В проклятом отчаянии я вырываю свое сердце

      У Майкла очень интересная семья. Гуляя по улочкам с мамой, та всегда говорила ему теплые слова, солнечно улыбалась и отвечала на все его «почему», «зачем», «откуда». Она утешала его, когда он плакал, покупала мороженое и дула на разбитые коленки. Когда Майкл тянулся ручками вверх, мама всегда обнимала его и брала на ручки, показывая вид сверху. Мальчик смеялся, лепетал на своем детском говоре, что когда вырастет, станет самым большим и сильным и будет защищать свою маму от всех напастей. Мама спрашивала: «А как же папа?». Майкл надувал губы, смешно хмурился и отвечал, что «Папа защитит себя сам». Мама всегда смеялась и говорила, что семья всегда должна держаться вместе чтобы не случилось.       Папа. Отец был странным для маленького ребенка. Отец не был таким тактильным как мама, редко когда с ним контактировал и создавалось ощущение, что не сильно любил. Папа никогда не утешал, если Майкл разобьёт коленки, падая, а только поднимет за плечо, отряхнет от пыли и отправит гулять дальше. Папа смотрел на Майкла так, словно не понимал, что с ним делать и уже считал пропащим. По-взрослому Майкл еще не понимал, а сюсюкаться с мальчиком мужчина не хотел.       Майкл всячески пытался привлечь внимание отца и казаться таким же взрослым, как и он, чтобы папа проводил с ним как можно больше времени, чтобы улыбался ему как иногда маме и трепал по голове, касался, клал голову на плечо, чувствуя в нем опору. Майкл вел себя громко, но отец не реагировал. Майкл вел себя тихо, но папа только облегченно вздыхал. Майкл вытягивался по струнке и тянулся на носочках, чтобы казаться выше, но папа только качал головой и давил его голову вниз, чтобы ровно по линейке отмерить рост на двери в его комнату. Майкл дулся. Майкл даже пробрался в мастерскую отца, стаскивая оттуда непонятные бумажки, но привлечь внимание папы не удалось. Мужчина тогда громко кричал и впервые перекинул его через колено и отхлестал ремнем по попе. Майкл плакался маме, а девушка гладила по голове и говорила, что мешать отцу не нужно и он работает над очень важными вещами.       Тогда Майкл понял, что есть вещи, которые трогать нельзя. Особенно вещи отца. Следовало привлечь его внимание другим способом, но перед тем, как он успел это сделать, ему стукнуло четыре года.       Мама взяла его за руку и повела сына в самую крутую и популярную пиццерию «Freddy Fazbear's Pizza». Майкл видел ее по телевизору, как дети входят туда, как их встречают огромные живые игрушки кролика и медведя и поют им песни, устраивают шоу. Майкл очень сильно хотел туда пойти, но родители не разрешали, убеждая его сделать поход туда чуть позже и торжественней.       Мальчик дождался. Он очень сильно хотел посетить это волшебное место вместе с папой, в свой День Рождения, но папа с самого утра куда-то пропал, оставляя его одного с мамой. Майкл грустил. Даже ее подарок и его любимый сладкий пудинг не мог исправить плохое настроение. Он хотел быть с папой! Но в тоже время Фредди…       Как оказалось, плохое настроение исчезло сразу же, как только они вошли в пиццерию. Шум и гам других детей и взрослых, воздушные шарики, некоторые автоматы, расставленные по углам. Майкл потерял руку мамы спустя минуту созерцания, закрыл рот от шока и побежал исследовать новые территории. Мать пыталась догнать, взять за руку, но мальчик был слишком мелким и юрким зверьком, срывался и несся дальше.       - Лисенок, ну подожди маму, мы вместе во все поиграем, - убеждала его мама. Поймала его девушка только тогда, когда Майкл уже был готов нырнуть на кухню. – Пойдем к сцене. Там будет самое главное представление.       