарило надежду и уверенность в том, что всё идёт так, как должно. Что скоро, очень скоро, всё изменится к лучшему. По прилёте в Аризону мы быстро прошли все формальности и расселись по заранее подготовленным машинам. Город встретил нас ярким солнцем и тёплым воздухом, предвещающим долгий путь. Маршрут был проложен заранее — до отеля, принадлежащего одному из моих давних партнёров. Он не задавал лишних вопросов и сразу согласился предоставить нам весь комплекс на целый день, хотя нам требовалось всего два-четыре часа. Я даю ребятам заслуженный отдых. Они это заслужили — каждый из них внёс свой вклад в подготовку. Пока они восстанавливают силы, я прокручиваю в голове предстоящие часы. Совсем скоро мы соберёмся снова, повторим план до мельчайших деталей и отправимся в путь — в Лос-Анджелес. Туда, где она ждёт меня. Я чувствую это каждой клеточкой своего существа. Я уверен — она ждёт. Уверен, что в её сердце теплится надежда, что я приду за ней, спасу её, верну домой. Эта уверенность питает меня, даёт силы двигаться дальше, несмотря ни на что. Если вдруг окажется, что она потеряла веру… что она сдалась… эта мысль пронзает меня острой болью. Но я не позволю себе даже допустить такую возможность. Потому что я не сдался. Потому что я продолжаю бороться, продолжаю идти вперёд, продолжаю верить. Время тянулось невыносимо медленно. Каждая минута казалась часом, каждый час — вечностью. Моё нетерпение нарастало с каждой секундой, я был готов рвануть в Лос-Анджелес прямо сейчас, не теряя ни минуты. Но холодный рассудок всё же брал верх над эмоциями. Я понимал: нельзя поддаваться слепому порыву. Мои ребята должны быть в форме, должны отдохнуть и набраться сил перед решающей операцией. Любовь не затмила мой разум настолько, чтобы поставить под угрозу успех всей миссии из-за моей импульсивности. Напряжение давило на меня невыносимой тяжестью. Казалось, ещё немного — и оно раздавит, не оставив ни шанса на спокойствие. Я знал, что Дилан — единственный, кто поймёт моё состояние. Он всегда умел находить нужные слова, даже когда ситуация казалась безвыходной. Добравшись до его двери, я постучал. Не дожидаясь ответа, вошёл внутрь. Дилан сидел на краю кровати, листая какие-то документы. При моём появлении он поднял глаза, и я увидел в них то же напряжение, что терзало меня. — Переживаешь? — спросил он, откладывая бумаги в сторону. — Нет. Я хочу поскорее увидеть еë. — Потерпи.

***

Мы уже въехали в Лос-Анджелес. Я нервно дёргал ногой, не в силах сдержать волнение. Пальцы то и дело сжимались в кулаки, а в груди разливалось странное, почти болезненное предвкушение. Через несколько часов… всего через несколько часов моя девочка снова будет со мной. Благодаря тому, что был час ночи, на улицах не было ни души, ни пробок. Тёмные улицы Лос-Анджелеса словно вымерли, что играло нам на руку. Мы без проблем добрались до базы Хосслеров, двигаясь по пустынным улицам с максимальной осторожностью. Оставив машины в укромном месте неподалёку, мы бесшумно рассредоточились вокруг дома. Ночной воздух был прохладным и влажным, что только усиливало напряжение. В темноте особняк Хосслеров выглядел зловеще, словно крепость, охраняющая свою добычу. Я в последний раз окинул взглядом территорию, отмечая расположение камер и постов охраны. Всё шло по плану. Теперь главное — не допустить ни единой ошибки. Каждый шаг должен быть выверен, каждое движение — точным. Мы двинулись вперёд, растворяясь в темноте ночи. Время пришло. Время вернуть то, что принадлежит мне. Я поднял руку, и в ту же секунду ночь разорвалась оглушительными звуками выстрелов. Вспышки озарили тёмный двор, превратив ночь в хаотичное световое шоу. Охранники падали один за другим, не успевая понять, что происходит. В этот момент я перестал себя контролировать. Все мысли о стратегии и тактике вылетели из головы. Я бежал к дому, сломя голову, стреляя в любого, кто осмеливался встать на моём пути. Адреналин бурлил в крови, заглушая все остальные чувства. Каждый шаг приближал меня к цели. Я чувствовал себя средневековым рыцарем, ворвавшимся в замок чудовища, чтобы спасти свою принцессу. Древние легенды оживали в моей голове — я был тем самым героем, готовым на всё ради своей возлюбленной. Один из охранников всё же успел выстрелить. Пуля скользнула по плечу, оставив лишь неглубокую царапину и порвав одежду. Боль пронзила тело острой вспышкой, но я даже не замедлил шаг. Кровь медленно сочилась из раны, но это была сущая мелочь по сравнению с той целью, к которой я стремился. Адреналин заглушал любые ощущения, превращая боль в едва заметный отголосок реальности. Я лишь на мгновение ощутил жжение в плече, но тут же забыл о нём, продолжая двигаться вперёд. Сейчас не время думать о царапинах — впереди