Резиновый кент

      Лицо Ильи искажается в ужасе, когда Даня машет найденным резиновым хуякой у него перед носом. Чужие губы растягиваются в ухмылке.       Твою мать.       — Не знаешь чьё? — с насмешкой проговаривает Кашин, держа имитированный член в своих руках.       Илья в панике смотрит на то, как силикон продавливается под крепкой хваткой. Блять, блять, блять, что делать? Как оправдаться? Нужно ли вообще ему что-то говорить?       — Ты рылся в моих ящиках?.. — тихо проговаривает парень, не отрывая взгляда от рук.       — Я искал степлер, — невозмутимо, всё так же с улыбкой отвечает Кашин, кивая на принтер, стоящий на столе.       Корякова бросает в холодный пот. Он боится пошевелиться, не зная, к чему это может привести. Даня теперь знает. Иррациональный страх того, что он воспользуется этой информацией в своих целях медленно заползает в извилины.       — Ну? Чего молчишь? — он привлекает его внимание, насмешливо покачивая игрушкой из стороны в сторону. — Не твоё, что-ли?       Коряков лишь сильнее хмурится, отводит взгляд глубоких зелёных глаз и сжимает кулаки, так и оставаясь на месте. Правда, выглядит он вряд-ли устрошающе, потому что чувствует, как щёки начинают пылать от стыда.       Кашин смеётся с такой забавной реакции.       — М-да, — цокает он, рассматривая фаллоиммитатор, — такие вещи прятать лучше надо, Илюш, — приторно сладко произносит он это имя. — Под кровать, например. А не в тумбочку письменного стола.       «Нашёлся, умник!», — недовольно проносится в голове.       Илье что, пятнадцать, чтобы прятать секс-игрушки? Где хочет, там и хранит! Тем более, это его квартира. Может ему удобно, чтобы она всегда была под рукой, а?        Он исподлобья глядит на искренне забавляющегося ситуацией Кашина. Смешно ему, сука? Только вот Илье нихуяшечки не смешно. Даня оттягивает ворот свой просторной футболки оголяя нежную кожу ключицы и тут же пряча её обратно, что не могло не привлечь внимание брюнета. Он впивается озадаченным взглядом в то место, за которое Даня только что тянул футболку.       Что?       Кашин щёлкает пальцами, переключая внимание на руки, вынуждая Корякова посмотреть на... член в его руках. Он недовольно хмурится, всё ещё сгорая от стыда. Что, мало было? Сколько ещё его можно тыкать в это лицом? Он уже порывался открыть рот, чтобы наконец что-то сказать, но Кашин медленно потянул игрушку и... блять, что?!       Смотря прямо в глаза, он мягким языком коснулся резинового кончика, пару раз пошло, нарочито медленно проведя по головке.       Член в штанах предательски дёрнулся от такого неожиданного, но на удивление захватывающего зрелища. Он вообще нормальный?! Это хорошо, что Коряков свои игрушки моет...       Кашин отстраняется, напоследок целуя головку, и нахально улыбается, замечая, как у Ильи заметно участилось дыхание, и присаживается на край кровати, жестом указывая фаллосом, как жезлом, на место перед собой.       Илья долго сверлит глазами неоднозначный жест.       — Садись, — с ноткой раздражения произносит Кашин, когда через время никаких действий от парня не последовало. Коряков лишь хлопает ресницами. Он не шутит? — Я долго буду ждать? — поторапливает.       Парень зажато делает несколько мелких шажков, останавливаясь в метре от чужого тела. Медленно, смотря в пол, он усаживается на колени, и кладёт сверху заметно вспотевшие ладошки. Он мутно видит перед собой лишь чужие ступни и узкие коленки, выпирающие через штаны, и шумно сглатывает. Пиздецовое чувство униженности постепенно окутывает с головы до ног. Ещё и эта поза... он будто кланяется ему в ноги.       — Посмотри сюда, — коротко говорит Даня, и Коряков недоверчиво поднимает голову. В вытянутой руке он держит дилдо, а второй телефон. Слышится характерный щелчок камеры. Илья вздрагивает от знакомого звука, тут же меняясь в лице.       — Погоди, ты что, сфо...       — Ха-ха, смотри! — он разворачивает экран с фотографией к нему. Брюнет с ужасом всматривается в пиксели, на котором отчётливо видно его красное, пристыженное лицо, и татуированную руку, держащую цветастый предмет. Мелкая дрожь охватывает всё тело. Нет... Нет-нет-нет! — А теперь послушай, — тягуче проговаривает, чуть ли не тыча телефон в горячее лицо. — сейчас диктую правила я, Илюш. Ты же не хочешь, чтобы это — он трясёт смартфоном, — кто-нибудь увидел?       Парень мелко-мелко трясёт головой в отрицании.       — Вот и отлично, — он кидает вещь себе за спину. — А теперь соси.       Перед лицом оказывается резиновая головка, а сверху смотрит одна пара блядских голубых глаз, буквально жадно пожирая его. Что ему делать? Дане такое поведение было не свойственно... Или это Илья слишком мало о нем знал? Худое тело потряхивает от страха от всего происходящего. Зачем ему это? Илья не понимает. Он вообще ничего сейчас не понимает. Остаётся только корить себя за то, что заранее зная о приходе гостей, не удосужился его куда-нибудь деть. Подальше от чужих любопытных глаз и рук.       Долго не решаясь, Коряков всё же приоткрывает рот, не веря, что действительно собирается это сделать. Он плашмя лижет головку, чувствуя не очень приятный вкус силикона, под довольную усмешку сверху. Активно работает языком, пусть и не совсем понимая, для чего именно так старается.       — Глубже бери, — он легко касается чужого подбородка, чуть огладив, — чё как целка?       Коряков хмурится, когда проталкивает игрушку чуть глубже. Та неприятно давит на горло, и он торопится отстраниться, но внезапно ощущает тяжёлую ладонь на макушке.       — Умничка, уже лучше, — проговаривет Даня, с нездоровым блеском в глазах наблюдая за чужой работой ртом.       У Корякова неожиданно туго стягивает в паху от, пусть и короткой, но похвалы, и он, передумав, тут же меняет направление обратно, желая получить ещё. Ему нужно больше. Он хочет слышать как бархатный голос Данилы просачивается в уши подобными фразами. Он берёт почти до конца, немного задерживаясь, чтобы в итоге наконец вынуть член изо рта и нормально отдышаться. Глаза предательски слезятся, непонятно больше от чего: от попытки в глубокую глотку или от общего униженного состояния. Он вытирает слюну с подбородка, но Даня долгого перерыва сделать не даёт — грубо притягивая за волосы обратно и приставляя головку к губам. Илья не сразу открывает рот, так что игрушку туда впихивают чуть ли не силой, и он мычит, ощущая вес на языке.       Давно он стал такой шлюхой?       — Какой хороший, — раздаётся сверху, и Илью пробирает мелкой дрожью. Он приоткрывает глаза, зацепляясь за область паха, в котором недвусмысленно можно было заметить бугорок. Даня... возбудился от вида остасывающего Ильи?       Илья активно сосёт, проводит носом по фактурным венам, и случайно замечает то, с каким остервенением Кашин поглощает каждое его движение. Зрачки заполонили почти всю голубую радужку, с головой выдавая то, насколько вид чужого падения гордости ему на самом деле нравится.       Наконец, наигравшись, он буквально вытаскивает у Корякова изо рта дилдо, словно конфетку у ребёнка, наблюдая за расплывчатым шальным взглядом, и довольно скалится. Пару раз проводит по влажным губам, трёт о щёку, наслаждаясь видом такого парня. Он оглядывает всё его тело, подмечая закрытость позы, в которой тот сидит, и что-то решает у себя в голове.       — Раздевайся, — грохотом раздаётся в ушах.       Илья в панике смотрит на чужое лицо, ища хотя бы один намёк на шутку, но Кашин, как на зло, выглядит слишком серьёзно.       — Что? — неуверенно переспрашивает.       — Ты плохо слышишь? Я говорю раз-де-вай-ся, — проговаривает Данила по слогам, наклонившись ближе.       Илья неуверенно сглатыввет вязкую слюну. Не понимая своей мотивации, он всё-таки тянется к вороту футболки, стягивая открывая взгляд на бледную кожу, усыпанную родинками.       — До конца, — лишь бросает Кашин, не сводя с него глаз.       Парень с мольбой смотрит на него, приподнимаясь, желая отказаться, но одного лишь сурового взгляда достаточно, чтобы обратно усесться на пятки. Сердце бьётся как бешенное. Он дрожащими руками поддевает резинку шорт, медленно стягивая их с себя, словно не веря, что делает это. Он поочерёдно вытаскивает обе ноги, откладывая вещь набок, рядом с футболкой, готовый разрыдаться от чувства никчемности, которое он сейчас всецело ощущает.       — Когда я говорю «до конца», я имею в виду «до конца», — упрекает его рыжий своим невозможным голосом. — Трусы тоже снимай, — Илья в ужасе поднимает голову, в попытке сказать нет, но Кашин просто его игнорирует, — Давай-давай, я жду.       Он поджимает дрожащие губы, нервно стягивая с себя последний атрибут гардероба, представляя чужому внимаю полувставший член.       — Что я вижу, — Кашин, конечно же, это замечает. — Илюшке нравится, когда с ним так обращаются? — он обманчиво нежно проводит за ушком, вызывая у Корякова мурашки.       Не дожидаясь ответа, он одним движением наклоняется к открытой тумбе и кидает оттуда бутылёк смазки прямо брюнету в руки.       — Растяни себя, — довольно улыбается, наблюдая за чужим смятением.       Коряков долго сверлит баночку глазами, пока рука в волосах не сжимается сильнее, буквально приказывая действовать реще. Он открывает флакон и выдавливает себе немного на пальцы, согревая. Приподнимаясь, он выученным движением подносит руку к отверстию, замечая, как Данила жадно всматривается в каждое его движение. Он сгорает со стыда, но от того факта, что на него голого смотрят, пока сам рыжий полностью одет, он чувствует как член пульсирующе наливается кровью. Он размазывает смазку по колечку, слегка надавливая подушечками пальцев, осторожно пытаясь проникнуть внутрь. Он просовывает совсем немного, чувствуя, как фалангу обволакивают тугие стеночки. Сделав пару несмелых движений, он вытаскивает, чтобы подлить еще смазки, встречаясь с чужим одобрением.       Во второй раз пальцы входят чуть лучше. Илья раскрывает вход на манер ножниц, открывая вид на то, как сжимается дырочка на его пальцах, и двигается чуть дальше. Даня мягко надавливает парню на затылок, позволяя упереться и горячо вздыхать в своё бедро. Коряков медленно водит пальцами туда-сюда, в попытке найти простату, но то ли от нервов, то ли от хер знает чего ещё, у него это никак не получается.       Кашин тихо мычит, когда брюнет случайно упирается прямо в пах, создавая приятное трение кожей о ткань штанов, и от этого звука предательски сладко дёргается член. Он лишь зарывается глубже лицом, стремясь скрыть своё и так очевидное смущение.       — Ах! — неожиданно коротко стонет Илья, тут же смыкая губы, вздрогнув.       — Что такое? — наигранно спрашивает рыжий, ласково огладив парня за ушком. — Кое что нашёл, а?       Илья пару раз неопределённо кивает в чужую ногу.       — Умничка. Теперь сделай так ещё раз, — Коряков послушно выполнят, снова крупно вздрагивая, но на этот раз сдерживая голос, — А сейчас добавь ещё пальчик.       