Девушка с сыном села за забронированный столик у самой сцены и…       Красный полог тяжело растянулся в стороны открывая вид на двух огромных игрушек. Золотой Медведь и Золотой Кролик появились на сцене, громко всех приветствуя. Их задорный, зычный голос разносился по всей пиццерии, привлекая не только детей, но и взрослых. За долю секунды две большие игрушки стали центром вселенной небольшой пиццерии. И началось шоу.       Майкл смотрел, не отводя взгляд. Пожирал каждое движение игрушек, тянулся к ним, смеялся над их шутками и подпевал наизусть заученные песни. Под конец шоу, совершенно неожиданно, Золотой Кролик схватил его и притянул к себе, поднимая высоко-высоко. Майкл кричал от восторга и не мог поверить своему счастью, что сейчас трогает самого крутого на свете кролика, который оказался мягким и бархатным на ощупь.       - С Днем Рождения, Майкл.       Мальчика аккуратно поставили на землю. Послышался скрежет и Золотой Медведь оказался рядом, наклоняясь к Кролику и что-то спрашивая.       - Спасибо вам всем, что в этот чудесный пришли навестить Фредди и Бонни! Ждем вас снова завтра!       Игрушки помахали своими большими руками и исчезли за красным пологом. Майкл подпрыгивал от возбуждения и носился вокруг своей мамы, пересказывая все, что только что произошло.       - Жаль папы сегодня с нами не было. – И неожиданно мальчик приуныл.       Мама потрепала его по голове и потянула в сторону служебного входа. Женщина постучала, но не дожидаясь ответа, сразу же вошла.       - Уильям, с тобой все хорошо? – Первое, что произнесла женщина, когда вошла в небольшое помещение.       - Все нормально, Клара. – Тут Золотой Кролик засовывает руки куда-то в шею, происходит громкий щелчок, и две руки снимают голову Золотого Кролика. Под шокированный, даже озадаченный взгляд Майкла, из игрушки торчит голова его папы.       - Папа?!       Золотой Медведь смеется и тоже снимает голову, показывая лицо добродушного мужчины с небольшой бородкой. Майкл был в ужасе. Эти золотые игрушки съели его папу?!       - Ох, Уилл, ты ему не рассказал?       Медведь смеется и подходит к папе, помогая ослабить крепления, чтобы снять костюм.       - Нет. Думал, может позже. – Произносит папа и быстро и ловко освобождается от плюшевой брони. – Как тебе представление? – Спрашивает папа, заглядывая в глаза сына, и даже чуть отшатывается от той волны восторга, обожания и почти что божественного превознесения от мальчика.       - Это было так клуто!!! - Кричит Майкл и папа чуть морщится от звона в ушах. Медведь и мама тихо засмеялись. Медведь сочувственно положил руку на плечо отца. – Ты внутли этого клутого золотого клолика был таким большим! Я тоже так хочу!!!       Майкл уже знал, что его отец не очень любит прикосновения от него, но все равно поддался эмоциям и вцепился ему в ногу, повторяя из раза в раз, какой его папа крутой. Уильям раздраженно подергал ногой, но спустя минуту сдался и потрепал сына по голове, отчего мальчик восторженно запищал и обнял сильнее.       - Ну Майкл, веди себя повзрослее. – Тяжело вздохнул Уильям. Клара чмокнула мужа в щеку и обняла.       - Он еще ребенок, Уилл. Наслаждайся этими моментами, потому что когда этот реактивный малец вырастет, то превратится в самую настоящую язву. – Медведь не стал прерывать семейную идиллию и сам убрал части костюмов на полки.       - Не потакай ему, Генри. Пусть учится дисциплине уже сейчас.       - Ну Уильям~, - одновременно потянули Клара и Генри, засмеялись и получили еще одну порцию закатанных глаз от виновника.       - Папа! Научи! Я тоже-тоже-тоже так хочу! – Майкл отпустил ногу отца, но крутиться вокруг не перестал, даже наоборот, только быстрее дергался то в одну, то в другую сторону.       - Это тебе не игрушка. – Уильям отобрал у сына ногу Бонни, который тот уже успел стащить с нижней полки. – Майкл! – Ребенок вытянулся по струнке. – Сколько раз я тебе говорил, что нельзя трогать чужие вещи!       - Прости, папа. – Майкл немного приуныл, опуская голову и шмыгая носом. – Я плосто… хочу быть тебе полезным.       Генри засмеялся, показал другу большой палец вверх и снял с полки большую коробочку.       - Твой папа просто очень не любит, когда трогают его вещи. Особенно Бонни. Ты же тоже не любишь, когда трогают твои игрушки или без спросса берут? – Майкл согласно покивал головой.       - Я делусь за свои иглушки! Это мое, если я не лазлешил. – Очень сильно скартавил Майкл. Ребенок широко распахнул глаза и обратился к папе. – Прости! Больше не буду тлогат твои вещи!       - Умничка. У меня тоже есть для тебя подарок. Мы с твоим отцом хорошие друзья, и я его отлично знаю. Он гений. – Генри по-дружески стукнул Уильяма в плечо и улыбнулся. – Ну я и подумал, что может его гены передадутся и тебе. Собирать роботов, улучшать их, разрабатывать программы для них, создавать живые игрушки. Когда вырастешь, сможешь продолжить семейное дело. - Генри присел на пятки и протянул мальчику коробку, что оказалась почти с него размером.       - Генри, не стоило. Это же такой дорогой подарок. – Клара робко обняла мужа за руку.       - Стоило. Дела идут в гору, мы расширяемся, лишние деньги имеются, так почему бы не порадовать наших детей? Чарли тоже получила такой, но у девочки совсем нет интереса к машинам. Бросила через пару дней. Так может надежда на твоего сына?       - У него совсем нет интереса и усидчивости. Он бросит игрушку через пару дней или сломает ее. – Ответил Уильям.       - Ничего страшного. – Добродушный Генри обратился к сидящему на полу мальчику, что уже сорвал обертку и горящими глазами рассматривал конструктор. – Энергии у пацана много, нужно только направить ее в нужное русло. Нравится?       - А? – Майкл оторвался от разглядывания. – Да! Очень! Спасибо, дядя Генри!       - Если что-то будет непонятно, то обращайся ко мне или к своему папе. Думаю, он будет не против помочь тебе, хоть он иногда и выглядит, словно чувствует обратное.       - Генри! – Легкий рык со стороны. Мужчина рассмеялся.       - Не волнуйтесь, я буду доставать папу! – Широкая улыбка без парочки зубов озарила детское лицо.       - Все, пойдемте домой. Завтра очередной сумасшедший день. Нужно выспаться. – Уильям положил руку на талию жены, а другую на голову сына и повел к выходу. Мальчик выбежал чуть вперед, преграждая им путь.       - Можно на ручки? – Майкл прижимал к груди подарок и смотрел на Уильяма огромными глазами. Он не плакал, так как отец не любил этого, но в детских глазах отражался розовый закат, показывая невероятный уровень надежды на отцовскую ласку.       Уильям вздохнул, притянул мальчика к себе и поднял его, прижимая к себе, чтобы тот не упал. Клара добро улыбнулась на ворчание мужа, что этот сорванец и мертвого из могилы вытащит, и поочередно чмокнула сына и мужа в щеки, забирая у мальчика громоздкий подарок, чтобы он мог поудобнее устроиться на руках отца.       Майкл прижимался к груди папы и считал, что сегодняшний день самый лучший день во всей его жизни! Под ритмичное раскачивание и тихие переговоры родителей, мальчик уснул и видел самые красочные сны с большим количеством Золотых Кроликов, которые держали серебряные облака, а с неба падали хлопья мороженного.