главное сражение, и я должен быть готов к нему. Дверь наконец поддалась, и я ворвался в дом. В тусклом свете прихожей на пороге стоял Джейден. Его лицо выражало не просто тревогу — настоящий страх. Он побледнел, увидев меня, окровавленного и взъерошенного, с оружием в руках. — Какого чёрта ты несёшь? — произнёс Джейден, его голос дрогнул, но он быстро взял себя в руки. Я сделал шаг вперёд, чувствуя, как ярость закипает внутри. Каждое слово давалось с трудом, но я должен был выговориться. — Хосслер, ты действительно думал, что я не узнаю Мэг? — мой голос звучал низко и угрожающе. — Мэг мертва, Мурмайер, — произнёс Джейден с холодным спокойствием, его голос эхом отразился от стен. Эти слова ударили меня словно молния. Кровь отхлынула от лица, а в ушах зазвенело. — Не ври, сука! — прорычал я, теряя контроль. Мой кулак взлетел в воздух и с силой врезался в его челюсть. — Я не лгу, — процедил он сквозь зубы и усмехнулся, сплёвывая кровь. — Она мертва. И это твоя вина. Он пытается вывести меня на эмоции. Пытается заставить меня потерять контроль, но я не могу позволить себе поддаться на эту уловку. Глубокий вдох, попытка взять себя в руки. — Я поверил бы тебе год назад. Но не сейчас. Джейден медленно достал из кармана пистолет. Его движения были расчётливы и точны — он явно ждал этого момента. — Вот ты и попался, Мурмайер, — прошипел он, направляя оружие мне в грудь. — Думал, сможешь меня переиграть? Я замер, чувствуя, как кровь отступает от лица. Все мои планы, вся уверенность в один миг рассыпались в прах. Он был готов выстрелить, и я ничего не мог сделать. Я потерял контроль из-за его слов. Как такое могло произойти? Ведь я знал, что она жива. Но он всё равно сумел задеть меня за живое, пробить мою броню. Я действовал на инстинктах. Резким, отточенным движением выбил пистолет из его руки — металл с грохотом отлетел в сторону, эхом отразившись от стен. Но Джейден не был бы собой, если бы не имел запасного плана. В следующий миг я увидел блеск стали — он достал нож из кобуры. Его глаза горели безумным огнём, а на лице появилась хищная ухмылка. — Хочешь подраться на ножах? Хорошо, — усмехнулся я, чувствуя, как адреналин разливается по венам. Мои пальцы сами нашли рукоять ножа в кармане. Металл приятно холодил ладонь, а вес оружия придавал уверенности. — Ты недооцениваешь противника, Джейден. Он оскалился в ответ, его глаза загорелись азартом. Теперь это была не просто схватка — это была дуэль, где каждый ход мог стать последним. Джейден сделал молниеносный выпад. Его нож мелькнул в воздухе с такой скоростью, что я едва успел заметить движение. Острая сталь оставила неглубокий, но болезненный порез на предплечье. Горячая струйка крови потекла по руке, но я не почувствовал боли — адреналин полностью отключил все рецепторы. Только холодная сосредоточенность осталась во мне, только желание победить. — Думаешь, один порез остановит меня? — прошипел я, крепче сжимая рукоять своего ножа. Я приготовился к новому выпаду, уже чувствуя, как напрягаются мышцы для атаки, но в этот момент услышал странный глухой звук. Время будто замедлилось. Джейден, не успев даже вскрикнуть, медленно осел на пол. Его глаза закрылись, а из затылка тонкой струйкой потекла кровь. Я застыл в немом изумлении, не в силах поверить в происходящее. И тут за его спиной появилась она — моя кошка. Её глаза сверкали в полумраке комнаты, а в руках всё ещё дымился пистолет. Она стояла неподвижно, словно статуя, только дыхание выдавало её волнение. — Ты… — только и смог выдавить я, не отрывая взгляда от бездыханного тела Джейдена. Она молча опустила оружие, и в этот момент все напряжение последних часов словно схлынуло волной. Моя кошка была жива. Она была здесь. И она только что спасла мне жизнь. Я ждал, затаив дыхание. Ждал, что она бросится ко мне, что наконец-то сможем обнять друг друга, убедиться — всё это кошмарное безумие закончилось. Но она просто стояла. Её глаза были полны боли и чего-то ещё — чего я не мог разгадать. Она смотрела на меня, но словно сквозь меня, будто перед ней стоял незнакомец. — Кошка, мне плохо и больно, не мучай меня, — едва уловимо прошептал я, чувствуя, как ком подступает к горлу. И в этот момент что-то надломилось в ней. Больше не нужно было слов. Она сорвалась с места, словно стрела, выпущенная из лука. В одно мгновение преодолела разделяющее нас расстояние и оказалась в моих объятиях. Я закрыл глаза, вдыхая знакомый аромат её волос. После всего пережитого это казалось нереальным — чувствовать её рядом, знать, что она в безопасности. Мир вокруг перестал существовать. Остались только мы — два измотанных, израненных человека, наконец-то оказавшихся в объятиях друг друга после долгой разлуки и страха потерять друг друга навсегда.