Илья в полубреду пропихивает палец вовнутрь, растягивая, но тут же шипит от недостаточного количества смазки. Он порывается вытащить ладонь, но неожиданно ему на ягодицы сверху падает прохладная субстанция, заставляя вздрогнуть. Не трудно догадаться, что это Даня резко решил проявить милосердие. Он в неудобной позе собирает капельки смазки, вновь повторяя попытку, которая в этот раз заканчивается удачно. Пальцы глубоко заходят внутрь, и Илья не может сдержаться от закатывания глаз. Ощущение частичной заполненности окутывает с головой. Он послушно двигает рукой, растягиваясь, и с каждым разом проникать становится все легче.       — Всё, вытаскивай, — приказывает Кашин, и брюнет со вздохом вынимает пальцы. Своей рукой рыжий убирает налипшие на чужой лоб вспотевшие прядки. Он отодвигает парня от себя, и тянется себе за спину.       Одно движение, и вместе с чпокающим звуком перед ним оказывается всё тот же несчастный дилдо, уже прилепленный к полу специальной присоской.       — Прошу, — он жестом указывает на резиновый член, буквально приглашая на него присеть. Брюнет в неверии распахивает глаза. Он хочет, чтобы?.. — Илья, ебать тебя в рот, ты чё такой тормознутый? — он сам грубо хватает того за плечи, направляя в нужную сторону.       Коряков шумно сглатывает, впиваясь взглядом в несчастную секс-игрушку. Дыхание учащается, и ему кажется, что он сейчас завоет от всех переполняющих его ощущений.       Он неуверенно хватается за чужую коленку, устраиваясь ровно над фаллоиммитатором, а второй рукой направляет его в себя. Медленно вставив лишь кончик головки, он сжимает пальцы от неприятных ощущений. Больно. Слишком уж мало он уделил времени растяжке. Парень гладит его по волосам, нежно касается плеч, с интересом наблюдая, как всё глубже он нерасторопно поглощает силикон. Миллиметр за миллиметром лиловый материал протискивается вовнутрь, распирая упругие стеночки.       Одним движением он резко насаживается до конца, болезненно скуля в подставленную под щёку ладонь.       — Эй, ты чего? — на удивление обеспокоенно интересуется рыжий, замечая перемены на чужом лице. — Всё хорошо?       — Да... — тихо мямлит Илья, пока перед глазами пляшут разноцветные круги.       Его мягко гладят, проводят пальцами под глазами, спускаются на плечи, до тех пор, пока после неуверенного кивка брюнет не делает первый толчок. Медленно, совсем аккуратно он двигается, пока из груди вырываются рваные вдохи. Пусть Корякову и нравится это ощущение заполненности, но пока что приятного в этом мало. Он ёрзает из стороны в сторону, пытаясь найти нужный угол, чтобы движения точно задевали простату.       — М-м!       И через определенное количество неудачных попыток, у него это всё-таки получается. Кашин довольно облизывается, наблюдая за чужой сменой эмоций, и как Илья перестаёт воспринимать любую информацию кроме тактильной. Толчки становятся размашистее, каждый раз точно попадая по комку нервов, отдаваясь импульсами по всему телу. Он держится за чужие подставленные ладони, судорожно сжимая их от особо приятных ощущений, и с большой амплитудой движений насаживается по самый резиновый корень. Член немного неприятно ударяется о живот, и он пытается спустится рукой в низу чтобы подрочить, но Даня это замечает мгновенно, поднимая в воздух руки парня над головой и зажимая. Брюнет негромко стонет при каждом толчке, и всё-таки кое-как замечает, что у Данилы уже начало образовываться мокрое пятнышко от смазки на штанах.       Освободившейся рукой Кашин щипает за соски, выбивая всё новые звуки удовольствия из чужой глотки. Он спускается немного вниз, видя как забавно сокращаются мышцы, и довольно усмехается.       Резким движением он сдёргивает Корякова с фаллоса и укладывает к себе на коленки, животом вниз. Илья дезориентированно оглядывается, не понимая, когда он успел оказаться в таком положении. Перегнувшись через него, Даня отлепляет член от пола, беря его в руку.       — Приподнимись, — он шлёпает по ягодице, давая понять о чём речь, и Илья делает так, как сказали. Теперь головка, покачиваясь, иногда касается чужого стояка. Он пока не решил, что думать по этому поводу, но это определенно не неприятно.       Неожиданно в дырочку тычется резиновая головка, управляемая чужой рукой, и Коряков невольно сжимается от лёгкого испуга. Парень большим пальцем оглаживает сфинктер, невербально призывая расслабиться, и Коряков правда старается это сделать. Сверху льётся ещё немного смазки, и Кашин всё-таки начинает вставлять. Он держит Илью открытым на головке, наблюдая, как края дырки завораживающе растягиваются. Он проталкивает глубже, и Илья не может сдержать сиплый выдох. Он двигается медленно, словно издеваясь (хотя, почему словно?), нарочно не проталкивая глубже, так, как хочется Корякову. Он заставляет нетерпеливо ёрзать, в желании получить больше, и самому насаживаться на упругий член, как на зло уводя его всё дальше. Потом, забавляясь, резко вгоняет его по добрую середину, и парню ничего не остаётся, кроме как отчаянно цепляться за простыни.       Коряков чувствует широкие вены, обвивающие игрушку, которые создают ещё больше приятных ощущений. Даня ползёт одной рукой по спине, очерчивая родинки, и грубо зарывается в отросшие чёрные волосы на затылке, вдавливая его лицо в кровать. У парня слезятся глаза, и он отчаянно мечется по постели, когда Даня ускоряется, в яростном ритме двигая игрушкой. Из его горла вырываются звонкие стоны, лаская чувствительный слух рыжего. Кашин довольно скалится, с упоением наблюдая за вмазанным Ильёй.       Всё тело сводит приятной судорогой. Он закатывает глаза, приподнимаясь на локтях, слегка дёргая ножками. Ещё немного. Ну же...       — Д-даня, — отчаянно зовёт брюнет, — я...       Парень быстрым движением выдергивает дилдо из нутра. Пульсирующая дырка отчаянно сжимается, а Коряков готов чуть ли не взвыть. Он разочарованно скулит, пытаясь дотянуться до своего подтекающего члена, но Даня быстрым движением заводит ему руки за спину и плотно прижимает. Член гудит, а яйца, кажется, готовы взорваться. Илья пытается потереться о Данилу, но получает хлёсткий шлепок по левой половинке.       — Пожалуйста, — тихо доносится мольба снизу. Брюнет оборачивается, стеклянными глазами уставившись на парня, и покачивает бёдрами, пытаясь получить хоть немного заветной стимуляции. Он так хочет кончить...       Кашин довольно скалится, услышав просьбу из чужих уст. Он берёт откинутую игрушку, заново медленно вводит в анал, пока Илья довольно выдыхает. Но облегчение было недолгим. Парень одним движением поднимает брюнета, усаживая себе на колено, свесив чужие худые ноги к полу.       — Держи, — рычит он в чужое ухо и глубже пропихивает дилдо, — чтоб не выпало.       Илья округляет глаза на чужой приказ. Как, он блять, должен это сделать?!       Данила убирает поддерживающую руку, и Илья отчаянно сжимается, чувствуя, как игрушка медленно выскальзывает под своим весом. Он хочет помочь своей рукой, подправить, но Даня притягивает его ближе, обвив, и прижимает ту к талии. Он нетерпеливо ёрзает, пока не ощущает на своём влажном и отчаянно жаждущем внимании члене чужую ладонь.       Данила не медлит. Он в рваном темпе двигает рукой, оттягивает чувствительную крайнюю плоть, трёт шершавыми пальцами головку, вырывая все больше желанных стонов. Илья цепляется за мощную шею, лбом утыкаясь в чужой висок. Он впивается ногтями в плечи, скрытые тканью, и скулит Дане на ухо.       — Попра-а-авь, — хнычет Коряков, намекая на выскальзывающую из растраханной дырочки игрушку.       — Не-а, — хохотнул Даня. — Сам держи.       Илья обиженно утыкается ему в шею, вдыхая аромат знакомого одеколона, и на рефлексе сжимает упругую грудь, когда рыжий массирует головку. Резкий выдох Кашина сквозь зубы осознанием бьёт по голове.       О...       Коряков рукой медленными поглаживаниями спускается вниз, накрывая скрытый тканью член. Даня слабо вздрагивает, и слегка отстраняется, наблюдая за действиями парня. Тот с нажимом проводит по бугорку, замечая как меняются эмоции на чужом лице.       Даня кусачим поцелуем припадает к шее, пару раз толкаясь бёдрами в раскрытую ладошку, не переставая дрочить. Илья, довольно постанывая, очерчивает головку, но, решив всё-таки не издеваться, решительно лезет в трусы. Он приспускает обе резинки, открывая себе вид на ровный блестящий от скопившейся смазки член. Рыжие короткие лобковые волосики линией идут до пупка, а у Корякова от такого зрелища рот наполняется слюной. Он обхватывает пальцами член, тут же начиная двигаться, пытаясь подстроиться под ритм, пока Даня пытается прижаться ещё ближе.       По комнате разносятся пошлые хлюпы смазки и скулёж в перемешку со стонами. Коряков зарывается в рыжие отросшие волосы на затылке, ближе притягивая к взмокшей шее. Данила намёк понимает. Он мокро лижет сбоку, кусает за плечи, иногда слабо мыча в подставленную кожу, а Илья ловит с этого нереальный кайф. Знакомое ощущение приближения разрядки вновь начинает накрывать, но в этот раз он решает действовать решительнее.       Илья отлипает от Дани, и, не успев заметить нахального взгляда, толкает его спиной на кровать. Рукой он быстро вытягивает дилдо, откидывая его в сторону на кровать, и перекидывает ногу через бедро, садясь сверху. Он опирается на широкую грудь, пока Кашин завороженно смотрит на оседлавшего его Илью. Он потирается о стоящий член, нарочно медленно проезжаясь, желая неким образом отомстить за то, что рыжий его мучал, но вскоре начинает надоедать. Хочется ещё.       Хочется больше.       Брюнет приподнимается, одной рукой направляя горячий член в себя, пока Данила кладёт ему ладони на бёдра. Хочется наконец-то почувствовать человеческое тепло внутри, а не бездушный силикон. Кашин прикусывает губу, когда парень начинает не торопясь насаживаться. Крупная головка почти проскользнула внутрь. Ещё немного... Вот-вот... Почти...       Илья крупно вздрагивает, хватаясь за бортик ванной, когда кончает себе на грудь, и тут же обмякает. Тёплая вода тут же подхватывает капли спермы, размывая, образуя вокруг тела мутное облако. Он откидывается головой на бортик, восстанавливая дыхание после оглушительного оргазма. За дверью слышится приглушённое: «Да ёб твою мать!».       Стыдно ли ему?       Да.       Жалеет ли он?       Ни в коем разе.       Ещё немного полежав, он всё-таки поднимается и включает душ, смывая с себя остатки семени.

***

      — Ну чё, Дань, разобрался с принтером? — спрашивает Илья, выйдя распаренный из ванной, полотенцем потирая влажные волосы.       — Ага, — Кашин складывает бумаги стопкой. — Почти всё напечатал. Спасибо, Илюх, как всегда выручаешь, а то мне завтра таких пиздюлей бы вставили, за то что вовремя не принёс. — он чешет нос, оглядываясь. — Щас, только степлер найду, и, считай, закончил.       Илья хмыкает, подходя к дверному проёму, чтобы выйти повесить мокрое полотенце сушиться.       За спиной слышится характерный звук выдвижного ящика.       Сердце уходит в пятки. Он быстро разворачивается обратно, когда слышит как Даня со вздохом задвигает самый верхний, тут же открывая второй.       Нет, нет, нет!       Он тянет руку в порыве остановить парня, уже тянущегося к самой нижней ручке.       Там же...       — Дань, сто...       Но не успевает. Кашин застывает перед содержимым третьего ящика, распахивая глаза в неверии.       — Илья?..       Он переводит шокированный взгляд на не менее шокированного Илью, так и оставшегося стоять в глупой позе.